Постановление от 24 ноября 2020 г. по делу № А45-10860/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск Дело № А45-10860/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 17 ноября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 ноября 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зайцевой О.О.,

судей: Фроловой Н.Н.

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Калининой О.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 (№ 07АП-12380/2019 (7)) на определение от 14.09.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-10860/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (дата рождения: 14.05.1971, место рождения: гор.Прокопьевск Кемеровской области, адрес регистрации: <...>, ИНН <***>, СНИЛС <***>), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными сделок,

при участии в судебном заседании:

- от финансового управляющего ФИО2 – ФИО4, доверенность от 16.11.2020, паспорт;

- от ФИО3 – ФИО5, доверенность от 10.06.2019, паспорт;

- от ФИО6 – ФИО7, доверенность от 20.11.2019, паспорт;

- от АО «Доронинское» - ФИО8, доверенность от 20.10.2020, паспорт,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 02.08.2019 (дата объявления резолютивной части) должник - ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2.

24.01.2020 через сервис «Мой Арбитр» финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании недействительными следующих сделок: договора уступки права требования от 01.10.2018г., дополнительного соглашения от 17.12.2018г., заключенных между АО «Доронинское» и ФИО6, заявления о зачете встречных однородных требований от 29.11.2018г., принятое АО «Доронинское» и применении последствий недействительности сделок в виде восстановления права требования ФИО3 к АО «Доронинское» в общей сумме 718 431 304,02 руб. по следующим сделкам:

• договору уступки права требования № 07/061212/НАК-ПВВ от 06.12.2012г.

• договору уступки права требования № 07/031016/НАК-ПВВ от 03.10.2016г.

• договору уступки права требования № 07/301113/АГК-ПВВ от 30.11.2013г.

• договору уступки права требования № 07/301113/АГК-ПВВ от 30.11.2013г.

• договору уступки права требования № 07/061212/НАК-ПВВ от 06.12.2012г.

• договору уступки права требования № б/н от 05.12.2012г.

• договору уступки права требования № 07/311212/НАК-ПВВ от 19.02.2013г.

• договору уступки права требования № 07/311212/НАК-ПВВ от 31.12.2012г.

• договору уступки права требования № 07/061212/НАК-ПВВ от 06.12.2012г.

• договору займа № б/н от 01.04.2012г.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 14.09.2020 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы указал, что действия от имени должника, как акционера АО «Доронинское», обладающего не менее чем одним процентом голосующих акций АО «Доронинское», были заведомо невыгодным для АО «Доронинское». По мнению финансового управляющего, сделка не имела для АО «Доронинское» какой-либо экономической целесообразности, поскольку выкуп долгов третьих лиц нельзя признать обычной хозяйственной деятельностью АО «Доронинское». При этом, у должника, по мнению финансового управляющего, на момент совершения сделки имелись признаки неплатежеспособности. Договор цессии совершен в ущерб интересам АО «Доронинское», что нарушает права и интересы должника, как второго акционера АО «Доронинское».

ФИО6, АО «Доронинское» в отзыве на апелляционную жалобу просят оставить определение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО2 апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Представитель ФИО3 апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, поддержал письменные пояснения, которые в порядке статьи 81 АПК РФ приобщены к материалам дела.

Представители ФИО6, АО «Доронинское» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили определение суда первой инстанции оставить без изменений, апелляционную жалобу без удовлетворения, поддержали доводы отзыва.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, ФИО3 выступал кредитором перед АО «Доронинское» на основании следующих сделок:

•Договор уступки права требования № 07/061212/НАК-ПВВ от 06.12.2012г.

•Договор уступки права требования № 07/031016/НАК-ПВВ от 03.10.2016г.

•Договор уступки права требования № 07/301113/АГК-ПВВ от 30.11.2013г.

•Договор уступки права требования № 07/301113/АГК-ПВВ от 30.11.2013г.

•Договор уступки права требования № 07/061212/НАК-ПВВ от 06.12.2012г.

•Договор уступки права требования № б/н от 05.12.2012г.

•Договор уступки права требования № 07/311212/НАК-ПВВ от 19.02.2013г.

•Договор уступки права требования № 07/311212/НАК-ПВВ от 31.12.2012г.

•Договор уступки права требования № 07/061212/НАК-ПВВ от 06.12.2012г.

•Договор займа № б/н от 01.04.2012г.

Общая сумма задолженности АО «Доронинское» перед должником по состоянию на 29.11.2018г. составляла 718 431 304,02 руб. ФИО6 выступал кредитором перед должником на основании ряда сделок:

• Договор займа от 20.06.2017г.

• Расписки от 01.09.2015г., 07.09.2015г., 15.09.2015г., 21.09.2015г., 29.09.2015г., 05.10.2015г., 12.10.2015г., 20.10.2015г., 27.10.2015г., 02.11.2015г., 10.11.2015г., 16.11.2015г., 24.11.2015г., 01.12.2015г., 07.12.2015г., 14.12.2015г.

Общая сумма задолженности должника перед ФИО6 по состоянию на 29.11.2018г. составляла 808 000 000,00 руб.

При этом указанную задолженность должник не признает.

Должник полагает, что отношения из договора займа и расписок были не заемными, а отношениями, направленными на реализацию корпоративных отношений ФИО6 и должника, как паритетных бизнес партнеров (50/50) в рамках трех юридических лиц. Другими словами, по мнению Должника, Договором займа и Расписками были урегулированы внутрикорпоративные цели.

Позднее, в 2018 году ФИО6 уступил право требования долга с должника в сумме 808 000 000,00 руб. в пользу АО «Доронинское» на основании договора уступки права требования от 01.10.2018г., дополнительного соглашения от 17.12.2018.

Впоследствии, АО «Доронинское» осуществило односторонний зачет своего права требования к должнику, возникшего на основании договора уступки права требования от 01.10.2018, и своего долга перед должником в сумме 718 431 304,02 руб., что подтверждается заявлением о зачете встречных однородных требований от 29.11.2018г. (получено должником 22.02.2019).

В результате сделки зачета должник утратил право требования к АО «Доронинское» на сумму 718 431 304,02 руб., что существенно снизило размер его имущества, подлежащего реализации в рамках дела о банкротстве.

Указанную совокупность сделок финансовый управляющий полагает недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Арбитражный суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения требований финансового управляющего. При этом суд пришел к выводу недоказанности обстоятельств, связанных с недобросовестностью участников оспариваемых сделок и недоказанностью злоупотребления сторонами своими гражданскими правами с целью причинения вреда кредиторам должника. Кроме того, судом не установлено обстоятельств для признания сделки недействительной на основании статьи 61.3 и 61. 2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд исходит из следующего.

В силу положений статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 32 от 30.04.2009 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"; далее - постановление N 63).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 7 названного Постановления указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

При этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 постановления N 25).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц

Из анализа указанной нормы следует, что сделка может быть оспорена финансовым управляющим, если она совершена должником либо его (ее) супругом, и в результате этой сделки причинен вред кредиторам должника.

Как верно установлено судом первой инстанции, сделка, совершенная между ФИО6 и АО «Доронинское» по уступке права (требования) не может быть оспорена в деле о банкротстве должника, поскольку не является сделкой должника, либо сделкой совершенной иным лицами за счет должника.

Кроме того, оценивая доводы должника и финансового управляющего о мнимости заемных отношений, суд исследовал расписки, составленные самим должником, который утверждал, что фактически денежные средства ему не передавались, а расписки были составлены с целью оформления корпоративных взаимоотношений между ФИО3 и ФИО6

Вместе с тем, указанные доводы документально должником не подтверждены.

На обстоятельства, свидетельствующие об обратном, в апелляционной жалобе не указано, соответствующих доказательств, опровергающих указанные выше выводы суда, не представлено.

Из буквального толкования содержания представленных в материалы дела расписок следует, что ФИО3 брал взаймы определенную сумму денег у ФИО6, которую обязался возвратить в установленный в расписках срок.

С учетом этого, суд правильно указал, что если допустить такую ситуацию, что денежные средства фактически не передавались, а расписки действительно являлись неким инструментом, направленным на реализацию корпоративных отношений ФИО6 и должника ФИО3, как паритетных бизнес партнеров (50/50) в рамках трех юридических лиц, то не ясно, почему должник, зная об уступке права требования ФИО6 акционерному обществу «Доронинское», не предпринял действий по оспариванию указанной сделки, то есть не оспорил ни соглашение об уступке, ни сам зачет, произведенный АО «Доронинское».

Кроме того, если между ФИО6 и ФИО3 не существовало фактически заемных обязательств, то довод финансового управляющего о наличии на момент совершения сделки по уступке права признаков неплатежеспособности у ФИО3 суд первой инстанции обоснованно признал не доказанным.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции, что зачет, произведенный АО «Доронинское» на сумму 718 431 304 рубля 02 копейки не причинил должнику и его кредитору ФИО9 ущерб, поскольку в результате указанного зачета уменьшились обязательства АО «Доронинское» перед ФИО3 по тем сделкам, которые сторонами не оспариваются.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что в реестр требований кредиторов включено только одно требование: ФИО9 в размере 5 300 000 рублей, что явно несоразмерно с ценой иска об оспаривании настоящей сделки – 718 431 304 рубля 02 копейки.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу, что целью оспаривания настоящей сделки не является удовлетворение требований единственного кредитора, а с помощью механизма банкротства должника осуществляется попытка разрешить в пользу ФИО3 давно длящийся корпоративный конфликт в АО «Доронинское».

При этом, доводы финансового управляющего о том, что произведенный зачет не имел экономического смысла для АО «Доронинское», судом первой инстанции обоснованно не рассмотрено, поскольку указанные доводы не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора.

Финансовым управляющим не представлено доказательств того, что в результате произведенного зачета, изменилась либо может измениться в худшую сторону цена акций АО «Доронинское», принадлежащих ФИО3, в результате чего, при реализации такого актива, как акции должника, кредитор не получит удовлетворение своего требования.

Следует отметить, что инициатором возбуждения дела о банкротстве ФИО3 первоначально являлся кредитор ФИО9, подав в суд заявление 26.03.2019, которое было оставлено без рассмотрения в силу того, что судебный акт о взыскании заемных денежных средств не вступил в законную силу.

Второе заявление было подано самим должником 01.04.2019. При подаче заявления должник указал на наличие у него кредиторской задолженности на общую сумму 422 091 668 рублей 44 копейки.

Впоследствии, в деле о банкротстве ФИО3 судом рассматривались требования «дружественных» кредиторов должника о включении в реестр задолженности по заемным обязательствам. В удовлетворении заявленных требований судом отказано, судебные акты вступили в законную силу.

В настоящий момент определением суда от 04.11.2020 дело о банкротстве ФИО3 прекращено связи с полным удовлетворением требований единственного кредитора в полном объеме.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции совершенно обоснованно при оценке доказательств по делу в их совокупности пришел к выводу о наличии между ФИО6, АО «Доронинское» и ФИО3 корпоративного конфликта, который стороны пытаются разрешить с помощью правовых инструментов в деле о банкротстве ФИО3

Суд первой инстанции верно отметил, что основной целью оспаривания сделок должника в процедуре банкротства, является защита интересов кредиторов должника, которые уже отсутствуют.

Основанием для оспаривания сделки финансовый управляющий указал статью 10, 168, 174 ГК РФ, статью 61.3 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу о недоказанности обстоятельств, связанных с недобросовестностью участников оспариваемых сделок и недоказанностью злоупотребления сторонами своими гражданскими правами с целью причинения вреда кредиторам должника.

Кроме того, судом не установлено обстоятельств для признания сделки недействительной на основании статьи 61. 3 и 61. 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Таким образом, для признания подозрительной сделки недействительной в соответствии со статьей 61.3 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств: сделка совершена в период подозрительности и повлекла за собой оказание предпочтения одному из кредиторов должника перед другими кредиторами. В силу обязательства одно лицо обязано совершить в пользу другого лица определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и тому подобное, либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Финансовый управляющий, заявляя, что зачет встречных однородных требований являлся сделкой с предпочтением и нацелен на причинение вреда кредиторам, должен доказать осведомленность АО «Доронинское» о неплатежеспособности ФИО3 и о предполагаемом вреде кредиторам.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий указывает, что АО «Доронинское» и АРшанин Е.Ю знали о неплатежеспособности должника.

Судебная коллегия с данными доводами не может согласиться, поскольку признаки неплатежеспособности у ФИО3 в 2018 году отсутствовали.

Как показывает настоящая процедура банкротства, у ФИО3 всего один кредитор - ФИО9 с суммой требования 5 300 000 рублей, и на момент зачета (29.11.2018г.) это требование не было просроченным.

В течение года, что длится процедура банкротства ФИО3, не установлено превышения размера его обязательств (перед ФИО9) над стоимостью его имущества.

При этом у ФИО3 имеются в собственности акции трех акционерных обществ - АО «СПАС» (50%), АО «Элеватор» (50%), АО «Доронинское» (15%). Также до осени 2018г. в собственности имелся дорогостоящий автомобиль Лексус 570, имелись права требования, подтвержденные исполнительным листом, к Альбрехту А.Н. (на сумму более 5 млн руб.) и ФИО10 (более 5 млн руб.), другие права требования, а также имущество - лодка, комбайн. Стоимость этого имущества превышает размер долга перед единственным кредитором ФИО9

Таким образом, признаков неплатежеспособности у ФИО3 не было. Следовательно, ни ФИО6, ни «Доронинское» не могли быть о ней осведомлены. На момент заключения оспариваемых сделок (октябрь-ноябрь 2018г.) ФИО3 не находился в процедуре банкротства, в открытых источниках отсутствовали сведения о наличии исполнительных производств или судебных разбирательств в отношении ФИО3

Тот факт, что ФИО3 не возвращал долг по распискам ФИО6, не может свидетельствовать о признаках неплатежеспособности.

Доказательства того, что невозврат займа вызван именно недостаточностью имущества, в материалах дела отсутствуют.

Обратного в материалы дела не представлено.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявитель не представил доказательств, подтверждающих наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки.

Финансовым управляющим в рассматриваемом случае не доказаны обстоятельства свидетельствующие о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества банка на момент совершения сделки.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, что в соответствии со статьей 270 АПК РФ, не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, определение арбитражного суда является законным и обоснованным.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, п. 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение от 14.09.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-10860/2019 - оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.


Председательствующий О.О. Зайцева

Судьи Н.Н. Фролова


ФИО1