Постановление от 1 августа 2024 г. по делу № А55-22317/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-13419/2021

Дело № А55-22317/2020
г. Казань
01 августа 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 августа 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Желаевой М.З.,

судей Сабирова М.М., Савкиной М.А.,

при участии после перерыва, представителей:

от общества с ограниченной ответственностью «ТОРРЕНС» – ФИО1, доверенность от 09.01.2024

от ФИО2 – ФИО3, доверенность от 06.12.2023,

от финансового управляющего имуществом ФИО2 – ФИО4 – лично (паспорт),

рассмотрел в открытом судебном заседании, проводимом в порядке части 1 статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с использованием систем веб-конференции, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО2 – ФИО4 (член саморегулируемой организации «Ассоциация арбитражных управляющих «Солидарность», рег.номер 35157)

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2023

по делу № А55-22317/2020

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЭкоПродукт Производство» (ОГРН <***>) к ФИО2, г. Самара (ИНН <***>) о взыскании 3 718 520 руб.,

по встречному исковому заявлению ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «ЭкоПродукт Производство» о взыскании действительной стоимости доли в размере 1 066 898 руб. 28 коп.

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Самарской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «ЭкоПродукт Производство» (далее – ООО «ЭкоПродукт Производство», истец) с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании 3 718 520 руб., в том числе 2 076 000 руб. из которых: 723 255 руб. 44 коп. убытки по договору купли-продажи автомобиля от 08.09.2017, 1 352 744 руб. 56 коп. – убытки в качестве разницы между ценой продажи и рыночной стоимостью; 1 642 520 руб. убытки в размере недостачи основных средств, находящихся на балансе общества, а также 155 000 руб. 00 коп. судебных издержек.

В соответствии с частью 1 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к производству суда также принят встречный иск, уточненный в порядке статьи 49 Кодекса, о взыскании действительной стоимости доли в размере 1 066 898 руб. 28 коп., а также 111 920 руб. 00 коп. судебных издержек.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 15.06.2022 первоначальный иск удовлетворен в части, встречные исковые требования удовлетворены в полном объеме, заявление о взыскании судебных расходов по встречному иску частично.

Произведен зачет удовлетворенных требований, по результатам которого в пользу ООО «ЭкоПродукт Производство» с ФИО2 взыскано 429 753 руб. 36 коп.

С ООО «ЭкоПродукт Производство» в пользу ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» взыскано 29 735 руб. 81 коп. расходов по оплате услуг эксперта.

С ФИО2 в пользу ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» взыскано 20 264 руб. 19 коп. расходов по оплате услуг эксперта.

В доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина: с ООО «ЭкоПродукт Производство» в размере 36 635 руб. 03 коп.; с ФИО2 – 16 856 руб. 97 коп.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 09.08.2023, решение Арбитражного суда Самарской области от 15.06.2022 изменено, по делу принят новый судебный акт об удовлетворении исковых требований ООО «ЭкоПродукт Производство» частично, в части взыскания с ФИО2 3 612 307 руб. убытков, а также 160 287 руб. 06 коп. судебных расходов; с ООО «ЭкоПродукт Производство» в пользу ФИО2 взыскано 342 руб. 76 коп. судебных расходов.

Встречные исковые требования ФИО2 удовлетворены в части взыскания с ООО «ЭкоПродукт Производство» 1 066 898 руб. 28 коп. стоимости доли, а также 41 770 руб. 00 коп. судебных расходов.

Произведен зачет удовлетворенных требований, по результатам которого в ООО «ЭкоПродукт Производство» с ФИО2 взыскано 2 663 583 руб. 03 коп.

С ФИО2 в пользу ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» взыскано 50 000 руб. расходов по оплате услуг эксперта.

С общества «ЭкоПродукт Производство» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 13 172 руб.

С ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 43 319 руб.

Определением Арбитражного суд Самарской области от 17.10.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2024, произведена замена взыскателя ООО «ЭкоПродукт» на его правопреемника – общества с ограниченной ответственностью «ТОРРЕНС» (далее – ООО «ТОРРЕНС») в полном объеме прав требования к ФИО2

Законность принятого по делу постановления суда апелляционной инстанции проверяется в порядке статьи 274 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по кассационной жалобе финансового управляющего имуществом ФИО2– ФИО4, поданной 16.04.2024 по правилам пункта 24 Постановления Пленума от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (экстраординарное обжалование ошибочного взыскания), который полагает, что арбитражным судом при исследовании и вынесении обжалуемого судебного акта нарушены нормы, как материального, так и процессуального права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оспаривает выводы суда в части удовлетворенных требований по первоначальному иску, а именно полагает, что истцом не представлено доказательств причинения убытков ООО «ЭкоПродукт», не представлено доказательств извещения ответчика о планируемой инвентаризации, его участия в ней. Полагает, что представленной в материалы дела инвентаризационной описью основных средств истца от 06.08.2020 № 1, подтверждается, что все основные средства находились у ООО «ЭкоПродукт», судом не учтена афилированность ООО «ЭкоПродукт» и его правопреемника. Доводы подробно изложены в жалобе, по существу которых заявитель просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

ООО «ТОРРЕНС» представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором, ссылаясь на несостоятельность доводов заявителя, основанными на неправильном применении норм, как материального, так и процессуального права, просит отказать в ее удовлетворении.

ФИО2 в отзыве на кассационную жалобу приведены мотивы несогласия с выводами суда, по существу которых ответчик поддерживает доводы заявителя, просит кассационную жалобу финансового управляющего удовлетворить.

В судебном заседании 16.07.2024, проводимом в порядке статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с использованием систем веб-конференции при участии представителя ответчика объявлялся перерыв.

К участию в судебном заседании, судом округа не был допущен представитель ООО «ЭкоПродукт» ФИО5, поскольку ООО «ЭкоПродукт» не является более стороной по делу на основании определения Арбитражного суд Самарской области от 17.10.2023 о процессуальном правопреемстве.

В судебном заседании 23.07.2024 представитель заявителя настаивал на удовлетворении жалобы по доводам, приведенным в ее обоснование, представитель ответчика поддержал доводы заявителя по мотивам, изложенным в отзыве. Представитель ООО «ТОРРЕНС» возражал против удовлетворения кассационной жалобы, приводя мотивы о своем несогласии.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2015 г. N 304-ЭС15-12643, обжалование кредитором (или арбитражным управляющим) судебных актов по правилам пункта 24 постановления N 35 (далее - экстраординарное обжалование ошибочного взыскания) является одним из выработанных судебной практикой правовых механизмов обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются.

При этом названный механизм отличается от предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации порядков обжалования (пересмотра), закрепленных в статье 42 и главе 37 названного Кодекса.

С жалобой по правилам статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может обратиться лицо, чьи права и обязанности затрагиваются судебным актом непосредственно, то есть такое лицо, которое должно было участвовать в деле, но которое не было привлечено к участию в нем ввиду судебной ошибки.

Предусмотренный главой 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядок (пересмотра вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам) предполагает, что с подобным заявлением могут обращаться лица, участвующие в деле в силу части 1 статьи 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отличие от названных двух порядков экстраординарное обжалование ошибочного взыскания предполагает, что с заявлением обращается лицо (кредитор или арбитражный управляющий в интересах кредиторов), не участвовавшее в деле, которое и не подлежало привлечению к участию в нем, но которому судебный акт о взыскании долга объективно противопоставляется в деле о банкротстве ответчика (должника). В случае признания каждого нового требования к должнику обоснованным доля удовлетворения требований остальных кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23 августа 2018 г. N 305-ЭС18-3533). Этим и обусловлено наделение иных кредиторов правом на экстраординарное обжалование ошибочного взыскания в рамках общеискового процесса.

Названный порядок обжалования по своей функциональности предполагает как возможность приведения новых доводов, так и представления (в случае необходимости) новых доказательств.

Согласно позиции, изложенной в упомянутом выше определении от 24 декабря 2015 г. N 304-ЭС15-12643, вступление в дело лиц, обращающихся с жалобой в порядке пункта 24 постановления N 35 и желающих представить новые доказательства, должно осуществляться применительно к правилам о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в суде апелляционной инстанции (пункт 22 постановления N 36).

При этом само по себе такое рассмотрение не является пересмотром по вновь открывшимся обстоятельствам, судом лишь по аналогии в соответствии с частью 5 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации применяются соответствующие правила, которые в то же самое время не умаляют правовую природу экстраординарного порядка и не препятствуют представлению новых доказательств.

Принимая во внимание, приведенные финансовым управляющим в обоснование ходатайства о восстановлении процессуального срока доводы, учитывая, что об обжалуемом судебном акте ему стало известно 19.02.2024 – с момента принятия в рамках дела о несостоятельности ФИО2 требования заявителя (кредитора) ООО«Торренс» о включении в третью очередь реестра требований должника, основанного на судебных актах принятых по настоящему делу, при этом шестимесячный срок с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении прав обжалуемым судебным актом, не истек, суд округа удовлетворил ходатайства заявителя о восстановлении пропущенного срока на обжалование постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2023 по делу № А55-22317/2020.

Арбитражный суд Поволжского округа, исследовав доводы, изложенные в кассационной жалобе финансового управляющего имуществом ФИО2, установил, что заявителем не оспариваются выводы судов в части встречных исковых требований.

Суд кассационной инстанции в силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверяет законность обжалуемого судебного акта в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Судебная коллегия, рассмотрев кассационную жалобу, проверив в порядке статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения при рассмотрении спора судом апелляционной инстанций норм материального права, соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, а также соответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, не находит правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

На момент создания ООО«ЭкоПродукт Производство» его участниками являлись ФИО6, ФИО2 каждый с долей, равной 50% уставного капитала общества.

Ответчик являлся единоличным исполнительным органом общества с момента создания общества до 17.04.2020.

В адрес истца ответчиком 16.04.2019 было направлено нотариально заверенное заявление о выходе из состава участников общества, полученное адресатом 19.04.2019.

В обоснование иска указано, что ответчик, являясь директором общества, совершил сделку, в которой имелась его заинтересованность как единоличного исполнительного органа общества, поскольку ответчик зарегистрировал автомобиль – Lexus NX200 № У256УС163 <***> на свое имя в отсутствие встречного предоставления, действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами общества.

По договору купли-продажи от 20.07.2015 № ОВ/Ф-13575-01-01-С-01 автомобиль приобретен по цене 2 027 000 руб., по акту о приеме-передаче объекта основных средств от 24.07.2015 № 11671Л-В принят на баланс по стоимости равной 2 367 018 руб. 16 коп.

По договору купли-продажи от 08.09.2017 общество передало автомобиль в собственность ответчика по цене – 723 255 руб. 44 коп.

Истец полагает, что имущество отчуждено по заниженной цене и повлекло причинение обществу убытков в сумме 2 076 000 руб.

Cогласно инвентарным карточкам от 06.08.2020 № БП0000005 и № БП0000007 на балансе общества в качестве основных средств имеется следующее имущество:

- фасовочный автомат М6-АР2ТсУЦР № 1100 стоимостью 714 000 руб. 00 коп. без учета НДС, приобретенный обществом на основании договора купли-продажи от 14.05.2014 № 5П1400409У, счета от 16.05.2014 № 201401692, товарной накладной от 04.07.2014 № 1793;

- машина ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1 стоимостью 597 881 руб. 36 коп. без учета НДС и принтер термотрансферный Ro-Coder-F03 стоимостью 77 542 руб. 37 коп. без учета НДС, приобретенные по договору купли-продажи оборудования от 18.11.2014 № 105, счету от 18.11.2014 № 105.

Оборудование оплачено по договору и принято на баланс общества, учтено налоговым органом при сдаче отчетности и вычету НДС, что подтверждается Налоговой декларацией за 2017 год, книгой покупок, квитанцией о приеме налоговой декларации в электронном виде и извещением о вводе сведений налоговой декларации.

При проведении инвентаризации согласно приказу от 06.08.2020 № 1 обнаружилась недостача указанных основных средств, что подтверждается инвентаризационной описью от 06.08.2020 № 1 и сличительной ведомостью от 06.08.2020 № 1, на общую сумму 1 389 423 руб. 73 коп.

По расчету истца размер причиненного обществу убытка по данному факту составил 1 642 520 руб.

Истец, уточняя исковые требования, указал, что никакое имущество не монтировалось, не устанавливалось, а находилось во владении общества только на бумаге.

В силу пунктов 1, 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Ответчик, возражая против удовлетворения иска в части автомобиля, указал, что между обществом и ФИО2 был заключен 14.09.2017 договор купли-продажи спорного автотранспортного средства, в соответствии с условиями которого общество (продавец) обязалось передать автомобиль в собственность ответчика (покупателя), а покупатель - принять и оплатить стоимость данного автомобиля в размере 723 255 руб. 44 коп. путем внесения денежных средств в кассу продавца.

В пункте 2 редакции дополнительного соглашения от 20.08.2019 к указанному договору купли-продажи автотранспортного средства, подписанного от обеих сторон ФИО2, согласован график выплаты денежных средств. Ответчик пояснил, что добросовестно исполнял взятые на себя по договору обязательства, выплачивая стоимость автомобиля в соответствии с предусмотренным договором графиком.

Ответчик, не оспаривая факт отсутствия денежных переводов в адрес истца, указал, что направлял в адрес ответчика заявления о зачете обязательств по погашению стоимости автомобиля и встречного обязательства истца к ответчику о выплате действительной доли.

Относительно заниженной стоимости автомобиля ответчик пояснил, что автомобиль попал в ДТП, при этом ДТП не оформлялось, но автомобиль подвергся серьезному ремонту, в подтверждение чего представил заказ-наряд от 12.09.2017 № АЦ00002347. В результате ДТП рыночная стоимость автомобиля серьезно снизилась, достигла 723 255 руб. 44 коп., исходя из акта оценки от 14.10.2020.

В отношении требования истца о взыскании недостачи, ответчик заявил, что общество ответчика на инвентаризацию не вызывало, на момент ухода ответчика с должности директора оборудование было на месте, находилось в помещении, принадлежащем нынешнему директору и единственному участникуобщества, поскольку было принято в аренду.

В целях проверки доводов истца о заниженной стоимости, по которой автомобиль Lexus NX200 2015 был отчужден ответчику, по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно ответу эксперта рыночная стоимость автомобиля марки LEXUS NX 200 (г-н У256УС163) по состоянию на 14.09.2017, с учетом наличия повреждений автомобиля составляет 805 852 руб. 57 коп., без учета повреждений автомобиля – 1 507 056 руб. 25 коп.

Оценивая уменьшение стоимости автомобиля из-за наличия повреждений, в качестве информации об имеющихся повреждениях, эксперт основывался на заказе-наряде от 12.09.2017 № АЦ00002347, предоставленном ответчиком в подтверждение повреждений, причиненных в результате ДТП.

Представленное ответчиком исследование от 14.10.2020 по оценке стоимости автомобиля, на котором основан довод о соответствии стоимости приобретенного им автомобиля рыночной стоимости, также базировалось на данном заказе-наряде.

Истец заявил о фальсификации заказа-наряда от 12.09.2017 № АЦ00002347.

Ответчик отказался его исключить из числа доказательств по делу.

По результатам назначенной судом судебной технической экспертизы эксперты пришли к следующим заключениям:

1. Фактическое время, в том числе дата, выполнения заказа-наряда № АЦ00002347 не соответствует указанной в документе дате 12.09.2017, в виду того, что данный документ в представленном на исследование виде выполнен не ранее августа 2019 года.

2. Заказ–наряд от 12.09.2017 № АЦ00002347 имеет признаки агрессивного светового воздействия, наиболее выраженные на втором листе документа.

Суд первой инстанции признал заключение судебного эксперта о давности изготовления заказа-наряда соответствующим требованиям, предъявляемым законом, в заключении даны ответы на поставленные вопросы, выводы эксперта последовательны, не содержат противоречий.

Проведенная по заявлению о фальсификации доказательства проверка показала, что представленный ответчиком заказ-наряд не мог быть изготовлен ранее 2019 года.

Организация, от лица которой выдан заказ-наряд, письмом от 08.12.2020 сообщила, что сведений о составлении данного заказа-наряда и внесении денег ответчиком не имеет, поскольку истек срок хранения документов от 2017 года.

По заявлению ответчика ДТП произошло в 2017 году, однако из ответа ГИБДД от 23.11.2020 на запрос суда следует, что отсутствует информация об участии рассматриваемого автомобиля в ДТП.

С учетом вывода эксперта о том, что заказ-наряд не мог быть оформлен ранее 2019 года, а также с учетом отсутствия подтверждения организации, которая якобы проводила ремонт, суд признал недоказанным довод ответчика о том, что в 2017 году имело место ДТП, повлекшее ухудшение качественных характеристик автомобиля.

По делу не предоставлено иных доказательств того, что до заключения договора купли-продажи автомобилю были причинены повреждения.

Эксперт определил стоимость автомобиля без учета повреждений равной 1 507 056 руб. 25 коп.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства о проведении повторной оценки автомобиля, указав, что представленное в дело заключение судебного эксперта соответствует требованиям, предъявляемым законом, в заключении даны ответы на поставленные вопросы, выводы эксперта последовательны, не содержат противоречий.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассматривая дело, с выводами суда первой инстанции не согласился, исходя из следующего.

При определении рыночной стоимости автомобиля эксперт использовал опубликованные на момент оценки объявления о продаже и произвел корректировку «путем обратной индексации», с учетом курса евро на момент продажи и на момент производства экспертизы. Согласно методическим рекомендациям по оценке для определения стоимости автомобиля или запасной части на определенную дату может быть использован индекс инфляции либо потребительских цен, либо изменение покупательной способности денег. Корректировка с учетом разности курса валюты на дату исследования и на дату определения стоимости, согласно методическим рекомендациям, может быть использована лишь в том случае, если изменение стоимости автомобиля или детали в рублевом эквиваленте в течение непродолжительного периода в основном обусловлено изменением курса валюты.

Апелляционной коллегией отмечено, что период между датой исследования и датой определения стоимости составлял 4 года, использования курса евро для оценки противоречило методическим рекомендациям. Эксперт не обосновал выбор именно евро, как валюты с наибольшей разностью курса, за аналог взяты ТС 2015 года выпуска, продаваемые в 2021 году, то есть взяты 6-летние машины, а не 2- летние, относящиеся к предмету оценки. Экспертом не применены коэффициенты повышения товарной стоимости.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, что судом первой инстанции не дана оценка доводам истца о несоответствии экспертного заключения методике проведения экспертиз, что привело к необоснованному отказу в проведении повторной экспертизы стоимости транспортного средства Lexus NX200 № У256УС163 VIN <***>, удовлетворил ходатайство истца о назначении повторной судебной экспертизы.

Согласно представленному экспертному заключению от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 рыночная стоимость автомобиля по состоянию на 14.09.2017 составила 1 969 787 руб.

Ответчик с выводами эксперта не согласился, заявил о недопустимости заключения эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 как доказательства, обосновывая свое заявление тем, что экспертом были допущены нарушения Методических рекомендаций по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, ФБУ РФЦСЭ при Минюсте РФ, 2018 г. (далее – Методические рекомендации Минюста РФ 2018 года), а также заявил о том, что подпись эксперта ФИО7 на представленном в дело заключении от 16.03.2016 отличается от подписи ФИО7 в договоре страхования от 12.08.2022, в отчете от 09.09.2021 № 08/09/2021.

С заявлением ответчика представлено заключение (рецензия) ООО «МЭЦ «Стандарт Оценка» от 14.04.2023, заключение (письменная консультация) ООО «Блиц-Эксперт» от 14.04.2023, копия отчета от 09.09.2021 № 08/09/2021, нотариально заверенный протокол осмотра доказательств, а также заявлено ходатайство о вызове эксперта для ответа на дополнительные вопросы, обязать его представить личные документы, содержащие подпись эксперта, для возможного проведения почерковедческой экспертизы.

Эксперт в письменных возражениях на заявление ответчика о недопустимости заключения эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 как доказательства, дал ответы на дополнительные вопросы ответчика.

Из объяснений эксперта следует, что он является сотрудником ООО «Департамент экспертизы и оценки «Профит Эксперт», что проведение экспертизы было поручено ему, что ему принадлежит подпись в заключении эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023, в расписке о предупреждении об уголовной ответственности.

Ответчик не заявлял о фальсификации подписи эксперта ФИО7 в заключении эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 и в расписке эксперта.

Представленные ответчиком заключения (рецензия) специалиста от 14.04.2023 № 0012-04/23Р и заключения (рецензия) специалиста от 14.04.2023 № 292 являются субъективным мнением частных лиц и не могут являться допустимым доказательством, опровергающим достоверность проведенной в рамках судебного дела экспертизы. Рецензирование заключения судебной экспертизы проведено ответчиком самостоятельно, вне рамок судебного разбирательства, лицо, давшее рецензию, не предупреждено об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных заключений. Нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрено оспаривание экспертного заключения рецензией другого эксперта.

Суд апелляционной инстанции, оценивая доводы ответчика, направленные на опровержение повторного экспертного заключения, пришел к правильному выводу о том, что они фактически основаны на несогласии с выводами эксперта, ином представлении ответчика о методиках исследования и оформления исследовательской части заключения, не могут служить основанием для вывода о невозможности принятия экспертного заключения, как допустимого, относимого и достоверного доказательства.

Заключение судебного эксперта ФИО7 содержит сведения об эксперте, описание объекта исследования, методы оценки объектов, подписку эксперта о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции признал обоснованной позицию истца о том, что ответчик заключил договор фактически сам с собой, прописывая в договоре условия, заведомо невыгодные истцу, с фактической отсрочкой со своей стороны от оплаты более чем на шесть лет, и при этом истец фактически не получил оплаты за приобретенное имущество.

Решением суда по делу № А55-24198/2021 признано недействительным дополнительное соглашение к договору купли-продажи автотранспортного средства от 14.09.2017, в соответствии с которым ответчику была установлена рассрочка выплаты денежных средств в размере 723 255 руб. 44 коп.

Результат заключения сделки в виде получения денежных средств от продажи автомобиля не достигнут, существенно занижена цена автомобиля.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что наличие данных обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, а именно отчуждение принадлежащего обществу автотранспортного средства на заведомо невыгодных для общества условиях, без фактического получения за него соразмерной платы.

Размер ущерба, причиненного ответчиком в связи с продажей автомобиля, определен судом в размере стоимости автомобиля – 1 969 787 руб., установленной экспертным заключением.

Корректировка рыночной стоимости на сумму НДС не производилась.

Отклоняя позицию ответчика о том, что стоимость автомобиля была частично погашена зачетом, судом правомерно учтено, что в соответствии с представленными суду уведомлениями, в количестве 14 штук, на сумму 294 000 руб. 00 коп., ответчик действительно заявлял о зачете стоимости автомобиля в счет встречного требования ответчика – о выплате действительной стоимости доли. Однако, предъявляя встречный иск о выплате стоимости доли, требование заявил без учета проведенного зачета. Принимая во внимание, что требование о взыскании стоимости доли рассматривается в настоящем деле, размер причиненных убытков правомерно определен судом без учета встречных требований.

Суд апелляционной инстанции, отказывая во взыскании убытков, составляющих сумму выявленной недостачи, указал, что истец не представил суду данных по оплате оборудования, в деле отсутствуют доказательства того, что ответчик извещался о проведении инвентаризации, обществом заявлено требование о взыскании убытков, причиненных отсутствием основных средств.

Ответчик подтвердил приобретение обществом указанного имущества и указал на то, что оно находилось на территории предприятия и осуществляло производственную деятельность.

Основанием обращения в суд с настоящим иском послужило расхождение информации, содержащейся в бухгалтерских документах с тем, что физически находится на территории предприятия.

В качестве подтверждения реальности сделки ответчиком представлены: копия товарной накладной на фасовочный автомат м6-ар2т, копия приложения №1 к договору купли-продажи №5П1400409У от 14.05.2014, распечатка решения Арбитражного суда Самарской области от 12.10.2018 по делу №А55-2751/2018, копия договора аренды нежилого помещения №7/17 от 01.01.2017, свидетельство о гос.регистрации права от 07.04.209, свидетельство о гос.регистрации права от 12.11.2009, договор купли-продажи от 14.05.2014 №5П1400409У с приложением № 1, договор купли-продажи оборудования от 18.11.2014№ 105 с спецификацией, книга покупок (без подписей и дат), якобы переписку с ФИО6

Представленные в дело документы свидетельствуют о приобретении обществом оборудования, но не подтверждают факт наличия оборудования во владении общества на момент смены генерального директора.

Решение Арбитражного суда Самарской области от 12.10.2018 по делу № А55-2751/2018 касается продукции, которая была куплена ООО «Экопродукт производства» у поставщика для последующей перепродажи конечному покупателю, поскольку осуществляло посреднические, а не производственные услуги.

Договор аренды нежилого помещения от 01.01.2017 № 7/17 не содержит ни одного указания, что он был заключен для размещения там фасовочного автомата (М6-АР2ТсУЦР №1100), машины (ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1), принтера термотрасферного (Ro-Coder-F03), а соответственно указанные документы не могут служить доказательством существования оборудования.

Свидетельство о гос.регистрации права от 07.04.2009, свидетельство о гос.регистрации права от 12.11.2009 подтверждают существование нежилого недвижимого имущества, однако не доказывают наличие оборудования.

Технические характеристики фасовочного автомата М6-АР2ТсУЦР №1100, машины ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1 и принтера термотрасферного Ro-Coder-F03, а также здания по адресу <...> не позволяют расположить оборудование в здании, выпускать какую-либо продукцию.

Фасовочный автомат М6-АР2ТсУЦР №1100 (сайт https://protex.ru/avtomat-fasovki-tvoroga) имеет габариты (без подъемника) 2920/1470/1560 мм., а вес составляет 1430 кг. В здании нет ворот для заезда автотранспорта, установка такого оборудования возможна была исключительно автокраном на второй этаж, сняв при этом крышу. Дверные проемы здания также не позволяют «занести» такое оборудование во внутрь.

ФИО8 2-ЛИНЕПАК-00-1 и принтер термотрасферный Ro-Coder-F03 (сайт https://taurasfenix.com/oborudovanie/gorizontalnie-iipakovochnie-mashini/linepak-12/) имеет габариты (без принтера) 3700/1000/1750, а вес составляет 400 кг. Занести такое оборудование в здание невозможно.

Здание, расположенное по адресу: <...>, фактически является административно-офисным, что также указано в свидетельстве о праве собственности серии 63АА 291778 от 18.10.2001. В период эксплуатации здания в нем не производилась реконструкция или перепланировка, в целях осуществления начала производственной деятельности. План помещений прямо указывает на невозможность ведения в нем производственной деятельности.

Ответчик указанные доводы истца не опроверг, пояснив, что спорное оборудование было закуплено, денежные средства за его приобретение перечислены обществом.

Материалами дела подтверждены факты перечисления обществом денежных средств за указанное истцом оборудование, отражение этого оборудования в реестрах бухгалтерской отчетности, а также отсутствие этого оборудования в распоряжении общества.

На момент проведения инвентаризации ответчик не являлся материально ответственным лицом, в связи с чем довод об отсутствии извещения о проведении инвентаризации обоснованно отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку сам по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании убытков.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции признал первоначальные исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере 3 612 307 руб. (1 969 787 + 1 642 520 = 3 612 307).

Кассационная коллегия, рассмотрев доводы кассационной жалобы, не находит правовых оснований для их удовлетворения, поскольку материалами дела подтверждается причинение ФИО2 убытков ООО «ЭкоПродукт Производство».

ООО «ЭкоПродукт Производство» просило взыскать с ФИО2 убытки, выявленные в связи с отсутствием указанного в бухгалтерских документах общества оборудования – фасовочного автомата М6- АР2ТсУЦР № 1100 стоимостью, машины ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1 и принтера термотрансферного Ro-Coder-F03.

При оценке сделок по приобретению оборудования судом апелляционной инстанции были исследованы все представленные сторонами в материалы дела доказательства: договора, счета, налоговую отчетность, товарные накладные, свидетельствующие о приобретении оборудования, но не подтверждающие его наличие, фактическое поступление оборудования во владение общества.

ФИО2 не был ограничен в предоставлении дополнительных доказательств, указывающих на реальность приобретения (получения) оборудования.

Инвентаризационная опись основных средств общества от 06 08 2020 №1, представленная заявителем в обоснование доводов кассационной жалобы, не подтверждает поступление оборудования во владение общества. На второй странице данной описи не указано на фактическое наличие названного оборудования, графы 10-11 описи не содержат данные записи. Кроме того, данная инвентаризационная опись подписана одним лицом и не подтверждает сдачу спорного имущества ФИО2 подписавшему опись лицу.

В соответствии со статьей 11 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

Законодательством о бухгалтерском учете недостача определяется как выявленное при инвентаризации расхождение между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета. Поэтому для установления факта недостачи необходимы документы, отражающие фактическое наличие имущества на какую-либо дату, и документы, отражающие наличие имущества по данным бухгалтерского учета на эту дату. Фактическое наличие имущества определяется при проведении инвентаризации.

Допустимыми доказательствами по делам рассматриваемой категории являются документы инвентаризации (инвентаризационные описи или акты инвентаризации, сличительные ведомости). Порядок и сроки проведения инвентаризации определяются руководителем организации, за исключением случаев, когда проведение инвентаризации обязательно.

Порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформление ее результатов установлен Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 г. N 49.

Методическими указаниями предусмотрено, что для проведения инвентаризации в организации создается постоянно действующая инвентаризационная комиссия (пункт 2.2); персональный состав постоянно действующих и рабочих инвентаризационных комиссий утверждает руководитель организации, документ о составе комиссии (приказ, постановление, распоряжение) регистрируют в книге контроля за выполнением приказов о проведении инвентаризации, отсутствие хотя бы одного члена комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными (пункт 2.3); до начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств, материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход (пункт 2.4); инвентаризационная комиссия обеспечивает полноту и точность внесения в описи данных о фактических остатках товаров, денежных средств, правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации (пункт 2.6); проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (пункт 2.8); описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица; в конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение; при проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (пункт 2.10).

Несоблюдение указанных требований при проведении инвентаризации является основанием для признания итогов инвентаризации недействительными.

Довод финансового управляющего о необходимости учитывать при определении действительной стоимости доли ФИО2 взысканные с него убытков подлежит отклонению, поскольку согласно статье 23 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества.

ФИО2 вышел из состава участников общества 19.04.2019.

Последним отчетным периодом, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, является дата 31.12.2018, на которую экспертом была определена действительная стоимость доли ФИО2 в связи с его выходом из состава участников.

Судебный акт о взыскании с ФИО2 убытков вступил в законную силу 03.05.2023, данные убытки были отражены в бухгалтерской отчетности общества за 2023 год и не могут изменять размер действительной стоимости его доли.

Заключение эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 объективно и достоверно отражают характер и ход исследования, не содержит неточности и неясности в ответе на поставленные вопросы, выводы эксперта являются однозначными, не носят вероятностного характера, оценено отдельно и в совокупности с иными доказательствами по делу.

Довод заявителя жалобы о том, стоимость спорного оборудования и транспортного средства подлежит уменьшению на сумму НДС, не может быть принят судом кассационной инстанции, поскольку их стоимость указана без НДС, данные о включении НДС в заявленную по иску сумму убытков не представлены по делу.

Рыночная стоимость автомобиля определена оценщиком такой, какой она была опубликована в объявлениях о продаже. В связи с этим данная сумма не подлежит уменьшению на сумму НДС поскольку при продаже автомобиля у общества возникает обязанность выделить и оплатить налог в бюджет, а не получить его обратно.

Доводы кассационной жалобы проверены судом кассационной инстанции в рамках заявленных по иску требований, оставлены без удовлетворения как неподтвержденные материалами дела и основанные на неправильном толковании норм материального права.

Все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта не выявлено, суд кассационной инстанции не находит его подлежащим отмене, кассационную жалобу – удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2023 по делу № А55-22317/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья М.З. Желаева


Судьи М.М. Сабиров


М.А. Савкина