Постановление от 5 февраля 2020 г. по делу № А41-10496/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-22355/2019

Дело № А41-10496/19
05 февраля 2020 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2020 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Муриной В.А., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Люкс Импорт Рус» - ФИО2, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АВ 9229554 от 17.10.2018, зарегистрированной в реестре за № 77/760-н/77-2018-6-562;

от ООО «ТК Альфа» - представитель не явился, извещен надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Люкс Импорт Рус» на определение Арбитражного суда Московской области от 26 сентября 2019 года по делу №А41-10496/19 по заявлению ООО «ТК «Альфа» о включении задолженности в реестр требований кредиторов ООО «Люкс Импорт Рус», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Люкс Импорт Рус»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 05 июня 2019 года в отношении ООО «Люкс Импорт Рус» (ИНН <***>, ОГРН <***>) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника суд утвердил ФИО3.

Сообщение о введении наблюдения опубликовано 15.06.2019.

26 июня 2019 года ООО «ТК «Альфа» обратилось в арбитражный суд с требованием о включении задолженности в размере 47 683 000 руб. основного долга, 2 235 735 руб. процентов за пользование займом и 8 024 215, 12 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами в реестр требований кредиторов должника (с учетом последующих уточнений порядке статьи 49 АПК РФ)

Определением Арбитражного суда Московской области от 26 сентября 2019 года требования ООО «ТК Альфа» признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника в третью очередь.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ООО «Люкс Импорт Рус» ФИО3 подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить.

ООО «ТК Альфа» представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст.ст. 223, 266, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы.

Дело рассмотрено в соответствии с нормами ст. 121-123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителя ООО «ТК Альфа», надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя конкурсного управляющего, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, 12 ноября 2013 года между должником и ООО «ТД «Альфа-Косметикс» заключен договор купли-продажи №б/н земельного участка и расположенного на земельном участке сооружения (ограждение земельных участков).

В соответствии с условиями договора купли-продажи стоимость продаваемого земельного участка и сооружения составляет 56 000 000 руб., в соответствии с условиями договора, должник оплачивает 5 317 000 руб. в качестве предварительной оплаты по договору, оставшуюся сумму в размере 50 683 000 руб. должник оплачивает после подписания договора, но не позднее 15 дней.

04 апреля 2014 годе между ООО «ТД «Альфа-Косметикс», ООО «ТК «Альфа» и должником, заключено соглашение о переводе долга, в соответствии с которым, кредитором должника по договору купли-продажи №б/н от 12 ноября 2013 года на сумму 50 683 000 руб. становится ООО «ТК «Альфа».

04 апреля 2014 года между должником и ООО «ТК «Альфа» заключено соглашение о новации, в соответствии с которым обязательство по договору купли-продажи №б/н от 12 ноября 2013 года заменяется на заемное обязательство, в соответствии с которым размер обязательства 50 683 000 руб., процентная ставка 1% годовых от суммы основного долга, срок возврата суммы займа 3 (три) года с даты заключения договора о переводе долга.

Обращаясь с настоящим заявлением, ООО «ТК «Альфа» указало, что должник должен был исполнить обязательство перед ним не позднее 04 апреля 2017 года.

ООО «ТК «Альфа» направило в адрес должника претензию, однако до настоящего времени обязательство должником не исполнено, что послужило обращением с заявлением о включении в реестр требований кредиторов.

Удовлетворяя требование ООО «ТК «Альфа», суд первой инстанции посчитал, что заявителем представлены достаточные доказательства наличия задолженности в заявленном размере.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что судом первой инстанции не были приняты во внимание следующие обстоятельства.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с положениями Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору; конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия) (ст. 2).

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов в процедуре наблюдения направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

Разъяснения о повышенном стандарте доказывания в делах о банкротстве даны в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которому при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом суд осуществляет проверку обоснованности требований кредитора вне зависимости от наличия или отсутствия возражений против данных требований иных лиц, участвующих в деле.

Примеры судебных дел, в которых раскрывается понятие повышенного стандарта доказывания применительно к различным правоотношениям, из которых возник долг, имеются в периодических и тематических обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (пункт 15 Обзора № 1 (2017) от 16.02.2017; пункт 20 Обзора № 5 (2017) от 27.12.2017, пункт 17 Обзора № 2 (2018) от 04.07.2018, пункт 13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-20992(3), № 305-ЭС16-10852, № 305-ЭС16-10308, № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344, № 305-ЭС17-14948, № 308-ЭС18-2197).

В обоснование заявленного требования ООО «ТК Альфа» ссылается на следующие обстоятельства.

12 ноября 2013 года между должником и ООО «ТД «Альфа-Косметикс» заключен договор купли-продажи №б/н земельного участка и расположенного на земельном участке сооружения (ограждение земельных участков).

В соответствии с условиями договора купли-продажи стоимость продаваемого земельного участка и сооружения составляет 56 000 000 руб., при этом, должник оплачивает 5 317 000 руб. в качестве предварительной оплаты по договору; оставшуюся сумму в размере 50 683 000 руб. должник оплачивает после подписания договора, но не позднее 15 дней.

04 апреля 2014 года между ООО «ТД «Альфа-Косметикс», ООО «ТК «Альфа» и должником заключено соглашение о переводе долга, в соответствии с которым, кредитором должника по договору купли-продажи №б/н от 12 ноября 2013 года на сумму 50 683 000 руб. становится ООО «ТК «Альфа».

04 апреля 2014 года между должником и ООО «ТК Альфа» заключено соглашение о новации, в соответствии с которым обязательство по договору купли- продажи №б/н от 12 ноября 2013 года заменяется на заемное обязательство на следующих условиях: размер обязательства - 50 683 000 руб., процентная ставка - 1% годовых от суммы основного долга, срок возврата суммы займа - 3 (три) года с даты заключения договора о переводе долга.

С учетом указанных обстоятельств, должник был обязан исполнить обязательство перед ООО «ТК Альфа» не позднее 04 апреля 2017 года.

В рассматриваемом случае имеется то обстоятельство, что должник и ООО «ТК Альфа» принадлежат к одной группе компаний, контролируемые одними лицами.

Так, как видно из договора купли продажи №б/н от 12 ноября 2013 года, генеральным директором ООО «ТД «Альфа-Косметикс» на момент заключения договора являлся ФИО4.

ФИО4 является генеральным директором ООО «ТД «Альфа-Косметикс» и в настоящее время, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Заключенное трехстороннее соглашение о переводе долга от 04 апреля 2014 года подписано ФИО4, как генеральным директором ООО «ТД «Альфа-Косметикс», так и генеральным директором ООО «ТК Альфа», что также следует из выписки ЕГРЮЛ.

Соглашение о новации также подписано ФИО4, от имени ООО «ТК Альфа» как генеральным директором.

В соответствии с договором купли-продажи доли участия в уставном капитале должника от 16 августа 2017 года ФИО4 продал принадлежащие ему на праве собственности 50% доли в уставном капитале должника ФИО5, который являлся собственником других 50% доли в уставном капитале должника.

Соответственно, исходя из указанных обстоятельств видно, что на дату заключения между сторонами договора купли-продажи земельного участка и сооружения, договора о переводе долга и договора новации, ФИО4 являлся заинтересованным лицом как по отношению к должнику, так и по отношению к конкурсному кредитору.

Указанные обстоятельства также усматриваются из протокола о создании ООО «Люкс Импорт Рус», в соответствии с которым участниками ООО «Люкс Импорт Рус» являлись ФИО4 и ФИО5

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 N 302-ЭС15-3973).

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556, от 21 февраля 2018 г. N 310-ЭС17- 17994(1, 2).

Поскольку случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

При этом, если участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота.

В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается.

При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Поэтому в ситуации, когда одобренный участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана.

Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы.

Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами.

В частности, в деле о банкротстве общества требование участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала.

Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208).

К тому же изъятие вложенного участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера).

Соответственно в данной ситуации аффилированный кредитор должен раскрыть мотивы оформления отношений с должником посредством заключения договоров займа, в том числе разумные экономические мотивы их заключения.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (пункт 18 Обзора судебной практики Верховного суда РФ N 5 (2017), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 декабря 2017 года.

В рассматриваемом случае должник и ООО «ТК Альфа» принадлежат к одной группе компаний, контролируемые одними лицами.

Исходя из выписки ЕГРЮЛ, участниками ООО «ТД «Альфа-Косметикс» являются ФИО4 и ФИО5, участником ООО «ТК «Альфа» является ФИО4, соответственно, фактически, заключая указанные сделки, в частности договор новации, участник должника выдал заем должнику, что не может являться допустимым в соответствии с положениями Закона о банкротстве, т.к. к конкурсным кредиторам не относятся учредители (участники) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер таких обязательств непосредственно связан с ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Конечными бенефициарами должника, ООО «ТК Альфа» и ООО «ТД «Альфа-Косметикс» являются одни и те же лица.

Арбитражным апелляционным судом также установлено, что должник получил денежные средства по кредитному договору в размере 62 000 000 руб., которые были перечислены Банком должнику 17 июля 2017 года, что подтверждается выпиской с расчетного счета должника.

17 июля 2017 года должник перечисли в адрес ООО «ТК Альфа» денежные средства двумя траншами в размере 31 млн.руб. каждый, для оплаты задолженности по кредитному договору КД №239-PKJI/13 от 24 октября 2013 года и кредитному договору КД №231-РКЛ/13 от 04 октября 2013 года.

Денежные средства по кредитному договору были получены должником в счет предоставления залога (ипотеки) недвижимого имущества, земельный участок: кадастровый номер 50:22:0040507:85, расположенный по адресу: МО, <...> км, общей площадью 17 789 +/- 47 кв.м.

То есть фактически денежные средства получены должником по кредитному договору, обеспеченному залогом земельного участка, проданного ООО «ТК Альфа» должнику по цене, которая в последствии была получена должником по кредитному договору и сразу же перечислены ООО «ТК Альфа» с иным назначением платежа, при том, что ООО «ТК Альфа» входит в одну группу должника.

Таким образом, участниками спорных правоотношений создана искусственная задолженность в целях включения требований в реестр требований кредиторов должника, а также контроля за ходом процедуры банкротства и получения денежных средств из конкурсной массы.

Оформленные соглашением о новации от 04 апреля 2014 года требование (заемное обязательство) в действительности имеет статус корпоративного, что служит основанием для отказа во включении его в реестр (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве).

Данное обстоятельство свидетельствует о подаче ООО «ТК Альфа» заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

На основании ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что обоснованность требования ООО «ТК Альфа» не подтверждена надлежащими доказательствами, в связи с чем апелляционный суд отказывает во включении этих требований в реестр требований кредиторов должника.

Оснований для иных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

В нарушение ст.ст.9 и 65 АПК РФ ООО «ТК Альфа» не обосновало экономическую целесообразность для должника выбора такого способа прекращения обязательства должника (замены обязательства по уплате частит цены по договору купли-продажи №б/н от 12 ноября 2013 года в размере 50 683 000 руб. на заемное обязательство).

Доводы ООО «ТК Альфа», изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, о том, что в обществе имелся корпоративный конфликт, в связи с чем нельзя квалифицировать его требование в качестве корпоративного, отклонены арбитражным апелляционным судом.

В материалах дела нет доказательств наличия межу участниками ООО «ТД «Альфа-Косметикс», ООО «ТК Альфа» и ООО «Люкс Импорт Рус» корпоративного конфликта.

Арбитражному апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

Более того, сделки, являющиеся основанием для обращения ООО «ТК Альфа» в арбитражный суд с настоящим заявлением, были совершены в 2013 - 2014 г.г.

Таким образом, наличие корпоративного конфликта в 2017 году, на который указано в отзыве, не имеет правового значения при разрешении настоящего спора.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления ООО «ТК Альфа» о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 4 части 1 статьи 270, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 26 сентября 2019г. по делу № А41-10496/19 – отменить.

В удовлетворении требований ООО «ТК Альфа» - отказать.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.П. Мизяк

Судьи

В.А. Мурина

А.В. Терешин