Постановление от 12 октября 2020 г. по делу № А40-85058/2017

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-44718/2020

Дело № А40-85058/17
г. Москва
12 октября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 12 октября 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной,

судей И.М. Клеандрова, А.Н. Григорьева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 20 июля 2020, вынесенное судьей Пешехоновой А.А.,о завершении процедуры реализации имущества гражданина Орлова Михаила Константиновичапо делу № А40-85058/17 о признании несостоятельным (банкротом) гражданина ФИО3

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего ФИО2 – ФИО4 дов от 17.05.2020

от ФИО5 – ФИО6 дов от 02.02.18

от ФИО3 – ФИО7 дов от 01.03.19

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2018г. гражданин ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО2, являющийся членом Союза АУ «Возрождение».

Сообщение о введении процедуры реализации имущества в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» №25 от 10.02.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20 июля 2020 года завершена процедура реализации имущества гражданина ФИО3. Гражданин ФИО3 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Не согласившись с вынесенным определением в части освобождения от дальнейшего исполнения требований кредиторов, финансовый управляющий ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

От должника поступил отзывы на жалобу.

В судебном заседании представители управляющего, ФИО5 поддержали доводы апелляционной жалобы.

Представитель должника возражал по доводам апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 5 ст. 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку возражений против рассмотрения дела в обжалуемой части не поступило, законность и обоснованность обжалуемого определения проверяется только в обжалуемой части - в части применения к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, отзыва, считает, что оснований для отмены или изменения судебного акта в обжалуемой части не имеется в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Судом первой инстанции установлено, по результатам рассмотрения судом заявленных требований кредиторов финансовым управляющим составлен реестр требований кредиторов гражданина ФИО3, состоящий из одного кредитора третьей очереди, общая сумма требований которого составила 5 985 тысяч рублей.

Финансовым управляющим в соответствии со ст. 213.9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» приняты меры к поиску и выявлению имущества должника.

По результатам проведенных мероприятий была проведена инвентаризация, оценка и реализация имущества гражданина ФИО3

В подтверждение изложенного финансовым управляющим в материалы дела представлены доказательства опубликования сообщения о признании должника банкротом в газете «Коммерсантъ», ответы из регистрирующих органов об отсутствии имущества у должника, протокол собрания кредиторов должника.

Таким образом, судом установлено, что финансовым управляющим представлены доказательства выполнения возложенных на него обязанностей в соответствии положениями Закона о банкротстве.

В силу пунктов 2, 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Рассмотрев отчет финансового управляющего о результатах проведения процедуры реализации имущества, суд первой инстанции посчитал возможным завершить реализацию имущества гражданина.

В указанной части судебный акт не обжалуется.

Также суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости освободить ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в ходе реализации имущества гражданина в связи с отсутствием оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств.

По общему правилу требования кредиторов, не удовлетворенные в ходе процедуры реализации имущества, в том числе и требования, не заявленные кредиторами в процедурах реструктуризации долгов и реализации имущества, признаются погашенными, а должник после завершения расчетов с кредиторами освобождается от их дальнейшего исполнения (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве) с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина.

Также освобождение от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац 5 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора, а также с учетом приведенных разъяснений в Постановления N 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности без возложения на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных норм и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что отказ в освобождении от исполнения обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами, очевидным отклонением участника гражданского оборота от ожидаемого надлежащего поведения, учитывающего права и законные интересы другой стороны (сокрытие своего имущества и доходов, вывод активов, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Между тем недобросовестное поведение должника в преддверии банкротства не подтверждено соответствующими доказательствами.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о завершении процедуры реализации имущества должника – гражданина.

Судом первой инстанции установлено, что признаков преднамеренного и фиктивного банкротства в ходе проведения анализа финансового состояния гражданина ФИО3 финансовым управляющим не выявлено.

Должник от кредиторов не скрывается, не совершал действий по наращиванию суммы задолженности перед кредиторами, что свидетельствует о добросовестном поведении должника.

Равно как и в материалах дела не имеется сведений о том, что ФИО3 действовал незаконно, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве; злостно уклонялся от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, намеренно сокрыл (передал не в полном объеме) сведения финансовому управляющему или суду, представил недостоверные сведения, скрыл или умышленно уничтожил имущество, а также каким-либо судебным актом привлекался к ответственности за предоставление недостоверных сведений при получении кредита.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий указывает на то обстоятельство, что представление должником сведений и документов, которые были истребованы определением суда от 13.11.2018, спустя 2 года с момента направления запроса, после их истребования судом и возбуждения исполнительного производства может свидетельствует о недобросовестности должника.

Однако, как установлено судом первой инстанции, Как следует из материалов дела 20.11.2019г. ФИО3 от судебного пристава - исполнителя Алтуфьевского ОСП ФИО8 стало известно о том, что финансовым управляющим ФИО2 был подан исполнительный лист и возбуждено исполнительное производство № 95345/18/77028-ИП, в связи с неисполнением должником обязанности по передаче банковских карт финансовому управляющему должнику.

29.12.2019г. в адрес финансового управляющего должником был направлен ответ на запрос о предоставлении сведений с приложением необходимых документов, в том числе было направлено постановление о возбуждении исполнительного производства.

23.01.2020г. в адрес Алтуфьевского ОСП должником было подано заявление о прекращении/окончании исполнительного производства, а 13.02.2020г. в Алтуфьевского ОСП подано дополнение к заявлению об окончании исполнительного производства, с приложением перечня документов, направленных в адрес финансового управляющего.

Таким образом, из материалов дела усматривается, что ФИО3 финансовому управляющему была представлена вся информация и документы о имущественном положении, в том числе иные необходимые сведения для осуществления процедуры банкротства.

Каким образом своевременная непередача банковских карт препятствовала ведению процедуры банкротства в отношении должника финансовый управляющий не пояснил.

Как верно отметил суд первой инстанции, доводы финансового управляющего должника и кредиторов, о незаконном выводе имущества должника сводятся к несогласию с вступившим в законную силу судебным актом об исключении имущества из конкурсной массы должника.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2019 установлено, что производя отчуждение помещения, ФИО3 не нарушил и не нарушает права кредиторов, так как сделка была безвозмездной и было отчуждено единственное жилое помещение, на которое распространяется исполнительный (имущественный) иммунитет по смыслу положений ст. 446 ГК РФ.

Судами апелляционной и кассационной инстанции также было принято во внимание, то обстоятельство, что указанное жилое помещение не было приобретено на денежные средства кредиторов, таким образом, его отчуждение не привело к фактическим финансовым потерям кредиторов, ввиду того, что жилое помещение получено должником в результате наследования по закону, что следует из выписки из ЕГРН.

ФИО3 произвел отчуждение исключительного право собственности, при этом, не лишив себя права пользования единственным жильем.

Кроме того, также Определением Арбитражного суда г. Москвы от 02.04.2018 судом установлен тот факт, что с момента отчуждения жилого помещения ФИО3 с регистрационного учета из жилого помещения не снимался и по настоящее время проживает в спорной квартире.

Сам факт неисполнения должником принятых на себя обязательств перед кредиторами в силу объективных обстоятельств - потеря работы (заработка), равно как и отсутствия у него для этого достаточного имущества, не может служить основанием для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Обращение внимания финансового управляющего на то, что должник при наличии неисполненных обязательств является трудоспособным, однако, до настоящего времени не трудоустроился, не может свидетельствовать о злостном уклонении должника от исполнения принятых на себя обязательств.

Доводы о то, что должник сообщил банку при получении кредита в анкете на то, что его заработная плата составляет 114 600 руб. в месяц, подлежат отклонению.

Суд отмечает, что Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов.

Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 N 218-ФЗ "О кредитных историях" в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу. Таким образом, кредитная организация, оценивая свои риски, вправе отказать в предоставлении кредита потенциальному заемщику, поскольку не обязана предоставлять денежные средства каждому лицу, которое обратилось в целях получения кредита.

Однако в материалы дела не представлено доказательств проведения какой-либо проверки платежеспособности должника при предоставлении ему кредита.

Доказательств того, что должник наращивал кредиторскую задолженность умышленно, в материалы дела не представлены.

Однако, сам по себе факт невозможности оплачивать кредиторскую задолженность, вызванный объективным ухудшением материального состояния должника не может считаться незаконным и являющимся основанием для неосвобождения гражданина от обязательств.

Должник задолженность признает, от кредиторов не скрывается, вел себя добросовестно, что позволяет суду сделать вывод о добросовестном поведении должника.

Относительно довода управляющего о том, что должник скрыл принадлежащее ему имущество – транспортное средство ЯМАХА ВИРАГО 1100, апелляционный суд отмечает, что финансовый управляющий не лишен был возможности обратиться с запросами в регистрационные органы о наличии зарегистрированных на должнике транспортных средствах и истребовать указанное имущество у должника.

Как пояснил представитель должника в судебном заседании, транспортное средство было снято с регистрационного учета в связи с невозможностью его дальнейшего использования.

Указанные обстоятельства не свидетельствуют о сокрытии должником своего имущества.

Установив, что представленные в материалах дела финансовым управляющим должника документы, подтверждают, что должник представил информацию о своем финансовом состоянии, что анализ финансового состояния должника свидетельствует об отсутствии признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, что в процессе банкротства действия должника отвечали принципам добросовестности, отсутствие в материалах дела надлежащих доказательств факта сокрытия имущества, либо факта сообщения недостоверных сведений финансовому управляющему, уполномоченному органу или конкурсным кредиторам с целью получения кредита без намерения его гашения, учитывая, что Банк является профессиональным участником кредитного рынка и имеет широкие возможности для проверки достоверности предоставленной ему информации, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу о применении к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

При таких обстоятельствах суд первой инстанций обоснованно пришел к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия оснований, предусмотренных п. 4 ст. 213.28 Закона.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции рассмотрены в полном объеме и отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию с оценкой правильно установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и конкретных обстоятельства, доводы лиц, участвующих в деле правильно оценены, выводы сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 20 июля 2020 по делу № А40-85058/17 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:В.В. Лапшина

Судьи:И.М. Клеандров

ФИО9