Постановление от 29 марта 2021 г. по делу № А40-109905/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-5246/2021-ГК

Дело № А40-109905/20
г. Москва
29 марта 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 марта 2021 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Панкратовой Н.И.,

судей Проценко А.И., Савенкова О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ООО «Унбес» на решение Арбитражного суда г. Москвы от 21 декабря 2020 года по делу № А40-109905/20, принятое судьей Анушкиной Ю.М., по иску ООО «Интерлизинг» (ИНН <***>, ОГРН <***>)к 1) ООО «Техноснабавто» (ОГРН <***>);2) ООО «Унбес» (ОГРН <***>)третьи лица: ФИО2; ФИО3 о взыскании денежных средств,

при участии в судебном заседании представителей: от истца: ФИО4 по доверенности от 04 марта 2021 года, диплом № БА 21334 от 05 июля 2017 года;

от ответчиков: 2) ФИО5 по доверенности от 18.08.2020, уд. адвоката № 11549 от 21 октября 2020 года, 1) не явился, извещен;

от третьих лиц: не явились, извещены;

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью "ИНТЕРЛИЗИНГ" (далее- истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы исковым заявлением к ответчикам: обществу с ограниченной ответственностью "ТЕХНОСНАБАВТО" и обществу с ограниченной ответственностью «Унбес» о взыскании с ответчиков в солидарном порядке 3 605 432 руб. 83 коп. завершающего обязательства по договору лизинга от 29.06.2017 №ЛД77-0284/17 .

Не согласившись с заявленными исковыми требованиями ООО «Унбес» обратилось в суд со встречным иском в порядке ст. 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (Далее- АПК РФ) с требованием о взыскании с истца 13 859 381 руб. убытков.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 21 декабря 2020 года по делу № А40-109905/20, с учетом дополнительного решения от 21 января 2021 года, первоначальные исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал солидарно с ответчиков в пользу истца 3 571 668 руб. 73 коп. В удовлетворении остальной части первоначального иска и в удовлетворении встречного иска - отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО «Унбес» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить встречный иск в полном объеме, в удовлетворении первоначального иска – отказать. Также в апелляционной жалобе ООО «Унбес» заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для определения рыночной стоимости реализации предмета лизинга.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ООО «Унбес» доводы апелляционной жалобы поддержал, просил решение суда первой инстанции отменить по изложенным в жалобе основаниям. Поддержал ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для определения рыночной стоимости реализации предмета лизинга.

Представитель истца возражал против доводов, заявленных в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. Возражал против удовлетворения ходатайства заявителя жалобы о назначении по делу судебной экспертизы, указав на отсутствие правовых оснований для этого.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ в отсутствие надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы представителей ООО «Техноснабавто» и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, не находит оснований для отмены судебного акта по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 29.06.2017 между истцом (лизингодателем) и ООО "Унбес" ( лизингополучателем) заключен договор финансовой аренды (лизинга) №ЛД-77-0284/17 (далее- Договор).

Неотъемлемой частью Договора является Генеральное соглашение об условиях договоров финансовой аренды (лизинга) автотранспорта, строительной техники и специальной техники № ГС-00149 от 29.06.2017 года (далее - Генеральное соглашение) (п. 1.12. Договора ).

Согласно п.п. 1.1. - 1.3. Договора лизингодатель принял обязательство приобрести в собственность указанное лизингополучателем имущество у определенного последним поставщика и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование с переходом к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга.

Лизингополучатель взял на себя обязательство осуществлять оплату лизинговых платежей на условиях, предусмотренных Договором.

В обеспечение надлежащего исполнения лизингополучателем обязательств по Договору между истцом были заключены следующие договоры поурчительства:

- с ООО "ТЕХНОСНАБАВТО" заключен Договор поручительства № ПЮ-77-0284/17 от 29.06.17 (далее- Договор поручительства 1);

- с ФИО2 (далее - Третье лицо 1) заключен договор поручительства ЖТФ-77-0284-1/17 от 29.06.17 (далее- Договор поручительства 2)

- с ФИО3 (далее - Третье лицо 2) заключен договор поручительства Ж1Ф-77-0284/17 от 29.06.17 (далее- Договор поручительства 2).

Предметы лизинга приобретены лизингодателем по договору купли-продажи имущества №КП-77-0284/17 от 29.06).

Приобретенные Предметы лизинга, а именно: Землевоз с шарнирно-сочлененной рамой Volvo A40F, заводской i VCEA040FED0320611 и Землевоз с шарнирно-сочлененной рамой Volvo A40G, заводской в VCE0A40GK00322298; переданы Ответчику 1 по Актам приема-передачи предмета лизинга к Договору лизинга от 15.08.2017,21.07.2017.

В связи с существенным нарушением лизингополучателем Договора лизинга истец одностороннем порядке отказался от Договора лизинга с 19.11.2019.

Предмет лизинга возвращен истцу, что подтверждается Актами возврата Предмета лизинга от 20.11.2019 и 19.12.2019.

Согласно Договору купли-продажи №КПЮ-77-0284-1/17 от 12.03.2020 г. изъятый предмета лизинга, а именно Землевоз с шарнирно-сочлененной рамой Volvo A40G, заводской номер VCE0A40GK00322298 был реализован за 10 989 767 руб. 24 коп.

В п. 3.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ № 17) разъяснено, что расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (п. п. 3 и 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Лизингодатель, произведя расчет сальдо встречных обязательств, пришел к выводу о том, что сумма завершающих обязательств на стороне лизингополучателя составляет убыток в размере 3 605 432 руб. 83 коп.

ООО «Унбес» не согласившись с данным расчетом, предоставило контррасчет, согласно которому на стороне ответчика имеется убытков в размере 13 859 381 руб.

Проверив представленные истцом и ответчикам расчеты сальдо встречных обязательств, суд первой произвел самостоятельный расчет и пришел к выводу о правомерности первоначального иска в объеме 3 571 668 руб. 73 коп.

По мнению судебной коллегии данный вывод суда первой инстанции является верным и обоснованным в силу следующих причин.

Согласно Постановлению Пленума №17 при расчете сальдо встречных обязательств плата за финансирование рассчитывается до момента возврата данного финансирования в денежной форме, при этом сам по себе возврат имущества в адрес лизинговой компании не говорит о возврате финансирования.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 20.07.2011 №20-П, лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности. Таким образом, имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, поскольку лизинговая деятельность является видом инвестиционной деятельности и материальный интерес от сделки считается полученным только при возврате с прибылью денежных средств.

Согласно п.3.1 Постановления Пленума №17 расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст.15 Гражданского кодекса РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума №17, указанная в пунктах 3.2 и 3.3 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент возврата и исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга, при условии его продажи в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом принимаются во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

В соответствии с п. 4 Постановления, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порче предмета лизинга (по общему правилу ст. 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга, либо на основании отчета оценщика.

При этом сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме, что подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 28.06.2016 г. N 305-ЭС16-7931, Определение Верховного Суда РФ от 03.03.2016 г. N 305-ЭС16-489).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Между тем, в силу положений п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, при этом в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие неразумность и недобросовестность ответчика при реализации транспортных средств, при этом, и не доказано, что у ответчика имелась реальная возможность реализации предмета лизинга как в более короткий срок, так и по более высокой цене (указанный вывод также подтверждается сложившейся судебной практикой, в частности, Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 29.03.2017 г. по делу N А40-122755/2016, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.07.2017 г. по делу N А40-122755/2016, Определением Верховного суда от 23.06.2017 г. N 308-ЭС17-5788(3) по делу N А32-42972/2015).

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств", риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку Договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств, лизингополучатель не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортное средство.

Доказательств того, что реализация предметов лизинга осуществлена по заведомо заниженной цене, завяителем жалобы в материалы дела не представлено, а равно не представлено доказательств того, что договоры купли-продажи являются мнимыми сделками, или их заключение направлено на причинение имущественного вреда контрагенту.

При этом, истцом в материалы дела предоставлен отчеты об оценке рыночной стоимости.

В то же время, отчет о рыночной стоимости не является доказательством неразумного поведения ответчика, а является вероятной ценной предложения продажи аналогичной техники на рынке.

При отсутствии доказательств неразумного поведения лизингодателя стоимость реализованного предмета лизинга на основании договора купли-продажи имеет приоритетное значение перед стоимостью предмета лизинга, отраженного в заключении, как отражающий реальную денежную сумму, уплаченную за данное транспортное средство.

Таким образом отвечтиком не доказано неразумное и недобросовестное поведение исцта при реализации изъятой техники.

Также, суд первой инстанции учел позицию вышестоящих судов, в то числе позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 N 6878/13 по делу N А40-34803/12-161-313, согласно которой при определении периода финансирования во внимание должен браться период, признаваемый достаточным с учетом обстоятельств дела и характера имущества для реализации последнего и повторного размещения на сопоставимую сумму по договору лизинга другого имущества

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции правомерно отказал истцу в удовлетворении ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, так как оснований считать, что предметы лизинга по Договорам были отчуждены в пользу третьих лиц по заведомо заниженной цене, или данная стоимость не отражает реальную цену имущества, не имеется.

При таких обстоятельствах оснований для назначения судебной экспертизы в рамках апелляционного производства также не имеется.

Довод ответчика о неверном определении судом первой инстанции убытков при расчете сальдо и необоснованном включении в расчет затрат лизингодателя за пределами разумного срока, подлежит отклонению в силу следующих причин.

Согласно п. 3.6 Постановления Пленума ВАС РФ №17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга».

С учетом буквального толкования п.3.6 Постановления Пленума ВАС РФ №17, убытки лизингодателя не ограничиваются сроком возврата финансирования и определяются по общим правила гражданского законодательства.

В соответствии со статьей 393 ГК РФ должник обязан возместить убытки причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств.

Убытки определяются по правилам, предусмотренным ст. 15 ГК РФ, согласно которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского, оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, расходы на хранение предметов лизинга и связанные с изъятием предметов лизинга были понесены лизингодателем вынужденно, в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем обязательств, принятых по Договору.

Факт несения расходов лизингодателем документально подтвержден договором оказания услуг, счетами на оплату, платёжными поручениями.

При этом исключение убытков лизингодателя на хранение и изъятие предметов лизинга из расчетов сальдо повлечет возникновение убытков на стороне лизингодателя по Договорам в указанных размерах, что в соответствии постановления Пленума ВАС РФ N 17 недопустимо.

Обращаясь в суд с апелляционной жалобой ответчик также считает, что неустойка несоразмерна последствиям нарушенного обязательства, на основании чего размер предъявленной к взысканию неустойки подлежит уменьшению судом в порядке ст. 333 ГК РФ.

Данный довод судебной коллегией исследован и подлежит отклонению.

В соответствии со ст. 333 Гражданского кодекса РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В соответствии пунктом 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 17 от 14 июля 1997 года "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 ГК РФ" основанием для применения статьи 333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2000 года N 263-0 указано, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года N 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что неустойка является одним из способов обеспечения исполнения обязательств, средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором.

При этом уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, в отношении ответчика - лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, добровольно принявшего на себя обязанность по оплате неустойки в случае нарушения условий договора (статья 421 ГК РФ), такая договорная неустойка может быть снижена в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Однако заявителем доказательств подобного рода представлено не было.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 71 принятого 24.03.2016 г. Постановлении N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление Пленума N 7) разъяснил, что если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

Заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330, статья 387 ГПК РФ, часть 6.1 статьи 268, часть 1 статьи 286 АПК РФ) (пункт 72 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7).

В данном конкретном случае ответчик в силу положений пункта 1 статьи 66, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации является коммерческой организацией, и, принимая во внимание компенсационный характер неустойки, учитывая размер, установленной договорной неустойки, исходя из принципа соразмерности размера взыскиваемой неустойки объему и характеру ненадлежащего выполнения обязательств ответчиком по оплате лизинговых платежей, учитывая установленную и признанную ответчиком просрочку исполнения обязательств, не предоставление соответствующих доказательств со стороны ответчика в суде первой инстанции, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для применения правил статьи 333 ГК РФ и снижения размера подлежащей взысканию неустойки.

Учитывая изложенное, Девятый арбитражный апелляционный суд считает, что при принятии обжалуемого решения правильно применены нормы процессуального и материального права, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, в связи с чем апелляционная жалоба ООО «Унбес» является необоснованной и удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 110, 176, 266-268, п. 1 ст. 269, 271 АПК РФ, суд –

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 21 декабря 2020 года по делу № А40-109905/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья Панкратова Н.И.


Судьи: Проценко А.И.

Савенков О.В.