Постановление от 12 февраля 2024 г. по делу № А40-56312/2017

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-88265/2023

Дело № А40-56312/17
г. Москва
12 февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2024 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Н. Федоровой,

судей А.С. Маслова, Ж.В. Поташовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 20.11.2023 по делу № А40-56312/17, вынесенное судьей А.Г. Омельченко в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о разрешении разногласий,

при участии в судебном заседании:

От ФИО3– ФИО4 по дов. от 11.10.2022

От ООО «Деловой интерьер» - ФИО5 по дов. от 05.07.2023

От ФИО6 – ФИО5 по дов. от 17.07.2023

ф/у должника ФИО7 – лично,паспорт

От ФИО1 – ФИО8 по дов. от 02.02.2023

Иные лица не явились, извещены.



У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2018 признан несостоятельным (банкротом) ФИО2 (дата рождения 09.02.1970). Финансовым управляющим утвержден ФИО9, член Союза СРО «СЕМТЭК», о чем опубликовано сообщение в газете «КоммерсантЪ» от 03.11.2018 № 203.

В Арбитражный суд города Москвы 14.90.2023 поступило заявление ФИО1 о разрешении разногласий между финансовым управляющим должника ФИО10 и ФИО1 и обязании финансового управляющего ФИО10 выплатить ФИО1 текущий платеж на основании определения Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2022 по делу А40-340074/19-169-477 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и определения Арбитражного суда города Москвы от 04.05.2023 по делу А40-340074/19-169-477.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.11.2023 в удовлетворении заявления ФИО1 о разрешении разногласий отказано.

Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что судом первой инстанции не установлено время возникновения обязательства ФИО2, в связи с чем, вывод суда о не текущем характере обязательства противоречит материалам дела. Кроме того, указывает, что вопреки выводам суда первой инстанции, период возникновения заемного обязательства между ФИО1 и ООО «Маниола» не имеет правового значения для настоящего дела, равно как не имеет правового значения и то обстоятельство, что ранее иная сделка между ФИО2 и лично ФИО1 в настоящем деле была признана недействительной.

На основании изложенного, просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

25.01.2024 в Девятый арбитражный апелляционный суд поступило заявление представителя ФИО1 – ФИО11 об отказе от заявления о разрешении разногласий и прекращении производства по обособленному спору.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал заявление, просил принять отказ от требований.

Финансовый управляющий должника ФИО7, представители ФИО3, ООО «Деловой интерьер», ФИО6 возражали против удовлетворения заявления, просили отказать в принятии отказа от заявленных требований.

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" разъяснено, что в соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Последствием такого отказа и его принятия судом является прекращение производства по делу (п. 4 ч. 1 ст. 150 АПК РФ), а также недопустимость повторного обращения в суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям (ч. 3 ст. 151 АПК РФ).

По смыслу части 5 статьи 49 АПК РФ арбитражный суд должен проверить ходатайство об отказе от иска на предмет наличия противоречий закону или нарушений прав других лиц, в том числе путем оценки доводов и возражений сторон.

Вместе с тем, лица, участвующие в деле, в ходе судебного заседания в суде апелляционной инстанции возражали против удовлетворения заявленного ходатайства об отказе от требований, указывая, что отказ ФИО1 от заявленных требований нарушает их права и законные интересы, учитывая существо заявленных требований о разрешении разногласий с иными лицами.

Учитывая изложенное, судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленного ходатайства и принятии отказа ФИО1 от заявления о разрешении разногласий и прекращении производства по обособленному спору, в связи с чем, протокольным определением от 29.01.2024 в удовлетворении заявления ФИО1 судебной коллегией отказано.

В суд апелляционной инстанции поступили ходатайства ФИО1 о приобщении к материалам дела дополнительных документов и об отложении судебного разбирательства по делу.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев указанные ходатайства, пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Из содержания части 5 статьи 158 АПК РФ следует, что суд по своему усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности отложить судебное разбирательство. Таким образом, отложение судебного заседания по делу является правом суда, а не его обязанностью.

Апелляционная коллегия считает возможным отказать в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, поскольку указанные в нем обстоятельства не являются безусловным основанием для отложения судебного разбирательства в соответствии с нормами статьи 158 АПК РФ.

Вместе с тем, в целях всестороннего и объективного рассмотрения дела, представленный апеллянтом дополнительный документ, а именно копия определения Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2023 по делу №А40-340074/19, приобщен судебной коллегией к материалам дела.

В суд апелляционной инстанции поступили отзывы финансового управляющего ФИО10, ФИО12, ФИО6 на апелляционную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО13 поддерживал доводы апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в ней, просил отменить судебный акт.

Финансовый управляющий должника ФИО7, представители ФИО3, ООО «Деловой интерьер», ФИО6 возражали на доводы апелляционной жалобы, указывали на ее необоснованность, просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 АПК РФ в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 АПК РФ, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 AПK РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы и обосновывая свое требование в качестве текущего требования, ФИО1 ссылался на то, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 по долгам ООО «Маниола», установленные определением от 16.12.2022 по делу № А40-340074/2019, имели место в период с 12.02.2018 по 06.04.2020 (даты совершения оспариваемых сделок).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, то есть даты вынесения определения об этом. Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Ответственность, контролирующих должника лиц, предусмотренная статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности должны учитываться общие положения глав 25 и 29 Гражданского кодекса Российской Федерации (Далее – ГК РФ) об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

По общему правилу, следующему из статьи 1064 ГК РФ (часть вторая) от 26.01.1996 №14-ФЗ, обязательство по возмещению вреда возникает с момента его причинения. Дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве текущего платежа (п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»).

Таким образом, для квалификации как текущего или реестрового обязательства лица, контролировавшего должника-банкрота и привлеченного к субсидиарной ответственности по долгам последнего, необходимо определить момент причинения вреда кредиторам должника-банкрота.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота по правилам Закона о банкротстве в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве).

В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 Закона о банкротстве.

Так, в частности, из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что, вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

При этом, обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции верно указал, что подход ФИО1 к определению даты возникновения права требования в связи с привлечением к субсидиарной ответственности является неверным и основан на неверном толковании норм материального права.

Так, правонарушение ФИО2 как контролирующего должника лица выразилось не в том, что ООО «Маниола» признан банкротом или совершены какие-либо сделки, которые были в последующем оспорены, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов, то есть обстоятельства объективного банкротства имеют определяющее значение для квалификации задолженности как реестровой или текущей.

Исходя из этого, время совершения ФИО2 правонарушения должно определяться не моментом, признания ООО «Маниола» банкротом или совершения оспоренных сделок, а действиями по доведению им ООО «Маниола» до несостоятельности.

Как верно указано в обжалуемом определении, именно период совершения таких действий в соотнесении с датой возбуждения дела о банкротстве ФИО2 имеет определяющее значение для квалификации задолженности как реестровой или текущей.

Обстоятельства, подтверждающие объективное банкротство подконтрольного лица, могут быть установлены, в том числе, из косвенных признаков, таких например, как прекращение платежей по обязательствам и т.п.

Вместе с тем, заявителем данный период не установлен, каких-либо доказательств не представлено.

Одним из обязательных условий для признания недействительными сделок в соответствии с положениями Закона о банкротстве является факт наличия непогашенных требований кредиторов, которые в последующем были включены в реестр требований кредиторов Должника.

Вместе с тем, заявителем ни в заявлении, ни в апелляционной жалобе не указывается дата объективного банкротства ООО «Маниола».

В тексте апелляционной жалобы также не указана дата объективного банкротства ООО «Маниола», а также то, исходя из каких доказательств суд должен был установить указанное обстоятельство.

Как установлено определением Арбитражного суда города Москвы от 22.04.2022 по делу № А40-340074/2019 на момент совершения спорных платежей у ООО «Маниола» имелись неисполненные денежные обязательства перед ООО «Техно-Менеджмент» в размере 5 726 994 руб. 78 коп., ИП ФИО1 в сумме 2 000 000 руб., ООО «Луч» в размере 2 411 105 руб. 13 коп. В настоящее время требования ИП ФИО14 и ООО «Луч» установлены в деле о банкротстве ООО «Маниола».

Как следует из определения Арбитражного суда города Москвы от 13.03.2020 по делу №А40-340074/19 и определения Арбитражного суда города Москвы от 09.09.2020 по делу №А40-340074/19, требования ИП ФИО1 включены в реестр требований кредиторов ООО «Маниола» в сумме 5 063 436 руб. 98 коп. на основании требования по договору займа, установленного решением Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2019 по делу № А40- 75354/2019.

В соответствии с решением Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2019 по делу № А40-75354/2019 установлено, что ИП ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «МАНИОЛА» о взыскании задолженности по договору займа от 19.12.2016 в размере 3 702 518,39 руб. ИП ФИО1 фактически предоставил ООО «МАНИОЛА» заем в размере 9 000 000,00 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 2 от 27.12.2016, № 5 от 19.01.2017, № 7 от 25.01.2017, № 9 от 03.02.2017, № 10 от 02.03.2017, выпиской по банковскому счету ИП ФИО1 о предоставлении суммы займа.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» при применении пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве судам следует учитывать, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (ст. 810 ГК РФ) или кредитному договору (ст. 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

Дело о банкротстве ФИО2 № А40-56312/2017 возбуждено 12.04.2017.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на момент возбуждения дела о банкротстве ФИО2 обязательство по оплате по договору займа возникло, и не может быть отнесено к текущим.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

В случаях, когда закон ставит защиту прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

При этом, наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 Постановления Пленума АС РФ от 23.12.2010 № 63).

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2019 по делу № А40-56312/17 признана недействительным соглашение от 19.04.2017, заключенное между ФИО1 и ФИО2, при этом, судом установлено, что сделка совершена безвозмездно, после принятия заявления о банкротстве должника, без экономической цели, с целью вывода активов должника под видом текущих платежей, судом сделан вывод о том, что сделка совершена со злоупотреблением правом и является недействительной на основании статьей 10 и 168 ГК РФ.

Таким образом, в рамках настоящего дела о банкротстве судом ранее установлено недобросовестное поведение ФИО1

Судом первой инстанции установлено, что заявителем не доказан тот факт, что требование является текущим, кроме того, ранее судами устанавливался факт аффилированности ФИО1 с Должником и факт злоупотребления правом.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления ФИО1 о разрешении разногласий.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции.

Между тем, доводы апелляционной жалобы сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно отклоненной судом, и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ним.

Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при вынесении обжалуемого определения апелляционным судом не установлено.

В соответствии с п. 1 ст. 270 АПК РФ, основаниями для изменения или отмены решения, определения арбитражного суда первой инстанции являются, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в решении, определении обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства

Определение суда законно и обоснованно. Основания для отмены определения отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации,



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.11.2023 по делу № А40-56312/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ю.Н. Федорова

Судьи: А.С. Маслов


Ж.В. Поташова