Постановление от 31 января 2022 г. по делу № А56-102073/2017

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Санкт-Петербург

31 января 2022 года

Дело №А56-102073/2017/сд.2



Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 января 2022 года.


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Морозовой Н.А., Будариной Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


при участии:

- от АО «ЭКСАР»: представителя Касьяна А.А. по доверенности от 28.12.2021;

- от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 12.10.2021 посредством системы веб-конференции;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2021 по обособленному спору № А56-102073/2017/сд.2 (судья ФИО5), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО6 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

установил:

публичное акционерное общество «ТрансКапиталБанк» (далее – ПАО «ТрансКапиталБанк») 30.11.2017 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 06.12.2017 заявление ПАО «ТрансКапиталБанк» принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 06.03.2018 заявление ПАО «ТрансКапиталБанк» признано обоснованным, в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО6.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 05.05.2018 № 77.

Решением суда первой инстанции от 03.09.2018 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 08.09.2018 № 163.

Финансовый управляющий ФИО6 16.09.2019 обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи доли квартиры от 28.06.2017, заключенного должником и ФИО4; просил применить последствия недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу должника ½ доли в праве собственности на квартиру, площадью 66,8 кв. м, расположенную по адресу: <...>, лит. А, кв. 78, кадастровый номер (условный) 78:15:0830101:4453.

Определением суда первой инстанции от 30.11.2020 ходатайство Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица» об освобождении ФИО6 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 удовлетворено. ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 Финансовым управляющим в деле о банкротстве должника утвержден ФИО7, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица».

Определением суда первой инстанции от 11.05.2021 оспариваемый договор признан недействительной сделкой, применены последствия ее недействительности в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу ФИО2 ½ долю в квартире, расположенной по адресу: <...>, лит. А, кв. 78, кадастровый номер 78:15:0830101:4453.

В апелляционной жалобе (регистрационный номер 13АП-20471/2021) ФИО4, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 11.05.2021 по обособленному спору № А56-102073/2017/сд.2 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, оспариваемая сделка являлась реальной; должник на момент заключения оспариваемой сделки признаками неплатежеспособности не обладал; у сторон оспариваемой сделки не было цели причинить имущественный вред кредиторам; суд первой инстанции проигнорировал доводы ответчика, не дав им надлежащей правовой оценки. В подтверждение своих доводов ФИО4 приложила к апелляционной жалобе в том числе копию расписки по договору купли-продажи ½ доли квартиры от 28.06.2017.

Определением суда апелляционной инстанции от 17.06.2021 апелляционная жалоба (регистрационный номер 13АП-20471/2021) принята к производству, однако допущена техническая опечатка в наименовании подателя апелляционной жалобы. Так, апелляционная жалоба с указанным регистрационным номером подана не ФИО2, а ФИО4

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2021, принятым по апелляционной жалобе ФИО4, определение суда первой инстанции от 11.05.2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО4 – без удовлетворения.

В то же время апелляционным судом установлено, что наряду с апелляционной жалобой ФИО4 была также подана апелляционная жалоба ФИО2 (должника), которая вследствие технической ошибки была зарегистрирована в качестве вторичного документа, а не апелляционной жалобы.

После установления данного факта судом апелляционной инстанции в установленном порядке зарегистрирована апелляционная жалоба ФИО2 за регистрационным номером 13АП-25619/2021, которая определением от 10.08.2021 принята к производству.

В апелляционной жалобе (регистрационный номер 13АП-25619/2021) ФИО2, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 11.05.2021 по обособленному спору № А56-102073/2017/сд.2 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, оспариваемая сделка не причинила вред имущественным правам кредиторов; в момент совершения оспариваемой сделки у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности; не имеется доказательств того, что у сторон оспариваемой сделки имелась цель причинить имущественный вред кредиторам должника; спорное недвижимое имущество обладает для должника исполнительским иммунитетом.

Определением суда апелляционной инстанции от 10.08.2021 назначен к рассмотрению вопрос о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2021.

Определением суда апелляционной инстанции от 23.08.2021 произведена замена судьи Барминой И.Н., находящейся в очередном ежегодном отпуске и ранее принимавшей участие в рассмотрении апелляционной жалобы ФИО4, на судью Морозову Н.А.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 24.08.2021 постановление суда апелляционной инстанции от 30.07.2021 по обособленному спору № А56-102073/2017/сд.2 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам. Апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО4 назначены к совместному рассмотрению в судебном заседании.

Определением суда апелляционной инстанции от 16.09.2021 произведена замена судьи Тойвонена И.Ю., находящегося в очередном ежегодном отпуске и ранее принимавшего участие в рассмотрении апелляционных жалоб ФИО4 и ФИО2, на судью Бударину Е.В., в связи с чем рассмотрение дела начато сначала.

В отзывах от 03.09.2021 и письменных пояснениях от 22.11.2021 акционерное общество «Российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций» (далее – АО «ЭКСАР») просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения. Финансовый управляющий ФИО7 в отзыве против доводов апелляционных жалоб ФИО2 и ФИО4 возражал.

До начала судебного заседания:

- ФИО2 25.10.2021 заявил ходатайство о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности по заявленному им требованию;

- 17.12.2021 от ФИО4 поступили документы, подтверждающие наличие финансовой возможности оплатить приобретенную долю в жилом помещении;

- АО «ЭКСАР» 24.01.2022 заявило ходатайство об исключении из числа доказательств по делу представленную со стороны ФИО4 копию расписки о получении денежных средств ФИО2 от 28.06.2017; указало на необходимость истребования оригинала соответствующего документа в случае отказа в его исключении из числа доказательств по делу.

В судебном заседании представитель ФИО2 посредством веб-конференции поддержал доводы апелляционных жалоб. Представитель АО «ЭКСАР» возражал по мотивам, приведенным в соответствующих отзывах и письменных пояснениях.

Рассмотрев приложенные к апелляционной жалобе ФИО4 документы, в частности копию расписки о получении денежных средств ФИО2 от 28.06.2017, апелляционный суд не находит оснований для её приобщения к материалам обособленного спора, поскольку указанный документ является по своей сути новым, ранее в суд первой инстанции не представлялся и не был предметом оценки, что прямо следует из обжалуемого судебного акта. Суд апелляционной инстанции полагает недопустимым и не отвечающим принципам равноправия сторон и состязательности арбитражного процесса действия сторон по сбору и представлению новых доказательств на стадии апелляционного обжалования, поскольку это не соответствует положениям части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, на основании запроса от 08.02.2019 в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии филиал ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Санкт-Петербургу финансовому управляющему стало известно, что в ЕГРН внесены записи о государственной регистрации перехода прав должника на квартиру, площадью 66,8 кв. м, расположенную по адресу: <...>, лит. А, кв. 78, кадастровый номер (условный) 78:15:0830101:4453.

Основанием для регистрации права послужил договор купли-продажи ½ доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 28.06.2017, заключенный между должником и его матерью ФИО4

По мнению финансового управляющего, указанный договор купли-продажи доли квартиры является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, установив отсутствие оплаты по спорной сделке, наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент её заключения, аффилированность сторон договора, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, признал договор от 28.06.2017 недействительным.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Банкротство гражданина регулируется специальными нормами главы Х Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой Х, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 возбуждено 06.12.2017, тогда как оспариваемый договор заключен 28.06.2017.

Поскольку по оспариваемому договору отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, следует учитывать, что конечной целью оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4).

В рассматриваемом случае регистрация права собственности на спорный объект произведена 05.07.2017, следовательно, сделка может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и общим основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В пункте 9 постановления Пленума № 63 указано, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется доказать, что сделка совершена по цене, которая занижена настолько существенно, что намерение сторон такой сделки причинить вред кредиторам банкротящегося должника становится очевидным. Незначительное отклонение указанной в договоре цены от рыночных условий не образует основания для применения пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из материалов обособленного спора следует, что в соответствии с пунктом 5 договора купли-продажи от 28.06.2017 доля в квартире реализована в пользу ответчика за 1 000 000 руб. с указанием на то, что данная сумма уплачивается не позднее пяти рабочих дней после регистрации права собственности покупателя на долю в квартире.

При этом доказательств оплаты приобретенного недвижимого имущества в материалы обособленного спора ни ответчиком, ни должником не представлено (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Расписка о получении должником 1 000 000 руб. от матери ФИО4 в оплату приобретенного имущества в суд первой инстанции не предоставлялась, несмотря на то, что была составлена 28.06.2017, то есть объективно существовала на дату принятия судом первой инстанции обжалуемого судебного акта. В то же время ни должник, ни ФИО4 своим правом на представление доказательств в суде первой инстанции не воспользовались, свои доводы о равноценном встречном исполнении не доказали (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В связи с этим у апелляционного суда отсутствуют законные основания для приобщения названной расписки от 28.06.2017 к материалам обособленного спора на стадии апелляционного производства.

Далее в подтверждение финансовой возможности оплатить спорное имущество ФИО4 представила в суд апелляционной инстанции справку о предоставлении беспроцентного займа, справку по счету АО «Райфайзенбанк», справку ООО «Контейнерный терминал «Нутеп», выписки о состоянии вклада в ПАО «Сбербанк России».

Изучив данные документы, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Справка по счету АО «Райфайзенбанк» представлена за период с 12.01.2015 по 27.06.2017 и не содержит в себе операций по снятию денежных средств, в связи с чем не представляется возможным сделать вывод о том, что ФИО4 накануне сделки обналичивала денежные средства в целях оплаты имущества по оспариваемому договору.

Справка ООО «Контейнерный терминал «Нутеп» свидетельствует о том, что ФИО4 работает в указанной компании заместителем главного инженера по промышленной безопасности, охране труда и окружающей среды, за 2017 год (год заключения оспариваемой сделки) ее доход составил 820 475 руб. 12 коп., что недостаточно для оплаты помещения в размере 1 000 000 руб.

Договор займа от 05.04.2017 на сумму 500 000 руб., на который имеется ссылка в справке ООО «Контейнерный терминал «Нутеп», в материалы дела не представлен, сведений об отражении данной суммы в составе доходов ФИО4 за 2017 год не имеется, а потому у апелляционного суда отсутствуют основания считать данные заемные отношения реальными.

Выписки о состоянии вклада в ПАО «Сбербанк России» подтверждают лишь расходование денежных средств, а не их аккумулирование.

Возражая против вывода суда первой инстанции о неравноценном встречном исполнении со стороны ответчика, должник и ФИО4 указали, что денежные средства передавались нарочно. При этом реальность спорной сделки подтверждается фактом её нотариального удостоверения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства; имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Вопреки доводам апелляционных жалоб в материалах дела отсутствуют надлежащие и бесспорные доказательства, отвечающие критериям относимости и допустимости, наличия у ФИО4 финансовой возможности оплатить имущество в размере 1 000 000 руб.

Само по себе нотариальное удостоверение договора не может подтверждать как факт передачи денежных средств, так и наличие у ответчика возможности уплаты суммы, определенной оспариваемым договором.

Поскольку материалы обособленного спора не содержат ни доказательств фактической передачи денежных средств, ни документов, подтверждающих финансовую состоятельность ответчика на момент заключения спорного договора, а также аккумулирование таких средств на банковских счетах либо иным не запрещенным законом способом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума № 63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО2 (должник) и его отец ФИО8 являлись поручителями по кредитному договору, заключенному ООО «Новоагротранс» с ПАО «ТрансКапиталБанк».

Риск задолженности по кредитному договору был застрахован в АО «ЭКСАР».

В письменных объяснениях к заявлению финансового управляющегоАО «ЭКСАР» указало, что просрочка по оплате кредита возникла у ООО «Новоагротранс» 29.07.2016.

При этом оспариваемая сделка заключена 28.06.2017, то есть после того, как кредитные платежи, по которым ФИО2 несет солидарные обязательства, уже находились в дефолте.

В обоснование просрочки платежа ООО «Новоагротранс» ФИО8 (являвшийся на тот момент генеральным директором указанного общества) 15.08.2016 направил в адрес АО «ЭКСАР» пояснения, согласно которым просрочка по погашению кредита возникла по причине недобросовестных действий ООО «АПИС зерно» и КХ «Норд» в 2015 году, являющихся контрагентами должника по договорам поставки товара.

Факт наличия дебиторской задолженности ООО «Новоагротранс» подтверждается вступившими в законную силу судебными актами:

- постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2017 по делу № А32-12870/2016, согласно которому с ООО «АПИС зерно» в пользу ООО «Новоагротранс» взыскано 12 232 697 руб. 52 коп. основного долга, 918 699 руб. неустойки, 348 208 руб. 55 коп. и 13 379 940 руб. 04 коп. процентов.

- решением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.03.2016 по делу № А32-47927/2015, согласно которому с КХ «Норд» в пользу ООО «Новоагротранс» взыскано 21 541 745 руб. основного долга, 3 190 025 руб. 17 коп. неустойки и 896 554 руб. 73 коп. процентов.

Несмотря на значительный размер дебиторской задолженности, из судебных актов следует, что свои обязательства по договорам поставки ООО «Новоагротранс» прекратило исполнять 06.08.2015 перед КХ «Норд» и 21.09.2015 перед ООО «АПИС зерно», что косвенно свидетельствует об ухудшившемся финансовом положении общества с 06.08.2015.

Кроме того, наличие у основного должника столь существенной дебиторской задолженности не смогло позитивно повлиять на его возможность погасить неисполненные обязательства перед ПАО «ТрансКапиталБанк».

Впоследствии решением Останкинского районного суда города Москвы от 26.05.2017 по делу № 2-2177/17 солидарно с ФИО2 в пользу ПАО «ТрансКапиталБанк» взыскано 19 889 162 руб. 91 коп. (определение суда первой инстанции от 06.03.2018 по делу № А56-102073/2017/осн.).

Решение о взыскании с должника суммы задолженности вынесено судом 26.05.2017, тогда как оспариваемая сделка заключена 28.06.2017, то есть спустя месяц после вынесения соответствующего судебного акта.

Следовательно, сделка по отчуждению ликвидного имущества совершена должником в пользу заинтересованного лица – матери сразу же после того, как было вынесено решение о взыскании с ФИО2 (как поручителя) задолженности.

Также в отношении отца должника – ФИО8 было возбуждено уголовное дело в связи с совершением им преступления по статье 177 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) (злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности).

Решением Приморского районного суда города Новороссийска Краснодарского края от 13.04.2018 по делу № 1-71/18 ФИО8 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 177 УК РФ, и ему назначено наказание.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что на момент совершения оспариваемой сделки ООО «Новоагротранс» обладало признаками неплатежеспособности, а поскольку ФИО2 нес наряду с обществом солидарную ответственность, он также являлся несостоятельным, принимая во внимание отсутствие у ФИО2 имущества, достаточного для единовременного погашения требований банка.

Поскольку оспариваемая сделка заключена между близкими родственниками – должником и его матерью, в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве ответчик не мог не знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Ввиду того, что в материалах дела отсутствуют достаточные и бесспорные доказательства возмездности договора купли-продажи недвижимого имущества, а имущество, отчужденное на основании спорного договора, выбыло из конкурсной массы должника, имеются все основания полагать причинение оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторам.

Совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о недействительности оспариваемого договора по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 4 постановления Пленума № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) содержит разъяснения о том, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с положениями пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 7 и 8 постановления Пленума № 25 если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Как указано выше, оспариваемый договор заключен должником в пользу близкого родственника при наличии у первого признаков финансового кризиса (спустя месяц после вынесения решения о взыскании долга).

При этом имеются основания полагать, что заключение оспариваемого договора вызвано не объективными причинами и экономическим смыслом, а продиктовано целью не допустить обращения взыскания на данное имущество. Совершение должником действий по отчуждению всего принадлежащего ему ликвидного имущества подтверждается наличием в рамках дела № А56-102073/2017 ряда обособленных споров об оспаривании подозрительных сделок по отчуждению:

1) ½ доли в праве собственности на квартиру, площадью 63,5 кв. м, по адресу: <...>, кадастровый номер 23:47:0114006:117 (обособленный спор № А56-102073/2017/сд.3);

2) земельного участка общей площадью 700 кв. м, расположенного по адресу: Краснодарский край, г. Новороссийск, <...> участок № 5, кадастровый номер: 23:47:0117026:270 (обособленный спор № А56-102073/2017/сд.4).

Таким образом, должником осуществлялись последовательные действия по смене титула собственника имущества, которое принадлежало ему ранее, в том числе в пользу близких родственников.

Совокупность изложенных обстоятельств свидетельствует о том, что обе стороны оспариваемой сделки преследовали обеспечение недобросовестного имущественного интереса, направленного на вывод ликвидного актива должника с целью предотвращения обращения на него взыскания, так как отчуждение произведено в условиях осведомленности о наличии задолженности и отсутствии какого-либо встречного предоставления в рамках договора купли-продажи. Совершая спорную сделку, стороны предполагаемого обязательства не могли не знать о последствиях её совершения, в том числе в виде нарушения прав и законных интересов конкурсных кредиторов должника.

Поведение участников обязательства не отвечает ожидаемому поведению рядовых участников гражданского оборота, в связи с чем презумпция добросовестности ответчика и должника в данном случае опровергнута.

В рассматриваемом случае совершение спорной сделки по отчуждению доли в квартире не продиктовано намерением сторон осуществлять свою хозяйственную деятельность, реализовать свои права и законные интересы, а направлено на ущемление прав и законных интересов кредиторов должника, безосновательный вывод его активов.

Так, заключением оспариваемого договора причинен ущерб кредиторам должника, включенным в реестр кредиторов, перед которыми у него возникли обязательства, поскольку в результате совершения оспариваемой сделки должником частично утрачена возможность отвечать по обязательствам надлежащим образом и в разумные сроки.

При изложенных обстоятельствах оспариваемый договор является недействительным как заключенный со злоупотреблением правом и во вред имущественным правам кредиторов (статья 10 ГК РФ).

Довод должника о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности по требованию об оспаривании сделки не заявлялся в суде первой инстанции, что исключает его оценку на стадии апелляционного пересмотра без перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для суда первой инстанции.

По смыслу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В суде первой инстанции ни ФИО2, ни ФИО4 об истечении срока исковой давности не заявляли.

Таким образом, суд первой инстанции был лишен возможности проверить вопрос об истечении срока исковой давности при рассмотрении спора ввиду отсутствия соответствующего заявления.

Суд апелляционной инстанции в свою очередь не обладает на это полномочиями, поскольку спор уже разрешен по существу и вынесен итоговый судебный акт.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Довод должника о наличии у спорного объекта недвижимости исполнительского иммунитета отклоняется апелляционным судом, поскольку вопрос об обращении взыскания на соответствующее имущество должника с применением статьи 446 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации возможно разрешить лишь по завершении формирования конкурсной массы, в том числе с учетом оспаривания сделок должника, в результате чего будет известен весь перечень принадлежащего должнику имущества.

Апелляционным судом установлено, что на момент рассмотрения заявления об оспаривании сделки конкурсная масса должника не сформирована, в настоящее время оспариваются сделки по отчуждению должником объектов недвижимости, в силу чего рассмотрение вопроса о применении к одному из данных объектов исполнительского иммунитета как единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения возможно будет разрешить только после возврата всех отчужденных помещений в конкурсную массу должника, в совокупности с исследованием вопроса о фактическом проживании должника и членов его семьи в одном из жилых помещений.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии со статьей 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Поскольку оспариваемый договор является недействительным, суд первой инстанции обоснованно обязал ФИО4 возвратить имущество в конкурсную массу должника.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2021 по обособленному спору № А56-102073/2017/сд.2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.



Председательствующий


Е.А. Герасимова



Судьи



Н.А. Морозова


Е.В. Бударина