Постановление от 7 июня 2019 г. по делу № А41-75424/2016

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-75424/16
07 июня 2019 года
г. Москва




Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 июня 2019 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Гараевой Н.Я., Катькиной Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 31.08.2018;

от ФИО4 - ФИО5, доверенность от 26.11.2018;

от ООО «Строительная компания - 2008» - ФИО6, доверенность от 01.11.2016;

от конкурсного управляющего ООО «Строительное объединение «Барс» ФИО7 - ФИО7, доверенность от 01.10.2018;

от ФИО8- лично, паспорт;

от остальных лиц – не явились, извещены.

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Московской области от 25 февраля 2019 года по делу №А41-75424/16, принятое судьей Пономаревым Д.А., по заявлению конкурсного управляющего ООО «Строительная компания «Барс» - ФИО7 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 27.09.2017 ООО "Строительное объединение "БАРС" было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника была утверждена ФИО7.

12.04.2018 конкурсный управляющий ООО «Строительное объединение «БАРС» ФИО7 обратился с заявлением о привлечении ФИО8, ФИО2, ФИО4, ООО "Управляющая компания "БАРС" к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Строительное объединение «БАРС» в размере 14 362 098 руб. 35 коп.

Определением Арбитражного суда Московской области от 25 февраля 2019 года выделен в отдельное производство вопрос об определении размера субсидиарной ответственности. Привлечены в солидарном порядке к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО2, ФИО4. Производство в отношении ООО «Управляющая компания «БАРС» - прекращено, в связи с ликвидацией общества (т. 2 л.д. 88-92).

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и ФИО4 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили определение арбитражного суда первой инстанции в части привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности отменить, указывая на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела (т. 2 л.д. 94-97, 114-116).

В соответствии с пунктом 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года N 36 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 4 части 2 статьи 260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в апелляционной жалобе должны быть указаны, среди прочего, требования лица, подающего жалобу.

Из содержания апелляционных жалоб ФИО2 и ФИО4 следует, что определение суда первой инстанции оспаривается в части их привлечения к субсидиарной ответственности.

До начала судебного заседания лицами, участвующими в деле, не заявлено возражений относительно проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции только в обжалуемой части.

Учитывая изложенное, определение суда первой инстанции проверяется судом апелляционной инстанции только в обжалуемой части, соответственно, в остальной части удовлетворенных требований законность и обоснованность определения суда первой инстанции не проверяется.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции в обжалуемой части, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители ФИО2 и ФИО4 поддержали доводы своих апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в них.

В судебном заседании апелляционного суда представитель конкурсного управляющего должника и представитель ООО «Строительная компания - 2008» возражали против доводов, изложенных в апелляционных жалобах, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Заслушав мнение явившихся в судебное заседание лиц, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отмене обжалуемого судебного акта в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 по следующим основаниям.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Московской области от 27.09.2017 ООО "Строительное объединение "БАРС" было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника была утверждена ФИО7.

12.04.2018 конкурсный управляющий ООО «Строительное объединение «БАРС» ФИО7 обратилась с заявлением о привлечении ФИО8, ФИО2, ФИО4, ООО "Управляющая компания "БАРС" к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Строительное объединение «БАРС» в размере 14 362 098 руб. 35 коп.

В обоснование своего заявления о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 конкурсный управляющий указал, что ФИО4, являющемся единственным участником должника с 20.12.2016 и генеральным директором с 11.01.2017 по 14.10.2017, не была исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документация должника, предусмотренная положениями статьи 126 Закона о банкротстве, совершены сделки по перечислению денежных средств в пользу аффилированного лица; ФИО2, являющегося в период с 06.05.2013 по 20.12.2016 участником должника с долей участия 25% в период подозрительности совершены сделки по перечислению в пользу третьих лиц денежных средств, впоследствии признанные судом недействительными, что привело к выводу активов должника и сделало невозможным удовлетворить требования его кредиторов, что, по мнению конкурсного управляющего, является основанием для привлечения бывших контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции указал на наличие совокупности условий, необходимых для привлечения контролирующих должник лиц к субсидиарной ответственности.

Обжалуя вынесенный судебный акт в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, последний указал, что в период совершения указанных управляющим платежей последний участником должника не являлся; сделки были признаны недействительными применительно к положениям ст. 61.3 Закона о банкротстве; управляющим не доказан факт причинения действиями бывшего участника убытков должнику или его кредиторам, отсутствия доказательств, что именно указанные управляющим платежи привели к банкротству Общества.

Обжалуя вынесенный судебный акт в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, последний указал, что сделки были признаны недействительными применительно к положениям ст. 61.3 Закона о банкротстве; вся документация должника им была передана конкурсному управляющему.

Повторно исследовав все представленные в материалы дела доказательства, апелляционным судом установлено следующее.

Федеральным законом N 266-ФЗ от 29.07.17 "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу, Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона N 266-ФЗ от 29.07.17 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление конкурсного управляющего было подано в Арбитражный суд Московской области 12 апреля 2018 года и обстоятельства, на которые ссылается в своем заявлении конкурсный управляющий, имели место после введения в действие вышеуказанных изменений Закона о банкротстве, их ответственность при рассмотрении настоящего спора регулируется положениями Закона о банкротстве с учетом изменений, внесенных Законом N 266-ФЗ.

В обоснование своего заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в том числе, ФИО2 и ФИО4 конкурсный управляющий указал, что при изучении выписки по расчетному счету <***>, открытому в банке ПАО АКБ «Абсолют Банк», конкурсным управляющим ФИО7 были установлены факты совершения ООО «Строительное объединение «Барс» действий, совершенных при непосредственном участии и под контролем ФИО8, ФИО2 и ФИО4, направленных на умышленный вывод денежных средств со счета Должника на иные контролируемые ФИО8 и ФИО2 фирмы в ущерб правам кредиторов ООО «Строительное объединение «Барс», а также данному хозяйственному обществу, что не соответствует принципам добросовестности и разумности.

Так по договорам подряда (субподряда) №10/08/16-1 от 10.08.2016 г. и №04/07/16-3 от 04.07.2016 г. со счета ООО «Строительное объединение «Барс» в банке ПАО АКБ «Абсолют Банк» на счет ООО «Иннотех» (ИНН <***>) в период с 11 октября 2016 года по 03 октября 2017 было переведено 19 354 957,78 руб. (Девятнадцать миллионов триста пятьдесят четыре тысячи девятьсот пятьдесят семь рублей 78 коп.). В том числе, по договору подряда (субподряда) №10/08/16-1 от 10.08.2016 г. – 19 069 338,78 рублей (Девятнадцать миллионов шестьдесят девять тысяч триста тридцать восемь руб. 78 коп.), по договору подряда (субподряда) №04/07/16-3 от 04.07.2016 г. – 285 619,00 рублей (Двести восемьдесят пять тысяч шестьсот девятнадцать руб. 00 коп.).

При этом: ФИО8 до 20.12.2016 года являлся участником ООО «Строительное объединение «Барс» с долей в размере 50% (Пятьдесят процентов) уставного капитала, до 11.01.2017 года он также являлся генеральным директором Должника; ФИО2 также до 20.12.2016 года являлся участником ООО «Строительное объединение «Барс» с долей в размере 25% (Двадцать пять процентов); еще 25 % (Двадцать пять процентов) уставного капитала ООО «Строительное объединение «Барс» принадлежали ФИО9 (503218870724).

С 20.12.2016 г., т.е. уже после принятия к производству Арбитражным судом Московской области заявления ООО «Строительная компания-2008» о несостоятельности (банкротстве) ООО «Строительное объединение «Барс», 100% (Сто процентов) доли в уставном капитале Должника были переоформлены на ФИО4, который с 11.01.2017 г. стал числиться и генеральным директором Должника.

В тоже время ФИО8 ранее (до 24.11.2015 года) являлся и единственным участником, а также генеральным директором ООО «Иннотех». С 24.11.2015 года данное хозяйственное общество было переоформлено на супругу ФИО2 – ФИО10.

Как указал конкурсный управляющий, на счет данной компании со счета ООО «Строительное объединение «Барс» в ПАО АКБ «Абсолют Банк» в период с 11 октября 2016 года по 03 октября 2017 года в ущерб кредиторам были переведены денежные средства в сумме 19 354 957,78 руб. (Девятнадцать миллионов триста пятьдесят четыре тысячи девятьсот пятьдесят семь рублей 78 коп.).

Указанные сделки (договоры подряда (субподряда) №10/08/16-1 от 10.08.2016 г. и №04/07/16-3 от 04.07.2016 г.) между ООО «Строительное объединение «Барс» и ООО «Иннотех» были заключены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «Строительное объединение «Барс», они были заключены Должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, а основная часть денежных средств по ним была перечислена Должником уже после принятия Арбитражным судом Московской области заявления о несостоятельности (банкротстве) ООО «Строительное объединение «БАРС», в результате совершения указанных сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов и другая сторона сделки знала об указанной цели Должника к моменту совершения сделки, поскольку в данном случае бесспорны все признаки аффилированности ООО «Строительное объединение «Барс» и ООО «Иннотех».

Кроме того, указанные сделки являются крупными по смыслу ст. 25 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и ими был причинен существенный вред кредиторам, о чем ФИО8, ФИО2, а также ФИО4 не могли не знать в силу своего положения.

Кроме того, ООО «Строительное объединение «Барс» под контролем указанных лиц, были заключены и иные подозрительные сделки, совершенные Должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также влекущие за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами.

В том числе: Договор подряда (субподряда) с ООО «СпецЖилСтрой» (ИНН <***>) № 02/11-КР от 02.11.2015 г.

По данному договору ООО «Строительное объединение «Барс» перечислило на счет указанной организации в период с 11.10.2016 г. (т.е. менее чем за месяц до принятия арбитражным судом заявления о признании Должника банкротом) до 29.03.2017 г. (т.е. уже даже после признания Должника банкротом и введения наблюдения) - 20 022 078,00 рублей (Двадцать миллионов двадцать две тысячи семьдесят восемь руб. 00 коп.).

Договор подряда (субподряда) с ООО «СпецЖилСтрой» (ИНН <***>) №06/09/16-1 от 06.09.2016 г., т.е. заключенный в срок менее чем за 3 (три) месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании Должника банкротом).

По данному договору ООО «Строительное объединение «Барс» перечислило на счет указанной организации в период с 27.10.2016 г. (т.е. менее чем за месяц до принятия арбитражным судом заявления о признании Должника банкротом) до 30.12.2016 г. (т.е. уже даже после вынесения судом определения о принятии к производству заявления о признании Должника банкротом) - 16 433 944,50 рублей (Шестнадцать миллионов четыреста тридцать три тысячи девятьсот сорок четыре руб. 50 коп.),

Договор Поставки с ООО «САНТЕХКОМПЛЕКТ» (ИНН <***>) № 8/010/326-03 от 23.03.2016 г. По данному договору ООО «Строительное объединение «Барс» перечислило на счет указанной организации в период с 04.04.2016 г. по 20.09.2016 г. денежную сумму в размере 3 634 859,17 рублей (Трех миллионов шестисот тридцати четырех тысяч восьмисот пятидесяти девяти руб. 17 коп.),

Договор подряда (субподряда) № 01/09-Ф от 01.09.2016 г. и договор подряда (субподряда) № 01/17 от 09.01.2017г. с ООО «СМУ Трест 39» (ИНН <***>). По данным договорам ООО «Строительное объединение «Барс» перечислило на счет указанной организации 3 566 200,00 руб. (три миллиона пятьсот шестьдесят шесть тысяч двести рублей.),

По мнению конкурсного управляющего, ответчики совершили данные сделки в ущерб кредиторам должника, что является доказательством недобросовестности их действий (бездействий).

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

В рассматриваемом случае судом установлено, что между ООО "САНТЕХКОМПЛЕКТ" и ООО "СО "БАРС" был заключен договор поставки N 8/010/326-03 от 23.03.2016 г.

Конкурсный управляющий ООО "Строительное объединение "БАРС" ФИО7 обратилась в суд с заявлением о признании вышеуказанного договора поставки недействительной сделкой и применения последствий ее недействительности.

Определением от 06.07.2018 Арбитражный суд Московской области признал договор поставки N 8/010/326-03 от 23.03.2016, заключенный между ООО "Строительное объединение "БАРС" и ООО "САНТЕХКОМПЛЕКТ" недействительной сделкой, применил последствия признании сделки недействительной в виде взыскания с ООО "САНТЕХКОМПЛЕКТ" в конкурсную массу ООО "Строительное объединение "БАРС" денежных средств в размере 3 634 859 руб. 17 коп.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2018, оставленное без изменения постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.12.2018, определение Арбитражного суда Московской области от 06 июля 2018 года по делу отменено. Заявление конкурсного управляющего ООО "Строительное объединение "БАРС" оставлено без удовлетворения.

При этом, отказывая в удовлетворении заявленных требований¸ суды исходили из того, что Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что спорные, по его мнению, накладные содержат недостоверные сведения, либо что товар по данным накладным передан иному лицу, а не представителю ООО "СО "БАРС", что печать и иные документы выбыли из владения ООО "СО "БАРС" и могли быть использованы третьими лицами для получения спорного товара, не было заявлено ходатайство об экспертизе подлинности подписи руководителя в договоре.

Обжалуемые сделки по оплате отгруженного товара были произведены более года до обращения с заявлением о признании должника банкротом, совершались в процессе текущей хозяйственной деятельности.

Оснований для применения положений статей 61.1, 61.2, 61.3, 61.6 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ суды не усматрели.

Конкурсный управляющий ООО "Строительное объединение "БАРС" - ФИО7 обратилась в суд с заявлением о признании недействительными сделок по выполнению договора подряда (субподряда) N 01/09-Ф от 01.09.2016 и договора подряда (субподряда) N 01/17 от 09.01.2017, заключенных между ООО "Строительное объединение "БАРС" и ООО "СМУ ТРЕСТ 39", об обязании ООО "СМУ ТРЕСТ 39" возвратить на расчетный счет ООО "Строительное объединение "БАРС" денежные средства в размере 3 566 200 руб.

Впоследствии конкурсный управляющий в порядке статьи 49 АПК РФ уточнила требования (которые были приняты судом) и просила признать недействительными сделки по перечислению денежных средств в размере 3 566 200 руб. в пользу ООО "СМУ ТРЕСТ 39", применить последствия их недействительности в виде взыскания с ООО "СМУ ТРЕСТ 39" денежных средств в размере 3 566 200 руб. в пользу ООО "Строительное объединение "БАРС".

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2019 в удовлетворении заявленных управляющим требований было отказано.

При этом суд исходил из того, что в материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих, что на дату совершения спорного платежа (21.02.2017) у ООО "Строительное объединение "Барс" имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами более высокой очереди, предусмотренные пунктом 2 ст. 134 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", а также в условиях отсутствия у должника денежных средств достаточных для удовлетворения текущих платежей по выплате вознаграждения управляющему и возмещению понесенных им расходов, имевших приоритет над погашенным требованием, о чем знал или должен был знать кредитор, материалы дела не содержат.

При этом, имеющиеся в материалах дела доказательства свидетельствуют об отсутствии оснований считать осуществленные должником платежи от 21.02.2017 в размере 2 366 200,00 рублей в пользу ООО "СМУ Трест 39" недействительными сделками, повлекшими оказание предпочтение другим кредиторам должника, о чем знало или должно было знать ООО "СМУ Трест 39".

Кроме того, судом установлено, что спорный платеж по перечислению денежных средств по договору N 01/17 от 09.01.2017 (заключенному после принятия судом заявления о признании ООО "СО БАРС" банкротом) был совершен в порядке и на условиях заключенного сторонами договора, в соответствии с которым должник (заказчик) поручил ответчику (подрядчику) выполнить работы по капитальному ремонту кровли многоквартирного дома, расположенного по адресу: Москва. Чонгарский бульвар д. 4, корп. 2, и обязался оплатить выполненные работы в течение 15 рабочих дней, таким образом, поскольку работы по договору были выполнены с подписанием соответствующих актов 31.01.2017, оплата за выполненные работы со стороны ООО "СО БАРС" была произведена 21.02.2017 (в порядке и на условиях заключенного сторонами договора), оспариваемая сделка по перечислению денежных средств была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, доказательств обратного, равно как и доказательств того, что оспариваемый платеж превышал 1% стоимости активов должника, конкурсным управляющим не представлено.

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего должника (уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о признании недействительными сделками по перечислению денежных средств должником в пользу общества с ограниченной ответственностью "СпецЖилСтрой" (далее - общество "СпецЖилСтрой") в размере 36 454 022,67 руб., применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 36 454 022,67 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.07.2018 признаны недействительными: договор подряда (субподряда) N 02/11-КР от 02.11.2015, договор подряда (субподряда) N 06/09/16-1 от 06.09.2016, заключенные между должником и ответчиком, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 36 454 022,67 руб.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2018 определение Арбитражного суда Московской области от 06.07.2018 отменено.

Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств должником в пользу ответчика платежными поручениями N 1028 от 25.11.2016 в размере 2 880 000 руб., N 1041 от 09.12.2016 в размере 310 000 руб., N 1065 / от 23.12.2016 в размере 780 000 руб., N 1068 от 27.12.2016 в размере 401 000 руб., N 1077 от 29.12.2016 в размере 1 740 000 руб., N 1078 от 30.12.2016 в размере 16 053 944,50 руб., N 1079 от 30.12.2016 в размере 662 000 руб., N 5 от 17.01.2017 в размере 1 450 000 руб., N 8 от 23.01.2017 в размере 2 000 000 руб., N 14 от 26.01.2017 в размере 1 414 156,17 руб., N 22 от 03.02.2017 в размере 5 000 922 руб., N 33 от 29.03.2017 в размере 620 000 руб.

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 33 312 022,67 руб. 67 коп.

В остальной части заявление конкурсного управляющего должника оставлено без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2018 по делу N А41-75424/16 в обжалуемой части отменено, обособленный спор направлен в отмененной части на новое рассмотрение в Десятый арбитражный апелляционный суд.

При этом суд кассационной инстанции указал, что из материалов дела усматривается, на что было обращено внимание суда апелляционной инстанции обществом "СпецЖилСтрой", что часть представленных в дело унифицированных форм - актов о приемке выполненных работ составлены за период выполнения работ уже после возбуждения дела о банкротстве, как следствие, заслуживает внимания довод общества "СпецЖилСтрой" о том, что указанные денежные обязательства по оплате результатов соответствующих работ, выполненных после возбуждения настоящего дела о банкротстве, относятся к текущим платежам.

Вместе с тем, данное обстоятельство судом не исследовалось, что вызывает серьезные сомнения в законности и обоснованности судебного акта в указанной части, поскольку вопрос о правомерности рассмотрения требования в отношении текущих платежей судом не разрешался.

Судами не устанавливались обстоятельства, касающиеся наличия иных текущих обязательств, конкурирующих с требованием водоканала, осведомленности об этом последнего.

Без исследования названных обстоятельств выводы судов об обоснованности заявления конкурсного управляющего должником о недействительности платежа являются преждевременными.

Кроме того, Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительными сделок по выполнению договора подряда (субподряда) от 10.08.2016 N 10/08/16-1; договора подряда (субподряда) от 04.07.2016 N 04/07/16-3, заключенных между должником и обществом с ограниченной ответственностью "Иннотех" и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Московской области от 07.09.2018 (с учетом определения от 25.09.2018 об исправлении опечатки), оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2018, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 29.01.2019 спорные сделки признаны недействительными, применены последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с общества в конкурсную массу должника денежных средств в размере 15 874 957,78 руб.

Суды исходили из того, что упомянутые сделки и выплаты по сделкам, совершенные должником после 14.11.2016, отвечают признакам сделок с предпочтением, установленным в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Между тем, как указано в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица": лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно п. 3 ст. 53 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения, если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу. Как указывалось ранее, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

При этом, вопреки доводам конкурсного управляющего, с которыми согласился суд первой инстанции, доказательств недобросовестных действий ФИО2 и ФИО4 перечисленных в п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

Также конкурсным управляющим в нарушении требования ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства, предусмотренные Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, а именно доказательства того, что сделки, заключенные указанными лицами являются существенно убыточными, значимыми и отвечают критериям крупных сделок.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу, что совершение сделок Должником с ООО «Спецжилпроект», ООО «Сантехкомплект», ООО «СМУ 39» не могло стать необходимой причиной объективного банкротства должника, и основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника ФИО2 и ФИО4 в этой части отсутствуют.

Кроме того, в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании недействительными сделок, заключенных с ООО «СМУ 39» было отказано.

При этом перечисленные конкурсным управляющим сделки с ООО «ИННОТЕХ» оспаривались как сделки, совершенные с предпочтением перед иным кредиторами, т.е. обязательства должника по сделкам были реальными, доказательств обратного представлено не было, при этом фактически был нарушен порядок оплаты.

Доказательства того, что в случае, если бы очередность кредиторской задолженности была соблюдена, данное обстоятельство послужило основанием к восстановлению финансового состояния ООО «СК «Барс» в материалах обособленного спора отсутствуют.

Между тем, суд первой инстанции посчитал достаточным для привлечения к субсидиарной ответственности сам факт того, что указанные сделки с ООО «ИННОТЕХ» признаны судом недействительными, а также сам факт заключения сделок с ООО «Спецжилпроект», ООО «Сантехкомплект» и ООО «СМУ 39».

Вместе с тем, если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Таких правовых оснований в заявлении конкурсного управляющего не приведено.

Для правильного разрешения данного вопроса имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные ответчиком от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае ответчик должен привлекаться к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае ответчик должен привлекаться к ответственности за причиненные убытки).

Кроме того, согласно абзацу 31 статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» к контролирующим должника лицам отнесены: лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Исходя из понятия контролирующего должника лица, закрепленного в статье 2 Закона о банкротстве, арбитражный апелляционный суд считает, что ФИО2 (имеющий долю в размере 25%) не может быть признан контролирующим должника лицом.

Кроме того, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что несостоятельность (банкротство) ООО «СК «Барс» наступила именно вследствие действий либо бездействия ФИО2

В материалах дела не имеется доказательств совершения ФИО2 каких-либо действий, принятие им решений в качестве участника должника, повлекших несостоятельность (банкротство) ООО «СК «Барс».

Доказательств согласования, заключения или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций ФИО2, материалы дела не содержат.

Сама по себе аффилированность Должника с ООО «Иннотех», ООО «Спецжилпроект», ООО «Сантехкомплект», ООО «СМУ 39» о данном обстоятельстве не свидетельствует.

Кроме того, апелляционный суд учитывает, что большая часть упомянутых конкурным управляющим сделок было совершено должником в период, когда ФИО2 уже не являлся его участником (после 20.12.2016).

Таким образом, оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 по данному основанию у суда первой инстанции не имелось.

В качестве основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим также указано на неисполнение данным лицом обязанности по передаче документов конкурсному управляющему, что существенно затруднило осуществление процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, по формированию и реализации конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Статьей 61.11 Закона о банкротстве установлено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в п. 24 Пленума № 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Судом установлено, что ФИО4 на дату введения конкурсного производства являлся руководителем должника.

Одновременно ФИО4 являлся единственным участником и генеральным директором ООО «УК «Барс».

Из материалов дела следует, что управляющий неоднократно уведомлял ООО «УК «Барс» о последствиях открытия конкурсного производства.

Определениями Арбитражного суда Московской области от 06.12.2018 и 07.11.2017 у ООО «Управляющая компания «Барс» были истребованы документы и иное имущество Должника.

Данное требование конкурсного управляющего ФИО4 исполнено не было, бухгалтерская и иная документация, печати, штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему переданы не были. Доказательств обратного не представлено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе о передаче необходимой документации в судебном заседании не нашли своего документального подтверждения.

Представленные в обоснование факта передачи документации квитанция об отправке документов и опись вложения не могут быть приняты во внимание, поскольку после направления данного отправления судом было удовлетворено требование управляющего об истребовании документов и имущества должника.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, в связи с чем именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительности причин непредставления документации.

Таким образом, судом первой инстанции установлена причинно-следственная связь между бездействием бывшего руководителя должника и наступившими неблагоприятными последствиями, в связи с чем правильно пришел к выводу об уклонении бывшего руководителя должника от передачи бухгалтерской и иной документации общества конкурсному управляющему.

Вследствие нарушения бывшим руководителем должника пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве и неисполнения своей обязанности по передаче документов конкурсному управляющему, были нарушены интересы кредиторов должника. Не передача документации исключила возможность выявления и реализации конкретного имущества общества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы конкурсного управляющего.

Таким образом, принимая во внимание факт того, что отсутствие необходимых документов не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника ФИО4 к субсидиарной ответственности исходя из презумпции, изложенной в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, апелляционная коллегия находит правильным вывод суда первой инстанции в указанной части.

В части в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 определение от 25.02.2019 подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, п. 3 ч. 4 ст. 272, п. 1 ч. 1 ст. 270, ст. 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 25 февраля 2019 года по делу № А41-75424/16 отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2

Заявление конкурсного управляющего ООО «Строительное объединение «БАРС» ФИО7 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда Московской области от 25 февраля 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


В.А. Мурина


Судьи


Н.Я. Гараева

Н.Н. Катькина