Постановление от 3 декабря 2024 г. по делу № А83-8446/2020

ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. (8692) 54-74-95

E-mail: info@21aas.arbitr.ru 



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А83-8446/2020
г. Севастополь
4 декабря 2024 г.



Резолютивная часть постановления оглашена 03.12.2024  г.

Постановление в полном объеме изготовлено  04.12.2024  г.

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Оликовой Л. Н., судей   Вахитова Р. С., Котляровой Е. Л., при ведении протокола судебного заседания секретарем   Черемисиной В. В.,  рассмотрев в открытом судебном заседании   посредством использования систем веб-конференции   апелляционную жалобу    конкурсного  управляющего  Общества с ограниченной ответственностью «Таврида – Недра»  на определение Арбитражного суда Республики Крым от   06.08.2024 г. по делу № А83-8446/2020

по заявлению  конкурсного  управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Таврида-Недра»

к  ФИО1

о  привлечении    к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  Общества с ограниченной ответственностью «Таврида-Недра» ИНН <***>, ОГРН <***>

при участии:   от апеллянта конкурсного управляющего ООО «Тарида –Недра» - ФИО2 представитель по доверенности;  от ответчика ФИО1 – ФИО3 представитель по доверенности

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Крым от  04.06.2020  в отношении ООО «Таврида-Недра» возбуждено производство по делу о банкротстве.

 Определением суда от 20.11.2020 г.  в отношении ООО «Тарида –Недра» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4

Решением Арбитражного суда  Республики Крым  от 18.05.2021  г. ООО «Таврида-Недра»   признано  несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим  утвержден ФИО5

 В рамках дела о банкротстве  конкурсный управляющий ООО «Таврида-Недра»  обратился в арбитражных суд с заявлением о привлечении контролирующего  должника лица ФИО1, бывшего генерального директора,  к субсидиарной ответственности:

- на основании подпункта 1 пункта 2 ст. 61.11 ( совершение сделок в ущерб кредиторам)

- на основании  подпункта 2  пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве (непередача документов).

 Определением от  06.08.2024 г.  заявление конкурсного управляющего ООО «Таврида-Недра»  оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с указанным определением,   конкурсный управляющий ООО «Таврида-Недра» обратился  в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить, признать доказанными основания привлечения ответчика к субсидиарной ответственности  и приостановить  рассмотрение обособленного спора до завершения расчетов с кредиторами.  Жалоба мотивирована  неполным исследованием обстоятельств дела.  Апеллянт указал, что судом не приняты  во внимание обстоятельства неполной передачи документации должника относительно   сведений, отраженных в бухгалтерской балансе в отношении запасов и иных оборотных активов, в том числе  дебиторской задолженности;   доказанность недобросовестных действий ответчика по заключению  сделок в отношении недвижимого имущества, оспаривание которых произведено управляющим.

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.


Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле,  проверив законность и обоснованность судебного акта, руководствуясь положениями ст. ст.  268, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, судебная коллегия апелляционной инстанции установила следующие обстоятельства.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,  ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

На основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более, чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более, чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения  лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса РФ.

 Из материалов дела следует, что  ООО «Таврида-Недра»  зарегистрировано в качестве юридического лица с 02.12.2016 г.

Руководителем ООО «Таврида- Недра» с 02.12.2016 г. по 16.03.2017 г. – являлся  ФИО7-Хамзатович; затем  17.03.2017 г. по 21.05.2021 г. являлся ФИО1.

Участниками  должника являлись:

 - с 02.12.2016 г. по 05.12.2018 г. с долей 1 000 000 руб.  -  ФИО7  Хамзатович, который 05.12.2018 г. вышел из состава участников общества, получив действительную стоимость доли. Определением суда  от 22.11.2022 г., вступившим в законную силу,  сделка по передаче недвижимого имущества - нежилого здания, кадастровый номер: 90:18:010154:215, адрес: <...>, площадь: 1234,70 кв.м., в счет выплаты действительной стоимости доли в связи с выходом участника  из общества от 05.12.2018 г.  признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника  предмета сделки.

-  с 23.11.2018 г. по 05.12.2018 г. (в период выхода ФИО7 из общества) являлось АО «Спецмагистральстрой», ИНН: <***>, с долей 1000 руб., после выхода ФИО7 (с 06.12.2018) указанное АО стало единственным участником с долей 1 001 000 руб.

 В период  исполнения обязанностей директора ФИО1   были заключены следующие сделки, которые в процедуре банкротства  оспорены конкурсным управляющим:

-  договор купли - продажи   от 21.12.2018 г., заключенный между ООО «Таврида-Недра» (продавец) и ООО «Луч» (покупатель), по условиям которого продавец продал, а покупатель приобрел в собственность недвижимое имущество (нежилые здания), расположенные по адресу: <...> д 19 Ф:

-    нежилое здание № 1 , кадастровый номер 90 :18:010154: 220, площадь: 2533,70 кв.м, стоимостью 990 000 руб.;

-    нежилое здание № 1, кадастровый номер 90:18:010154:219, площадь: 1359,50 кв.м., стоимостью 950 000 руб.

         Определением суда от 03.06.2022 г., вступившим в законную силу,  указанная сделка признана недействительной,  применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу недвижимого имущества.

  -  произведена выплата  ФИО7  Хамзатовичу, который 05.12.2018 г. вышел из состава участников общества, действительной  стоимости доли в виде передачи недвижимого имущества.

 Определением суда  от 22.11.2022 г., вступившим в законную силу,  сделка по передаче недвижимого имущества - нежилого здания, кадастровый номер: 90:18:010154:215, адрес: <...>, площадь: 1234,70 кв.м., в счет выплаты действительной стоимости доли в связи с выходом участника  из общества от 05.12.2018 г.  признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника  предмета сделки.

Конкурсный управляющий, обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности,   указал   на положения подпункта 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве -  погашение требований кредиторов невозможно вследствие  заключения контролирующими должника лицами сделок, которые  причинили существенный вред имущественным правам  кредиторов. 

 Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказал наличие прямой связи между заключенными сделками и причинении реального вреда обществу, а равно доведение его до банкротства.

 Между тем, судом не учтено следующее.

Как указано в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

 Управляющим  приведены обстоятельства отчуждения всего недвижимого имущества, принадлежащего должнику, приведшие к банкротству должника и невозможности погашения  требований кредиторов за счет имущества должника, поскольку указанными сделками произведен вывод активов между аффилированными лицами, что установлено судебными актами по оспариванию сделок от 03.06.2022 г. и от 22.11.2022 г.

В обоснование  убыточности сделок управляющим указано, что ООО «Таврида-Недра» не получило встречное исполнение от покупателей,  спорные сделки заключены между аффилированными лицами, что свидетельствует о фактическом выводе активов ООО «Таврида-Недра» от обращения взыскания по кредитным обязательствам в условиях состоявшегося судебного акта о взыскании кредитной задолженности с заемщика и поручителей, в том числе ООО «Таврида - Недра» (решение Киевского районного суда г. Симферополя от 05.12.2018 г.) и сохранение активов  в собственности одной группы взаимозависимых лиц (Б-вы, АО

«Спецмагистральстрой»).

         При этом,  руководитель ФИО1, имея информацию о наличии судебного акта, подлежащего исполнению от 05.12.2018 г.,   в ноябре и декабре 2018 г.  заключает сделки по отчуждению активов должника в виде недвижимого имущества, тем самым лишая кредиторов  на получение удовлетворения требований за счет имущества должника.

         Обстоятельства того, что сделки были оспорены  конкурсным управляющим и недвижимое имущество возвращено в конкурсную массу должника,   никоем образом не влияет на  основания для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, но может быть учтено при определения размера указанной ответственности.

  Следует отметить, что   спорное недвижимое имущество, а именно -  нежилое здание № 1, кадастровый номер 90:18:010154:219, площадь: 1359,50 кв.м.,  расположенное по адресу: <...> д 19 Ф, возвращено в конкурсную массу с  обременением в пользу ФИО8;  в отношении  нежилого здания № 1 , кадастровый номер 90 :18:010154: 220, площадь: 2533,70 кв.м  приостановлена государственная регистрация в связи с наличием залога в пользу третьих лиц;  в отношении нежилого здания, кадастровый номер: 90:18:010154:215, адрес: <...>, площадь: 1234,70 кв.м также приостановлена  государственная регистрация в связи с наличием ограничительных мер, принятых в рамках исполнительного производства.

         Данные обстоятельства затягивают процедуру банкротства с  объективным увеличением судебных расходов,   спорное имущество за время  нахождения в собственности аффилированных лиц приобрело  обременение в виде залога, что  существенным образом может отразиться при его реализации в процедуре банкротства.

         Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления Пленума N 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

             Таким образом,   судебная коллегия  приходит к выводу, что  ФИО1 подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности по основанию  подпункта 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, поскольку  указанным лицом  причинен существенный вред интересам кредиторов, предполагается, что полное погашение требований кредиторов ООО «Таврида - Недра» невозможно, вследствие действий, привлекаемого к субсидиарной ответственности лица,  по совершению сделок по заключению  договора купли-продажи недвижимого имущества  и выплате за счет передачи недвижимого имущества  действительной стоимости доли вышедшему участнику общества, с целью  избежания обращения взыскания на имущество  в счет исполнения судебного акта.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021

№ 305-ЭС18-13210(2) обращено внимание судов на то, что, при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:  1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям); 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако, не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок); 3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума № 53).

Применительно к критерию № 2 квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих

сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», т.е. направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

         Указанное выше  доказано управляющим, доказательства обратного ответчиком  не представлены, как и не опровергнуты обстоятельства вовлеченности ответчика в осуществлении убыточных сделок, приведших к невозможности погашения требований кредиторов за счет активов должника, выведенных в преддверии банкротства на  аффилированные лица   без встречного исполнения.

Применительно к изложенному важно отметить, что привлекая ответчика к субсидиарной ответственности, суд не устанавливает  ее конкретный размер, приостановив производство по этому вопросу до окончания расчетов с кредиторами. Поэтому привлеченный ответчик, не лишен возможности при определении размера ответственности приводить доводы о том, что размер сделок, который ему  вменяется, значительно меньше размера требований, включенных в реестр, то есть он не лишен возможности ставить перед судом вопрос о снижении размера ответственности до суммы причиненных убытков на основании разъяснений, изложенных в абзацах третьем - шестом пункта 6 постановления Пленума № 53 (Определение Верховного Суда РФ от 29.09.2021 № 305- ЭС18-15073(8) по делу № А40-183194/2015).

Конкурсным управляющим были заявлены  основания подпункта 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве о привлечении   ФИО1   к субсидиарной ответственности за непередачу документации, что существенно осложнило проведение процедуры банкротства. 

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе,  если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

 Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"  лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

 Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и  существенным затруднением  проведение процедуры банкротства, невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Бремя доказывания добросовестности и разумности действий названных лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда кредиторам презюмируется.

По смыслу приведенных норм права ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, возложение на них обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

В связи с чем, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

  Из материалов дела следует, что в процедуре наблюдения в отношении ООО «Таврида-Недра» суд  на основании определения  Арбитражного суда Республики Крым от 15.03.2021 г.  обязал ФИО1 предоставить все бухгалтерские и иные документы, указанные в определении, в адрес временного управляющего ФИО4  Во исполнение определения выдан исполнительный лист от 17.05.2021 г.  Сведения об  исполнительном производстве управляющим не представлены.

Напротив, ответчиком представлены  сведения о том, что необходимая документация направлена в адрес временного управляющего. ( т. 1 л.д. 30).

 Из материалов дела, размещенных в  «Картотеке арбитражных дел» следует, что временным  управляющим подготовлен анализ финансового состояния должника ( дебиторская задолженность отсутствует),  анализ  подозрительных сделок – выявлен 4 сделки, анализ на наличие (отсутствие) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Далее,  между конкурсным управляющим и ФИО1 состоялась  передача документации, которая оформлена актом от 02.06.2021г.( т. 1 л.д. 7-10).

Управляющий утверждает, что руководителем должника не переданы документы об отчуждении  недвижимого имущества, а также документы, подтверждающие наличие дебиторской       задолженности и иных активов и запасов,  в связи с чем  была составлена нулевая инвентаризационная опись.

Между тем,  из бухгалтерского баланса ООО «Таврида-Недра»  по состоянию на 01.01.2020 г.  следует, что  у должника числились  запасы на сумму 64 138 тыс. руб., финансовые и другие оборотные активы в размере 166 540 тыс. руб.

 Поскольку документация, подтверждающие указанные сведения,  ФИО1 не представлена,   управляющим указано, что сформировать конкурсную массу, взыскать дебиторскую задолженность невозможно.

 Из акта приема-передачи от 02.06.2021 г. следует, что ФИО1 в адрес конкурсного управляющего переданы папки – «договоры 2019-2020 г.г.», «договоры 2018 г.», «договоры 2017 г.», «Папка бух», папка «Реализация 4-й кв. 2017 г.» и иные документы, касающиеся   приобретения и реализации продукции.

При этом  доказательства ревизии  либо анализа переданных ответчиком документов конкурсным управляющим не представлены. Утверждать о непередаче необходимых документов, в том числе по дебиторской задолженности,  невозможно при отсутствии   анализа  переданных  по акту документов.

 Управляющий ограничился  утверждением об отсутствии необходимой документации для формирования конкурсной массы,  не  проанализировав содержимое  переданных документов.  Содержимое папок, указанных в акте приема-передачи, при  утверждении ответчика, что в них содержалась  вся необходимая информация относительно запасов, расходных материалов, дебиторской задолженности, не  инвентаризировано, не описано, не проанализировано.

   Уклонение либо злонамеренное поведение, препятствующее передаче имеющейся у ФИО1 документации, судом апелляционной инстанции не усматриваются. Напротив, в материалах дела имеется переписка ответчика с временным и конкурсным управляющим, касающаяся  передачи документации. ( т. 1 л.д. 30-32).

 Ответчиком указано, что   в переданных документам имелись оборотно-сальдовые ведомости, содержащие сведения о материальных ценностях (запасы), которые использовались в производственной деятельности общества, в иных документах имелись сведения о кредиторах и дебиторах.   Представить доказательства  обратного ответчик лишен возможности, поскольку все документы, которые имелись в наличии, переданы.

Доказательства того, что у ФИО1 имеются иные документы, либо документы переданы не в полном объеме, управляющим не представлены.  

Между тем, поскольку основанием для привлечения к субсидиарной ответственности является непередача конкурсному управляющему каких- либо документов должника,  управляющий  обязан доказать, что их передача  могла  бы  способствовать пополнению конкурсной массы в каком-либо размере. Однако указанное не представлено.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд  апелляционной инстанции  приходит к выводу, что конкурсным  управляющим в этой части не доказан  весь состав вменяемого гражданско-правового деликта.

Доказательства невозможности выполнения мероприятий процедуры банкротства вследствие непередачи документации должника суду не представлено, невозможность формирования конкурсной массы должника,  заявителем не доказана.

Учитывая  поведение ответчика,  состоявшуюся передачу документов, оформленную актом от 02.06.2021 г., а также принимая во внимание, что непередача документов должника не повлияла на  проведение временным управляющим  анализа финансового состояния должника,  анализа на предмет фиктивного и преднамеренного банкротства должника, на оспаривание конкурсным управляющим  сделок,  суд апелляционной инстанции  приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по основаниям подпункта 2 пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного,  суд апелляционной инстанции   на основании  п.п. 2, 3 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ  считает, что  определение Арбитражного суда Республики Крым от  06.08.2024 г.  подлежит отмене в части  отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего ООО «Таврида-Недра»  о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основанию подпункта 1  пункта 2 ст. 61. 11 Закона о банкротстве, в этой части  суд разрешает вопрос по существу о  признании доказанными  наличие оснований, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  о привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО1  по обязательствам должника ООО «Таврида-Недра» и приостанавливает производство по настоящему обособленному спору до  окончания  расчетов с  кредиторами. В остальной  части  определение Арбитражного суда Республики Крым от  06.08.2024 г.  остается без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.  

 Поскольку апелляционная жалоба конкурсного управляющего удовлетворена частично (одно из двух оснований признаны обоснованными), с ФИО1 в пользу  ООО «Таврида-Недра» подлежат взысканию расходы по государственной пошлине в размере  1 500 руб.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда   Республики Крым от 06.08.2024 г. по делу № А83-8446/2020 в части  отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего ООО «Таврида-Недра»  о привлечении ФИО1  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основанию подпункта 1  пункта 2 ст. 61. 11 Закона о банкротстве отменить, в этой части  разрешить вопрос по существу.

 Признать доказанными  наличие оснований, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  о привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО1  по обязательствам должника ООО «Таврида-Недра» и приостановить  производство по настоящему обособленному спору до  окончания  расчетов с  кредиторами.

В остальной  части  определение Арбитражного суда Республики Крым от  06.08.2024 г.  оставить без изменения, апелляционную жалоба  конкурсного управляющего ООО «Таврида-Недра» оставить без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Таврида-Недра»  расходы по государственной пошлине в размере 1 500 руб.


Постановление вступает в законную силу со дня  его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий одного месяца в порядке, установленном ст. 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                             Л. Н. Оликова


Судьи                                                                         Р. С. Вахитов


                                                                                    Е. Л. Котлярова