Постановление от 13 мая 2025 г. по делу № А56-16911/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-16911/2021
14 мая 2025 года
г. Санкт-Петербург
/тр.10/п/п

Резолютивная часть постановления объявлена     29 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  14 мая 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Радченко А.В.

судей  Слоневской А.Ю., Тарасовой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Галстян Г.А.,

при неявке участвующих в деле лиц,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-6076/2025)  ФИО1 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.01.2025 по делу № А56-16911/2021/тр.10/п/п (судья  Блажко А.Ю.), принятое  по заявлению ПАО «Уральский финансовый дом» о включении требования в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Смартех»,

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.03.2021 по заявлению акционерного общества «Первоуральский акционерный коммерческий банк» (далее – АО «Первоуральскбанк») в отношении общества с ограниченной ответственностью «Смартех» (далее – ООО «Смартех», Должник) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда первой инстанции от 07.04.2021 в отношении ООО «Смартех» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 13.09.2021 от акционерное общество коммерческий банк «Уральский финансовый дом» (далее – АО КБ «Урал ФД») поступило требование о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 10 450 426,99 рублей, из которых 8 785 354,58 рублей – основной долг, 1 486 200,87 рублей – проценты за пользование кредитом, 178 871,54 рублей – пени.

Определением суда от 27.09.2021 требование ПАО «Уральский финансовый дом» принято к производству, определено, что оно подлежит рассмотрению после введения в отношении должника процедуры, следующей за процедурой наблюдения.

Решением суда первой инстанции от 27.04.2022 ООО «Смартех» признано несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должником утвержден ФИО2

Определением суда от 30.05.2022 назначено судебное заседание по рассмотрению требования ПАО «Уральский финансовый дом».

Определением суда от 28.07.2022 производство по настоящему обособленному спору приостановлено до вступления в законную силу судебных актов по делу №А41-55763/2021 по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании брачного договора от 01.10.2018, заключенного ФИО3 и его супругой – ФИО1, недействительным, а также по заявлению АО «Первоуральскбанк» о признании недействительными договора куплипродажи недвижимости от 25.03.2022 и преимущественного погашения долга перед кредитором АО КБ «Урал ФД»

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 14.07.2022 от ФИО1 поступило заявление о процессуальной замене заявителя по настоящему спору - с АО КБ «Урал ФД» на нее, и о включении требования ФИО1 в размере 10 450 426,99 рублей в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Определением суда от 18.08.2022 заявление ФИО1 принято к производству, обособленному спору присвоен номер №А56-16911/2021/тр.10/п/п.

Протокольным определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.07.2024 производство по заявлению АО КБ «Урал ФД» о включении в реестр требований кредиторов возобновлено, обособленные споры №А56-16911/2021/тр.10 и №А56-16911/2021/тр.10/п/п объединены в одно производство для совместного рассмотрения под номером №А56-16911/2021/тр.10.

Определением суда первой инстанции от 29.01.2025 ходатайство ФИО1 о процессуальном правопреемстве удовлетворено; произведена замена заявителя по обособленному спору № А56-16911/2021/тр.10 по заявлению АО КБ «Урал ФД» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Смартех» на основании договора поручительства № 01/П-ПМБ-1357-КР с АО КБ «Урал ФД» на ФИО1; в удовлетворении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 10 450 426,99 руб. на основании договора поручительства № 01/П-ПМБ-1357-КР отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратилась в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой об отмене определения суда от 29.01.2025 в части отказа во включении требований в реестр требований кредиторов должника.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что первоначальный кредитор АО КБ «Урал ФД» являлся независимым лицом по отношению к должнику, однако его требование к ООО «Смартех» удовлетворено не в ситуации имущественного кризиса последнего, но когда еще возможно создать видимость продолжения нормальной деятельности, а уже после возбуждения дела о банкротстве и введения процедуры банкротства как в отношении ООО «Смартех», так и самого ФИО3, что не может расцениваться в качестве компенсационного финансирования и в связи с чем соответствующее требование не может быть установлено в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

По мнению апеллянта, право на включение в реестр требований кредиторов ООО «Смартех» принадлежит ФИО1 ввиду обеспечения соответствующих требований залогом личного имущества, перешедшего ей в собственность на основании договора определения долей и дарения доли от 28.05.2012, в таком случае на основании пункта 1 статьи 335 и пункта 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к залогодателю ФИО1, исполнившей обязательства перед кредитором, перешли права регресса к солидарному поручителю ООО «Смартех».

Податель жалобы утверждает, поскольку погашение задолженности перед АО КБ «Урал ФД» произведено именно за счет личного имущества ФИО1, следовательно, к ней как залогодателю переходят права кредитора по кредитному договору в том объеме, в котором она фактически удовлетворила соответствующие требования.

Как указывает податель жалобы, вывод суда о наличии со стороны ФИО1 злоупотребления правом не мотивирован; в связи с предъявлением банком АО КБ «Урал ФД» претензий об уплате долга лично ФИО1, а также подачей искового заявления об обращении взыскания на предмет залога в Замоскворецкий районный суд г. Москвы (дело № 2-459/2022) ФИО1 с согласия АО КБ «Урал ФД» реализовала объекты недвижимости во внесудебном порядке и погасила вырученными денежными средствами задолженность перед банком; ФИО1 была вынуждена реализовать залоговое имущество, поскольку к ней как к залогодателю были предъявлены АО КБ «Урал ФД» требования об исполнении обязательства; таким образом, ФИО1 при продаже объектов недвижимости и погашении требований кредитора действовала разумно, добросовестно и не преследовала цель причинения ущерба кредиторам, а исполняла свои обязательства залогодателя.

Определением от 13.03.2025 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

До начала судебного разбирательства от АО КБ «Урал ФД» поступили правовая позиция, согласно которой первоначальный кредитор просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, и ходатайство об участии судебном разбирательстве посредством веб-конференции; впоследствии указанным лицом направлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя с  дополнительными письменными пояснениями.

Апелляционный суд, приняв во внимание поступившие ходатайства, в ходе судебного заседания обеспечил возможность участия АО КБ «Урал ФД» в онлайн-режиме, вместе с тем, со стороны указанного лица подключение не было осуществлено.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом разъяснений, данных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта только в обжалуемой части по доводам, приведенным в апелляционной жалобе.

Из материалов дела усматривается, между АО КБ «Урал ФД» и ИП ФИО3 заключен кредитный договор от 19.12.2018 №ПМБ-1357-КР АО КБ, по условиям которого АО КБ «Урал ФД» предоставило ИП ФИО3 кредит в сумме 9 000 000,00 руб. на срок по 18.12.2025 с оплатой за пользование 16 % годовых, а по истечении сроков возврата кредита, установленных пунктами 1.1., 5.2. кредитного договора, – 32% годовых.

19.12.2018 между АО КБ «Урал ФД» и ООО «Смартех» заключен договор поручительства  №01/П-ПМБ-1357-КР, по условиям которого должник обязался полностью в солидарном порядке отвечать перед банком за исполнение ФИО3 обязательств по кредитному договору от 19.12.2018 <***>.

Исполнение кредитных обязательств ФИО3, помимо поручительства должника, было обеспечено ипотекой имущества ФИО1: жилого дома, гостевого дома и земельного участка, расположенных по адресу Московская область, Истринский район, с.п. Лучинское, дер. Котово, ДНП Априорио, д. 6, согласно договору ипотеки от 26.12.2018 № 01/Н-ПМБ-1357-КР.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2021 по делу №А40-109148/20- 137-865, вступившим в законную силу 12.04.2021, с ФИО3 и ООО «Смартех» в солидарном порядке взыскана задолженность в размере 8 785 354,58 руб., проценты за пользование кредитом по ставке 17,5% годовых на неоплаченную сумму основного долга с 25.05.2020 по день полного погашения задолженности, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 71 043,00 рублей.

По состоянию на 06.04.2021 задолженность по кредитному договору составила 10 450 426,99 руб., из которых 8 785 354,58 руб. – основной долг, 1 486 200,87 руб. – проценты за пользование кредитом и 178 871,54 руб.– пени.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения АО КБ «Урал ФД» с настоящим заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Смартех» требования в размере 10 450 426,99 руб.

В связи с предъявлением АО КБ «Урал ФД» претензий об уплате долга в адрес ФИО1, а также подачей искового заявления об обращении взыскания на предмет залога в Замоскворецкий районный суд г. Москвы (дело № 2-459/2022), 25.03.2022 между ФИО1 и ФИО4  заключен договор купли-продажи имущества, заложенного по договору ипотеки от 26.12.2018 № 01/Н-ПМБ-1357-КР, в соответствии с которым ФИО1 продала ФИО4 указанное имущество за 41 500 000,00 руб.

Денежные средства были перечислены ФИО4 напрямую в АО КБ «Урал ФД» для погашения обеспеченной ипотекой задолженности должника и ФИО3

Поскольку ипотека обеспечивала три кредитных обязательства – два кредита ФИО3 (кредитный договор от 05.12.2018 № Ф-01619-К-38- Н/АН – залог зарегистрирован 25.12.2018 и кредитный договор от 19.12.2018 <***> – залог зарегистрирован 09.01.2019) и один кредит ООО «Смартех» (кредитный договор <***>), полученные АО КБ «Урал ФД» денежные средства распределены кредитором исходя из старшинства залогов (даты их государственной регистрации), а именно: - сначала была полностью погашена задолженность по кредитному договору <***>, затем полностью по договору <***> и в оставшейся части – по договору <***> на сумму 15 840 115 руб. 09 коп. (частично).

За счет выручки с продажи предмета залога задолженность в размере 10 450 426,99 руб. по кредитному договору от 19.12.2018 <***> была погашена в полном объеме, в связи с чем ФИО1 обратилась в рамках настоящего дела о банкротстве с ходатайством о процессуальном правопреемстве, в обоснование которого указала, что поскольку погашение задолженности перед АО КБ «Урал ФД» произведено именно за счет личного имущества ФИО1, следовательно, к ней как залогодателю переходят права кредитора по кредитному договору в том объеме, в котором она фактически удовлетворила соответствующие требования.

Оценив представленные в материалы обособленного спора доводы и документы в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции удовлетворил заявление о процессуальном правопреемстве и отказал во включении требования ФИО1 в реестр требований кредиторов должника.

Проверив доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в обжалуемой части.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте; правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Необходимым условием процессуального правопреемства должна являться замена стороны в материальном правоотношении, то есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2022 № 305-ЭС22-11746).

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Подпунктом 3 пункта 1 статьи 387 ГК РФ предусмотрено, что права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона, в том числе, вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем.

Из буквального толкования и смысла указанных норм материального права следует, что частичное исполнение ФИО1 основного обязательства за счет заложенного имущества повлекло переход к ней (как к залогодателю) прав кредитора в соответствующей части.

В этой связи суд первой инстанции заявление ФИО1 о процессуальном замене заявителя в размере погашенных обязательств удовлетворил.

Судебный акт в данной части не обжалуется, в связи с чем, не является предметом апелляционного пересмотра.

Вместе с тем, суд первой инстанции, признавая требование ФИО1 обоснованным, пришел к выводу об отсутствии оснований для включения ее требования в реестр требований кредиторов.

В силу пункта 4 статьи 364 ГК РФ, поручитель, который приобрел права созалогодержателя или права по иному обеспечению основного обязательства, не вправе осуществлять их во вред кредитору, в том числе не имеет право на удовлетворение своего требования к должнику из стоимости заложенного имущества до полного удовлетворения требований кредитора по основному обязательству.

Из существа обеспечительных обязательств, направленных на максимальное удовлетворение требований кредитора за счет имущества поручителей и залогодателей, и принципа добросовестного осуществления гражданских прав (статья 10 ГК РФ) следует, что должник в обеспечительном обязательстве, частично исполнивший обязательство перед кредитором, не имеет права на удовлетворение своего суброгационного или регрессного требования к другому солидарному должнику до полного удовлетворения требований кредитора по основному обязательству (определение Верховного Суда РФ от 04.10.2018 № 305-ЭС18-9321 по делу № А40-185113/2016).

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020), обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так в пункте 6.1 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения суброгационного требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается, если этот кредитор заключил с независимым кредитором договор о предоставлении обеспечения за должника в условиях финансового кризиса последнего, предоставив тем самым компенсационное финансирование.

Подобное требование поручителя не может конкурировать с требованиями других кредиторов и подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В соответствии с разъяснениями пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве» в рамках дела о банкротстве должника по основному обязательству при проверке обоснованности требования поручителя (пункты 1 и 3 статьи 365 ГК РФ), основанного на договоре поручительства, заключенном контролирующим должника лицом, суд проверяет, было ли обеспечение предоставлено при наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (далее - состояние имущественного кризиса).

Для целей квалификации суброгационного требования поручителя в качестве компенсационного финансирования значение имеет не дата исполнения поручителем своих обязательств перед кредитором, а момент заключения договора поручительства (пункт 19 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2022 № 307-ЭС19-23448(3)).

Контролирующее лицо, выдавшее обеспечение в состоянии имущественного кризиса должника по основному обязательству, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной статьей 9 Закона о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, которые не перекладываются на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Это означает, что требование поручителя не может конкурировать с требованиями иных кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В таком же порядке удовлетворяются требования поручителя, аффилированного с контролирующим должника лицом, если этот поручитель предоставил обеспечение под влиянием контролирующего лица.

Понижение очередности требований аффилированных лиц, как правило, имеет место в тех случаях, когда возникновение указанных требований связано с финансированием должника под влиянием контролирующего лица, исходя из принципа преимущественного удовлетворения требований независимых кредиторов относительно требований кредиторов, возникающих из правоотношений по управлению должником.

Из материалов дела следует, что ФИО1, ООО «Смартех» и ФИО3 входят в одну группу лиц, предоставивших обеспечение в целях получения должником финансирования по договору кредитной линии <***>.

Так, ФИО3 и ФИО1 являются супругами, что составляет признак группы лиц, предусмотренный пунктом 7 части 1 статьи 9 Федерального закона «О защите конкуренции».

Судом первой инстанции установлено, что ФИО3 до 03.06.2016 занимал должность генерального директора ООО «Смартех», до 03.05.2017 владел 100% доли в уставном капитале должника (ранее - ООО «РБС-Телеком»), что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 01.05.2017. После ухода с поста генерального директора и продажи своей доли в уставном капитале ФИО3 сохранил с ООО «Смартех» прочные деловые связи, на что указывает заключение ООО «Смартех» в декабре 2018 года (т.е. спустя полтора года после продажи ФИО3 доли в уставном капитале ООО «Смартех») договора поручительства №01/ППМБ-1357-КР по обязательствам ФИО3, а также передача супругой ФИО1 в залог по обязательствам ООО «Смартех» в то же время своего собственного имущества, уже обеспечивавшего на тот момент обязательства самого ФИО3 и использовавшегося М-выми для собственного проживания.

Из определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.11.2023 в рамках настоящего дела следует, что бенефициаром ООО «Смартех» является ФИО3, который уже в 2018 отдавал ООО «Смартех» указания о перечислении денежных средств общества на счета ООО «РБС», а также указанных им лицам, в том числе, на свои собственные счета и на счета своей супруги ФИО1 Действия ФИО5 и ФИО3 повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов в соответствии с п.1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции заключил, что такое поведение явно свидетельствует о недобросовестности сторон, что достаточно для отказа во включении требований в реестр на основании статьи 10 ГК РФ, абзаца 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее - ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Также, в ходе анализа банковских выписок, конкурсным управляющим установлено, что ФИО5 и ФИО3 производили необоснованные перечисления со счетов ООО «Смартех» на счет ФИО3 в период с 02.10.25018 по 29.04.2019 в размере 13 687 304,31 руб., на счет ИП ФИО1 (супруга ФИО3) в период с 02.10.2018 по 25.11.2019 в сумме 745 098 руб.

Таким образом, материалами дела установлено, что ФИО1 является супругой бенефициарного владельца ООО «Смартех», действия которого повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов в соответствии с п.1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2024 по делу №А41-55763/21 о банкротстве ФИО3, признан недействительной сделкой брачный договор от 01.10.2018, заключенный между ФИО3 и ФИО1

Названным судебным актом также установлено, что до заключения оспариваемого брачного договора, 06.02.2018 между ПАО «Совкомбанк», ФИО3 и ФИО1 (созаемщики) был заключен кредитный договор <***>, сумма кредита 14 000 000 руб., целевое назначение в соответствии с п. 11 Договора произведение неотделимых улучшений заложенного имущества под залог данного имущества. До заключения брачного договора ФИО3 вложил совместно с супругой в объект 14 000 000 руб., тем самым увеличив его стоимость на значительную сумму (практически в размере 50% от стоимости, за которую впоследствии был продан данный объект. ФИО3 потратил 13 796 791,34 руб. на произведение неотделимых улучшений спорного имущества, а далее полностью принял на себя финансовые обязательства перед банком, что свидетельствует о том, что ФИО3 не считал, что утрачивает право собственности на долю в спорном имуществе и, внеся значительный денежный вклад в него, имеет полное право на данную долю с учетом произведенных финансовых вложений. Суд указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства выявления ПАО «Совкомбанк» нецелевого использования денежных средств, более того М-вы не представили доказательств того, что деньги были потрачены на иные цели. При этом судом установлено, что целью заключения брачного договора являлось причинение вреда кредиторам должника и освобождение ФИО1 от погашения долгов супруга.

Из того же судебного акта следует, что договором купли-продажи недвижимости от 25.03.2022, заключенным между ФИО1 и ФИО4 вышеуказанное имущество было продано за стоимость в размере 41 500 000 руб., то есть денежные средства, которые ФИО3 взял в ПАО «Совкомбанк» на неотделимые улучшения составили 33,24% от суммы проданного актива приобретенного в период брака супругами, что является значительным.

Суд апелляционной инстанции указал, что в результате заключения брачного договора ФИО1 была освобождена от долгов, ФИО3 потерял право претендовать на вложения, произведенные в вышеуказанное имущество составляющие 50% от его стоимости.

По смыслу правовой позиции, сформулированной Верховным Судом РФ в определении от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу №А12-45751/2015, данные обстоятельства свидетельствуют о наличии между ФИО3, ФИО1 и ООО «Смартех», признаков аффилированности по критерию общности экономических интересов.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 передала имущество в ДНП «Априорио» в обеспечение трех кредитных обязательств аффилированных лиц: договора кредитной линии <***> от 20.03.2019 (заемщик – ООО «Смартех») и кредитных договоров <***> от 05.12.2018 (заемщик ФИО3) и <***> от 19.12.2018 (заемщик ИП ФИО3).

Таким образом, группой лиц было получено финансирование под залог имущества ФИО1 по трем кредитным обязательствам. За счет вырученных от продажи предмета залога денежных средств были в полном объеме исполнены обязательства по кредитным договорам <***> и <***>.

Поскольку ФИО1 как участник группы лиц заемщика погасила задолженность по кредитному договору <***> с целью не допустить во вред независимым кредиторам получение группой лиц заемщика необоснованной выгоды от распределения конкурсной массы в пользу, в том числе исполнявших обязательство аффилированных с должником лиц, исполнявших обеспечительные сделки, включение требований ФИО1 в порядке правопреемства в реестр требований кредиторов ООО «Смартех» будет противоречить пункту 4 статьи 364 ГК РФ и нарушит баланс интересов участников дела о банкротстве.

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы, изложенные в определении суда первой инстанции, в связи с чем отклоняет доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела приведенных норм права.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 29.01.2025 по делу №  А56-16911/2021/тр.10/п/п   оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


А.В. Радченко


Судьи


А.Ю. Слоневская


 М.В. Тарасова