Постановление от 29 июля 2025 г. по делу № А47-9071/2023

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-4345/2025
г. Челябинск
30 июля 2025 года
Дело № А47-9071/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 июля 2025 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аникина И.А.,

судей Поздняковой Е.А., Румянцева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Зубковой В.Е.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 14.03.2025 по делу № А47-9071/2023 об удовлетворении заявления о завершении процедуры реализации имущества должника.

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание), приняли участие:

финансовый управляющий ФИО1 - ФИО2 (паспорт);

представитель финансового управляющего ФИО3 - ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 08.08.2023, паспорт).

ФИО3 и ФИО1, заявившие об участии в судебном заседании посредством веб-конференции, техническое подключение к судебному заседанию не обеспечили.


ФИО6 01.06.2023 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ее несостоятельным (банкротом) в связи с наличием просроченной более трех месяцев задолженности в сумме                   6 737 236 руб. 50 коп.

Решением суда от 10.08.2023 (резолютивная часть объявлена 07.08.2023) ФИО6 признана несостоятельной (банкротом) с открытием процедуры реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО4, являющаяся членом Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

Финансовый управляющий должника ФИО4 17.01.2025 обратилась в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника в отношении должника, приложив отчет о своей деятельности и о результатах проведения реализации имущества.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 14.03.2025 (резолютивная часть от 11.03.2025) ходатайство удовлетворено, завершена процедура реализации имущества должника с его освобождением от исполнения обязательств.

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, финансовый управляющий одного из кредиторов должника ФИО1 - ФИО2 (далее также – податель жалобы, апеллянт) обратился с апелляционной жалобой в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Финансовый управляющий ФИО1 - ФИО2 не согласен с обжалуемым судебным актом в части применения к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от исполнения обязательств.

Апеллянт считает, что имеются обстоятельства, которые свидетельствуют о недобросовестности поведения супругов К-вых по отношению к их кредиторам, совершении ими действий, направленных на сокрытие имущества, вывод активов должника, что подтверждено вступившими в законную силу судебными актами в деле № А47-810/2019 о банкротстве ФИО1

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                  от 28.04.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 25.06.2025

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2025 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 23.07.2025.

Определением заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2025 в составе суда произведена замена судьи Кожевниковой А.Г., находящейся в трудовом отпуске, на судью Румянцева А.А.

В связи с заменой в составе суда рассмотрение апелляционной жалобы производится сначала.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения указанной информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

С учетом мнения апеллянта, представителя финансового управляющего ФИО3 и в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель финансового управляющего ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, на случай удовлетворения апелляционной жалобы просил не освобождать ФИО3 от исполнения обязательств только перед двумя кредиторами: ФИО1 и ФИО7

До начала судебного заседания от ФИО3 поступили письменные пояснения и отзыв на апелляционную жалобу, в приобщении которых к материалам дела отказано в связи с непредставлением доказательств их направления всем лицам, участвующим в деле о банкротстве ФИО3

От апеллянта поступила справочная информация в виде таблице о конкурсных кредиторах ФИО1 (дело о банкротстве                                         № А47-810/2019) и ФИО3 (дело о банкротстве № А47-9071/2023). Поскольку реестр кредиторов должника носит открытый характер, соответствующая справочная информация приобщена к материалам дела.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, определение пересматривается арбитражным апелляционным судом в обжалуемой части (в части применения к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств).

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, финансовым управляющим ФИО3 – ФИО4 сформирован реестр требований кредиторов должника, в котором учтены требования на общую сумму 7 167 280 руб. 53 коп. (требования кредиторов третей очереди), из них:

- МИФНС России № 15 по Оренбургской области – сумма требований 143 886 руб. 50 коп.;

- АО «Альфа-Банк» – сумма требований 814 527 руб. 39 коп.;

- ПАО Сбербанк – сумма требований 724 691 руб. 64 коп.;

- ФИО7 – сумма требований 3 657 000 руб.;

- ФИО1 – сумма требований 1 827 175 руб.

Требования, включенные в первую и вторую очередь, отсутствуют.

Реестр погашен на сумму 0,00 руб. (0%), закрыт 19.10.2023.

Текущие обязательства должника составили:

первая очередь - расходы финансового управляющего на проведение процедуры реализации имущества в размере 62 217 руб. 72 коп., расходы погашены в размере 29 712 руб. 32 коп.;

вторая и третья очередь – отсутствуют;

четвертая очередь (требования по иным текущим платежам) – 22 441 руб. 41 коп., расходы не погашены.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей должник не зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя.

Должник состоит в зарегистрированном в браке с ФИО1 (дата заключения брака - 30.09.2003).

В отношении супруга должника введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина (дело № А47-810-2019).

Финансовым управляющим с целью розыска имущества и получения сведений о должнике (супруге должника) направлены запросы в соответствующие регистрирующие органы, в ответ на которые представлены сведения об отсутствии имущества, подлежащего реализации (копии ответов представлены в материалы дела).

Денежные средства на банковских счетах должника отсутствуют.

Должник не имеет имущества, за счет которого можно было погасить задолженность полностью.

По результатам проверки признаков наличия (отсутствия) преднамеренного и фиктивного банкротства должника, проведенной в процедуре реализации имущества должника, финансовым управляющим сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного банкротства; об отсутствии признаков фиктивного банкротства; сделки по реализации имущества, принадлежащего должнику, подлежащие оспариванию, не выявлены.

Согласно проведенному анализу финансового состояния финансовым управляющим должника сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности должника и необходимости завершения процедуры реализации имущества.

Ссылаясь на вышеизложенное, финансовый управляющий, представив в арбитражный суд отчет о своей деятельности, обратился с ходатайством о завершении процедуры банкротства должника и применении к последнему правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

От кредитора ФИО7 поступило ходатайство о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, мотивированное неисполнением ФИО3 принятых в рамках дела о банкротстве ФИО1 судебных актов о передаче в конкурсную массу ФИО1 транспортных средств, что исключает признак добросовестности поведения ФИО3

По итогам рассмотрения отчета финансового управляющего о результатах процедуры реализации имущества должника суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры банкротства и, не установив признаков недобросовестности должника, применил к должнику правило пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Вывод суда о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества должника участвующими в деле лицами в порядке апелляционного производства по существу не обжалуется, в связи с чем законность и обоснованность определения суда в соответствующей части судебной коллегией не проверяются.

При этом повторно исследовав и оценив материалы дела в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции установил наличие оснований для изменения определения суда первой инстанции в обжалуемой части, исходя из следующего.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными указанным Законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», далее - постановление Пленума ВС РФ № 45).

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, по общему правилу, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 6 статьи 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества гражданина, считаются погашенными, за исключением случаев, предусмотренных данным Законом.

При этом реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

Так пунктами 5 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрен вид обязательств, от которых гражданин, признанный банкротом, не может быть освобожден в любом случае, в том числе при наличии оснований для освобождения его от иных обязательств.

Кроме того, в силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств также не допускается, в том числе, в случае если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение и оказывавшему активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820).

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств, все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Проверка добросовестности осуществляется, как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; далее – постановление Пленума ВС РФ № 25).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума ВС РФ № 25).

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» (далее - постановлении Пленума № 51), при установлении признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, иных обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие заведомо не исполнимых обязательств, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации сокрытие (умышленное уничтожение) имущества, и т.п.), суд вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение к данному должнику правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеизложенных разъяснений постановления Пленума № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

Злостное уклонение от погашения долга выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, которое обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели.

Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств.

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

В рассматриваемом случае вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Оренбургской области от 09.12.2019 (резолютивная часть определения от 18.11.2019) по делу № А47-810/2019 о банкротстве супруга должника – ФИО1 удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, признан недействительным заключенный между ФИО1 и ФИО3 договор купли-продажи от 20.01.2018 транспортного средства марки «BMW Х6 Drive 300», 2012 года выпуска, идентификационный номер (VIN): <***>; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника ФИО1 указанное транспортное средство.

При рассмотрении указанного обособленного спора суд установил, что имеются основания для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку спорное транспортное средство продано ФИО1 ФИО3 за 100 000 руб., то есть примерно в 4,6 раз ниже его рыночной стоимости, что свидетельствует о неравноценности заключенной сделки.

Суд пришел к выводу, что совершение сделки повлекло уменьшение принадлежащего должнику (ФИО1) имущества, притом что сама ФИО3 подтвердила неосуществление ею действий по оплате приобретенного автомобиля.

Также суд установил, что на момент продажи транспортного средства у должника (ФИО1) имелись обязательства перед ПАО Сбербанк, требования которого определением от 19.08.2019 включены в реестр требований кредиторов должника, а также перед ПАО «Промсвязьбанк», которые определением арбитражного суда от 12.08.2019 признаны подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника.

При этом конкурсной массы в объеме, достаточном для удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, не установлено.

ФИО3 является супругой должника и лицом, заинтересованным по отношении к должнику согласно статье 19 Закона о банкротстве, в силу чего ей было известно о наличии у должника задолженности перед кредиторами и признаков неплатежеспособности.

Доказательств обратного ФИО3 не представлено.

Более того, в Оренбургском районном суде Оренбургской области рассматривалось гражданское дело № 2-820/2019 по исковому заявлению супруги должника ФИО3 о разделе совместно нажитого имущества от 28.03.2019.

Исковое заявление ФИО3 подано 05.03.2019 (после возбуждения дела о банкротстве, но до признания ФИО1 банкротом).

В соответствии с определением арбитражного суда от 19.09.2019 по делу № А47-810/2019 признано недействительной сделкой соглашение о разделе общего имущества супругов от 26.03.2019, заключенное между ФИО3 и ФИО1, что свидетельствует о том, что должником и ответчиком заключались сделки для сокрытия имущества, на которое должно быть обращено взыскание в целях погашения требований кредиторов.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что заключенный между должником и ответчиком договор купли-продажи автомобиля марки «BMW Х6 Drive 300», 2012 года выпуска, идентификационный номер (VIN): <***>, также является недействительным в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Указанное определение имеет преюдициальное значение для настоящего обособленного спора в соответствии со статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для оценки добросовестности поведения ФИО3

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Иной правовой подход влечет за собой возможность переоценки доказательств в рамках одного правоотношения, что приведет к конкуренции судебных актов и нестабильности гражданского оборота (постановление Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 30-П).

Свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее.

Таким образом, следует признать, что вступившим в законную силу судебным актом установлена недобросовестность действий ФИО3, связанная с намеренным сокрытием (выводом) активов для цели недопущения обращения взыскания на транспортное средство для последующих расчетов с кредиторами должника – ФИО1

Поскольку ФИО3 не было исполнено указанное выше определение суда первой инстанции от 09.12.2019 по делу № А47-810/2019 в части возврата в конкурсную массу ФИО1 спорного транспортного средства, определением Арбитражного суда Оренбургской области от 05.12.2022 (резолютивная часть) по делу № А47-810/2019 удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, изменен способ и порядок исполнения судебного акта с возврата транспортного средства на взыскание с ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 денежных средств в сумме 1 827 175 руб.

С учетом изложенного в рамках дела № А47-9071/2023 о банкротстве ФИО3 определением суда от 12.02.2024 (резолютивная часть определения от 07.02.2024) в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ФИО1 на сумму 1 827 175 руб.

Ссылка финансового управляющего ФИО3 - ФИО4 на решение Оренбургского районного суда Оренбургской области от 02.03.2020 по гражданскому делу № 2-3/2020 (2-820/2019) (т.2, л.д. 38-46), которым произведен раздел общего имущества супругов К-вых в части признания за ФИО3 права собственности на спорное транспортное средство марки «BMW Х6 Drive 300», 2012 года выпуска, идентификационный номер (VIN): <***>, во внимание не принимается, поскольку указанные выше судебные акты по делам № А47-810/2019 и № А47-9071/2023 не отменены, вступили в законную силу, притом что определение от 09.12.2019 по делу № А47-810/2019 об изменении способа и порядка исполнения судебного акта и определение от 12.02.2024 по делу № А47-9071/2023 о включении требования в реестр требований кредиторов должника приняты после вынесения указанного решения суда общей юрисдикции.

Более того, по данному основанию (со ссылкой на решение суда общей юрисдикции) финансовый управляющий ФИО3 - ФИО4 29.11.2023 обращалась в Арбитражный суд Оренбургской области в рамках дела № А47-810/2019 с заявлением о пересмотре определения от 23.12.2022 по новым обстоятельствам.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 31.01.2024 (резолютивная часть) в удовлетворении заявления отказано.

Таким образом, выводы арбитражного суда, сделанные в рамках дела        № А47-810/2019, о наличии в действиях ФИО3 и ФИО1 признаков недобросовестности не исключены.

При этом в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-3/2020                           (2-820/2019) Оренбургским районным судом Оренбургской области не давалась оценка добросовестности действий К-вых при разделе общего имущества применительно к правам конкурсных кредиторов указанных лиц, наличия либо отсутствия в их поведении уклонения от погашения задолженности перед такими кредиторами.

Также суд апелляционной инстанции обращает внимание на дату подачи ФИО3 искового заявления в суд общей юрисдикции - 05.03.2019, то есть после возбуждения дела о банкротстве, но до признания ФИО1 банкротом, что косвенно свидетельствует о намерении придать законность сделки по отчуждению спорного транспортного средства марки «BMW Х6 Drive 300», 2012 года выпуска, идентификационный номер (VIN): <***>, по договору купли-продажи от 20.01.2018.

Из материалов дел о банкротстве ФИО3 и ФИО1 также следует, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.09.2020 (резолютивная часть определения от 27.08.2020) по делу № А47-810/2019 удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 об обязании ФИО3 и ФИО1 передать финансовому управляющему для цели пополнения конкурсной массы ФИО1 следующее имущество:

- транспортное средство марки «КАМАЗ 43101», государственный регистрационный знак <***>, 1986 года выпуска, двигатель 972392 588344;

- транспортное средство марки «ПАЗ 32050R», идентификационный номер (VIN): <***>, 2000 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>;

- транспортное средство марки «ЗИЛ-ММЗ», государственный регистрационный знак <***>, двигатель 627405, свидетельство о регистрации транспортного средства 56238294;

- легковой автомобиль марки «ЗАЗ CHANCE TF488P92», 2011 года выпуска, идентификационный номер (VIN): <***>;

- легковой автомобиль марки «LADA 211540», 2010 года выпуска, идентификационный номер (VIN): <***>, государственный регистрационный знак <***>;

- легковой автомобиль марки «Chevrolet LANOS», идентификационный номер (VIN): <***>, 2007 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>;

- мотоцикл марки «ММВЗ 3-112-11», государственный регистрационный знак <***>, 1987 года выпуска;

- транспортное средство марки «ГАЗ 2217», идентификационный номер (VIN): <***>, государственный регистрационный знак <***>.

Также суд возложил на К-вых обязанность по представлению в срок до 25.09.2020 доказательств передачи поименованного имущества финансовому управляющему либо информации о причинах невозможности исполнения определения суда.

Указанный судебный акт ФИО3 и ФИО1 не исполнен, разумных объяснений о невозможности исполнения определения по объективным причинам, которые бы исключали намерение К-вых скрыть спорное имущество от своих кредиторов во избежание обращения взыскания на него и последующей реализации К-выми не представлено, что исключает признание соответствующего поведения добросовестным.

Доказательств выбытия спорного имущества и его реального отсутствия (утраты, хищения и прочее) К-выми не представлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы о наличии в действиях ФИО3 признаков злостного уклонения от погашения задолженности перед следующими кредиторами:

- ФИО1 по требованию, признанному обоснованным определением суда первой инстанции по настоящему делу от 12.02.2024 (резолютивная часть от 07.02.2024);

- ФИО7 по требованию, признанному обоснованным определением суда первой инстанции по настоящему делу от 26.10.2023 (резолютивная часть от 24.10.2023).

В части требований ФИО7 суд апелляционной инстанции учитывает, что определением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.11.2021 по делу № А47-810/2019 задолженность перед указанным лицом, включенная в реестр требований кредиторов должника – ФИО1, признана общим долговым обязательством супругов К-вых.

Злонамеренное уклонение ФИО3 от исполнения определения Арбитражного суда Оренбургской области от 13.09.2020 (резолютивная часть определения от 27.08.2020) по делу № А47-810/2019 влечет невозможность поступления в конкурсную массу ФИО1 изъятого имущества и последующую его реализацию для расчетов с общим кредитором.

Другие кредиторы ФИО3 включены в реестр требований кредиторов должника по обязательствам, отличным от обязательств ФИО1, в связи с чем при указанных выше обстоятельствах (не передача ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 денежных средств по недействительной сделке, а также транспортных средств при наличии в ее действиях признаков недобросовестности и уклонения от расчетов с кредиторами посредством вывода ликвидного имущества) оснований для неприменения к таким кредиторам правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве не установлено.

С учетом изложенного судебный акт в обжалуемой части следует изменить на основании пунктов 3, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В применении пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении ФИО3 от исполнения обязательств перед ФИО7 и ФИО1 следует отказать (пункт 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку апелляционная жалоба удовлетворена, а при подаче жалобы апеллянту предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, то в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО3 в доход федерального бюджета следует взыскать 10 000 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 14.03.2025 по делу № А47-9071/2023 в обжалуемой части изменить, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 - удовлетворить.

Изложить третий абзац резолютивной части определения Арбитражного суда Оренбургской области от 14.03.2025 по делу № А47-9071/2023 в следующей редакции:

«Применить в отношении должника - ФИО6 положения статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, за исключением обязательств перед кредиторами: ФИО7 и ФИО1, чьи требования включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника определениями Арбитражного суда Оренбургской области от 26.10.2023 и 12.02.2024 по делу № А47-9071/2023 соответственно».

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья                                   И.А. Аникин


Судьи:                                                                         Е.А. Позднякова


                                                                                     А.А. Румянцев