Постановление от 5 февраля 2025 г. по делу № А40-149398/2022

, № 09АП-70537/2024

Дело № А40-149398/22
г. Москва
06 февраля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 06 февраля 2025 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур

судей А.Н. Григорьева, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника - ФИО1, МРИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам №7 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.09.2024 по делу №А40-149398/22 (157-42) об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ANEMINA HOLDINGS LIMITED, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Боэс Констракшн» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО6 о.: ФИО7 по дов. от 14.01.2025

от КОО ФИО8 Холдингс Лимитед: ФИО9 по дов. от 01.03.2022

от к/у ООО «Боэс Констракшн»: ФИО10 по дов. от 25.11.2024

от ФИО3: ФИО11 по дов. от 17.01.2025

от ФИО5: ФИО11 по дов. от 24.01.2024

от МРИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам №7: ФИО12 по дов. от 10.01.2025

ФИО4 лично, паспорт

иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.09.2022 ООО «Боэс Констракшн» признано несостоятельным (банкротом) по упрощённой процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО13 (член Ассоциации «МСО ПАУ», ИНН: <***>, адрес для направления корреспонденции: 109147, <...>), о чём опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» № 187 (7388) от 08.10.2022.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.12.2023 ФИО13 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Боэс Констракшн». Конкурсным управляющим ООО «Боэс Констракшн» назначен ФИО1, член Ассоциации «МСО ПАУ».

В Арбитражном суде города Москвы подлежало рассмотрению заявление конкурсного управляющего, поступившее 05.10.2023 через электронную систему подачи документов (с учетом принятого судом уточнения от 07.12.2023 по кругу привлекаемых к ответственности лиц), о привлечении лиц, контролирующих должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Боэс Констракшн» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>).

Арбитражный суд города Москвы определением от 20.09.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ANEMINA HOLDINGS LIMITED, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 по обязательствам должника отказал. 

Не согласившись с принятым определением, конкурсный управляющий должника - ФИО1, ФНС России в лице МРИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам №7 подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить и принять новый судебный акт, которым требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование своей позиции указывают, что в результате недобросовестных действий ANEMINA HOLDINGS LIMITED, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 по управлению Должником, вывода активов, ООО «Боэс Констракшн» признано несостоятельным (банкротом). 

До начала рассмотрения апелляционных жалоб от всех ответчиков поступили письменные отзывы и пояснения по доводам апелляционных жалоб, от апеллянтов представлены письменные пояснения по обстоятельствам дела.

 В целях полного и всестороннего исследования обстоятельств дела все процессуальные документы приобщены коллегией судей к материалам дела.   

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представители конкурсного управляющего должника - ФИО1 и МРИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам №7 поддержали апелляционные жалобы, их доводы и требования.

Представители ANEMINA HOLDINGS LIMITED, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 поддержал выводы суда первой инстанции по доводам, изложенным в нем.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционные жалобы рассмотрены в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании объявлялся перерыв.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Из материалов дела следует, что ООО «Боэс Констракшн» зарегистрировано и внесено в единый государственный реестр юридических лиц МИФНС №46 по городу Москве 06.02.2014 (ОГРН <***>, ИНН <***>.

Решением единственного участника Общества от 06.09.2017 утверждена редакция (редакция №1) Устава.

Сокращенное фирменное наименование должника: ООО «БОЭС КОНСТРАКШН».

Для обеспечения деятельности Общества за счет вкладов участников образован Уставный капитал в размере 10 000 000 руб. (10 миллионов руб.).

Единственным Участником Общества согласно выписки из ЕГРЮЛ является Компания с ограниченной ответственностью ФИО8 ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД (Кипр).

Регистрационный номер <***>. Размер доли составляет 10 млн. руб. (100%).

23.06.2022 ООО «Боэс Констракшн» в лице директора ФИО5 публикует в ЕФРСБ сведения об отказе от моратория на банкротство.

20.07.2022 в отношении ООО «Боэс Констракшн» возбуждается дело о несостоятельности (банкротстве) по заявлению кредитора ООО «Бурмис»

18.08.2022  Anemina Holdings Limited как единственный участник должника принимает решение о добровольной ликвидации в связи с прекращением осуществления хозяйственной деятельности. Ликвидатором ООО «Боэс Констракшн» назначается бывший директор должника – ФИО5

Конкурсный управляющий должника просит привлечь к субсидиарной ответственности следующих лиц:

- Anemina Holdings Limited – с 12.12.2014 - единственный участник Должника;

- ФИО2 (с 06.02.2014 по 12.12.2014 – единственный учредитель и участник Должника; далее до ноября 2021 года - единственный участник Anemina Holdings Limited;

- ФИО4 -  в период с 05.12.2015 по 06.02.2020 – генеральный директор Должника);

- ФИО3 – в период с 07.02.2020 по 28.10.2021 – генеральный директор Должника);

- ФИО5 – в период с 29.10.2021 по 05.10.2022 – генеральный директор Должника.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий в суде первой инстанции указал, что в ходе проведенного финансового анализа Должника за период с 01.01.2019 по 01.01.2022 было установлено, что начиная с 01.01.2021 Должник фактически являлся неплатежеспособным, однако продолжал вести хозяйственную деятельность, наращивая задолженность.  

Налоговый орган в суде первой инстанции доводы конкурсного управляющего поддержал в полном объеме, дополнительно указав на то, что Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 4 по результатам налоговой проверки  составлен Акт от 03.03.2021 № 03-1-29/46 и вынесено Решение № 03-1-29/2/362 от 04.03.2022, сумма доначислений составила 1 239 885 876,12 руб.

 Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что действия привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц привели к банкротству ООО «Боэс Констракшн», в том числе, совершение сделок по отчуждению имущества, невзыскание дебиторской задолженности. Кроме того, в дело не представлены доказательства, свидетельствующие о получении ответчиками существенной имущественной выгоды от вменяемых заявителем деяний с учетом масштабов деятельности должника.   

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что имеются основания для отмены определения Арбитражного суда города Москвы.

При принятии судебного акта по существу суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, установив, что действия, в связи с совершением которых заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место с 2015 по 2017 год, приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае также подлежат применению нормы Закона о банкротстве как в редакции Закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, так и в редакции Закона N 266-ФЗ.

В соответствии с ч. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно ч. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с положениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

При этом, в пункте 5 указанного постановления закреплено, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

На основании установленных Законом о банкротстве презумпций, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что Anemina Holdings Limited, ФИО3, ФИО4, ФИО5 являются контролирующими должника лицами.

Выводы суда первой инстанции в указанной части лицами, участвующими в деле, не оспорены.

В тоже время суд первой инстанции установил, что ФИО2 в период с 06.02.2014 по 12.12.2014 являлся участником должна, а после с 12.12.2014 являлся участником Anemina Holdings Limited, что само по себе не может свидетельствовать о наличии у него статуса контролирующего должника лица.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО6 имел право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, а с ноября 2021 года ФИО6 вышел из состава участников Anemina Holdings Limited и никаких официальных выплат в его адрес со стороны должника не осуществлялось.

Из протоколов допроса ФИО14 и ФИО15, на которые ссылается налоговый орган, также не следует, что они прямо указывают на ФИО6 как на бенефициара должника.

При этом суд первой инстанции счел, что факт направления на почту ФИО6 копий таблиц «В-детализация» может свидетельствовать об осведомленности последнего действиями должника, однако не свидетельствует о совершении указанных действий должника по указанию ФИО6

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Уполномоченным органом по результатам проведенного анализа финансово-хозяйственной деятельности должника установлено, что фактическое руководство Должником в период его деятельности осуществлял, в том числе, ФИО2 (ИНН <***>, адрес регистрации 108830, г. Москва, Вороновское п., ул.  Колчевская, 225/2) с даты создания – с 06.02.2014 по 12.12.2014 являлся единственным   учредителем   и   с   06.02.2014   по   24.09.2014   руководителем   Должника,   что подтверждается Решением единственного участника № 1 от 30.01.2014 года.

После выхода из участия в ООО «БОЭС Констракшн» ФИО2 являлся учредителем следующих организаций:

• АО «ДЕСНА ДЕВЕЛОПМЕНТ» ИНН <***> - с 11.12.2007 по 12.04.2018; Одновременно, назначен руководителем в организациях:

• ООО «ПРОЕКТНОЕ БЮРО АПЕКС» ИНН <***> - с 28.10.2014 по 06.08.2017;

• ООО «ЭССЕНС ДЕВЕЛОПМЕНТ» ИНН <***> -с 07.07.2014 по 16.10.2017

В декабре 2014 года ФИО2 совершил сделку, направленную на отчуждение принадлежавшей ему доли в размере 100% в Уставном капитале ООО «Боэс Констракшн» в пользу Компании с ограниченной ответственностью ФИО8 Холдинг Лимитед, учрежденной в соответствии с законодательством Республики Кипр, о чем в ЕГРЮЛ внесены соответствующие изменения 12.12.2014.

В подтверждение наличия контроля со стороны ФИО2 налоговым органом представлены следующие доказательства:

- в ходе проведения выездной налоговой проверки в отношении ООО «БОЭС Констракшн» сотрудниками правоохранительных органов в адрес налогового органа были переданы материалы (электронные носители), полученные УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве в ходе следственных действий в помещениях Должника в ходе расследования уголовного дела №11701450007000898.

Из анализа представленных электронных носителей установлено, что в рамках обыска сотрудниками МВД России изъята информация, содержащаяся на рабочих станциях работников Общества и данные корпоративной почты.

В ходе выборочного осмотра содержимого установлено следующее:

- на рабочей станции бухгалтера Должника – ФИО16 обнаружены сканы финансово-хозяйственных документов по взаимоотношениям Общества с контрагентами ООО «Эмастрой», ООО «Озерснаб», ООО «СибСнабСервис», ООО «НовосибирскСтройПроект», АО «Строительная Компания «Элит.ру», ООО «ИнжКомЦентр», ООО «Пи». ООО «Астромет», ООО «Метторгстрой», ООО «Ми-Авто», ООО «СтройКапиталСервис», ООО «Архэнергострой», ООО «Леда», ООО «Стройоборудование», ООО «Лофт Строй», ООО «СНИП Строй»; шаблоны актов по форме КС-2 и справок по форме КС-3 в формате «xlsx» no взаимоотношениям ООО «БОЭС Констракшн» со спорными контрагентами.

- Акты по форме КС-2 и КС-3 формировались сотрудниками Должника;

- обнаружены поручения ФИО16 на изготовление оттисков печатей контрагентов.

- таблицы «xlsx» с наименованием «В-детализация», защищенные паролем – данные зашифрованных таблиц в виде вырезанных фрагментов, при анализе которых установлено, что таблицы содержат аналитическую информацию по факту участия ООО«БОЭС Констракшн» в привлечении услуг по обналичиванию денежных средств и минимизации налоговых обязательств.

Поступавшие от ООО «БОЭС Констракшн» на расчетные счета ООО «Эмастрой» денежные средства частично обналичивались на счета ООО «Озерснаб» - частично обналичивались или перечислялись на счета 000 «Эмастрой» с последующим перенаправлением в адрес компаний Турции и Китая, что подтверждается банковскими выписками.

Обмен таблицами с наименованием «В-детализация» осуществлялся между сотрудниками ООО «БОЭС Констракшн», а копии писем и таблиц направлялись в адрес бенефициара ФИО2.

Как следует из материалов налоговой проверки, с целью определения лиц, фактически контролирующих деятельность ООО «БОЭС Констракшн», Инспекцией проведены допросы сотрудников Общества, в том числе ФИО14 и ФИО15, которые в свою очередь подтвердили, что бенефициарным владельцем ООО «БОЭС Констракшн» являлся ФИО2 (протоколы допросов от 25.09.2020, от 09.11.2020 № б/н, при участии адвоката Сагадиева А.Э., протоколы допроса от 23.09.2020, от 30.09.2020. от 09.11.2020 № б/н, при участии адвоката Сагадиева А.Э.).

По итогам мероприятий налогового контроля проведенными сотрудниками Инспекции, совместно с сотрудниками правоохранительных органов установлено, что лицом, фактически контролирующим деятельность ООО «БОЭС Констракшн», как в проверяемом периоде, так и в периоде предоставления налоговой отчетности за 2016 год - является ФИО2 - он контролирует и ранние и последующие периоды.

Указанные выше факты отражены в Решении от 04.03.2022 № 03-1-29/2/362 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вступившем в законную силу и подтвержденным судебными актами - Определением Арбитражного суда г. Москвы от 24.04.2023 по делу А40-212039/2022,
Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда г. Москвы от 15.08.2023 № 09АП-3 6786/2023 и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.10.2023.

Таким образом, Компания ФИО8 ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД и ФИО2 являются фактическими бенефициарами Должника, стр. 309 Решения № 03-1-29/2/362 .

В ходе анализа банковских выписок ФИО2 за период с 2015 по 2022гг. установлены операции зачисления наличных денежных средств на сумму более 120 млн. руб.

Таким образом, коллегия судей считает, что вывод суда первой инстанции о недоказанности фактического контроля ФИО2 за деятельностью должника противоречит имеющимся в деле доказательствам.

Таким образом, конкурсным управляющим и налоговым органом доказано и не опровергнуто лицами, участвующими в деле, что ANEMINA HOLDINGS LIMITED, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 являются контролирующими ООО «Боэс Констракшн» лицами. 

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ (аналогичная позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.10.2020 N 306-ЭС20-13389(1,2) по делу N А12-26889/2018).

На основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац пятый).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац девятый).

Как разъяснено в пункте 26 Постановления N 53 предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, предполагающих наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, а на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В ранее действовавшей норме статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 134-ФЗ) содержалось аналогичное основание привлечения к субсидиарной ответственности: "пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона".

Порядок реализации ответчиком принадлежащих ему субъективных прав в статусе контролирующего должника лица подчинялся тем же правилам и ограничениям, которые действовали в соответствующие периоды совершения им вредоносных сделок.

Указанные положения применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: 1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось; 2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен; 3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества. Квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений "должник (его конкурсная масса) - кредиторы" (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 N 307-ЭС19-18723(2,3), Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) и др.).

В соответствии с положениями пунктов 16 - 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.12.2022 в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования ФНС России в размере 817 419,84 руб.

Задолженность возникла на основании уведомления Филиала № 34 Фонда социального страхования Российской Федерации от 19.10.2022 № 04-11/04-3745 - ООО «БОЭС Констракшн» имеет задолженность по страховым взносам на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 22.02.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования ФНС России на сумму 9 500 руб.  

Основанием возникновения задолженности послужило уведомление Управления ПУ и ВС ГУ - Главного Управления ПФР № 4 по г. Москве и Московской области от 25.11.2022 № 204/15-07Б/1251 о наличии у ООО «БОЭС Констракшн» задолженности по уплате штрафных санкций за нарушение, законодательства РФ (в части бюджета ПФР) после 01.01.2020 в связи с непредставлением страхователем в установленный срок сведений в соответствии с п.2.2 ст. 11 Федерального Закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.11.2023 требования ФНС России  в размере 4 158 200,83 руб. включены во вторую очередь реестра требований кредиторов Должника, 1 312 690 658,94 руб. - в третью очередь реестра требований кредиторов Должника.

Основанием возникновения задолженности является неисполнение Решения по выездной налоговой проверке от 04.03.2022 № 03-1-29/2/362 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, а также отсутствие оплаты представленных деклараций по НДС за 4 кв.2021 г. (ут.), 2 кв.2022 г., по страховым взносам в ПФРФ за 1 кв.2022 года.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.12.2023 требования Уполномоченного органа в размере 4 904 858,56 руб. включены во вторую очередь реестра требования кредиторов Должника, в размере 1 200 037,51 руб. - в третью очередь реестра требований кредиторов Должника.

Задолженность образовалась в связи с неисполнением обязанности по уплате страховых взносов за 2 кв. 2022 г., по которым в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.04.2022 № 776 «Об изменении сроков уплаты страховых взносов в 2022, 2023» была предоставлена отсрочка по уплате платежей за 2,3 кв. 2022 года.

Общая сумма задолженности перед Уполномоченным органом, включенная в реестр требований кредиторов должника, составляет 1 323 780 675,68 руб.  

При этом согласно отчету конкурсного управляющего должника, в реестр требований кредиторов должника включены требования на сумму 7 952 356,54 руб. – основной долг в составе второй очереди; 2 091 028 34,09 руб. – основной долг в составе третьей очереди; 1 052 422 560,21 руб. – пени, штрафы, проценты по ст. 395 ГК РФ.

Из материалов дела следует, что с целью проверки правильности исчисления и своевременности уплаты налогов ООО «БОЭС Констракшн» налоговым органом на основании ст. 89 Налогового Кодекса Российской Федерации 13.12.2017 вынесено Решение о проведении выездной налоговой проверки № 07/1557 за период с 01.01.2016 по 31.12.2016 по всем налогам и сборам.

По результатам мероприятий налогового контроля Инспекцией было вынесено Решение от 31.01.2019 № 07-21/4 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым установлено неправомерное завышение Должником налоговых вычетов по взаимоотношениям с ООО «Вектор Т», ООО «Стармаркет», ООО «Полиформ» и ООО «Сияна трейд», сумма доначислений по проверке составила 109 999 951 руб. Налогоплательщиком Решение по выездной налоговой проверке оплачено в полном объеме.

Далее в распоряжение Инспекции поступает письмо из УВД по Западному Административному округу от 19.12.2019 № 06/6-814к, согласно которому в производстве 1 отдела СЧ по РОПД СУ УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве находилось уголовное дело № 11901450007000381, возбуждённое 24.04.2019 по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 193 УК РФ.

В ходе проведения следственных действий установлено, что ООО «БОЭС Констракшн» при осуществлении финансово-хозяйственной деятельности в период 06.10.2015 по 19.12.2016 осуществило перечисление денежных средств на расчетные счета ООО «Озерснаб» ИИН <***> в сумме более 600 млн. рублей, относящегося к категории незаконно зарегистрированного юридического лица и используемого неустановленными лицами с целью создания финансовых схем, направленных на завышение себестоимости финансово-хозяйственной деятельности и занижения налогооблагаемой базы.

Установлено, что ООО «Озерснаб» имело признаки фирмы «однодневки»: массовый руководитель или учредитель, дисквалифицированные лица, задолженности по налогам, недостоверность регистрационных сведений, убыточная деятельность на протяжении трёх лет.

В соответствии с положениями приказов МВД РФ № 495 и ФНС РФ № ММ-7-2-347 от 30.06.2009 года «Об утверждении порядка взаимодействия органов внутренних дел и налоговых органов по предупреждению, выявлению и пресечению налоговых правонарушений и преступлений» указанные выше сведения и копии материалов были направлены в Инспекцию для дальнейшего проведения мероприятий налогового контроля и рассмотрения вопроса о проведении совместной выездной налоговой проверки в отношении ООО «БОЭС Констракшн» с участием сотрудника ОЭБиГЖ УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве.

На основании решения Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 4 от 30.12.2019 № 03-1-29/2/327 и в порядке ст. 89 Налогового Кодекса Российской Федерации с целью контроля за деятельностью нижестоящего налогового органа была проведена повторная выездная налоговая проверка ООО «БОЭС Констракшн» за период с 01.01.2016 по 31.12.2016, по итогам которой Инспекцией составлен Акт проверки от 03.03.2021 № 03-1-29/46,  дополнение к Акту проверки от 18.10.2021 № 03-1-29/55 и вынесено Решение № 03-1-29/2/362 от 04.03.2022 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, сумма доначислений составила 1 239 885 876,12 руб., в том числе, по НДС в размере 409 274 189 руб., по налогу на прибыль в размере 454 410 371 руб., а также пени в размере 376 201 316,12 руб.

Руководителем юридического лица в проверяемом периоде являлся ФИО4.

В ходе проведения выездной налоговой проверки налоговым органом установлено наличие недостоверной информации, содержащейся в представленных на проверку первичных документах, нереальность хозяйственных операций с заявленными контрагентами - ООО «Эмастрой» ИНН <***>, ООО «Озерснаб» ИНН <***>, ООО «СибСнабСервис» ИНН <***>, ООО «НовосибСтройПроект» ИНН <***>, ООО «ИнжКомЦентр» ИНН <***>, АО СК «Элит Ру» ИНН <***>, ООО «Пи» ИНН <***>, ООО «Астромет» ИНН <***>, ООО «Метторгстрой» ИНН <***>, ООО «Ми-Авто» ИНН <***>, ООО «СтройКапиталСервис» ИНН <***>, ООО «Архэнергострой» ИНН <***>, ООО «Леда» ИНН <***>, ООО «Стройоборудование» ИНН <***>, ООО «Лофт Строй» ИНН <***>, ООО «СНИП Строй» ИНН <***> и, как следствие, получение Должником необоснованной налоговой выгоды в виде завышения расходов в целях исчисления налога на прибыль и налоговых вычетов по НДС.

Проверкой установлено, что ООО «БОЭС Констракшн» специализируется на выполнении монтажных и земляных работ.

В проверяемый период ООО «БОЭС Констракшн» осуществляло строительные работы на объектах, заказчиками которых являлись ООО «Капитал Групп», АО «ПИК-Регион», ПАО «ГК ПИК».

В рамках осуществления строительных работ на объектах ООО «БОЭС Констракшн» заявлены расходы на поставку строительных товаров от контрагентов ООО «Эмастрой» и ООО «Озерснаб», расходы на выполнение строительных работ от контрагентов ООО «СибСнабСервис» и ООО «НовосибирскСтройПроект».

В нарушение положений п.1 ст. 54.1, п.1 ст. 247, п.1 ст. 252, ст. ст. 169,171,172 Налогового Кодекса Российской Федерации Обществом неправомерно включена в состав расходов, уменьшающих доходы от реализации в состав вычетов по НДС стоимость затрат по договорам, заключенным с контрагентами ООО «Эмастрой» и ООО «Озерснаб» (далее - контрагенты).

В ходе анализа представленных налогоплательщиком документов, налоговым органом сделан вывод о том, что контрагенты ООО «Эмастрой» и ООО «Озерснаб» не являются реальными поставщиками, оформленная первичная документация носит формальный характер. ООО «Эмастрой» и ООО «Озерснаб», по сути, являются «техническими компаниями». Поставка строительных товаров от ООО «Эмастрой» и ООО «Озерснаб» в адрес ООО «БОЭС Констракшн» не осуществлялась. От указанных контрагентов формировались недостоверные документы для вывода денежных средств за рубеж и незаконной минимизации налоговых обязательств турецких компаний, осуществляющих строительство на территории Российской Федерации, в том числе, ООО «БОЭС Констракшн».

Инспекцией в ходе проверки проведен анализ банковских выписок за проверяемый период по движению денежных средств на расчетных счетах должника и контрагентов, из которого следует, что при заключении договоров поставки стороны действовали недобросовестно, не имели намерений исполнить договорные обязательства, имеет место вывод денежных средств за пределы Российской Федерации, товар поставщиками поставлен не был, данные сделки по смыслу ст. 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации являются притворными, прикрывая сделки по безвозмездному выводу активов ООО «БОЭС Констракшн».

Поступившие от ООО «БОЭС Констракшн» на расчетные счета ООО «Эмастрой» денежные средства частично обналичивались на счета ООО «Озерснаб», частично обналичивались или перечислялись на счета ООО «Эмастрой» с последующим перенаправлением в адрес компаний Турции и Китая.

В отношении иных, указанных выше контрагентов, также выявлены обстоятельства, свидетельствующие о фиктивном документообороте: не имели соответствующих объемов ресурсов, отсутствовали сотрудники, движение денежных средств носило транзитный характер и перечисления осуществлялись на счета «технических» компаний, управление расчетными счетами и предоставление отчетности в налоговые органы осуществлялись с идентичных IP-адресов, а некоторые работы производились непосредственно самим Должником.

При этом в ходе проведения повторной выездной проверки О «БОЭС Констракшн» сотрудниками правоохранительных органов в адрес налогового органа были переданы материалы (электронные носители), полученные УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве в ходе следственных действий в помещениях Должника в ходе расследования уголовного дела № 11701450007000898.

Для выполнения строительно-монтажных работ ООО «БОЭС Констракшн» привлек сомнительных контрагентов. Представленные сведения об исполнителях СМР (гарантийные письма), оформленные от лица контрагентов, не содержат достаточной информации (только имя и фамилия), позволяющей идентифицировать иностранных граждан, которые были указаны в данных письмах в качестве рабочей силы для выполнения СМР.

Согласно информации, полученной в ходе налоговой проверки от Министерства внутренних дел Российской Федерации о привлечении к трудовой деятельности иностранных граждан на территории г. Москвы в период с 01.01.2016 по 31.12.2016, организации ООО «Метторгстрой», ООО «Архэнергострой», ООО «Астомет», ООО «Леда», ООО «Ми-Авто», ООО «СтройКапиталСервис», ООО «СибСнабСервис», ООО «НовосибирскСтройПроет» не привлекали иностранных граждан.

Без наличия иных доказательств (допросов, договоров, в т.ч. с физ. лицами и пр.), перечисление определенных лиц без возможности их надлежащей идентификации не свидетельствует о наличии у спорных контрагентов объективной возможности выполнения СМР.

Таким образом, документы, представленные в рамках налогового контроля Должником в качестве подтверждения правомерности произведенных расходов по взаимоотношениям со спорными контрагентами, не соответствует реальным хозяйственным операциям.

Налоговым органом также было установлено, что ООО «Озерснаб» и ООО «Эмастрой» производили реализацию в адрес Общества импортируемых товаров.

Инспекцией в рамках проверяемого периода были сопоставлены номенклатуры товаров и периоды их выпуска и принятия к учету по взаимоотношениям с указанными контрагентами, установлено, что Должником оприходованы от ООО «Озерснаб» и ООО «Эмастрой» товары, которые не ввозились на территорию Российской Федерации. Факты декларирования товаров за весь период деятельности организаций - отсутствует.

С учетом изложенного, умышленность действий ООО «БОЭС Констракшн» по вовлечению ООО «Эмастрой», ООО «Озерснаб», ООО «СибСнабСервис», ООО «НовосибирскСтройПроект», АО «Строительная Компания «Элит.ру», ООО «ИнжКомЦентр», ООО «Пи», ООО «Астромет», ООО «Метторгстрой», ООО «Ми-Авто», ООО «СтройКапиталСервис», ООО «Архэнергострой», ООО «Леда», ООО «Стройоборудование», ООО «Лофт Строй», ООО «СНИП Строй» в фиктивный документооборот не могла произойти случайным образом или в результате ошибки, поскольку носит явно преднамеренный характер с целью получения налоговой экономии в виде неуплаты (не полной уплаты) НДС и налога на прибыль.

В ходе проведения анализа банковских выписок за проверяемый период по движению денежных средств на расчетных счетах ООО «Эмастрой» установлено, что основные поступления денежных средств на расчетные счета ООО «Эмастрой» осуществлялись от следующих компаний: от ООО «БОЭС Констракшн» в размере 358 535 697,32 рублей - перечисление установлено за «строительные материалы», «строительные инструменты»; от представительства «АНТ ЯПЫ САНАЙИ BE ТИДЖАРЕТ АНОНИМ ШИРКЕТИ» (Турция) в размере 82 920 196,84 рублей с назначением платежа за «строительные материалы».

В дальнейшем поступившие на расчетные счета ООО «Эмастрой» денежные средства частично обналичены по банковским картам с назначением платежа «снятие по карте через ТУ MOSKVA\Alfa Iss по чекам НДС не облагается, на хоз. нужды» (в размере 22 572 000 руб. минимальные суммы), а также конвертированы в иностранную валюту и перечислены в рамках внешнеторговых контрактов в адрес компаний Турции и Китая.

Основные поступления денежных средств на расчетные счета ООО «Озерснаб» установлены от ООО «БОЭС КОНСТРАКШН» в размере 161 837 115,19 руб. за «различные строительные материалы/инструменты.

В дальнейшем поступившие на расчетные счета ООО «Озерснаб» денежные средства перечислялись на расчетный счет ООО «Эмастрой» с назначением платежа «за различные строительные материалы/инструменты», а также частично обналичивались.

Таким образом, по результатам анализа движения денежных средств по расчетным счетам ООО «Эмастрой» и ООО «Озерснаб» установлено, что оно носит транзитный характер, поскольку поступившие денежные средства на счета ООО «Эмастрой» и ООО «Озерснаб» аккумулируются на расчетных счетах ООО «Эмастрой» с целью конвертации их в иностранную валюту для дальнейшего перечисления за рубеж по внешнеторговым контрактам.

Указанные выше факты подтверждаются материалами комплексной выездной налоговой проверки, проведенной Межрегиональной инспекцией ФНС России №4 по крупнейшим налогоплательщикам.

ООО «БОЭС Констракшн», полагая, что данное решение принято с нарушением норм НК РФ и нарушает его права и законные интересы в соответствии со ст. 139 НК РФ, обратилось Арбитражный суд г. Москвы о признании недействительным решения от 04.03.2022 № 03-1-29/2/362 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения».

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г Москвы от 24.04.2023 по делу № А40-212039/22 и постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023, оставленными в силе постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.10.2023, в удовлетворении заявления ООО «БОЭС Констракшн» о признании недействительным решения от 04.03.2022 № 03-1-29/2/362-отказано.

Исходя из положений пункта 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку решение Арбитражного суда г. Москвы от 24.04.2023 по делу № А40-21203 9/22 вступило в законную силу, коллегия судей считает доказанным факт, что ФИО4 в ходе выбора контрагентов не проявил должную степень заботливости и осмотрительности, в результате чего ООО «БОЭС Констракшн» вступило в обязательственные правоотношения с контрагентами, не ведущими хозяйственную деятельность, не имеющими основные средства.

Судами установлен факт того, что ООО «БОЭС Констракшн» были учтены расходы не с действительным экономическим смыслом, а с целью получения исключительной налоговой выгоды по сделкам с недобросовестными контрагентами. Вследствие сделок с указанными компаниями из имущественной массы ООО «БОЭС Констракшн» контролирующими лицами через подконтрольных фиктивных контрагентов выведено 2 272 051 855,10 руб.

Таким образом, правонарушение совершено умышленно. Все первичные документы по взаимоотношениям с заявленными контрагентами подписаны директором ООО «Боэс Констракшн» ФИО14 Именно директором была подписана налоговая и бухгалтерская отчетность Общества, и именно он несет ответственность за информацию, содержащуюся в данной отчетности.

На начало 2021 кредиторская задолженность составляла 9 839 665 тыс.руб, на конец 2021 года – 6 886 080 тыс.руб., при этом, кредиторская задолженность продолжает быть значительной и говорит о том, что ФИО14 не предпринимались меры по ее снижению.

Согласно пункту 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Субсидиарная ответственность является частным случаем деликтной ответственности (пункты 2, 6, 15, 22 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53). В соответствии с пунктом 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

При доказывании причинно-следственной связи необходимо обосновать, что не совершение необходимого действия либо совершение неправомерного действия является обязательным условием наступления негативного последствия, то есть таким условием, устранение которого (или отсутствие которого) предупреждает наступление негативного последствия.

Уполномоченным органом доказано отсутствие правовых оснований для перечисления Должником денежных средств на расчетные счета ООО «Эмастрой» ИНН <***> и ООО «Озерснаб» ИНН <***>, ООО «СибСнабСервис» ИНН <***>, ООО «Новосибстройпроект» ИНН <***>, ООО «ИнжКомЦентр» ИНН <***>, АО СК «Элит Ру» ИНН <***>, ООО «Пи» ИНН <***>, ООО «Астромет» ИНН <***>, ООО «Метторгстрой» ИНН <***>, ООО «Ми-Авто» ИНН <***>, ООО «СтройКапиталСервис» ИНН 772979ООО7, ООО «Архэнергострой» ИНН <***>, ООО «Леда» ИНН <***>, ООО «Стройоборудование» ИНН <***>, ООО «Лофт Строй» ИНН <***>, ООО «СНИП Строй» ИНН <***> в 2016 году в размере 2 272 051 855,10 руб. руб.

В реестр требований кредиторов ООО «БОЭС Констракшн» включены требования кредиторов по основному долгу на сумму 2 104 244 125,28 руб. общая задолженность 3 265 658 548,96 руб. из нее включено в реестр требований кредиторов должника 3 143 862 511,70 руб.

Из чего следует, что «выведенных» денежных средств было достаточно для полного погашения задолженности перед кредиторами.

ФИО14 в суде первой инстанции, а также в отзывах на апелляционные жалобы указывал, что фактическим руководителем должника ООО «БОЭС Констракшн» не был; влияния на деятельность общества не оказывал и выгоды не извлек. За весь период своей работы в ООО «Боэс Констракшн» являлся номинальным руководителем, исполняя обязанности главного инженера, а Обществом непосредственно управлял исполнительный директор. Его контролировал Совет директоров.  

При этом сослался на Определение Верховного Суда РФ от 13.01.2025 № 307-ЭС20-2151 (68-71) по делу № А44-1127/2019, где сформулирована правовая позиция о том, что при отсутствии определяющего влияния на деятельность предприятия и личной и непосредственной выгоды из противоправных действий (сделок), повлекших банкротство должника, субсидиарная ответственность неправомерна.

Между тем, в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее Постановление №53) разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Из Акта налоговой проверки от 04.03.2022, проверенного всеми судебными инстанциями (Решение Арбитражного суда г. Москвы от 24.04.2023 по делу №А40-212039/2022, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 25.10.2023, Определением Верховного суда РФ от 26.03.2024) и оставленного без изменения, следует, что ФИО4 в период с декабря 2015 года по февраль 2020 года являлся генеральным директором ООО «БОЭС Констракшн», в проверяемом периоде (2016 год) являлся главным бухгалтером.

При этом на допросе ФИО4 (протоколы допроса от 25.09.2020, от 09.11.2020 № б/н, при участии адвоката Сагадиева А.Э.) указывал, что являясь главным бухгалтером ООО «БОЭС Констракшн», бухгалтерский учет в ОOO «БОЭС Констракшн» фактически не вел; бенефициарным владельцем ООО «БОЭС Констракшн» в 2016 году являлся ФИО2.

Таким образом, ФИО4 в течение продолжительного времени, исполняя обязанности директора должника, не предпринимал никаких действий по контролю за деятельностью общества, не руководил им, при этом не снимая с себя полномочий, что привело к значительному ущербу независимых кредиторов и Российской Федерации.

При этом согласно п. 16.2 Устава ООО «Боэс Констракшн» (Т. 6 л.д. 150-166) руководство текущей деятельностью осуществляет именно Генеральный директор.

При этом ссылка на то, что договоры с ООО «Озерснаб» ФИО4 подписывал только при наличии листов согласования (напр., к договору № В141-У 7293 от 27.02.2017 заключенному с ООО «Инвестиции в недвижимость», и к дополнительному соглашению № 4 к договору № СХ35-С-3989 с ООО «АККЕМ») и только при наличии виз других лиц и исполнительного директора лишь дополнительно свидетельствует об осведомленности происходящего в деятельности ООО «Боэс Констракшн» и не может полностью освобождать контролирующего должника лица от субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции неверно оценен тот факт, что возбужденное 01.11.2021 уголовное дело по п. «б.» ч. 2 ст. 199 УК РФ  в отношении ФИО14 по связям ООО «БОЭС Констракшн» с ООО «Озерснаб» и ООО «Эмастрой» впоследствии было прекращено постановлением Зюзинского районного суда г. Москвы от 22.05.2023 за истечением сроков давности и, следовательно, не может свидетельствовать о виновности   ФИО14, в силу следующего.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в отношении ФИО14 было возбуждено уголовное дело №1-333/2023 по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 199 Уголовного кодекса Российской Федерации, однако оно было прекращено в связи с истечением срока давности привлечения.

При этом судом первой инстанции не учтены различия в презумпциях вины в уголовном и гражданском судопроизводствах. Так, в уголовном процессе действует доктрина невиновности (ст. 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), в соответствии с которой обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном Уголовно-процессуальном кодексе порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. При этом бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. В то время как в гражданском процессе действует доктрина виновности (п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), в соответствии с которой отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (причинившим вред). Также следует учитывать, что уголовно-правовые и гражданско-правовые отношения являются различными по своей природе, субъекту и виду ответственности привлекаемых лиц, обстоятельства, подлежащие в них доказыванию не тождественны. Наличие (отсутствие) умысла на совершение преступления не являются предметом рассмотрения обособленного спора о привлечении лица к субсидиарной ответственности, никак не влияют на существенность обстоятельств, исследованных в рамках обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности.

Таким образом, прекращение уголовного дела в отношении ФИО14 в связи с истечением сроков давности преследования по делу № 1-333/2023 Зюзинского районного суда г. Москвы (т.е. по нереабилитирующему основанию) не отменяет возможности привлечения обозначенного ответчика к субсидиарной ответственности в рамках гражданского судопроизводства, чья причастность к деятельности должника исследована, в том числе, в ходе мероприятий налогового контроля в отношении ООО «БОЭС Констракшн».

Судом, при вынесении Определения от 20.09.2024 об отказе конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в основу были учтены выводы, отраженные в финансовом анализе Должника, где конкурсный управляющий связывает неплатежеспособность Должника с ненадлежащим исполнением ООО «БОЭС Констракшн» обязательств по договорам генерального подряда с крупными Инвесторами-Застройщиками, выраженное в значительной просрочке сроков сдачи объектов строительства, повлекшее за собой начисление неустоек и взыскание убытков, вытекающих из судебных споров с участниками долевого строительства, а также ненадлежащим выполнении ООО «БОЭС Констракшн» и привлекаемыми им субподрядчиками строительных работ, выраженное в наличии значительного объема технических недостатков на объектах строительства.

Кроме того, суд первой инстанции указал на наличие обстоятельств непреодолимой силы, которые относились к периоду, следующему за датой объективного банкротства, заявленной конкурсным управляющим, и были вызваны распространением новой коронавирусной инфекцией COVID-19, сокращением трудоспособных лиц, массового оттока наемной силы, нарушения поставок строительных материалов, а также проведением специальной военной операции в Российской Федерации с 23.02.2022.

Между тем не было учтено следующее.

ООО «БОЭС Констракшн» - строительная организация, которая выступала генеральным подрядчиком крупнейших девелоперов и активно привлекала к строительству менее масштабные организации.

При проведении финансового анализа конкурсным управляющим исследовался период с 01.01.2019 по 01.01.2022.

В соответствии с Учетной политикой ООО «БОЭС КОНСТРАКШН» для бухгалтерского и налогового учета (Приложение к приказу от 31.12.2021 г. №1 и №2) учет сырья и материалов применялся Федеральный стандарт бухгалтерского учета ФСБУ 5/2019 «Запасы», утвержденным Приказом Минфина России от 15.11.2019 № 180н (далее - ФСБУ 5/2019).

На основании бухгалтерской и иной отчетности произведен расчет финансовых показателей и коэффициентов с целью установления причин утраты платежеспособности.

В соответствии с выводами, содержащимися в финансовом анализе (Т. 5):

-          ООО «БОЭС КОНСТРАКШН» практически все работы (в объеме 98%) выполнялись силами субподрядчиков, следовательно, возникала кредиторская задолженность, размер которой фактически больше, чем отражен в бухгалтерской отчетности.

-          актив организации в размере 2 млрд.руб. (строка «запасы» ф.1 бухгалтерского баланса) полностью (99%) состоит из затрат по незавершенному производству, которые являются фактически расходами, но до определенного момента не списаны. Данный показатель фактически не является активом организации.

В соответствии с пунктом 2 ФСБУ 5/2019 затраты, которые должны были бы включаться в стоимость запасов, признаются расходом периода, в котором были понесены.

На основании пункта 9 ФСБУ 5/2019 Запасы признаются в бухгалтерском учете по фактической себестоимости, если иное не установлено настоящим Стандартом.

В фактическую себестоимость запасов, кроме незавершенного производства и готовой продукции, включаются фактические затраты на приобретение (создание) запасов, приведение их в состояние и местоположение, необходимые для потребления, продажи или использования.

В фактическую себестоимость незавершенного производства (НЗП) и готовой продукции включаются затраты, прямо относящиеся к производству конкретного вида продукции, работ, услуг (прямые затраты), и затраты, которые не могут быть прямо отнесены к производству конкретного вида продукции, работ, услуг (косвенные затраты).

Затраты в НЗП при выполнении работ (оказании услуг) списывают в себестоимость продаж того периода, когда признана выручка по соответствующим договорам.

Моментом признания выручки служит подписанный Акт приемки выполненных работ.

Кроме того, значительный показатель в активе баланса занимает дебиторская задолженность, которая на начало 2021 года составляет 8 008 341 тыс.руб.

Данный показатель бухгалтерского баланса отражает информацию о дебетовых остатках по   счетам   учета   расчетов   (62   "Расчеты  с  покупателями   и  заказчиками",   60   "Расчеты  с поставщиками и подрядчиками", 76 "Расчеты с разными дебиторами и кредиторами" и др.) и счету 46, поскольку организация использует этот счет для отражения не предъявленной к оплате начисленной выручки способом "по мере готовности".

Инспекцией проанализирована расшифровка дебиторской задолженности по состоянию на 31.12.2020, из которой следует, что:

- непредъявленная к оплате начисленная выручка составляет 3 876 089 тыс.руб.

- расчеты по гарантийным удержаниям имеют значение 1 634 981 тыс.руб.

В соответствии с Приказом Минфина РФ от 31.10.2000 N 94н (ред. от 08.11.2010) "Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкции по его применению" непредъявленная к оплате начисленная выручка отражается на счете 46 "Выполненные этапы по незавершенным работам" предназначен для обобщения информации о законченных в соответствии с заключенными договорами этапах работ, имеющих самостоятельное значение. Этот счет используется при необходимости организациями, выполняющими работы долгосрочного характера, начальные и конечные сроки выполнения которых обычно относятся к разным отчетным периодам (строительные, научные, проектные, геологические и т.п.).

По дебету счета 46 "Выполненные этапы по незавершенным работам" учитывается стоимость оплаченных заказчиком законченных организацией этапов работ, принятых в установленном порядке, в корреспонденции со счетом 90 "Продажи". Одновременно сумма затрат по законченным и принятым этапам работ списывается с кредита счета 20 "Основное производство" в дебет счета 90 "Продажи". Суммы поступивших от заказчиков средств в оплату законченных и принятых этапов отражаются по дебету счетов учета денежных средств в корреспонденции со счетом 62 "Расчеты с покупателями и заказчиками".

По окончании всей работы в целом оплаченная заказчиком стоимость этапов, учтенная на счете 46 "Выполненные этапы по незавершенным работам", списывается в дебет счета 62 "Расчеты с покупателями и заказчиками". Стоимость полностью законченных работ, учтенная на счете 62 "Расчеты с покупателями и заказчиками", погашается за счет ранее полученных авансов и сумм, полученных от заказчика в окончательный расчет в корреспонденции с дебетом счетов учета денежных средств.

Расчеты по гарантийным удержаниям, по сути, являются «чужими» денежными средствами, поскольку под гарантийным удержанием понимаются денежные средства в размере установленного соглашением сторон процента от стоимости выполненных работ, выполнение которых подтверждается установленными договором документами, являющиеся способом обеспечения исполнения обязательств контрагента и служит для покрытия возможных расходов, вызванных ненадлежащим исполнением подрядчиком обязательств в отношении качества работ.

ООО «БОЭС Констракшн» - строительная организация, выступала генеральным подрядчиком крупнейших девелоперов и активно привлекала к строительству менее масштабные организации.

По имеющейся у Уполномоченного органа информации, ООО «БОЭС Констракшн» допускалось нарушение сроков сдачи объектов строительства, а также имелись существенные недостатки при выполнении работ. Гарантийные удержания в таких случаях оставались у заказчиков.

С учетом изложенного, реальные активы Общества на конец 2020 начало 2021 выглядят следующим образом:


тыс. руб.

Основные средства

193 075

Запасы

10 196

Дебиторская задолженность

2 797 183

Денежные средства и денежные эквиваленты

87 610

Прочие оборотные активы

9 032

Итого активы

3 097 096

Учитывая особенности ведения бухгалтерского учета строительных организаций, активы должника в бухгалтерской отчетности «завышены» (то есть отражаются суммы, которые фактически активом не являются), а пассивы занижены (реальный размер кредиторской задолженности выше, и величина пассивов соответственно больше, чем отражено в бухгалтерской отчетности).

Таким образом, должник уже на начало 2021 года не мог отвечать по своим обязательствам за счет имеющихся у него активов при их реализации.

Касаемо активов организации судом первой инстанции не учтены следующие выводы конкурсного управляющего, отраженные в финансовом анализе.

Внеоборотные активы Должника представлены на конец анализируемого периода основными средствами, а также отложенными налоговыми активами. В составе внеоборотных активов основные средства занимают значительный объем. Доля основных средств в течение анализируемого периода снижается с 431 346 тыс. руб. в 2019 до 56 386 тыс. руб. в 2021. Снижение величины стоимости основных средств происходит в основном за счет их реализации и начисляемой амортизации. По информации, представленной Должником, ООО «БОЭС КОНСТРАКШН» заключались типовые договоры на реализацию объектов основных средств, на типовых условиях, с различными контрагентами и по каждому объекту основных средств отдельно.

В состав внеоборотных активов также входят отложенные налоговые активы, размер которых на последнюю отчетную дату (01.01.2022г.) составляет 9 840 тыс. руб. Данный показатель не является активом организации, возникает из-за различий бухгалтерского учета прибыли и учета в целях налогообложения, и его невозможно использовать в целях погашения накопленных обязательств.

Согласно представленной должником информации, в состав запасов на протяжении анализируемого периода включены сырье, материалы и другие аналогичные ценности, а также затраты в незавершенном производстве (99,7% от общей суммы запасов).

Данный вид актива в виде затрат в незавершенном производстве не может быть использован для реализации в целях получения денежных средств для расчетов с кредиторами, поскольку является фактически расходами, но до определенного момента не списанными.

С учетом изложенных выше обстоятельств, конкурсный управляющий должника и уполномоченный орган доказали, стороны не опровергли и коллегия судей признает доказанным то обстоятельство, что именно в 2020 году происходит значительное снижение активов организации в результате их реализации, они становятся крайне малыми применительно к масштабам деятельности организации, что делает дальнейшую деятельность невозможной.

При том, внешние факторы, на которые ссылались ответчики, как на обстоятельство, приведшее к банкротству должника, возникла только в 2021 году и позже.

Коллегия судей также учитывает, что вывод активов должника, установленный решением налогового органа, направленный, в том числе, на минимизацию расходов должника с целью неуплаты налогов, осуществлялся в 2016 году, в связи с чем лица, принимавшие участие в деятельности ООО «Боэс Констракшн» в указанное время (ANEMINA HOLDINGS LIMITED, ФИО2, ФИО4) не могли не знать об этом, а, следовательно, должны были знать о недостоверности сведений, отраженных в бухгалтерской отчетности и понимать последствия совершаемых ими действий.

Статьей 9 Закона о банкротстве определено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; а также если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, лицами, на которых Законом о банкротстве возложены соответствующие обязанности, влечет за собой субсидиарную ответственность таких лиц по обязательствам должника.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Исходя из абз. 6 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в том числе, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и неподачей заявления должника о банкротстве лежит на привлекаемом к ответственности лице/лицах (абз. 2 п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве). Тем самым установлена презумпция виновности контролирующего должника лица, которое обязано доказать отсутствие связи между неподачей заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Для исполнения такой обязанности п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве установлен срок, определенный как кратчайший и ограниченный одним месяцем с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Целью установления обязанности контролирующих лиц подать заявление о банкротстве является не только недопущение сокрытия должником от контрагентов информации о его финансовом состоянии, но и более широкое назначение норм ст. 9 и ст. 61.12 Закона о банкротстве, заключающееся в предотвращении убытков кредиторов, в том числе недобровольных, возникших вследствие несвоевременного возбуждения дела о банкротстве. В зависимости от того, когда принято к производству заявление о признании должника банкротом, определяется режим требований недобровольных кредиторов в деле о банкротстве.

В соответствии с учредительными документами ФИО4 в период с 05.12.2015 по 06.02.2020, ФИО3 в период с 07.02.2020 по 29.10.2021, ФИО5 в период с 29.10.2021 по 06.10.2022 осуществляли функции руководителя Общества. В свою очередь Компания с ограниченной ответственностью ФИО8 Холдинге Лимитед, согласно учредительным документам Должника, являлась участником Должника с долей 100%.

Следовательно, в силу Закона о банкротстве указанные выше лица являлись контролирующими должника лицами, на которых, при наличии соответствующих оснований, возложена обязанность по обращению в суд с заявлением о признании возглавляемой им организации несостоятельной.

При этом суд апелляционной инстанции не может принять во внимание доаоды ответчиков о том, что возбуждаемые и прекращаемые судом дела о несостоятельности (банкротстве) должника свидетельствуют об отсутствии признаков объективного банкротства и отсутствии оснований для обращения контролирующими должника лицами, с заявлениями о собственном банкротстве в силу следующего.

В рамках дела №А40-226520/2020 определением от 26.01.2021 Арбитражным судом города Москвы было отказано во введении наблюдения в отношении ООО «Боэс Констракшн» и прекращено производство по делу о банкротстве, поскольку заявленная ООО «ЛОГИСТИК ДКЕ» задолженность в полном объеме должником погашена до начала судебного разбирательства.

В рамках дела № А40-83654/2021 определением от 24.05.2021 Арбитражный суд города Москвы возвратил заявление ООО «ПК АЛЬЯНС» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Боэс Констракшн», поскольку заявителем не были устранены обстоятельства, послужившие основаниями для оставления искового заявления без движения, в срок, установленный в определении суда ввиду того, что носили неустранимый характер (несвоевременная публикация Сообщения о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве).

 Сообщением №11427625 от 11.03.2022 ООО «Легист-Сервис» уведомило о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом ООО «БОЭС Констракшн».

Определением от 01.04.2022 по делу № А40-60412/2022 заявление ООО «Легист-Сервис» было возвращено в связи с введением моратория на банкротство.

Таким образом, перечисленные судебные производства не подтверждают тот факт, что по состоянию на 01.01.2021 должник не обладал признаками объективного банкротства, поскольку эти обстоятельства не подлежали исследованию.

Согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 ст. 9 настоящего Закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Между тем, коллегия судей считает возможным установить основания для привлечения контролирующих должника лиц - ANEMINA HOLDINGS LIMITED, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности на основании положений ст. 61.12 Закона о банкротстве.

При этом точный размер обязательств, возникших после даты, установленной судом в качестве даты объективного банкротства (+ 1 месяц) и с учетом даты вступления в должность каждого из последующих директоров, а также даты получения сведений участником должника (31.03.2022 – последний день сдачи отчетности + 50 дней для ознакомления с ней и проведения собрания), может быть установлен при определении размера ответственности (при необходимости), поскольку вмененное судом основание не является единственным для каждого из них, а размера субсидиарной ответственности, определяемый по ст. 61.11 Закона о банкротстве, составляет весь реестр требований кредиторов должника, а также его текущие обязательства.  

Налоговым органом при проведении налоговой проверки доказан фиктивный документооборот между ООО «БОЭС Констракшн» с АО СК «Элит Ру», ООО «ИнжКомЦентр», ООО «Астромет», ООО «Метторгстрой», ООО «Ми-Авто», ООО «Пи», ООО «СтройКапиталСервис», ООО «Архэнергострой», ООО «Леда», ООО «СНИП Строй», ООО «Стройоборудование», ООО «Лофт Строй», искажении сведений проверяемого налогоплательщика о фактах хозяйственной жизни с целью вывода денежных средств из-под налогообложения. Оформленные сделки с АО СК «Элит Ру», ООО «ИнжКомЦентр», ООО «Астромет», ООО «Метторгстрой», ООО «Ми-Авто», ООО «Пи», ООО «СтройКапиталСервис», ООО «Архэнергострой», ООО «Леда», ООО «СНИП Строй», ООО «Стройоборудование» и ООО «Лофт Строй» на выполнение работ и поставку материалов (оборудования), носит формальный характер и не подтверждает фактическое исполнение договорных обязательств от компаний.

В результате проведенной выемки (протокол выемки №07/17-1 от 19.03.2018) сотрудниками МРИ ФНС России №45 по г. Москве была изъята информация, содержащаяся на рабочих станциях сотрудников ООО «БОЭС Констракшн», а также данные их корпоративной почты.

В ходе выборочного осмотра содержимого установлено (протокол осмотра №3 от 23.12.2020):

- участие сотрудников ООО «БОЭС Констракшн» в процессе переговоров с лицом/лицами, зашифрованным под наименованием «партнер», по факту оказания незаконных услуг по обналичиванию и минимизации налогов для ООО «БОЭС Констракшн».

- наличие аналитических таблиц, отражающий процесс использования ООО «БОЭС Констракшн» в своей деятельности «технических» компаний;

- наличие общих телефоных справочников компаний ООО «БОЭС Констракшн», ООО «Эссене Девелопмент», ООО «Проектное бюро Апекс» и ООО «Юнидрафт»;

- наличие общих корпоративных мероприятий у компаний ООО «БОЭС Констракшн», ООО «Эссене Девелопмент», ООО «Проектное бюро Апекс» и ООО «Юнидрафт»;

- участие сотрудников ООО «Эссене Девелопмент» в осуществлении (сопровождении) учета финансово-хозяйственной деятельности ООО «БОЭС Констракшн» в 2016 году. 

Наличие данных обстоятельств указывает на единый центр управления компаний ООО «БОЭС Констракшн», ООО «Эссене Девелопмент», ООО «Проектное бюро Апекс» и ООО «Юнидрафт».

Также, в ходе проведения повторной выездной налоговой проверки ООО «БОЭС Констракшн» сотрудниками правоохранительных органов в адрес МИ ФНС России по КН № 4 - переданы материалы (электронные носители) полученные УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве в ходе следственных действий в помещениях ООО «БОЭС Констракшн» в ходе расследования уголовного дела №11701450007000898

В ходе анализа представленных электронных носителей (протокол осмотра № 4 от 23.12.2020) установлено, что в рамках обыска сотрудниками МВД России изъята  информация, содержащаяся на рабочих станциях сотрудников ООО «БОЭС Констракшн», а также данные их корпоративной почты, которые, в том числе,  отражают процесс обсуждения при формировании заведомо недостоверных документов в части выбора контрагента на поставку материалов, либо на выполнение работ.

Также в ходе осмотра, установлено наличие взаимодействия между сотрудниками ООО «БОЭС Констракшн» по факту перечислений денежных средств на расчетный счет «BOES CONSTRUCTION LTD» (Турция) со счетов различных иностраных компаний, в том числе с юрисдикции, внесенных в «офшорный» список. 

 Исходя из регистров бухгалтерского и налогового учета за 2016 год - «BOES CONSTRUCTION LTD» (Турция) не являлась контрагентом ООО «БОЭС Констракшн».

В рамках повторной выездной налоговой проверки установлены факты вывода денежных средств по фиктивным документам в нарушение валютного законодательства (п. 2.1.1 настоящего Акта: ООО «Эмастрой», ООО «Озерснаб»): денежные средства по заключенным контракнтам переводились на зарубежные счета турецких компаний: YEMENOGULLARII-IIRD. DIS. TIC. LTD. STI, TURKEY; OERLIKON KAYNAK ELECTRODLARI SAN.VE TIC.A.S.; OZPAR GIDA VE ORGANIZASYON TICARET LIMITED SIRKETI; BOHEM ULUSLAR ARASI DIS TIC LTD STI

При этом систематически нарушалось валютное законодательство, в связи с чем, Таможенными органами РФ вынесены постановления об административных правонарушениях по ч.5 ст. 15.25. КоАП России по факту невыполнения компаниями ООО «Эмастрой» ИНН <***> и ООО «Озерснаб» ИНН <***> в установленный срок обязанности по возврату в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию товары.

Данные факты по выводу денежных средств за рубеж - соотносятся с обнаруженными в ходе осмотра аналитическими таблицами (протокол осмотра №4 от 23.12.2020), что позволяет сделать вывод о незаконном переводе денежных средств с расчетных счетов «технических» компаний «банковской площадки» за рубеж, в том числе на счета компании «BOES CONSTRUCTION LTD» (Турция), в финансово-хозяйственной деятельности которой принимали сотрудники ООО «БОЭС Констракшн» (решение налогового органа от 04.03.2022 №03-1-29/2/362, листы 293-304).

Таким образом, перечисление с расчетного счета должника безналичных денежных средств под видом оплаты фиктивных правоотношений во владение третьим лицами, контролируемых либо действующих с очевидного согласия (разрешения) уполномоченных лиц должника, является юридически значимым действием, направленным на вывод активов из хозяйственного оборота организации для дальнейшего обналичивания либо расходования на цели, не связанные с коммерческой деятельностью должника, повлекшим недостаточность имущества ООО «Боэс Констракшн», и, как следствие - невозможность погашения требований кредиторов.

Учитывая изложенное, апеллянтами доказано наличие оснований для привлечения Компании с Ограниченной Ответственностью «ФИО8 ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД», ФИО2, а также ФИО4 к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В качестве оснований для привлечения ФИО15 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсным управляющим вменен, в том числе, тот факт, что в период осуществления ими полномочий генерального директора, были отчуждены активы должника, в том числе, транспортные средства по заниженной стоимости.

При этом судом первой инстанции было установлено, что в период, когда генеральным директором ООО «БОЭС Констракшн» являлся ФИО15, должником было отчуждено 7 транспортных средств. В период, когда генеральным директором ООО «БОЭС Констракшн» являлся ФИО5, должником было отчуждено 25 транспортных средств.

Конкурсным управляющим был оспорен один Договор купли-продажи № О-П-5522 от 07.09.2021 - транспортное средство КО 806-21 МАЗ-5340В2, VIN: <***>, который признан судом недействительным (в период руководства ФИО15).

Также конкурсным управляющим было оспорено четыре Договора купли-продажи:

- №О-П-5733  от 02.11.2021; транспортное средство ВИС 234500-20, VIN: <***>;

- №О-П-5737 от 02.12.2021; транспортное средство ГАЗ 2752, VIN: <***>;          

- №О-П-5932 от 22.05.2022; транспортное средство ГАЗ 330232, VIN: <***>;

- № б/н от 26.06.2022 - транспортное средство МАЗ 975800, VIN: <***>, которые признаны судом недействительным (в период руководства Комиссарова Р. С).

Иных заявлений об оспаривании сделок, заключенных должником в период, когда генеральным директором являлся ФИО15 и ФИО5 не подавалось.

Между ФИО15, ООО «Союз оценка аналитика консалтинг» и ИП ФИО17 был заключен Договор № 0724-0431 от 05.07.2024г. об оказании услуг - оценки остальных 6 транспортных средств, на основании которой исполнителем были подготовлены отчеты №0724-0431/1 от 14.07.2024, №0724-0431/2 от 14.07.2024, №0724-0431/3 от 14.07.2024, №0724-0431/6 от 14.07.2024, №0724-0431/5 от 14.07.2024, №0724-0431/4 от 14.07.2024, согласно которым цена реализации оставшихся 6 из вмененных ему недействительных сделок по продаже транспортных средств существенно не отличалась от их рыночной стоимости.

Кроме того, между ФИО5, ООО «Союз оценка аналитика консалтинг» и ИП ФИО17 был заключен Договор № 0724-0435 от 05.07.2024г. об оказании услуг -оценки транспортных средств, реализованных в период, когда генеральным директором ООО «БОЭС Констракшн» являлся ФИО5, на основании которой исполнителем были подготовлены отчеты № 0724-0435/1 от 14.07.2024; № 0724-0435/2 от 14.07.2024; № 0724-0435/3 от 14.07.2024; № 0724-0435/4 от 14.07.2024; № 0724-0435/5 от 14.07.2024; № 0724-0435/6 от 14.07.2024; № 0724-0435/7 от 14.07.2024; № 0724-0435/8 от 14.07.2024; № 0724-0435/9 от 14.07.2024; № 0724-0435/10 от 14.07.2024; № 0724-0435/11 от 14.07.2024; № 0724-0435/12 от 14.07.2024; № 0724-0435/13 от 14.07.2024; № 0724-0435/14 от 14.07.2024; № 0724-0435/15 от 14.07.2024; № 0724-0435/16 от 14.07.2024; № 0724-0435/17 от 14.07.2024; № 0724-0435/18 от 14.07.2024; № 0724-0435/19 от 14.07.2024; № 0724-0435/20 от 14.07.2024; № 0724-0435/21 от 14.07.2024, согласно которым цена реализации оставшихся 21 из вмененных ему недействительных сделок по продаже транспортных средств существенно не отличалась от их рыночной стоимости. 

Кроме того, как указал суд первой инстанции, сделки, в том числе оспоренные, совершенные как ФИО15, так и ФИО5 не могли повлечь за собой неспособность Должника удовлетворить требования кредиторов, поскольку сумма совершенных сделок является незначительной по отношению к общему размеру неудовлетворенных требований.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

ФИО3 исполнял обязанности руководителя Должника в период с 07.02.2020 по 29.10.2021 (т.е. на протяжении почти двух дет) на основании решения единственного участника Компании с ограниченной ответственностью Anemina Holdings Limited от 20.01.2020.

Конкурсный управляющий и налоговый орган как в первоначальных позициях в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции указывали, что ФИО3 при наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества у ООО «БОЭС Констракшн» осуществил значительный вывод активов должника.

Так, согласно бухгалтерской отчетности активы должника,

- по состоянию на конец 2019 года составляли 12 310 748,00 тыс. руб., (из них почти 50% - дебиторская задолженность)

- по состоянию на конец 2020 года составляли 10 904 876,00 тыс. руб., (из них более 80% - дебиторская задолженность)

- по состоянию на конец 2021 года составляли - 8  543 411,00 тыс. руб.   (из них почти 80% - дебиторская задолженность)      

Т.е. за период нахождения ФИО3 в должности директора общества активы должника уменьшились почти на 4 млрд. руб., а дебиторская задолженность выросла на 30%.

При этом доказательства взыскания увеличившейся дебиторской задолженности в материалы дела не представлено.

При этом согласно данных информационного ресурса в отношении ООО «БОЭС Констракшн» в Арбитражном суде находились иски о взыскании задолженности с должника:

2018        год - 20 978 тыс. руб.

2019  год - 600 115 тыс. руб.

2020  год - 1 483 231 тыс. руб.

2021        год - 2 016 965 тыс. руб.

Основные средства ООО «БОЭС Констракшн» согласно бухгалтерской отчетности сократились с 359 586,00 тыс. руб. в 2019 году, до 193 075,00 тыс. руб. в 2020 году и до 56 386,00 тыс. руб. – в 2021 году.

При этом как указано выше, конкурсным управляющим оспорено лишь пять сделок по реализации транспортных средств, все удовлетворены; сведения о сделках должника, направленных на вывод имущества ООО «БОЭС Констракшн» в период руководства ФИО3, материалы дела не содержат.

Конкурсному управляющему удалось установить, что за год, предшествующий принятию заявления о признании Должника банкротом, Общество произвело отчуждение 26 транспортных средств предварительной стоимостью 59 млн.руб.Например, как следует из материалов дела о банкротстве, ООО «БОЭС Констракшн» в преддверии банкротства были заключены сделки по реализации транспортных средств по заниженной стоимости с ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22.

Конкурсным управляющим на основании п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве данные сделки были оспорены.

Судебными актами установлено, что в результате совершения указанных сделок причинен вред имущественным правам кредиторов на сумму 2 907 000 руб., поскольку из конкурсной массы по заниженной цене выбыло имущество, на которое кредиторы вправе были рассчитывать при удовлетворении своих требований.

В результате отчуждения транспортных средств ООО «БОЭС Констракшн» утратило возможность осуществлять одно из направлений хозяйственной деятельности, приносившей ему доход.

С учетом изложенного, совокупная сумма вреда, причиненного правам кредиторов по п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, в результате реализации транспортных средств, составляет порядка 59 млн.руб.

Таким образом, в период осуществления руководства деятельностью ООО «БОЭС Констракшн» ФИО3 в период с 2020 по 2021 г.г. в обществе произведен вывод активов должника на сумму, превышающую 4 млрд. руб., т.е. выведенных денежных средств было бы достаточно для того, чтобы погасить все требования кредиторов должника, включенные в реестр.

При этом ссылка ФИО15 на то, что банкротство должника наступило вследствие нарушения сроков сдачи строительных работ, что, в свою очередь, возникло из-за общеизвестных негативных факторов, и не обусловлено лично его недобросовестными действиями, а также действиями других контролирующих лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности в рамках настоящего дела, не может быть принята судом в качестве основания для освобождения ответчика от субсидиарной ответственности, поскольку факт наличия непреодолимой силы и действия внешних факторов непосредственно на ООО «БОЭС Констракшн» стороной не доказан. А многочисленные факты некачественного выполнения строительных работ, что установлено судебными актами, на основании которых кредитора включались в реестр требований кредиторов должника, указывают лишь на отсутствие надлежащего контроля за деятельностью своих работников и неэффективной организацией процессов хозяйственной деятельности.

Кроме того, именно в период руководства ФИО3 проводилась налоговая проверка и следственные действия (обыски, выемки) в рамках уголовного дела, что само по себе, указывает на осведомленность ответчика о неудовлетворительном положении должника.

При этом он, как добросовестный руководитель, вместо того, чтобы разрабатывать план по выходу из сложившейся кризисной ситуации, избрал стратегию вывода ликвидного актива из общества. Доказательств обратного в материалы дела, с учетом бремени доказывания, не представлено.      

Согласно выписке из ЕГРЮЛ генеральным директором ООО «БОЭС Констракшн» с 29.10.2021 по 06.10.2022 являлся ФИО5.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства (абзацы 3,4 пункта 24 постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017).

В соответствии с абзацем 6 пункта 24 постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017 под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность:

- определения основных активов должника и их идентификации;

- выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, признается, что ФИО5 являлся контролирующим лицом должника (пока не доказано иное) на момент признания Общества банкротом и, следовательно, лицом, непосредственно ответственным за исполнение обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника в силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве конкурсному управляющему.

Пунктами 1, 2 статьи 1 Закона о бухгалтерском учете предусмотрено, что бухгалтерский учет представляет собой упорядоченную систему сбора, регистрации и обобщения информации в денежном выражении об имуществе, обязательствах организации и их движении путем сплошного, непрерывного и документального учета всех хозяйственных операций. Объектами бухгалтерского учета являются имущество организаций, их обязательства и хозяйственные операции, осуществляемые организациями в процессе их деятельности.

В силу статьи 6 Закона о бухгалтерском учете ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Согласно статье 17 Закона о бухгалтерском учете организации обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет.

В силу положений ст. 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" Общество обязано хранить документы, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

В п. 24 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» сказано, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, бухгалтерская и иная документация по должнику ООО «БОЭС Констракшн», а также материальные ценности должника, не в полном объеме были переданы конкурсному управляющему бывшим руководителем Общества ФИО5, доказательства передачи всей документации в материалах дела о банкротстве отсутствуют.

Также ФИО5 не исполнил Решение Арбитражного суда г. Москвы от 29.09.2022, в соответствии с которым ему надлежало, как председателю ликвидационной комиссии, в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию Должника, печати, штампы и иные ценности конкурсному управляющему, Акт представить в суд.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце 7 пункта 24 постановления № 53 к руководителю должника, не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Применительно к фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора, для освобождения руководителя от ответственности по обязательствам должника ему необходимо обеспечить передачу не любых (регистрационных, уставных, бухгалтерских) документов, а документов, которые раскрывают место нахождения товарно-материальных ценностей, прочих оборотных активов, документов первичного бухгалтерского учета по дебиторской задолженности, документов, необходимых для возмещения налога на добавленную стоимость.

По данным бухгалтерской отчетности должника за 2021 год размер активов ООО «БОЭС Констракшн» составляет 8,6 млрд руб., в том числе запасы 2,052 млрд руб., дебиторская задолженность в размере 6,455 млрд руб.

В реестр требований кредиторов ООО «БОЭС Констракшн» включены требования в общем размере 3,2 млрд. руб.

Таким образом, размер дебиторской задолженности, указанный в бухгалтерской отчетности, в 2 раза превышает установленную кредиторскую задолженность.

Судом первой инстанции установлено, что  конкурсному управляющему была передана база 1С должника, а также предоставлен доступ к удаленному серверу ООО «БОЭС Констракшн».

Кроме того, ФИО5 был представлен акт приема-передачи документов по финансово-хозяйственной деятельности ООО «БОЭСКонстракшн» от 03.07.2023, с отметкой о получении конкурсным управляющим ФИО13

ФИО5 указал, что не уклонялся от обязанности передачи документов конкурсному управляющему, передал всю имеющуюся у него документацию конкурсному управляющему.

Кроме того, из материалов дела следует, что на основании переданных документов конкурсным управляющим подано более 200 исковых заявлений о взыскании дебиторской задолженности.

Между тем, судом не учтены доводы, заявленные конкурсным управляющим.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" даны следующие разъяснения. Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства (существенно затруднило проведение процедуры банкротства).

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В то же время из картотеки арбитражных дел https://kad.arbitr.ru/ видно, что большая часть исковых заявлений была подана конкурсным управляющим в период до 03.07.2023г. на основании неполных сведений, содержащихся в базе 1С и на удаленном сервере, что впоследствии привело либо к отказам судами в удовлетворении требований в связи с предоставлением Ответчиками надлежащих доказательств исполнения договорных обязательств и отсутствия дебиторской задолженности, либо к существенному уменьшению размера удовлетворенных требований ввиду отсутствия доказательств наличия всего объема задолженности.

Содержащихся в базе 1С и на удаленном сервере сведений было недостаточно для того, чтобы в полной мере реализовать все необходимые мероприятия в рамках процедуры банкротства, направленные на пополнение конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов

Кроме того, значительная часть исков ввиду отсутствия необходимых документов не могла быть и не была подана в сроки, предусмотренные п.1 ст. 196 ГК РФ, что так же не может не квалифицироваться как существенное затруднение проведения процедуры банкротства.

Согласно сведениям, содержащимся в Анализе финансового состояния должника, по состоянию на 01.01.2022 должником представлена расшифровка дебиторской задолженности (Т.5 л.д. 91-94), в которой указано порядка 100 контрагентов. 

ФИО5 согласно Акту приема-передачи документов по финансово-хозяйственной деятельности ООО «БОЭСКонстракшн» от 03.07.2023 (Т. 8 л.д. 37-101) передал документы в отношении контрагентов. В акте поименовано 2 137 контрагента, при этом Акт не содержит сведений о перечне документов, переданных конкурсным управляющим, указаны только наименования юридических лиц без идентифицирующих признаков и размера задолженности. Кроме того, подписание указанного Акта датировано 03.07.2023, в то время как конкурсное производство в отношении должника введено 29.09.2022, т.е. с задержкой почти в год.

Из отчета конкурсного управляющего должника, составленного по состоянию на 07.10.2024, следует, что за всю процедуру конкурсного производства конкурсным управляющим подано исковых заявлений или произведено иных внесудебных взысканий на общую сумму 339 586 249,54, при размере отраженной в бухгалтерской отчетности дебиторской задолженности перед должником - 6,455 млрд руб., в конкурсную массу должника реально поступило 21 056 088,97 руб., что не сопоставимо с отраженным размером. 

Обязанность взыскивать дебиторскую задолженность до введения процедуры конкурсного производства была возложена в силу закона на руководителя должника ФИО5

Однако ФИО5 не передал документов, подтверждающих принятие мер по взысканию отраженной в бухгалтерской отчетности дебиторской задолженности, также не представлено документов, на основании которых указанная дебиторская задолженность была отражена в заявленном размере в бухгалтерской отчетности.

Суд первой инстанции указал, что ответчиками были представлены пояснения, свидетельствующие о том, что руководством должника предпринимались меры по взысканию дебиторской задолженности, что подтверждается подачей исковых заявление, рассмотренных в рамках дел А40-57942/2020, А40-67960/2020, А82-8805/2020, А40-106439/2020, А40-131573/2020, А40-152027/2020, А40-152046/2020, А40-199664/2020, А40-199668/2020, А40-199671/2020, А40-199690/2020, А40-233641/2020, А40-38937/2021, А40-3 8943/2021, А15-965/2021, А51-3 922/2021, А56-18829/2021, А40-65373/2021, А40-65390/2021, А40-65449/2021, А40-65452/2021, А40-66449/2021, А40-71956/2021, А40-71965/2021, А40-93723/2021, А41-32218/2021, А40-111945/2021, А40-154356/2021, А40-154357/2021, А40-189165/21, А40-189936/2021, А40-193482/2021, А40-222369/2021, А40-222380/2021, А40-229164/2021, А40-245927/2021, А40-245971/2021, А40-269187/2021, А41-91161/2021, А40-6122/2022, А40-10344/2022, А40-71387/2022, А40-91625/2022, А40-91668/2022, А40-107490/2022, А40-126867/2022.

Вместе с тем, ответчиками не представлено сведений о результатах рассмотрения всех указанных дел, не представлено сведений о предъявлении требований по принудительному взысканию долгов. Так, в суде первой инстанции ФИО5 в отзыве от 16.02.2024 указывал перечень поданных им исковых заявлений, из которого можно проследить, что из 11 выигранных судебных споров только по двум возбуждались исполнительные производства.  

Таким образом, бездействие ФИО5 по передаче документов бухгалтерского учета не в полном объеме, является противоправным и привело к убыткам должника в виде недополученной дебиторской задолженности.

Таким образом, коллегия судей соглашается с позицией конкурсного управляющего должника и уполномоченным органом, что ФИО5 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным п.2. ст.61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Именно поэтому предполагается, что не передача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов с учетом размера дебиторской задолженности, отраженной в балансе общества (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079).

В соответствии с Решением Единственного участника Должника - Компании с ограниченной ответственностью ФИО8 ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД - 18.08.2022 ФИО5 был назначен ликвидатором Общества, которому было поручено в течение года с момента принятия настоящего Решения выполнить необходимые действия, связанные с ликвидацией Общества в соответствии с требованиями Гражданского Кодекса Российской Федерации, Федерального Закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ и иных правовых актов, в том числе: уведомить регистрирующий орган и всех кредиторов о принятом решении о добровольной ликвидации Общества, а также провести инвентаризацию имущества и обязательств, составить ликвидационный баланс и зарегистрировать ликвидацию Общества.

В соответствии со ст. 63 ГК РФ ликвидационная комиссия опубликовывает в средствах массовой информации, в которых опубликовываются данные о государственной регистрации юридического лица, сообщение о его ликвидации и о порядке и сроке заявления требований его кредиторами. Этот срок не может быть менее двух месяцев с момента опубликования сообщения о ликвидации.

Ликвидационная комиссия принимает меры по выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также уведомляет в письменной форме кредиторов о ликвидации юридического лица.

После окончания срока предъявления требований кредиторами ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне требований, предъявленных кредиторами, результатах их рассмотрения, а также о перечне требований, удовлетворенных вступившим в законную силу решением суда, независимо от того, были ли такие требования приняты ликвидационной комиссией.

Промежуточный ликвидационный баланс утверждается учредителями (участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица.

В случае недостаточности имущества ликвидируемого юридического лица для удовлетворения требований кредиторов или при наличии признаков банкротства юридического лица ликвидационная комиссия обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве юридического лица, если такое юридическое лицо может быть признано несостоятельным (банкротом).

При этом, в отношении Должника применяется упрощенная процедура банкротства ликвидируемого должника в соответствии со ст. 224, 225 Закона о банкротстве.

МРИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 7 в первой и апелляционной инстанциях указывала, что ФИО5, как ликвидатором должника требования ст. 63 ГК РФ не соблюдены, а именно: ни одно из действий, подлежащих исполнению ликвидационной комиссией по условиям названной нормы права начиная с момента ее создания, не осуществлено.

Так, на сайте журнала «Вестник государственной регистрации» отсутствует публикация о ликвидации должника, а также в материалах дела отсутствуют документы, которые бы подтверждали, что ликвидационной комиссией должника приняты меры по выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также письменно уведомлены все кредиторы должника о его ликвидации; составлен промежуточный ликвидационный баланс.

На момент принятия Решения о ликвидации ООО «БОЭС Констракшн», т.е. на 18.08.2022, в производстве Арбитражного суда г. Москвы на рассмотрении уже находилось заявление ООО «Бурмис» о признании Должника банкротом.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.07.2022 заявление ООО «Бурмис» было принято к производству, поскольку в материалы дела было представлено доказательство того, что Должник ООО «БОЭС Констракшн» опубликовал заявление об отказе от применения моратория на сайте «Федресурс» (сообщение от 23.06.2022 № 12563672).

В соответствии с п.1 ст. 224 Закона о банкротстве случае, если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При обнаружении обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 224 Закона о банкротстве, ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

В нарушение п. 3 ст. 224 Закона о банкротстве, при обнаружении обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 224 Закона о банкротстве, после принятия Решения о ликвидации заявление о признании должника банкротом должно быть подано в арбитражный суд собственником имущества должника - унитарного предприятия, учредителем (участником) должника или руководителем должника. Однако ФИО5 заявление в суд о признании Общества несостоятельным (банкротом) не направил, сведения о таком заявлении в картотеке арбитражных дел на сайте Арбитражного суда г. Москвы - отсутствуют.

На основании Решения о ликвидации от 18.08.2022 ФИО5, имея соответствующие полномочия, представил 24.08.2022 в регистрирующий орган - МРИ ФНС России № 46 по г. Москве заявление о ликвидации юридического лица и Решение о ликвидации, о чем имеется расписка регистрирующего налогового органа от 24.08.2022 № 338436В о получении документов.

Межрайонной ИФНС № 46 по г. Москве 31.08.2022 вынесено Решение об отказе в государственной регистрации сведений о ликвидации Должника в связи с наличием в регистрирующем органе акта судебного пристава-исполнителя, содержащего запрет на совершение регистрирующим органом проведения определенных регистрационных действий.

Пунктом 3 ст. 225 Закона о банкротстве определено, что в случае, если производство по делу о банкротстве возбуждено до создания ликвидационной комиссии (назначения ликвидатора), рассмотрение дела о банкротстве осуществляется без учета особенностей, предусмотренных параграфом 1 главы XI Закона о банкротстве, т.е. по общей процедуре.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 29.09.2022 Должник ООО «БОЭС Констракшн» признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого Должника.

Пункт 2 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусматривает, что юридическое лицо может быть ликвидировано по решению его учредителей (участников). При этом ликвидация может производиться в порядке, установленном статьей 63 указанного Кодекса или Закона о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 63 ГК РФ определено, что в случае возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) юридического лица его ликвидация, осуществляемая по правилам названного Кодекса, прекращается и ликвидационная комиссия уведомляет об этом всех известных ей кредиторов.

Требования кредиторов в случае прекращения ликвидации юридического лица при возбуждении дела о его несостоятельности (банкротстве) рассматриваются в порядке, установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Таким образом, указанной нормой законодатель ввел запрет - с момента возбуждения дела о его несостоятельности (банкротстве) процесс ликвидации по правилам статей 61 - 63 ГК РФ не может быть осуществлен, процедура ликвидации юридического лица в таком случае должна быть произведена только в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

Аналогичное правило содержится в абзаце втором пункта 3 статьи 64 Закона о банкротстве, пункте 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

В рассматриваемом случае процедура ликвидации ООО «БОЭС Констракшн» по правилам статей 61-63 ГК РФ была произведена после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве), что является нарушением положения пункта 3 статьи 63 ГК РФ.

Таким образом, действия ФИО5 и участника Общества Компании с ограниченной ответственностью ФИО8 ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД по принятию решения о добровольной ликвидации Общества после возбуждения дела о банкротстве не преследовали цель добровольной ликвидации Общества, а были направлены на возбуждение упрощенной процедуры банкротства, что свидетельствует о его противоправной цели, в связи с чем действия участников Общества по ликвидации являются недобросовестными, а принятие данного решения прямо противоречащим требованиям статьи 10 ГК РФ.

Собственник имущества должника - унитарного предприятия, учредители (участники) должника, руководитель должника и председатель ликвидационной комиссии (ликвидатор), совершившие нарушение требований, предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 224 настоящего Федерального закона, несут субсидиарную ответственность за неудовлетворенные требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей должника по правилам главы III.2 настоящего Федерального закона на основании п.2 ст. 226 Закона о банкротстве.

Согласно данным, представленным в открытых источниках, ФИО5 в настоящее время является генеральным директором Компании с ограниченной ответственностью ФИО8 ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД, что свидетельствует о подконтрольности ФИО5 Компании ФИО8 ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД и ФИО2 и его осведомленности о деятельности контролирующих должника лиц.

При этом суд апелляционной инстанции признает не имеющими значение для рассмотрения настоящего спора сведения о том, что должник в период осуществления своей деятельности осуществил строительство крупных объектов.  

Все иные доводы и доказательства, приведенные и представленные лицами, участвующими в деле, судами первой и апелляционной инстанций были исследованы, оценены и не приняты ко вниманию в силу их малозначительности, безосновательности, а также в связи с тем, что, они не могут повлиять на результат его рассмотрения.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым сослаться на правовую позицию Верховного суда Российской Федерации, изложенную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 N 305-ЭС24-809 по делу N А41-76337/2021.

«Как следует из пунктов 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности. В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10 и статья 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53).

Следовательно, если неспособность удовлетворить требования кредитора подконтрольного юридического лица спровоцирована реализацией воли контролирующих это юридическое лицо лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, то участники корпорации и иные контролирующие лица в исключительных случаях могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", далее - Закон о банкротстве),

Субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества может быть возложена на контролировавших его лиц, если неисполнение обязательств таким обществом обусловлено их недобросовестными или неразумными действиями (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Доказывание того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощено законодателем для истцов посредством введения опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов. Так, в частности, отсутствие у юридического лица документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью, закон связывает с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими неправомерными действиями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. В силу этого и в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующие должника лица за такое поведение несут ответственность перед кредиторами должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Кроме того, закон не только дает право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах (статья 2, часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, статьи 50.1, 51 ГК РФ, статьи 11, 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но и обязывает впоследствии ликвидировать созданное юридическое лицо в установленном порядке, гарантирующем, помимо прочего, соблюдение прав кредиторов этого юридического лица (статьи 61 - 64.1 ГК РФ, статья 57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Во всяком случае, правопорядок не поощряет "брошенный бизнес", а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу "закончил бизнес - убери за собой"».

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в настоящее время формирование конкурсной массы должника окончательно не завершено, в связи с чем определить размер субсидиарной ответственности не представляется возможным.

Таким образом, коллегия судей, установив доказанность наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, считает правильным приостановить рассмотрение вопроса об определении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает правильным определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.08.2024 по делу №А40-11139/20 изменить в части привлечения ФИО23 и ФИО24 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Решение».

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт (пункт 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает правильным определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.09.2024 по делу №А40-149398/22 отменить.

Привлечь ANEMINA HOLDINGS LIMITED, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Боэс Констракшн».

Приостановить производство по делу в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.09.2024 по делу №А40-149398/22 отменить.

Привлечь ANEMINA HOLDINGS LIMITED, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Боэс Констракшн».

Приостановить производство по делу в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                               О.В. Гажур


Судьи:                                                                                                        А.Н. Григорьев


ФИО25


Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.