Постановление от 26 января 2024 г. по делу № А56-22397/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-22397/2021
26 января 2024 года
г. Санкт-Петербург
/сд.1


Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 января 2024 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова

судей А.Ю. Слоневской, И.Ю. Тойвонена

при ведении протокола судебного заседания секретарем Л.Ю. Колыбановой

при участии:

представитель конкурсного управляющего ООО «Спецмонтажстрой» ФИО1 по доверенности от 25.08.2023 г.

представитель ООО «ОСК «Спецстрой» ФИО2 по доверенности от 17.02.2023 г.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-34981/2023) ООО «ОСК «Спецстрой» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.09.2023 г. по делу № А56-22397/2021/сд.1, принятое

по заявлению конкурсного управляющего Л.В. Демяшкиной

о признании сделки недействительной

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Спецмонтажстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: адрес: 195197, <...>, литер Б, оф. 22)

ответчик: ООО «ОСК «Спецстрой»

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 21.04.2021 г. по настоящему делу (принято к производству (возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника по заявлению кредитора - ООО «Ампасет») определением от 25.03.2021 г.) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Спецмонтажстрой» (далее - должник, Общество) ведена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3 (далее - ФИО3), а решением от 23.03.2022 г. должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим также утверждена ФИО3 (далее также – управляющий).

В ходе последней процедуры, а именно – 07.02.2023, 09.02.2023 и 15.02.2023 г. - управляющий (далее также – заявитель) в рамках настоящего дела (о несостоятельности (банкротстве) должника) обратилась в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделками заключенных между должником и ООО «Объединенная Строительная Компания «Спецстрой» (далее – ответчик, Компания, ООО «ОСК «Спецстрой») соглашений от 30.01.2021 г. о расторжении Договоров подряда № 14/09-СМС от 14.09.2020, № 10/10-СМС от 10.10.2020, № 12/10-СМС от 12.10.2020, № 16/10-СМС от 16.10.2020, № 01/12-СМС от 01.12.2020, № 03/12-СМС от 03.12.2020, № 11/12-СМС от 11.12.2020 и № 21/12-СМС от 21.12.2020 г.

Данные заявления приняты к производству суда с присвоением им номеров А56-22397/2021/сд.1, А56-22397/2021/сд.2, А56-22397/2021/сд.3, А56-22397/2021/сд.4, А56-22397/2021/сд.5, А56-22397/2021/сд.6, А56-22397/2021/сд.7 и А56-22397/2021/сд.8; определением суда от 20.07.2023 г. данные обособленные споры по ходатайству управляющего объединены в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением объединенному спору номера А56-22397/2021/сд.1, и определением от 20.09.2023 г. заявление(-я) управляющего удовлетворено(-ы): оспариваемые соглашения признаны недействительными сделками с взысканием при этом с ответчика в доход федерального бюджета госпошлины в размере 48 000 руб.

Последнее определение обжаловано ответчиком в апелляционном порядке; в жалобе ее податель просит определение отменить, в удовлетворении заявления управляющего отказать, настаивая на своих возражениях на эти требования, заявленных в суде первой инстанции, а именно – ссылаясь на то, что факт действительности (правомерности/обоснованности) одного из оспариваемых соглашений подтвержден вступившим в законную силу и имеющим преюдициальное значение для настоящего спора решением Арбитражного суда г. Москвы от 28.11.2022 г. по делу № А40-211381/2022 (по иску Общества к Компании о взыскании задолженности за выполненные работы), согласно которому акты сдачи-приемки выполненных работ не являются единственными и достаточными доказательствами выполнения работ, к которым относятся также исполнительная документация и, с учетом специфики объектов, на котором якобы производились спорные работы (объекты инфраструктуры ОАО «РЖД»), акты (наряды) допуска к работам.

В этой связи, по мнению Компании, вывод суда о фактическом выполнении работ должником, в недостаточной степени обоснован, поскольку не подтвержден всеми необходимыми доказательствами, включая вышеназванные документы, в то время, как со стороны ответчика в подтверждение выполнения работ им самим представлены оформленные на его имя акты допуска на опасные производственные объекты, а согласно представленному письму заказчика спорных работ – ООО «Объединенная строительная компания 1520» (далее – ООО «ОСК 1520») - от 09.03.2023 г. у последнего отсутствует разрешительная документация на имя Общества.

Таким образом, по мнению апеллянта, суд не исследовал надлежащим образом документы, подтверждающие факт выполнения работ должником либо ответчиком, и неправильно распределил бремя доказывания; равным образом Компания оспаривает вывод суда о невозможности отзыва, отмены, аннулирования или признания недействительным акта сдачи-приемки выполненных работ, а также полагает необоснованными выводы суда о его (ответчика) недобросовестности применительно, в частности к действиям, по отражению изначально в своей налоговой отчетности спорных операций и последующей корректировке этих сведений, при том, что само по себе совпадения периода совершения этих действий по времени с инициированием дела № А40-211381/2022 само по себе значения не имеет, а ссылка на спорные акты выполненных работ со стороны бывшего руководителя должника (несмотря на уже подписанные соглашения об их аннулирования) свидетельствует уже о его недобросовестности и – как следствие – возможности привлечения его к соответствующей (субсидиарной и т.п.) ответственности.

В настоящем заседании ответчик поддержал доводы своей жалобы; представитель должника (управляющего) возражала против ее удовлетворения, в т.ч. по мотивам, изложенным в представленных ранее и к настоящему заседанию отзыве и письменных позициях; при этом, ранее рассмотрение дела неоднократно откладывалось судом для предоставления сторонами дополнительных доказательств в обоснование своих позиций.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 269 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ), апелляционный суд пришел к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В частности, как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве; пунктом 3 этой статьи установлено, что правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что по правилам этой главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Также согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника, а в силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим федеральным законом; кроме того, в силу пункта 2 той статьи заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В данном случае, как сослался управляющий, подтверждается материалами дела и не оспаривается ответчиком, между сторонами был заключен ряд договоров субподряда, в соответствии с условиями которых должник, как подрядчик, поручил ответчику (субподрядчик), а последний принял на себя обязательство выполнить предусмотренные этими договорами работы, а именно:

- Договор от 12.10.2020 г. № 12/10-СМС на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по креплению котлована при строительстве платформы № 3 ст. Железнодорожная на объекте «IV главный путь Москва-Пассажирская-Курская-Железнодорожная» общей стоимостью, согласно пункту 2.1 Договора и приложению № 1 к Договору – Протоколу согласования договорной цены, 7 542 400 руб. 80 коп., в т.ч. НДС 20 %;

- Договор от 03.12.2020 г. № 03/12-СМС на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по устройству котлована при строительстве платформы № 3 ст. Железнодорожная на объекте «IV главный путь Москва-Пассажирская-Курская-Железнодорожная» общей стоимостью, согласно пункту 2.1 Договора и приложению № 1 к Договору – Протоколу согласования договорной цены, 3 660 256 руб. 80 коп., в т.ч. НДС 20 %;

- Договор от 14.09.2020 г. № 14/09-СМС на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по устройству микропроцессорной централизации на ст. Солнечная (Москва) на объекте «Развитие Киевского направления Московского железнодорожного узла для усиления пригородного пассажирского движения. Строительство III главного пути на участке Солнечная-Апрелевка» общей стоимостью, согласно пункту 2.1 Договора и приложению № 1 к Договору – Протоколу согласования договорной цены, 5 730 408 руб., в т.ч. НДС 20 %;

- Договор от 21.12.2020 г. № 21/12-СМС на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по устройству крепления котлована и фундамента при строительстве платформы № 3 ст. Железнодорожная на объекте «IV главный путь Москва-Пассажирская-Курская-Железнодорожная» общей стоимостью, согласно пункту 2.1 Договора и приложению № 1 к Договору – Протоколу согласования договорной цены, 7 074 806 руб. 40 коп., в т.ч. НДС 20 %;

- Договор от 01.12.2020 г. № 01/12-СМС на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по устройству фундамента и надземной части при строительстве платформы № 3 ст. Железнодорожная на объекте «IV главный путь Москва-Пассажирская-Курская-Железнодорожная» общей стоимостью, согласно пункту 2.1 Договора и приложению № 1 к Договору – Протоколу согласования договорной цены, 7 746 458 руб. 40 коп., в т.ч. НДС 20 %;

- Договор от 16.10.2020 г. № 16/10-СМС на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по переустройству сетей связи (переустройство сетей ПСГО) ст. Солнечная и ст. Толстопальцево на объекте «Развитие Киевского направления Московского железнодорожного узла для усиления пригородного пассажирского движения. Строительство III главного пути на участке Солнечная-Апрелевка» общей стоимостью, согласно пункту 2.1 Договора и приложению № 1 к Договору – Протоколу согласования договорной цены, 4 019 317 руб. 20 коп., в т.ч. НДС 20 %;

- Договор от 10.10.2020 г. № 10/10-СМС на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по устройству микропроцессорной централизации на ст. Солнечная (Москва) на объекте «Развитие Киевского направления Московского железнодорожного узла для усиления пригородного пассажирского движения. Строительство III главного пути на участке Солнечная-Апрелевка» общей стоимостью, согласно пункту 2.1 Договора и приложению № 1 к Договору – Протоколу согласования договорной цены, 5 976 768 руб., в т.ч. НДС 20 %;

- Договор от 11.12.2020 г. № 11/12-СМС на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по устройству котлована при строительстве платформы № 3 ст. Железнодорожная на объекте «IV главный путь Москва-Пассажирская-Курская-Железнодорожная» общей стоимостью, согласно пункту 2.1 Договора и приложению № 1 к Договору – Протоколу согласования договорной цены, 8 199 306 руб., в т.ч. НДС 20 %.

В соответствии с пунктом 1.4 перечисленных Договоров, Субподрядчик выполняет работы своими силами и средствами, с использованием своих материалов, инструмента, оборудования и расходных материалов к ним; согласно пункту 2.2. Договоров, окончательная стоимость работ определяется по фактически выполненным работам, подтвержденным актами о приемке выполненных работ (форма № КС-2), составленными на основании согласованных сторонами цен на выполнение работ и в пределах договорной цены, а оплата (пункт 3.1 Договоров) производится до 15.01.2022 г. после подписания Акта о приемке выполненных работ (форма № КС-2) и Справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3)

Как полагает управляющий, субподрядчик (должник) надлежащим образом исполнил свои обязательства по Договорам, что подтверждается следующими Справками о стоимости выполненных работ и затрат и Актами о приемке выполненных работ;

- по Договору от 12.10.2020 г. № 12/10-СМС - № 1 от 30.11.2020 г.;

- по Договору от 03.12.2020 г. № 03/12-СМС - № 1 от 15.12.2020 г.;

- по Договору от 14.09.2020 г. № 14/09-СМС - № 1 от 09.10.2020 г.;

- по Договору от 21.12.2020 г. № 21/12-СМС - № 1 от 30.12.2020 г.;

- по Договору от 01.12.2020 г. № 01/12-СМС - № 1 и № 2 от 10.12.2020 г.;

- по Договору от 16.10.2020 г. № 16/10-СМС - № 1 и № 2 от 02.11.2020 г.;

- по Договору от 10.10.2020 г. № 10/10-СМС - № 1 от 25.10.2020 г.;

- по Договору от 11.12.2020 г. № 11/12-СМС - № 1 от 20.12.2020 г.

При этом, по Договору от 01.12.2020 г. № 01/12-СМС ответчиком была произведена частичная оплата выполненных работ в сумме 2 263 154 руб. 40 коп., что подтверждается платежным поручением № 25 от 13.01.2021 г.



Вместе с тем, 30.01.2021 г. сторонами подписаны соглашения о расторжении перечисленных Договоров, согласно пункту 1 которых (Соглашений), в связи с неисполнением Субподрядчиком своих обязательств по договорам и привлечением Подрядчиком к выполнению работ третьих лиц, по обоюдному согласию Сторон, в соответствии со статьей 450 Гражданского кодекса РФ, Стороны пришли к соглашению расторгнуть соответствующие договоры подряда; в силу пункта 2 Соглашений, на дату расторжения Договора Субподрядчиком работы по Договору не выполнены, исполнительная документация не представлена, а как договорились Стороны в пункте 3 Соглашений, акты выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат и иные документы, оформленные по договору Сторонами в порядке промежуточной приемки и без проверки качества и количества, Стороны признают недействительными.

Кроме того, согласно пункту 2 Соглашения о расторжении Договора № 01/12-СМС от 01.12.2020 г., Стороны подтвердили выполнение работ на сумму 2263 154 руб. 40 коп.; как установлено в пункте 3 этого Соглашения, акты выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат и иные документы, оформленные по договору Сторонами в порядке промежуточной приемки и без проверки качества и количества, на сумму превышающую стоимость работ, указанную в пункте 2 настоящего соглашения, Стороны признают недействительными, а в силу пункта 4 этого Соглашения, подписанием настоящего Соглашения Стороны подтверждают, что к дальнейшему исполнению Договора Стороны не приступали, работы в объеме, превышающем указанные в пункте 2 настоящего Соглашения Субподрядчиком не производились.

Оспаривая соглашения от 30.01.2021 г. о расторжении договоров подряда, управляющий полагал их недействительными сделками в соответствии с положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также в соответствии с общими нормами гражданского законодательства, в том числе статьями 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В этой связи в пункте 8 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота, а по смыслу статьи 61.2 Закона о банкротстве и приведенных разъяснений, обстоятельства, указанные в названной статье в качестве признаков подозрительных сделок, свидетельствуют о совершении таких сделок в целях причинения ущерба должнику и его кредиторам; в частности, по общему правилу о наличии такой цели при совершении сделки свидетельствует совершение сделки по существенно заниженной цене или на иных явно невыгодных условиях

Также, как установлено пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

При этом, предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должникам, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а как разъяснено в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие всех следующих обстоятельств в совокупности: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки, и в случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Кроме того, как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, осведомленность другой стороны сделки о намерении должника причинить вред кредиторам предполагается в случае, если стороны сделки являются заинтересованными лицами, либо если сторона сделки знала об ущемлении интересов кредиторов или о признаках несостоятельности, а цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица или направлена на выплату поя (стоимости доли) участнику или имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 3 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, в пункте 9 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из того, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется; вместе с тем, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.


Также, как разъяснено в пункте 4 Постановления № 63 и в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», при оценке соотношения указанных норм для оспаривания сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), следует исходить из того, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статья 10 и 168 ГК РФ); в то же время, в силу актуальных правовых подходов, выработанных в т.ч. и исходя из приведенных выше норм и разъяснений, при оспаривании сделки по общегражданским основаниям заявитель (управляющий, кредиторы, иные заинтересованные в этом лица) в такой ситуации должны обосновать выход пороков оспариваемой сделки за пределы диспозиции специальных норм, предусмотренных законодательством о банкротстве (постановление Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 г. № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 28.04.2016 г. № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 г. № 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 г. № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 г. № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 г. № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 г. № 305-ЭС18-22069 и т.д.).

При этом, статьей 10 ГК РФ установлено, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах; в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права; вместе с тем, если закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, для квалификации сделки как совершённой с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах, допущено причинение или возможность причинения в результате её исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счёт которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение, при том, что злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая при этом права и законные интересы других лиц; суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц; действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом; при этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Кроме того, согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ), изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ); также в пункте 8 этого Постановления указывается, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ, а в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 г. № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», суд с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, должен установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки; в случае же выхода обстоятельств совершения спорной сделки за рамки признаков подозрительной сделки, установленных специальными положения Закона о банкротстве, применению подлежит презумпция добросовестности участников гражданский правоотношений (часть 5 статьи 10 ГК РФ), в связи с чем, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В данном случае, управляющий, обращаясь с настоящим заявлением, полагала, что заключение оспариваемых Соглашений представляет собой притворную сделку, прикрывающую прощение долга ответчика по договорам подряда; единственной целью их подписания являлось создание документального обоснования избавления Компании от необходимости оплачивать выполненные Обществом работы, а эти Соглашения являются ничтожными по основаниям, предусмотренным ГК РФ, и недействительным по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, поскольку совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов при наличии у должника признаков неплатежеспособности, и лицом, которое было осведомлено как о неплатежеспособности должника, так и о цели причинить вред имущественным правам кредиторов.

В этой связи управляющий, помимо прочего, сослалась на то, что все оспариваемые Соглашения заключены в один день и за два месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, а их совершение с целью причинения вреда кредиторам должника подтверждается фактом их заключения после сдачи работ и подписания соответствующих справок о стоимости выполненных работ и затрат и актов об их приемке.

Суд первой инстанции, проанализировав материалы дела и доводы сторон, исследовав собранные по делу доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, признал требования управляющего обоснованными, исходя, в частности, из того, что с учетом буквального толкования пункта 2 статьи 720 и пункта 4 статьи 753 ГК РФ возможность отзыва, отмены, аннулирования и/или признания недействительным акта сдачи-приемки выполненных работ, как представляющего собой лишь доказательство выполнения работ, а не как сделку (статья 153 ГК РФ), законодательством не предусмотрено, а равно принял суд и доводы управляющего о том, что стороны, как плательщики налога на добавленную стоимость, задекларировали этот налог по всем договорам субподряда в соответствующих налоговых декларациях за 2020 г. и отразили в книгах покупок и продаж за 4-й квартал 2020 г.; последующая же корректировка этих сведений со стороны Компании является сомнительной, в т.ч. в силу того, что это частично сделано уже после подачи Обществом исковых заявлений о взыскании задолженности по всем восьми договорам субподряда, а по одному из восьми договоров (№ 01/12-СМС от 01.12.2020 г.), как указано выше, ответчиком была произведена частичная оплата (в размере 2 263 154 руб. 40 коп.).

Таким образом, по мнению заявителя, указанные действия сторон следует расценивать как злоупотребление правом в порядке статьи 10 ГК РФ, поскольку посредством цепочки действий по заключению соглашений стороны создали условия для расторжения Компанией договоров подряда таким образом, чтобы должник не получил причитающиеся денежные средства за выполненные работы, а следовательно, сделки совершены исключительно в интересах ответчика, являясь для Должника экономически необоснованными и безвозмездными (заведомо лишающими его права на оплату уже выполненных работ на общую сумму в размере 49 949 721 руб. 60 коп.), что свидетельствует о наличии цели причинения вреда кредиторам должника, при том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник уже имел неисполненные обязательства перед другими кредиторами, которые впоследствие были включены судом в реестр требований кредиторов должника, на сумму, превышающую 50 млн.руб. (т.е. в соизмеримой с ценой оспариваемых сделок сумме), как имелись у должника и иные неисполненные обязательства перед кредиторами (сумма кредиторской задолженности, согласно соответствующему балансу должника, составляла 167224 000 руб.).

Равным образом, управляющий сослался и суд согласился с ним, что в силу условий сделок с учетом вышеприведенных обстоятельств (а также опубликования на официальном сайте https://kad.arbitr.ru/ сведений о наличии более десяти дел о взыскании с должника задолженности) ответчик (как фактически заинтересованное с должником в силу этого лицо) знал о причинении тем самым вреда кредиторам и о цели причинения такого вреда; при рассмотрении судом в рамках настоящего дела (о несостоятельности (банкротстве) должника) вопроса о введении процедуры в его отношении руководитель должника ссылался на наличие у Общества спорной дебиторской задолженности – неисполненных Компанией обязательств по оплату выполненных работ в указанной сумме (49 949 721 руб. 60 коп.) – с предоставлением соответствующих документов (договоров и актов выполненных работ), хотя на тот момент уже имелись якобы заключенные Соглашения о расторжении этих договоров подряда, а несмотря на принятие арбитражным судом в рамках настоящего спора обеспечительных мер в виде запрета Управлению ФНС по Чеченской Республике осуществлять регистрационные действия по внесению в ЕГРЮЛ изменений или сведений о ликвидации и прекращении деятельности Компании, в отношении нее в налоговый орган все-таки представлены заявления о подаче сведений о ее ликвидации, из чего (последовательных действий ответчика), по мнению управляющего, следует, что ответчик целенаправленно пытается ликвидироваться и уйти от ответственности, что также свидетельствует о том, что он не мог не знать о цели причинения вреда кредиторам должника при совершении сделок, поскольку при соблюдении необходимых корпоративных стандартов, добросовестное лицо пришло бы к выводу о рискованном характере заключения оспариваемых сделок, так как они, в условиях банкротства должника, существенных объемов его кредиторской задолженности, большого количества вынесенных не в его пользу судебных актов и фактической безвозмездности сделок, с высокой степенью вероятности могут быть признаны судом недействительными.

Кроме того, как полагал управляющий (суд), ответчик также не мог не осознавать, что действительным последствием заключаемых им сделок будет являться его избавление от необходимости оплаты выполненных работ, что представляет собой сделку по прощению долга и, в преддверие банкротства должника, должно было послужить препятствием для совершения Компанией названных сделок, который в этой связи знал о цели причинения вреда кредиторам должника, являясь непосредственным выгодополучателем по сделкам, а также контрагентом Общества.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции, признав также причинение вреда кредиторам в результате совершения оспариваемых Соглашений (выбытие из его имущественной сферы (конкурсной массы) ликвидных активов – дебиторской задолженности, что влияет на возможность удовлетворения их требований) при наличии на тот момент у должника признаков неплатежеспособности (с учетом, помимо прочего, как следует из отчетности Общества за 2020-й год, резкого снижения показателя «Денежные средства и денежные эквиваленты»), счел установленной (доказанной) всю совокупность оснований для признания сделки недействительной как по пункту 1, так и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как фактически согласился суд и с квалификацией сделок, как ничтожных по статье 10 ГК (притворных – статья 170 ГК РФ), поскольку совершение действий по заключению притворных Соглашений о расторжении уже исполненных договоров с заведомой целью вывода активов должника путем безвозмездного уменьшения размера его имущества в результате расторжения договоров подряда уже само по себе свидетельствует о недобросовестности сторон при их заключении, а также о наличии обстоятельств, выходящих за пределы подозрительной сделки, в т.ч. в силу того, что исходя из документов, которые были представлены УФНС по Чеченской Республике следует, ответчик по итогам 4-го квартала 2020 г. принял все работы, которые были произведены Обществом, отразил их в налоговой отчетности и только после обращения управляющего в сентябре 2022 г. с исковыми заявлениями в Арбитражный суд города Москвы о взыскании с него дебиторской задолженности (а именно - в октябре 2022 г.) убрал сведения о выполненных работах из этой отчетности.

В этой связи суд полагал, что доводы ответчика о выполнении спорных работ иным лицом, а не должником также не нашли своего подтверждения, так как им, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, не представлено ни одного доказательства в обосновании своих доводов; вместе с тем, документы предоставленные в ответ на запрос суда из УФНС по Чеченской Республике противоречат доводам ответчика и подтверждают факт учета работ, выполненных именно Обществом; таким образом, и руководствуясь правилами оценки доказательств согласно статье 71 АПК РФ, суд пришел к выводу об отсутствии со стороны ответчика допустимых и достоверных доказательств, опровергающих доводы управляющего, в связи с чем заявление последнего является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Однако, апелляционный суд не может согласиться с данными выводами, и в частности признавая неправомерным умозаключение о невозможности отзыва, отмены, аннулирования или признания недействительным акта сдачи-приемки выполненных работ, поскольку данный вывод противоречит логике самого суда первой инстанции о том, что такой акт является не сделкой а лишь документом (доказательством), фиксирующим имеющий место юридической факт – выполнение работ подрядчиком (в данном случае – субподрядчиком) и наступление в этой связи обязанности у другой стороны оплатить эти работы, применительно к чему коллегия также исходит из того, что в силу принципов гражданского права (равенства сторон, свободы договора, а равно и свободы реализации принадлежащих им прав, т.е. диспозитивного начала гражданских правоотношений) стороны вправе (свободны в этом) не только зафиксировать факт выполнения и сдачи работ, но и в последующем признать этот факт недостоверным (ошибочным его признание), что, например, может быть вызвано добросовестным заблуждением одной из обеих сторон, ведением одной из них - другой (или их обеих – третьими лицами) в такое заблуждение (в т.ч. путем прямого обмана) и т.п., а ограничением в возможности признать такой отказ (аннулирование ранее подписанных актов) правомерным может быть только наличие безусловных доказательств, что подобные действия представляют собой злоупотребление правом и направлены исключительно на причинение вреда другим лицам, что в данном случае, по мнению апелляционного суда, места не имеет, поскольку оспариваемые Соглашения заключены спустя непродолжительное период времени с момента подписания соответствующих актов сдачи выполненных работ (от 1 до 4,5 месяца) и теми же лицами (генеральными директорами Общества и Компании ФИО4 и ФИО5, соответственно), при отсутствии при этом со стороны управляющего в рамках настоящего спора доводов о том, что Соглашения не подписывались кем-либо из указанных в них лиц и/или подписи на них сфальсифицированы.

Таким образом, условия подписания спорных Соглашений, а равно и иные сопутствующие этому обстоятельства, на которые сослался управляющий (суд первой инстанции) в обоснование их недействительности (включая момент их подписания, соотношение с моментом обращения управляющего в суд с теми или иными требованиями, первоначальное отражение соответствующих хозяйственных операций в бухгалтерской (налоговой) отчетности сторон и последующая их корректировка и т.д.) сами по себе значения не имеют, а определяющее значение в этой связи – для вывода о том, соответствуют ли действительности (выполнены должником спорные работы или нет) изначально подписанные сторонами акты и справки формы КС-2 и КС-3 или подписанные позднее Соглашения, фиксирующие ошибочность этих актов – являются доказательства, кем в реальности выполнялись эти работы (факт чего – выполнения этих работ, т.е. наличие определенного результата работ) никто из сторон не оспаривает.

Ввиду этого, как указано выше, коллегия предложила сторонам представить дополнительные доказательства того, кем выполнялись спорные работы, исходя при этом, из того, что несмотря на наличие или отсутствие (по причине, например, ее утраты вследствие необеспечения сохранности (уничтожения), непередачи (применительно к должнику – управляющему) бывшим руководителем и т.д.) у той или иной стороны соответствующей первичной документации факт использования соответствующих ресурсов и наличия затрат в любом случае может быть с достаточной степенью вероятности подтвержден иными доказательствами и сведениями, поскольку если сторона выполняла эти работы самостоятельно у этой стороны должны иметься (должны были иметься) соответствующие ресурсы: персонал, автомобильная и строительная техника и т.д., факт чего может быть подтвержден ответами из уполномоченных органов и организаций (налоговых, фондов социального и пенсионного страхования, ОГИБДД, Ростехнадзора и т.д.); если же работы выполнялись с привлечением иных (третьих лиц, будь это субподряд или найм/аренда персонала и техники/оборудования), то это может подтверждено либо документами об оплате соответствующих услуг (факт чего может быть подтвержден сведениями из банковских организаций), либо соответствующими претензиями/требованиями/исками и т.д. этих – привлеченных - лиц.

В этой связи ответчик, помимо представленных в суде первой инстанции документов:

- договоров № 01-18-01-5249-1-СЦС от 19.11.2018 г. на выполнение комплекса строительно-монтажных работ на объекте «Развитие железнодорожной инфраструктуры Московской ж.д. на Киевском направлении. Развитие Киевского направления Московского железнодорожного узла для усиления пригородного пассажирского движения. Строительство III главного пути на участке Солнечная-Апрелевка» и № 03-18-01-1636-1-СПС от 30.07.2020 г. на выполнение комплекса строительно-монтажных работ на объекте «IV главный путь Москва-пассажирская-Курская-Железнодорожная», заключенных Компанией, как субподрядчиком, с подрядчиком - ООО «ОСК 1520»;

- выданных ОАО «РЖД» ответчику актов-допусков для производства строительно-монтажных работ в полосе отвода железной дорога (на объекте ОАО «РЖД») от 14.10.2020 и 17.01.2022 г.;

- решения Арбитражного суда г. Москвы от 28.11.2022 г. по делу № А40-211381/2022 (об отказе в иске Общества к Компании о взыскании задолженности за выполненные работы по мотиву недоказанности их выполнения именно Обществом)

и письма ООО «ОСК 1520» от 09.03.2023 г. об отсутствии у последнего договорных отношений с Обществом и сведений об оформлении им (должником) разрешительной документации на производство работ, а равно и поступлении оформленной опять же им исполнительной документации, в апелляционной инстанции, по предложению коллегии, в подтверждение выполнения работ им самостоятельно (и – соответственно – опровержение выполнения работ должником) дополнительно представил следующие доказательства:

- акты освидетельствования скрытых работ за период с 05.08.2020 по 22.12.2020 г.;

- внутренние реестры исполнительной документации;

- письмо о передаче исполнительной документации и соответствующая справка от 06.04.2021 г.;

- реестры исполнительной документации;

- универсальные передаточные документы за период с 16.08.2020 по 28.01.2021 г.;

- Акт об использовании и отчет о движении давальческих материалов от 31.12.2020 г.;

- свидетельства о регистрации за Компанией трех автомобилей и 1 экскаватора;

- договор оказания услуг с экипажем от 03.08.2020 г.;

- сведения о застрахованных лицах на 31.12.2020 г. с документами сдачи этих сведений.

Вместе с тем должник (управляющий) со своей стороны аналогичных документов (подтверждающих выполнение работ (или хотя бы возможность их выполнения) им самим или с привлечением третьих лиц) не представил, хотя в силу изложенного выше, очевидно, мог бы это сделать вне зависимости от факта передачи или непередачи ему первичной хозяйственной документации бывшим руководителем.

В этой связи суд отклоняет доводы (возражения) управляющего на документы, представленные ответчиком, поскольку дата этих документов и не должна соотноситься с договорами между сторонами (коль скоро работы выполнялись самой Компанией); безусловных доказательств (обоснования) того, что работы, отраженные в указанных актах освидетельствования скрытых работ, не идентичны работам, предусмотренным договорами между сторонами, управляющим не представлено (с учетом специфики работ и возможном включении в состав тех или иных работ, объединенных родовыми признаками, широкого спектра отдельных видов работ), а предоставление этих документов (и в частности – актов освидетельствования скрытых работ) со стороны Компании само по себе не означает, что они не могли быть выполнены с привлечением иных (третьих) лиц.

Равным образом коллегия отклоняет и доводы управляющего (согласно письменным пояснениям от 19.12.2023 г.) о том, что Общество несло затраты на аренду техники и закупку материалов и топлива, оплату членских взносов в соответствующую саморегулируемую организацию строителей и на страхование своей ответственности (со ссылкой на представленную выписку по банковскому счету), а в реестр требований кредиторов включены ряд кредиторов, в т,ч. по задолженности за аренду строительной техники, поскольку анализ как указанных расходов, так и содержания требований указанных кредиторов (в т.ч. сами судебные акты по этим требованиям) на предмет их соотнесения со спорными работами управляющим не представлен.

Таким образом и при отсутствии со стороны Общества каких-либо иных (надлежащих и достаточных в своей совокупности) дополнительных доказательств (помимо актов формы КС-2 и справок формы КС-3) выполнения работ именно им (самим или с привлечением иных лиц) и – в то же время – предоставления таких документов ответчиком - оснований полагать, что работы выполнялись все-таки должником и он имеет право на их оплату – нет, что исключает такой квалифицирующий признак для оспаривания сделки (соглашений о расторжении договоров подряда с констатацией факта невыполнения работ по ним) по статье 61.2 Закона о банкротстве как вред кредиторам (пункт 2 этой статьи) и неравноценность (в т.ч. отсутствие встречного предоставления – по пункту 1 указанной нормы), применительно к чему – сформированной по делу доказательной базы – коллегия также отмечает, что представленные Компанией доказательства управляющий документально не опровергла и об их фальсификации не заявляла, как не обоснована ей и наличие какой-либо аффилированности (заинтересованности, и прежде всего - юридической) между сторонами, что могло бы влечь правомерные сомнения в представленных ответчиком доказательствах и влечь применение к нему повышенного стандарта доказывания.

Таким образом, управляющим (как и иными заинтересованными в этом лицами) не доказано, а судом первой инстанции – надлежаще не мотивировано – наличие у оспариваемой сделки пороков, влекущих ее недействительность как по статье 61.2 Закона о банкротстве, так и по иным – общегражданским – основаниям/нормам, ввиду чего обжалуемое определение, как принятое при неполном исследовании фактических обстоятельств (материалов) дела и – как следствие – недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств и несоответствии изложенных в нем выводов этим обстоятельствам (материалам), подлежит отмене с принятием нового судебного акта – об отказе в удовлетворении - в силу изложенного - заявленных управляющим требований с взысканием также с должника в пользу ответчика понесенным последним расходов по уплате госпошлины по апелляционной жалобе, а в доход бюджета – государственной пошлины за подачу рассмотренных заявлений, отсрочка по оплате которой (этой пошлины) была предоставлена Обществу при обращении в суд.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.09.2023 г. по делу № А56-22397/2021/сд.1 отменить.

Принять по делу (обособленному спору) новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Спецмонтажстрой» о признании недействительными сделками соглашений между ООО «Спецмонтажстрой» и ООО «ОСК «Спецстрой» от 30.01.2021 г. о расторжении Договоров подряда № 14/09-СМС от 14.09.2020, № 10/10-СМС от 10.10.2020, № 12/10-СМС от 12.10.2020, № 16/10-СМС от 16.10.2020, № 01/12-СМС от 01.12.2020, № 03/12-СМС от 03.12.2020, № 11/12-СМС от 11.12.2020 и № 21/12-СМС от 21.12.2020 г.

Взыскать с ООО «Спецмонтажстрой» в доход федерального бюджета 48000 руб. государственной пошлины.

Взыскать с ООО «Спецмонтажстрой» в пользу ООО «ОСК «Спецстрой» 3 000 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

И.В. Сотов


Судьи


А.Ю. Слоневская


ФИО6