Постановление от 8 декабря 2024 г. по делу № А41-90775/2022

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, https://10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-21779/2024

Дело № А41-90775/22
09 декабря 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена  03 декабря 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  09 декабря 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 11.07.2022; ФИО2 – лично, предъявлен паспорт,

от ООО «Эстетические технологии» - ФИО4 по доверенности от 05.01.2024,

от ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 16.02.2022,

от ФИО7 – ФИО6 по доверенности от 21.06.2022,

от ФИО8 – ФИО6 по доверенности от 24.05.2024,

от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО9 на определение Арбитражного суда Московской области от 23 сентября 2024года по делу №А41-90775/22, 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 20.09.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО9.

            Финансовый управляющий обратилась в суд с заявлениями, в которых просила признать недействительными сделками перечисления денежных средств ФИО7 в сумме 14.994.000 рублей, ФИО5 в сумме 39.804.500 рублей, ФИО8 в сумме 2.417.050 рублей.

С учетом мнения участников процесса Арбитражным судом Московской области заявления были объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

            Определением Арбитражного суда Московской области от 23.09.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

            Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела и неправильное применение норм права.

В своей апелляционной жалобе заявитель ссылается на то, что в материалы дела представлены достаточные доказательства в обоснование позиции управляющего.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

В судебном заседании ФИО2 и его представитель поддержали доводы апелляционной жалобы, просили обжалуемый судебный акт отменить, принять новый судебный акт.

Представители ООО «Эстетические технологии», ФИО5, ФИО7 и ФИО8 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

В силу п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как следует из заявлений управляющего, в период с 01.01.18 по 11.08.20 должником перечислено в пользу ФИО8 2 417 050 рублей.

В период с 01.01.18 по 21.09.20 должником в пользу ФИО7 перечислено 14 994 000 рублей.

Кроме того, должник в период с 01.01.18 по 21.09.20 перечислял в пользу ФИО5 денежные средства в сумме 39 804 500 рублей.

Все указанные выше переводы совершены должником путем перевода средств на банковские карты ответчиков без указания наименования платежа; должником документы, подтверждающие условия, основания, а также обосновывающие экономическую целесообразность перечислений управляющему не представлены.

Полагая, что оспариваемые перечисления являются недействительными, финансовый управляющий обратилась в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на положения ст. 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных требований, указав на недоказанность заявителем совокупности обстоятельств, позволяющих прийти к выводу о недействительности переводов по заявленным основаниям.

В оспариваемом определении суд, в том числе, указал, что в периоды совершения должником оспариваемых переводов ФИО2 исполнял принятые на себя обязательства перед иными кредиторами надлежащим образом, в связи с чем, не обладал признаками неплатежеспособности.

Апелляционная коллегия считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

При определении соответствия условий действительности сделки требованиям закона, который действовал в момент ее совершения, арбитражный суд на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве устанавливает наличие или отсутствие соответствующих квалифицирующих признаков, предусмотренных Законом о банкротстве для признания сделки недействительной.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее по тексту - ВАС РФ) от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

- на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

- имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума N 35 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника; увеличение размера имущественных требований к должнику; а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 предусмотрено, что при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Судом установлено, что определением Арбитражного Московской области от 09.01.2023 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО2

Оспариваемые финансовым управляющим имуществом должника переводы должника в пользу ответчиков совершались в период с 01.01.18 по 11.08.20 и 21.09.20, соответственно.

Судом не установлено и из материалов дела не следует, что на момент совершения переводов у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами.

Так, из материалов дела усматривается, что между ПАО «Совкомбанк» и ФИО2 был заключен кредитный договор №4011666718 от 02.07.2021.

В обеспечение надлежащего исполнения обязательств банку в залог от должника была предоставлена квартира, расположенная по адресу: Московская область, <...>, кадастровый номер: 50:20:0010336:27298.

Общий размер основного долга более 12 млн.руб., часть из которого была погашена.

14.01.2021 между АО «Банк ДОМ.РФ» и ФИО2 был заключен кредитный договор №0000-00041/ИКР-21РБ, по условиям которого должнику выдан кредит в размере 30 млн. руб., более 2.700.000 рублей основного долга было погашено.

27.01.2022 ПАО «Сбербанк» и ООО «ВАЗАРИ ЛАЗЕРС» заключили кредитный договор №90385D3KSD4R2Q0AQ0US1Q, на основании которого Заемщику был выдан кредит в сумме 5 000 000,00 рублей сроком на 36 мес. под 16.7% годовых.

В качестве обеспечения исполнения обязательств по договору 27.01.2022 ПАО «Сбербанк» и ФИО2 (далее – «Поручитель») заключили договор поручительства №90385D3KSD4R2Q0AQ0US1Q (более 2.800.000 рублей основного долга было погашено).

Таким образом, как минимум до 27.01.2022 ФИО2 исполнял свои обязательства перед иными кредиторами.

Таким образом, в указанные управляющим периоды совершения должником переводов, ФИО2 принимал и исполнял принятые на себя обязательства, соответственно, являлся платежеспособным.

Достаточных доказательств того, что заемные денежные средства направлялись в пользу ответчиков – родственников должника, в материалы дела не представлены.

Напротив, именно с ФИО2 в пользу входящих в группу (семью и контролируемые семьей организации) лиц неоднократно взыскивались денежные средства в судебном порядке, что свидетельствует об отсутствии соответствующего встречного обязательства у этих лиц перед ФИО2

При этом судом верно учтено то, что обязательство должника, обеспеченное квартирой по адресу Москва, ул. Большая Садовая, д. 5, к. 1, пом. 1033, общей площадью 140,9 кв.м. признано 27.11.2023 Десятым арбитражным апелляционным судом общим обязательством супругов (реализация которой позволит погасить большую часть требований независимых кредиторов).

Кроме того, в период перевода должником денежных средств в пользу ответчиков в отношении ФИО2 не были возбуждены исполнительные производства.

Вопреки доводам заявителя жалобы, факт подписания кредитного договора между должником и Банком ВТБ (ПАО) от 04.04.17 не подтверждает факт неплатежеспособности ФИО2 в период совершения оспариваемых переводов, поскольку в спорный период (2018-2020) задолженность перед указанным банком у должника отсутствовала. Задолженность у ФИО2 перед Банком ВТБ (ПАО) по кредитному договору возникла в период 2022-2023 гг.

Доказательств совершения действий по переводу денежных средств с исключительной целью причинить вред кредиторам должника финансовый управляющий не представил, материалами дела не подтверждается, что стороны имели умысел на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

В данном случае не подтверждено уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику в результате произведенных платежей, а также иные последствия совершенных должником сделок.

Доказательств того, что оспариваемые переводы привели или могли привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, в материалы дела не представлено.

В силу абзацев 1-2 пункта 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Перечисление денежных средств в пользу аффилированных лиц, в данном случае, родственников должника в период отсутствия признаков неплатежеспособности, исполнительных производств, не вызывает у суда сомнений, не является основанием полагать, что переводы совершались с противоправной целью – причинение вреда кредиторам.

В ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции представители ФИО5, ФИО7 и ФИО8 пояснили, что платежи внутри семьи были для их доверителей и ФИО2 обычной практикой.

ФИО2 в судебном заседании пояснил, что перечислял денежные средства членам семьи на ведение семейного бизнеса (закупку товаров и оборудования).

Согласно разъяснениям пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 само по себе наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, не препятствуют суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Судом установлена, что большая часть платежей была осуществлена за периодом подозрительности, установленной ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Материалами дела подтвержден факт того, что должник вел активную предпринимательскую деятельность, в связи с чем, переводы средств в таких размерах, в том числе, родственникам (ответчика в рамках настоящего дела) соответствовало финансовому положению должника.

Таким образом, с учетом установленных в деле обстоятельств апелляционная коллегия не усматривает оснований полагать, что действия должника по переводу денежных средств на банковские карты родственников должника выходили за пределы презумпции ст.10 ГК РФ.

Финансовым управляющим не доказана прямая причинно-следственная связь между оспариваемыми переводами должником денежных средств в период с 2018-2020гг. и неспособностью должника исполнить обязательства по кредитным договорам, начавшейся с середины 2022г.

В связи с чем, суду невозможно прийти к выводу о наличии в действиях сторон злоупотребления правом.

Кроме того, как отмечалось ранее, большая часть оспариваемых платежей была осуществлена должником за периодом подозрительности, установленной положениями ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Основания признания сделок недействительными в рамках дела о банкротстве закреплены в главе III.1 Закона о банкротстве.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 32 от 30.04.09 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Между тем, данные разъяснения касаются сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10044/11 от 17.06.14 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.16 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.16 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В рассматриваемом случае, управляющий, ссылаясь на недействительность оспариваемых перечислений по признаку злоупотребления правом, не указал, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Все обстоятельства, на которые указал финансовый управляющий, составляют совокупность условий для признания перечислений недействительными по основаниям, предусмотренным диспозицией пункта 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств направленности воли сторон на вывод активов должника, соответственно, на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника в материалы дела не представлено.

Таким образом, оснований для признания сделок недействительными в соответствии со ст. ст. 10, 168 ГК РФ не имеется.

Кроме того, апелляционная коллегия принимает во внимание, что ФИО2 оспаривал переводы, совершенные им в пользу ФИО5 в Одинцовском городском суде Московской области.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 23.11.2022 в удовлетворении заявления ФИО2 было отказано.

Поскольку в рассматриваемом случае установлена недоказанность управляющим совокупности условий, необходимых для признания оспариваемых перечислений недействительными, соответственно, суд первой инстанции правомерно отказал управляющему в удовлетворении заявленных требований.

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, признаются апелляционным судом несостоятельными, не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловную отмену обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 23 сентября 2024 года по делу №А41-90775/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с конкурсной массы ФИО2 в доход федерального бюджета 10 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.


Председательствующий


В.А. Мурина

Судьи:


А.В. Терешин

Н.В. Шальнева