Постановление от 19 июня 2023 г. по делу № А41-106313/2019

390/2023-58129(1)



ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-7881/2023, 10АП-8686/2023

Дело № А41-106313/19
19 июня 2023 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 19 июня 2023 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Епифанцевой С.Ю., судей Досовой М.В., Муриной В.А., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 и финансового управляющего ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 21 марта 2023 года по делу № А41-106313/19,

при участии в заседании: ФИО2, паспорт,

от ф/у ФИО2 - ФИО4, доверенность от 21.02.2023, от ООО «Тирос-Инвест» - ФИО5, доверенность от 10.03.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного супа Московской области от 03.12.2020 «Тирос-Инвест» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто


конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

При рассмотрении дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Тирос-Инвест» (специализированный застройщик) применены правила параграфа 7 «Банкротство застройщиков» главы IX Закона о банкротстве.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий должника обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками должника с ООО «Строительная компания Тирос» соглашения о зачете от 02.10.2020, от 30.03.2020, от 29.09.2017, от 23.01.2018, от 08.02.2018, от 28.02.2018, от 30.03.2018, от 03.04.2018, от 23.11.2018, от 10.12.2018, от 10.07.2019, № 10 от 27.12.2019, от 30.12.2019, от 29.04.2020, от 30.03.2016; соглашения об отступном № 4 от 27.06.2019, № 2 от 25.01.2019, № 9 от 27.12.2019, № 8 от 27.12.2019, № 7 от 27.12.2019, № 5 от 18.06.2019, № 8 от 10.04.2017, № 7 от 10.04.2017, № 1 от 30.06.2016, № 3 от 15.02.2019, № 4 от 31.08.2016, № 3 от 31.08.2016, № 5 от 26.09.2016, № 2 от 05.08.2016, № 6 от 27.12.2019, № 5 от 18.06.2019; договоры участия в долевом строительстве № 24-ПЗ от 24.05.2019, № 23-111 от 09.01.2019, № 05-Ш5 от 21.06.2019, № 04-П15 от 21.06.2019, № 03- П15 от 21.06.2019, № 25-П1 от 24.05.2019, № 8-ПЗ от 29.03.2017, № 7-П2 от 15.01.2017, № 1-111 от 20.06.2016, № 22-П1 от 09.01.2019, № 4-П2 от 25.08.2016, № 3-П1 от 22.08.2016, № 5-Ш от 19.09.2016, № 2-Ш от 20.07.2016, № 02-П15 от 21.06.2019, № 9-ПЗ от 08.09.2017, № 11-113 от 21.11.2017, № 12-П1 от 23.01.2018, № 345-3/9/10-П2 от 20.01.2017, № 15-П1 от 22.03.2018, № 21-ПЗ от 21.06.2019, № 27-Ш от 21.06.2019, № 26-Ш от 10.06.2019, № 195- 2/7/8-П2 от 01.03.2016, № 20-ПЗ от 08.10.2018, № 06-П15 от 21.06.2019, № 14-ПЗ от 19.03.2018, № 8/-1/ММ-ПЗ от 18.09.2018, № 10/-1/ММ-ПЗ от 18.09.2018, № 01-15П от 10.06.2019 с привлечением в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО7, КБ «Вега-Банк», ФИО8, ФИО2, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14.

Определением Арбитражного суда Московской области от 29.06.2022 выделено в отдельное производство требование конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой соглашения о зачете от 02.10.2020.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09.08.2022 произведена процессуальная замена ответчика с ООО «Строительная компания Тирос» на ФИО2


Олега Игоревича. К участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО7.

По мнению конкурсного управляющего, в результате совершения названной сделки ФИО2 оказано предпочтение перед иными кредиторами, оспариваемой сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.03.2023 заявление конкурсного управляющего было удовлетворено, признано недействительным соглашение о зачете от 02.10.2020, заключенное между ООО «Тирос-Инвест» и ФИО2, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 16 234 740,00 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает на недоказанность наличия оснований для признания спорной сделки недействительной. Также заявитель считает, что имеются основания для безусловной отмены обжалуемого судебного акта, ввиду рассмотрения данного обособленного спора без участия финансового управляющего имуществом ФИО2

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает на недоказанность наличия оснований для признания спорной сделки недействительной. Также заявителем заявлено ходатайство о переходе к рассмотрению настоящего заявления по правилам первой инстанции в связи с не привлечением к участию в деле финансового управляющего должника.


Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство о переходе к рассмотрению заявления по правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции, пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Московской области от 29.06.2022 по делу № А41-106313/19 было выделено требование конкурсного управляющего должника об оспаривании соглашения о зачете от 02.10.2020, заключенного с ООО «Строительная компания Тирос».

Определением Арбитражного суда Московской области от 09.08.2022 произведена замена ответчика с ООО «Строительная компания Тирос» на ФИО2, в то время, как процедура реструктуризации долгов в отношении ответчика была введена определением Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2023 по делу № А40-216302/22.

По смыслу российского законодательства процедура реструктуризации является реабилитационной процедурой в отличие от процедуры реализации имущества, после введения которой только финансовым управляющим все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, осуществляются финансовым управляющим.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением 5 в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление от 13.10.2015 № 45), в процедуре реструктуризации долгов финансовый управляющий участвует в таких делах в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (абзац 4 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

При этом, указанные положения закона закрепляют лишь право финансового управляющего.

В соответствии с пунктом 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве, финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином.

Таким образом, непривлечение к участию в рассматриваемом споре финансового управляющего, который в силу положений Закона о банкротстве вправе участвовать в ходе


процедуры реструктуризации долгов в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне гражданина, при отсутствии доказательств обосновывающих необходимость его участия, не является безусловным основанием для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции.

Кроме того, сам ФИО2, как добросовестный должник, обязан был уведомить своего финансового управляющего о наличии настоящего обособленного спора.

В силу части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.07.2019 № 308-ЭС19-11305).

Таким образом, в силу принципов диспозитивности и состязательности сторон, финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 была вправе обратиться в суд первой инстанции с процессуальным ходатайством о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, чего им сделано не было.

С учетом вышеуказанного, суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства о переходе к рассмотрению заявления по правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции, в связи с не привлечением финансового управляющего ответчика.

В заседании суда апелляционной инстанции представители ответчика и его финансового управляющего поддержали доводы апелляционных жалоб, просили определение суда первой инстанции отменить.

Представитель ООО «Тирос-Инвест» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам отзыва на нее, просил оставить обжалуемое определение без изменения.


Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 24.11.2015 между должником и ФИО2 заключено соглашение о выдаче поручительства, по условиям которого ФИО2 предоставляет поручительство в обеспечение обязательств заемщика (ООО «Тирос-Инвест») по договору кредитной линии от 24.11.2015 № КЛЗ-15/р199, заключенному между ООО «Тирос-Инвест» и ООО КБ «Вега-Банк».

Согласно пункту 1.4. соглашения заемщик выплачивает поручителю 2 444 000 руб. по требованию поручителя.

06.06.2016 между должником и ФИО2 заключено соглашение о выдаче поручительства, по условиям которого ФИО2 предоставляет поручительство в обеспечение обязательств заемщика (ООО «Тирос-Инвест») по договору кредитной линии от 06.06.2016 № КЛЗ-16/р086, заключенному между ООО «Тирос-Инвест» и ООО КБ «Вега-Банк».


Согласно пункту 1.4. соглашения заемщик выплачивает поручителю 9 400 000 руб. по требованию поручителя.

30.08.2016 между должником и ФИО2 заключено соглашение о выдаче поручительства, по условиям которого ФИО2 предоставляет поручительство в обеспечение обязательств заемщика (ООО «Тирос-Инвест») по договору кредитной линии от 06.06.2016 № КЛЗ-16/р147, заключенному между ООО «Тирос-Инвест» и ООО КБ «Вега-Банк».

Согласно пункту 1.4. соглашения заемщик выплачивает поручителю 705 000 руб. по требованию поручителя.

12.04.2017 между должником и ФИО2 заключено соглашение о выдаче поручительства, по условиям которого ФИО2 предоставляет поручительство в обеспечение обязательств заемщика (ООО «Тирос-Инвест») по договору займа от 12.04.2017 № 1, заключенному между ООО «Тирос-Инвест» и ООО «Капиталъ Групп».

Согласно пункту 1.4. соглашения заемщик выплачивает поручителю 3 685 740 руб. по требованию поручителя.

16.10.2018 между ФИО2 и ФИО7 заключен договор займа, по условиям которого ФИО7 передал ФИО2 денежные средства в размере 7 000 000 руб. в срок до 09.01.2019, а ФИО2 обязался вернуть указанные денежные средства в установленный срок, а также уплатить проценты в размере 12,5% годовых.

В качестве обеспечения ФИО2 своих обязательств по договору займа ООО «Тирос-Инвест» предоставило в залог недвижимое имущество и заключило с ФИО7 договоры залога недвижимого имущества от 16.10.2018.

Стороны также пришли к договоренности, что в случае обращения ФИО7 взыскания на переданные залогодателем предметы залога, ФИО2 обязан выплатить в пользу ООО «Тирос-Инвест» сумму предмета залога в размере 16 074 000 руб., а также выплатить комиссию за предоставление залога в размере 1% от оценочной стоимости залога в размере 160 740 руб.

Поскольку ФИО2 не были исполнены обязательства по возврату заемных денежных средств, ФИО7 обратил взыскание на заложенное имущество, ввиду чего у ФИО2 возникла задолженность перед ООО «Тирос-Инвест».


ФИО2 обратился с требованием о выплате вознаграждения по договорам поручительства, размер которого составил 16 234 740 руб.

Поскольку на стороне должника и ФИО2 были неисполненные встречные обязательства, то последние были прекращены соглашением о зачете от 02.10.2020.

По мнению конкурсного управляющего, в результате совершения названной сделки ФИО2 оказано предпочтение перед иными кредиторами, оспариваемой сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов.

Удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим должника требования, суд исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» могут, в частности, оспариваться банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в


порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

При этом согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором – пятом пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из названных условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Исходя из правовой позиции, закрепленной в пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 18.12.2019, оспариваемый зачет совершен 02.10.2020, то есть после принятия заявление о признании ООО «Тирос-Инвест» банкротом, в пределах срока подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.


На момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись следующие неисполненные обязательства:

перед ФИО15 по заработной плате за период с 05.02.2019 по 31.10.2019 в размере 53 457,97 руб. и компенсации за не использованный отпуск в размере 45 133,03 руб. (указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов с очередностью удовлетворения во второй очереди);

перед ООО КБ «Вега-Банк» в размере 950 110 018,44 руб.; перед ООО ЧОП «Окар» в размере 4 778 500 руб., перед ФИО16 в размере 120 000 руб.

Последствием заявления о зачете от 02.10.2020 стало немедленное удовлетворение требований ФИО2 по сравнению с другими кредиторам должника.

При этом в случае, если бы сделка не была заключена, ФИО2 в соответствии с нормами Закона о банкротстве должен был наряду с другими кредиторами должника обращаться в установленном законом порядке для признания его требований обоснованными.

Таким образом, спорная сделка привела к тому, что ФИО2 было оказано большее предпочтение в отношении его требований.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была


совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из указанных в статье условий.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 закреплено, что согласно абзацам второму – пятому пункта


2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Соглашение о зачете заключено 02.10.2020, то есть уже после возбуждения производства по настоящему делу.


Следовательно, на момент заключения спорной сделки ООО «Тирос Инвест» обладало объективными признаками банкротства, о чем ФИО2 не могло быть не известно, поскольку соответствующие публикации были произведены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве и газете «Коммерсантъ».

Таким образом, с момента подписания соглашения о зачете от 02.12.2020 ФИО2 доподлинно было известно о наличии у ООО «Тирос Инвест» признаков неплатежеспособности.

В силу статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого неуказан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Применительно к рассматриваемому спору, необходимо установить, что зачет был произведен в отношении реально существовавших обязательств.

Как следует из материалов дела, договоры поручительства были заключены в период с 24.11.2015 по 12.04.2017. С требование о выплате вознаграждения по указанным договорам ФИО2 обратился лишь 10.08.2020, то есть после истечения срока исковой давности.

В данном случае суд приходит к выводу о том, что, заключая оспариваемое соглашение, его стороны намеревались причинить вред имущественным правам кредиторов путем отчуждения ликвидного актива должника.

Добросовестный и разумный руководитель должника в условиях финансового кризиса предприятия не заключил бы оспариваемое соглашение в рамках обычной хозяйственной деятельности общества.

В результате заключения оспариваемого зачета ООО «Тирос Инвест» лишилось ликвидного актива в виде требования к ФИО2 в размере 16 234 740 руб.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее


недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) – возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом; целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

В пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве закреплено, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая изложенное, суд посчитал возможным в порядке применения последствий недействительности сделок взыскать с ФИО2 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 16 234 740 руб.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанции, суд пришел к выводу о доказанности наличия для признания спорной сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, с которым суд апелляционной инстанции соглашается.


Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционных жалобах не приведено.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 21 марта 2023 года по делу № А41-106313/19 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.

Председательствующий С.Ю. Епифанцева Судьи М.В. Досова

В.А. Мурина