Постановление от 7 ноября 2023 г. по делу № А40-60389/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-61926/2023

Дело № А40-60389/20
г. Москва
07 ноября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 ноября 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева,

судей О.В. Гажур, Е.А. Скворцовой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3, на определение Арбитражного суда г. Москвы от 04.08.2023 по делу №А40-60389/20 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Основной элемент - Строительство» - ФИО2 и ФИО3, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Основной элемент - Строительство»,

при участии в судебном заседании:

от ООО «Траст МК»: ФИО4 по дов. от 03.04.2023

к/у ООО «ОЭС» ФИО5 лично, паспорт

от ООО Домстрой-Развитие»: ФИО6 по дов. от 28.09.2023

от ФИО3: ФИО7 по дов. от 05.06.2021

иные лица не явились, извещены



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.07.2020 ООО «ОЭС» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес регистрации: 127549, <...>, эт. 2, оф. 233) признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8. Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии конкурсного производства опубликовано в Газете "Коммерсантъ" № 146 от 15.08.2020.


14.05.2021г. (в электронном виде) в Арбитражный суд города Москвы поступило исковое заявление истца - конкурсного управляющего ООО «Основной элемент – Строительство» ФИО8 к ответчикам: ФИО3, ФИО2 о взыскании убытков в размере 936 000 руб. 00 коп. Определением Арбитражного суда города Москвы от 09 августа 2021 года принято уточнение заявленных требований до 1 098 000 рублей 00 копеек. Определением Арбитражного суда города Москвы от 29 июля 2022 года объединены в одно производство для совместного рассмотрения:


- поступившее 14.05.2021г. (в электронном виде) в Арбитражный суд города Москвы исковое заявление конкурсного управляющего ООО «Основной элемент – Строительство» ФИО8 к ответчикам: ФИО3, ФИО2 о взыскании убытков в размере 936 000 руб. 00 коп.

- поступившее 22.04.2021 (согласно штампу канцелярии суда) в Арбитражный суд города Москвы исковое заявление конкурсного кредитора ООО «ДОМСТРОЙ-РАЗВИТИЕ» к ответчикам: 1) ФИО9, 2) ФИО2, 3) ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

- поступившее 12.07.2021 (согласно штампу канцелярии суда) в Арбитражный суд города Москвы исковое заявление конкурсного управляющего ООО «ОЭС» - ФИО8 к ответчикам: 1) ФИО9 , 2) ФИО2, 3) ФИО3 о взыскании убытков в размере 34 449 445 рублей 02 копеек.

- поступившее 23.03.2021 года (в электронном виде) в Арбитражный суд города Москвы исковое заявление конкурсного управляющего ФИО8 к ответчикам: 1) ФИО2, 2) ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с ответчиков солидарно денежную сумму в размере 32 467 293 руб. 02 коп.


Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2023 г. суд отказал в удовлетворении исковых требований о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Основной элемент – Строительство» - ФИО9, по доводу о непередаче заявления о банкротстве должника; удовлетворил исковые требования о взыскании с ФИО9 убытков; взыскал с ФИО9 в пользу ООО «Основной элемент – Строительство» денежные средства в размере 4 296 521 руб. 20 коп. – убытков; взыскал с ФИО9 в доход федерального бюджета 44 483 руб. 00 коп. государственной пошлины; привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Основной элемент – Строительство» - ФИО2 и ФИО3; приостановил производство по требованию о взыскании с ФИО2 и ФИО3 денежных средств в порядке субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами.


Не согласившись с указанным определением, ФИО2 и ФИО3 подана апелляционная жалоба. В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель ФИО2 в судебное заседание не явился. Представители ООО «Траст МК», конкурсного управляющего ООО «ОЭС» и ООО Домстрой-Развитие» полагают определение суда обоснованным и правомерным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению. Отзыв на апелляционную жалобу представлен.


Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.


Рассмотрев дело в отсутствие иных лица, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителей участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.


В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.


ФИО9 являлся генеральным директором Должника с 04.10.2013 г. до 30.08.2018 г., поэтому на основании пп.1 п.4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, является контролирующим должника лицом;

ФИО2 является единственным участником Должника в период с 25.09.2013 и по настоящее время, а также генеральным директором с 30.07.2018 г. до 22.01.2020 г., а в период с т22.01.2018 г. до 28.07.2020 г., поэтому на основании пп.2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве и на основании пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве является контролирующим должника лицом.

ФИО3 являлся исполнительным директором, его полномочным представителем и с правом совершения сделок с помощью электронно-цифровой подписи, а также с правом давать обязательные для исполнения Должником указания.


Указанный довод подтверждается тем, что ФИО3 были выданы следующие доверенности:


- Нотариально удостоверенная Доверенность 77 АВ 3506430 от 06.05.2017 г., наделяющая его полномочиями представлять интересы Должника во всех банках и иных кредитных организациях т. Москвы, в том числе ПАО «Сбербанк России», для чего представляет право выполнять все предусмотренные операции по счету, снимать со счета и вносить на счет любые денежные суммы по своему усмотрению, проводить безналичные операции, получать чековые книжки, получать информацию о выполнении банками и иными кредитными организациям и моих поручений и поручений моего представителя, подавать от моего имени заявления, заполнять и подписывать от моего имени платежные поручения и другие банковские документы, с правом открытия и закрытия счетов в любых банках, переводить денежные средства со счетов в любой банк по своему усмотрению, изменять условия хранения денежные средств, заключать соглашения о продлении или расторжении договора, получать выписки о движении денежных средств по счету, подавать претензии, заявления, требования, обращения, подписывать все финансовые документы, накладные, счета-фактуры, акты выполненных работ, хозяйственные документы, товарные накладные, товарно-транспортные накладные, акты приема-передачи, счета на оплату, все банковские документы, с правом давать согласие на обработку его персональных данных, расписываться и совершать все действия, связанные с выполнением этого поручения. Также на основании указанной доверенности ФИО3 была получена электронно-цифровая подпись и оформлена карточка с образцами подписей для непосредственного оформления платежных документов.

- Доверенность от 11.12.2015 г., наделяющая ФИО3 правом подписывать от имени Должника все виды документов, в том числе договоры, товарные накладные, товарно-транспортные накладные, акты приема-передачи, счета-фактуры, все банковские документы. Подавать в АО «Альфа-Банк» любые платежные документы для совершения операций по счету, получать выписки по счету, подавать запросы и получать ответ на них, получать дополнительные соглашения к договорам, а также подавать и получать иные документы, касающиеся обслуживания счета.

- Доверенность от 10.01.2018 г., наделяющая ФИО3 правом подписывать от имени Должника все виды документов, в том числе договоры, товарные накладные, акты приема-передачи, счета-фактуры, все банковские документы. Представлять интересы во всех коммерческих и некоммерческих организациях с право подписи финансовых и прочих документов. Подавать в АО «Альфа-Банк» любые платежные документы на совершение операций по счету, получать выписки по счету, подавать запросы и получать ответ на них, получать дополнительные соглашения к договорам, а также подавать и получать иные документы, касающиеся обслуживания счета.


Помимо этого, довод о том ФИО3 получал значительные денежные средства без какого-либо встречного исполнения также подтверждает факт того, что ФИО3 относится к контролирующим должника лицам.


На основании п.2 ст. 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.


Таким образом, выводы конкурсного управляющего и конкурсного кредитора о том, что ФИО9, ФИО2, ФИО3 являются контролирующими должника лицами правомерны и обоснованы.


Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.


В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.


В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.


Пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.


Таким образом, в статьях 9 и 61.12 Закона о банкротстве исчерпывающе определены условия для привлечения руководителя должника, ответственного за подачу должником в арбитражный суд заявления о банкротстве, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, равно как и размер такой ответственности. В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:


- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.


По смыслу приведенных норм права, а также принимая правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве. Указанная правовая позиция подтверждается Определением Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992.


По мнению истца момент объективного банкротства Должника наступил на конец февраля 2019 – в момент возникновения просрочки исполнения обязательств перед кредитором ООО «ДОМСТРОЙ-РАЗВИТИЕ». Неисполнение обязательств перед данным кредитором и отказ его от договора привёл к возникновению у Должника обязательств по возврату неотработанного аванса в сумме 17,3 млн., а также уплате штрафа в 14,3 млн., что нашло отражение в претензии, направленной в адрес должника 26.03.2019. Именно неисполнение данного обязательства привело к существенному ухудшению финансового состояния Должника и превышению размера обязательств над размером активов, даже без учета других обязательств. Таким образом, Должник был обязан обратиться в суд заявлением о банкротстве не позднее 28.04.2019. При этом судом установлено, что после указанной даты кредиторский долг возрос на 3 225 722,17 руб., в том числе перед ООО «Траст МК» на сумму 2 333 380,48 руб.


Поскольку ФИО9 являлся генеральным директором Должника с 04.10.2013 г. до 30.08.2018 г., оснований для привлечения данного лица к субсидиарной ответственности с учетом даты наступления объективного банкротстве не имеется. При этом суд первой инстанции усмотрел основания для взыскания убытков, поскольку ФИО9 с корпоративной карты должника были перечислены денежные средства в свою пользу в период с 10.05.2017 по 13.10.2017 на общую сумму 4 296 521, 20 руб. При этом доказательств, обосновывающих правомерность перечисление денежных средств, в материалы дела не представлено. Кроме того, судом первой инстанции установлены основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, поскольку объективное банкротство наступило в период исполнения ею полномочий генерального директора.


Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Подпунктом 2 пункта 2 указанной статьи закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.


В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. Указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.


Согласно бухгалтерской отчетности за 2018 год запасы составляли 11 377 000 руб., денежные средства – 4 652 000 руб., финансовые вложения – 13 872 000 руб.; в соответствии с бухгалтерским балансом за 2019 год запасы составляли 15 825 000 руб., денежные средства – 935 000 руб., 18 025 000 руб. – финансовые вложения. Документы в отношении данных активов прежним руководством должника конкурсному управляющему не представлены. Кроме того, конкурсному управляющему не переданы документы, подтверждающие изменение размера дебиторской задолженности. Так, по состоянию на 31.12.2017 г. дебиторская задолженность Должника составляла 20 622 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2018 г. – 11 134, 00 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2019 – 4 016 тыс. руб. За 2018 г. дебиторская задолженность уменьшилась на 9 488 тыс. руб., за 2019 г. уменьшилась еще на 7 188 тыс. руб. Отсутствие указанной документации не позволяет оценить правомерность списания дебиторской задолженности и проанализировать действия контролирующих должника лиц на причинение должнику вреда.


Согласно данным бухгалтерской отчетности за 2019 год должника запасы в размере 12 621 тыс. руб., по итогам 2020 г. запасы составляли 71 тыс. руб. Конкурсному управляющему переданы акты списания за 2019 год на сумму 17 409 138,30 руб. Аналогичные документы за прошлые периоды конкурсному управляющему не переданы. Списание запасов является результатом выполнения работ, которые подлежат оплате. За период с начала 2019г. (31.01.2019г. по 01.07.2019г.) списано запасов на 12,5 млн. руб. При этом, на счета Должника поступило только 6 268 571,00 руб. из которых только 5 577 671,90 исходя из назначения платежей, являются платежами за текущие работы т.е. те, которые предполагают расход запасов в рассматриваемом этапе. По мнению суда первой инстанции, подобные действия направлены на вывод активов должника и уклонение от исполнения обязательств должника перед кредиторами. При этом суд учитывает, что в 2019 году работы на объектах ответчиком фактически не велись.


В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что недобросовестность действий членов органов управления юридическим лицом доказана, когда данные лица организации знали или должны были знать о том, что совершили сделку (голосовали за ее одобрение) с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом; неразумными считаются такие действия указанных органов как не совершение действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.


Как следует из пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.


Конкурсным управляющим оспорена сделка по отчуждению транспортного средства БМВ 525 ХI, 2005 года выпуска. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 24.08.2022 г. по делу № А40-60389/20-71-109 признан недействительным Договор купли-продажи транспортного средства от 29.09.2019, заключенный между ООО «ОЭС» и ФИО10 в отношении ТС - BMW 525 XI,2005 года выпуска VIN <***>, гос. Рег.Номер <***> СТС 7713304204, цвет серый. Конкурсным управляющим оспорена сделка по перечислению денежных средств в пользу ФИО3 Определением Арбитражного суда г. Москвы от 30.05.2011 по делу № А40-60389/20-71-109 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств ООО «ОЭС» в пользу ФИО3 в период с 11.02.2019 по 28.05.2019 в общем размере 963 000 рублей. Должником совершены перечисления денежных средств в пользу физических лиц ФИО11 и ФИО12


Определениями Арбитражного суда г. Москвы от 30.05.2022 г. по делу №А40-60389/20-71-109 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделок с ФИО12 и ФИО11 Однако, доказательств встречного исполнения по указанным сделкам представлено не было. Денежные средства перечислялись в течении месяца, подтверждающих документов не представлено. В свою очередь, добросовестный и разумный руководитель заинтересован в фиксации объема работ и наличии всех закрывающих документов для минимизации возможных рисков. Наличие чеков, подтверждает факт перевода денежных средств, но не доказывает факт реального оказания услуг. Поскольку реальная деятельность должника была прекращена в 2019 году, подобные перечисления подтверждают факт вывода денежных средств с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что прежним руководством совершены сделки на сумму 8 338 430 руб. с ООО «Бранд Сервис» (1 497 630 руб.), ООО «Логос» (1 861 тыс. руб.), ООО «Мастер» (1 197 тыс. руб.), ООО «Аргон» (938 200 руб.), ТК Гермес на сумму 1 100 тыс. руб., имеющими признаки фирм-однодневок. С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО2 в связи с не передачей документов должника и совершению сделок, причинивших вред должнику.


Что касается доводов апелляционной жалобы, то суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.


По мнению суда апелляционной инстанции, судом первой инстанции правильно определен момент объективного банкротства ООО «ОЭС» и установлена обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве.


Согласно ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.


По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве", при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.


Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.


Из п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве следует, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:


удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.


Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве (п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).


Из бухгалтерской отчётности за 2018-2019 года следует, что по итогам 2019 года Должник находился в убытке на 16 161 000 руб. (строка «Пассив»). Исходя из этого, деятельность предприятия в 2019 году стала убыточной. При этом Определением Арбитражного суда г. Москвы от 30.05.2022 по делу № А40-60389/201 установлено, что начиная с 11.02.2019 Должник отвечал признакам неплатежеспособности: «суды установили, что в соответствии с бухгалтерской отчетностью ООО «ОЭС» за 2019 год, убыток от деятельности составил 16 161 000 руб. Также на дату совершения совокупности сделок по данным бухгалтерской отчетности Оставлено без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2022 и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15.02.2023 имелась кредиторская задолженность в сумме 26 506 000 руб., о чем ФИО3, будучи бенефициаром должника, не мог не знать.


Указанный судебный акт является преюдициальным, поскольку в силу ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Учитывая, что ФИО3 привлекался к участию в обособленном споре об оспаривании сделки, являлся лицом, участвующем в деле (Ответчиком), данный судебный акт обладает свойством преюдициальности в части констатации наличия признаков неплатежеспособности на дату совершения первого платежа, признанного недействительным – 11.02.2019.


Таким образом, факты, свидетельствующие о наличии у должника признаков неплатежеспособности, были исследованы и установлены в рамках настоящего дела о банкротстве в обособленных спорах об оспаривании сделок должника, в связи с чем имеют преюдициальный характер и не подлежат доказыванию вновь в порядке статьи 69 АПК РФ. Доводы о том, что суд отождествил наступление объективного банкротства Должника с неисполнением обязательства лишь перед одним кредитором необоснованны, так как судом установлено значительный рост кредиторской задолженности именно после неисполнения обязательств перед ООО «Домстрой-Развитие», в том числе и перед ООО «Траст МК» на сумму 2 333 380,48 руб.

Довод о наличии разногласий по поводу неисполнения Договора отклоняется, поскольку не имеет отношение к разрешению спора по данному обособленному спору. Таким образом, судом первой инстанции верно установлен момент объективного банкротства.


В апелляционной жалобе заявитель ссылается на то, что вся информация касательно «данных активов» была передана конкурсному управляющему. При этом апеллянт не раскрывает их содержание, подразумевая, скорее всего, запасы и дебиторскую задолженность Должника. Между тем, указанный довод не подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. Согласно представленной ответчиками бухгалтерской справке № 26 от 31.12.2019 (далее – справка), была списана дебиторская задолженность на общую сумму 6 163 388,57 руб. Согласно отзыву ответчиков ФИО2 и ФИО3, дебиторская задолженность была списана как невозможная ко взысканию. Между тем, ООО «ОЭС» с иском о взыскании денежных средств на такую сумму в суды не обращалось, принудительно денежные средства не взыскивало.


Справка не содержит ИНН организаций, дебиторская задолженность которых была списана. Также конкурсному управляющему не были представлены документы, подтверждающие наличие этой дебиторской задолженности, в связи с чем невозможно установить, правомерно ли была списана дебиторская задолженность и когда возникла обязанность по ее взысканию. Также конкурсный управляющий лишен возможности предъявления исков к контрагентам о взыскании денежных средств.


Ответчики утверждают, что обязательства ФИО12 и ФИО11 были исполнены. Если ФИО12 и ФИО11 исполнили свои обязательства, то указывать перечисленные им суммы в качестве дебиторской задолженности неправомерно. Указание задолженности ФИО12 и ФИО11 в качестве дебиторов, взыскание с которых невозможно, свидетельствует о недействительности сделки по перечислению в их адрес денежных средств.


В соответствии с п. 77 Приказа Минфина России от 29.07.1998 № 34н (в редакции от 11 04.2018) «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации» (далее по тексту - Положение), дебиторская задолженность, по которой срок исковой давности истек, другие долги, нереальные для взыскания, списываются по каждому обязательству на основании данных проведенной инвентаризации, письменного обоснования и приказа (распоряжения) руководителя организации и относятся соответственно на счет средств резерва сомнительных долгов либо на финансовые результаты у коммерческой организации, если в период, предшествующий отчетному, суммы этих долгов не резервировались в порядке, предусмотренном пунктом 70 настоящего Положения, или на увеличение расходов у некоммерческой организации.


Списание долга в убыток вследствие неплатежеспособности должника не является аннулированием задолженности. Эта задолженность должна отражаться за бухгалтерским балансом в течение пяти лет с момента списания для наблюдения за возможностью ее взыскания в случае изменения имущественного положения должника. Суммы дебиторской задолженности, по которым истек срок исковой давности либо взыскание которых невозможно, признаются безнадежными и списываются в полной сумме с учетом НДС (письма Минфина России от 24.07.2013 № 03-03-06/1/29315, от 11.06.2013 № 03-03-06/1/21726). Согласно налоговой декларации должника по НДС за 2019 год, поданной в налоговый орган 13.01.2020 года, НДС за период 2019 года не начислялся. Инвентаризация сомнительной дебиторской задолженности с целью ее списания ФИО2 не проводилась. Справка же о списании дебиторской задолженности не может быть достаточным доказательством, подтверждающим правомерность ее списания.


Должником конкурсному управляющему не переданы документы об изменении дебиторской задолженности (изменении имущества должника) за период 2017-2020 гг.: не переданы документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности состоянию на 31.12.2017 года в размере 20622 тыс. руб., на 31.12.2018 года размер дебиторской задолженности снизился до 11 134,00 тыс. руб. В связи с изложенным составление справки № 26 от 31.12.2019 года о списании дебиторской задолженности является действием по сокрытию дебиторской задолженности в связи с ее утратой.


Наличие противоречивой информации в бухгалтерском балансе и в налоговой отчетности должника (декларации НДС за 2019 год), свидетельствует об искажении данных указанной отчетности. Эти документы позволяют соотнести дебиторскую задолженность, имевшуюся в наличии, со списанной дебиторской задолженностью. В условиях недостаточности имущества должника для покрытия кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, анализ имевшейся дебиторской задолженности и списанной дебиторской задолженности является важным для целей определения вины контролирующих должника лиц. Представленные должником бухгалтерские справки о списании дебиторской задолженности также не содержат сведений о дате ее возникновения. В условиях отсутствия документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженности, сопоставить правомерность ее списания не представляется возможным.


В соответствии с п. 27 Приказа Минфина России от 29.07.1998 № 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации», проведение инвентаризации обязательно перед составлением годовой бухгалтерской отчетности (кроме имущества при смене материально ответственных лиц). Кроме того, в соответствии с п. 27 Приказа Минфина России от 29.07.1998 № 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации», проведение инвентаризации обязательно при смене материально ответственных лиц.


ФИО2 не выполнила обязанность по проведению инвентаризации имущества и финансовых обязательств, когда вступила в должность, не проводила инвентаризацию при составлении годовой бухгалтерской отчетности за 2018, 2019 гг. В связи с чем бухгалтерская отчетность ООО «ОЭС» за 2018, 2019 гг. имеет признаки недостоверной. В условиях непередачи первичных документов, а также документов, свидетельствующих об изменении кредиторской и дебиторской задолженности, формирование конкурсной массы является затруднительной.


Согласно бухгалтерской отчетности ООО «ОЭС», размер кредиторской задолженности менялся следующим образом:

на 31.12.2017 года составил 24418 тыс. руб.,

на 31.12.2018 года составил 26506 тыс. руб.,

на 31.12.2019 года составил 20349 тыс. руб.

Таким образом, за 2018 год кредиторская задолженность увеличилась на 2088 тыс. руб., за 2019 год - уменьшилась на 6 157 тыс. руб. Учитывая взаимосвязь кредиторской и дебиторской задолженности, следует сделать вывод, что за 2018 год кредиторская задолженность увеличивается на 2088 тыс. руб., при этом дебиторская задолженность уменьшается на 9488 тыс. руб. Тем не менее, увеличения каких-либо показателей баланса раздела «Актив» у предприятия не происходит. Следовательно, дебиторская задолженность уменьшается, однако вырученные денежные средства не направлены ни на погашение имеющейся кредиторской задолженности, ни на какое-либо вложение. По результатам анализа бухгалтерской отчетности за 2018 год наблюдается уменьшение активов компании в размере 9488 тыс. руб. при одновременном увеличении кредиторской задолженности на 2088 тыс. руб., что свидетельствует о выводе активов.


За 2019 год дебиторская задолженность уменьшилась еще на 7118 тыс, руб., при этом кредиторская задолженность уменьшилась на 6157 тыс, руб. Разница в погашении кредиторской задолженности и уменьшения дебиторской задолженности составила 961 тыс. руб. Увеличения иных показателей баланса раздела «Актив» за 2019 год также не наблюдается. Таким образом, как минимум, 961 тыс, руб. были выведены с предприятия без каких-либо вложений и без погашения кредиторской задолженности только в 2019 году. Учитывая, что на 31.12.2019 года кредиторская задолженность практически полностью является непокрытой иным имуществом должника, соотношение дебиторской и кредиторской задолженности за 2018, 2019 гг. имеет негативный характер. Документы об изменении кредиторской задолженности, в том числе расшифровка состава дебиторской и кредиторской задолженности, за период 2017- 2020 гг. должником также не переданы.


Касательно утраты запасов необходимо пояснить следующее:

Размер запасов Должника менялся следующим образом:

На 31.12.2017 составил 4 416 000 руб.;

На 31.12.2018 составил 12 621 000 руб.;

На 31.12.2019 составил 71 000 руб.


Ответчиками в материалы дела были представлены следующие акты о списании материалов:


Акт № 22 от 01.07.2019 года на сумму 3 096 685,87 руб.

Акт № 4 от 15.03.2019 года на сумму 822088,41 руб.

Акт № 19 от 31.01.2019 года на сумму 6691397,40 руб.

Акт № 21 от 31.03.2019 года на сумму 2420895,67 руб.

Акт № 20 от 31.03.2019 года на сумму 1576257,28 руб.

Акт № 5 от 31.05.2019 года на сумму 1512455,50 руб.

Акт № 6 от 31.05.2019 года на сумму 335967,51 руб.

Акт № 11 от 31.05.2019 года на сумму 953390,67 руб.

Итого по актам были списаны материалы на общую сумму 17 409 138,3 руб. Списание производилось в период с 31.01.2019 года по 01.07.2019 года. Размер запасов Должника на 31.12.2018 составлял 12 621 000 руб. Списание материалов в большей сумме, нежели указана в балансе, свидетельствует об их реализации ненадлежащим образом с неуплатой в установленном порядке НДС.


Согласно представленному отзыву ответчиков, списанные материалы были использованы на объектах в пос. Лесной, Остафьево, Новокуркино. Деятельность по строительству на этих объектах, согласно переданным ответчиками документам, в 2019 году не велась, работы не принимались, справки КС-3 не подписывались. Следовательно, использовать материалы на объектах в 2019 году ответчики не могли.


Если допустить, что ответчики использовали материалы для строительства на объектах в 2018 году, то тогда ими были списаны материалы, которые были использованы в 2018 году.


В этом случае запасы в сумме 12 550 000 руб., которые были отражены в остатках по итогам 2018 года, были ответчиками ФИО2 и ФИО3 утрачены. Представленные акты о списании не доказывают факт использования запасов в 2019 году.


Кроме того, в случае списания материалов в связи с использованием на объектах, размер кредиторской задолженности за 2018 год должен был уменьшится на 17 409 138, 3 руб., поскольку произошло освоение поступивших от заказчиков денежных средств, а кредиторская задолженность уменьшилась только на 6 157 000 руб., что подтверждает довод о необоснованном расходе запасов на сумму 12 621 000 руб. Также ответчиками не представлены доказательства того, какие материалы на каком объекте и по каким справкам КС-3 и актам выполненных работ были приняты и кем, и где эти материалы были использованы.


В соответствии с п. 27 Приказа Минфина России от 29.07.1998 № 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации», проведение инвентаризации обязательно перед составлением годовой бухгалтерской отчетности (кроме имущества при смене материально ответственных лиц. Кроме того, в соответствии с п. 27 Приказа Минфина России от 29.07.1998 № 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации», проведение инвентаризации обязательно при смене материально ответственных лиц.


ФИО2 не выполнила обязанность по проведению инвентаризации имущества и финансовых обязательств, когда вступила в должность, не проводила инвентаризацию при составлении годовой бухгалтерской отчетности за 2018, 2019 гг. В условиях списания материалов на сумму 17 409 138,3 руб., непроведения инвентаризации за 2018, 2019 гг. акты о списании материалов не могут быть достаточным доказательством для подтверждения правомерного снятия материалов с бухгалтерского учета. Действия ответчиков по списанию материалов привели к утрате активов должника Апеллянт в жалобе (п. 5 апелляционной жалобы) указывает, что суд неверно истолковывает нормы материального права, поскольку реальная деятельность должника была прекращена в 2019 году, подобные перечисления подтверждают факт вывода денежных средств с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами.


В подтверждение данного вывода суда можно привести факты, ранее озвученные конкурсным управляющим в судебных заседаниях по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о признании сделки банковских операций по перечислению со стороны должника в адрес ФИО3 на сумму 963 000 руб. недействительной и применении последствий ее недействительности.


В соответствии с бухгалтерской отчетностью ООО «ОЭС» за 2019 год, убыток от деятельности составил 16 161 000 руб. Также на дату совершения совокупности сделок по данным бухгалтерской отчетности имелась кредиторская задолженность в сумме 26 506 000 руб., о чем ФИО3, будучи бенефициаром должника, не мог не знать. Также документов, подтверждающих обоснованность потраченных ФИО3 денежных сумм, не представлено. Документы финансово-хозяйственной деятельности ООО «ОЭС» конкурсному управляющему в полном объеме предоставлены не были. Среди документов, переданных конкурсному управляющему, документы об основаниях потраченных ФИО3 денежных сумм отсутствуют.


Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.


В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 «Оспаривание сделок должника», подлежит возврату в конкурсную массу.


В материалы дела ФИО3 был представлен расчет израсходованных им в период с 31.03.2019г. по 15.08.2019г. денежных средств общей суммой 662 514,002 руб. по авансовым отчетам и иным документам, без приложения этих документов. В адрес ФИО3 в действительности было перечислено 1 098 000,00 руб. Ранее, в кассационной жалобе на Определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.05.2022г., Определение Арбитражного суда г. Москвы от 09.06.2022г. об исправлении описок, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2022г. по делу № А40-60389/2020 представитель ФИО3 ФИО13 представлял иной расчет денежных средств, покрывающий сумму 1 101 856,68 руб., с указанием, что 110 000,00 руб. из них были возвращены ФИО3 на расчетный счет ООО «ОЭС». Однако, подтверждающие документы, в том числе упомянутые авансовый отчет №5 от 31.01.2019г, авансовый отчет №7 от 31.03.2019г., расписка от 31.07.2019, расписка от 15.05.2019г., расписка от 03.06.2019г., в материалы дела не представлены и к кассационной жалобе не приложены. Следовательно, проверить реальность и достоверность данных документов, а также обоснованность произведенных по ним выплат, не представляется возможным.


Контролирующими лицами осуществлены выплаты в размере 8 338 430 руб. в пользу организаций, обладающими признаками «технических» компаний. Апеллянт в апелляционной жалобы указывает, что перечисление денежных средств в адреса организаций были обоснованными и оправданными, поскольку они вели обычную хозяйствующую деятельность Однако, в течение 1-2 месяцев после заключения договора с ООО «ОЭС» была внесена запись о недостоверности юридического адрес данных контрагентов Должника и все указанные организации были исключены из ЕГРЮЛ. В пользу фиктивности перечислений в пользу указанных организаций свидетельствуют следующие факты:


В отношении ООО «ТК Гермес»

В материалах, переданных ФИО3, имеется копия договора № 05/12 от 05.11.2018 между ООО «ОЭС» (заказчик) и ООО «ТК ГЕРМЕС» (подрядчик). Согласно п. 1.1. данному договору подрядчик обязуется по заданию заказчика выполнить своими силами комплекс работ по монтажу системы отопления жилой части на строящемся объекте: «Многоэтажный многоквартирный жилой дом», расположенный по адресу: Московская область, г. Химки, Новокуркино, мкр. 6,7,8, корп. 66. В соответствии с приложением № 1 к договору № 05/12 от 05.11.2018, стоимость работ определена 1 100 000 руб. Согласно справке о стоимости выполненных работ № 1 от 05.12.2018 года, работы выполнены на 1 100 000 руб., денежные средства в полном размере были перечислены ООО «ТК ГЕРМЕС» 05.12.2018. Однако:


1) Договор, смета, справка о стоимости выполненных работ № 1 от 05.12.2018 года, счет представлены в копиях, подлинник отсутствует.

2) Договор, смета, справка не подписаны со стороны ФИО2 или иным лицом от имени ООО «ОЭС». В условиях отсутствия принятия работ со стороны ООО «ОЭС» перечисление денежных средств является необоснованным.

3) Основной вид деятельности ООО «ТК ГЕРМЕС» - торговля оптовая цветами и растениями (ОКВЭД 46.22), в дополнительных видах деятельности имеется прочая торговля, аренда транспорта, деятельность по складированию и хранению, услуги кафе. Дополнительные виды деятельности строительство не предусматривают вообще.

4) При наличии работников в количестве 3 человек, размера НДС 235922 руб., налога на прибыль 200775 руб., выручка в размере 380 728 000 руб. ставит под сомнение реальную деятельность ООО «ТК ГЕРМЕС» и свидетельствует о статусе технической компании;

5) Начиная с 08.08.2018, в ЕГРЮЛ вносились сведения о недостоверности сведений о юридическом лице, ввиду чего общество было исключено из ЕГРЮЛ.


В отношении ООО «Мастер»

02.10.2018 между ООО «Мастер» и ООО «ОЭС» был подписан договор подряда № 0210/2018, согласно которому подрядчик (ООО «Мастер») обязуется по заданию заказчика (ООО «ОЭС») выполнить своими силами комплекс работ по монтажу внутренних инженерных сетей (ОВ и ВК) на строящемся объекте: «Многоэтажный многоквартирный жилой дом», расположенном по адресу: Московская область, г. Химки. Новокуркино, мкр. 6,7,8, корп. 67 с предоставлением исполнительной документации, проведение индивидуального и участие в комплексном опробовании систем объекта, работы выполняются в соответствии с проектами, шифры проектов: -36-Х-ПИР-66-ВК В соответствии с п. 2.1 договора, стоимость работ составила 1 197 000 руб. В соответствии с п. 2.7, 2.8 договора: начало работ – 03.08.2018, окончание работ – 10.11.2018. При этом:


1) Руководителем должника, а также иными лицами не переданы подлинники справок об исполнении указанного договора. ФИО3 к отзыву прилагается плохо читаемая копия акта о приемке выполненных работ от 20.10.2018 года, подписанная обеими сторонами договора (от имени ООО «ОЭС» - ФИО2), согласно которому работы за период с 02.10.2018 года по 20.10.2018 года были выполнены ООО «Мастер» в полном объеме и приняты ФИО2 Однако данный акт не коррелирует условиям договора и иным документам:


Согласно п. 2.7 и 2.8 договора, работы должны быть выполнены в течение 100 дней. Согласно акту, работы ООО «Мастер» были выполнены за 18 дней (в период с 02.10.2018 по 20.10.2018 года) и сданы досрочно на 20 дней. Учитывая, что срок выполнения работ является существенным условием договора подряда и по договору работы должны быть выполнены в течение 100 дней, выполнение работ за 18 дней и сдача их досрочно в условиях отсутствия подлинника акта выполненных работ свидетельствует о фиктивности акта и договора. Согласно договору, работы выполняются на объекте: Московская область, г. Химки. Новокуркино, мкр. 6,7,8, корп. 67. Согласно разделу акта выполненных работ «Стройка», работы выполняются на том же объекте. Однако по тексту акта, представленным ФИО3, работы якобы были приняты на объекте 66. Согласно п. 3.2.3. договора, ООО «ОЭС» обязался предоставить ООО «Мастер» доступ на объект по адресу: Московская область, г. Химки, Новокуркино, мкр. 6, 7, 8, корп. 66. В тексте договора подряда ООО «ОЭС» поручает выполнить работы на 67 корп., а принимает на 66 корпусе.

2) Подписи в договоре вынесены на отдельную страницу, договор не прошит, подписи на каждой странице договора отсутствуют. Таким образом, существует возможность замены листов договора, а учитывая отсутствие подлинника акта выполненных работ, условия договора могут быть изменены какой-либо из сторон.

3) Дата подписания договора - 02.10.2018 года, начало работ - 13.08.2018, окончание - 10.11.2018 года. Получается, ошибка либо в дате договора, либо в начале и окончания сроков работ. Поскольку условия о начале и окончании срока работ являются крайне важными, этот пункт договора проверяется крайне тщательно. Если ООО «ОЭС» как заказчик, подписывая этот договор, не проверило сроки выполнения работ, это говорит о том, что для ООО «ОЭС» сроки выполнения работ были не важны. Если ошибка в дате договора, то акт не мог быть от 02.10.2018 года за период 02.10.2018 по 20.10.2018 года.

4) Согласно информационным сведениям системыCasebook, в период с 22.08.2018 по 19.09.2019 года генеральным директором ООО «Мастер» был ФИО14. Однако договор, приложения, акт подписаны генеральным директором ФИО15, который стал генеральным диреткором только 19.09.2019 года.

5) У ООО «Мастер» был только 1 работник – генеральный директор, уплаченные налоги, страховые взносы отсутствовали. По сведениям государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности, ООО «Мастер» отчетность не сдавало.

6) Сравнительный анализ копии акта выполненных работ от 20.10.2018, подписанного между ООО «ОЭС» и ООО «Мастер» и акта выполненных работ № 5 от 30.09.2018 года, подписанного между ООО «ОЭС» и ООО «Домстрой-Развитие», свидетельствует о том, что многие работы, указанные в акте от 02.10.2018, были уже приняты ООО «Домстрой-Развитие» 30.09.2018 года.


Таким образом, указанные недостатки при совершении сделки, отсутствие материальных активов и возможности выполнить работы ООО «Мастер» свидетельствуют о перечислении денежных средств в отсутствие встречного предоставления, что не могло не причинить вреда кредиторам ООО «ОЭС».


В отношении ООО «Логос»

19.09.2018 между ООО «Логос» и ООО «ОЭС» был подписан договор № 1909/2018, согласно п. 1.1. которого подрядчик (ООО «Логос») обязуется по заданию заказчика (ООО «ОЭС») выполнить своими силами комплекс работ по монтажу системы В1, В2 (подвал 1эт) на строящемся объекте: Многоэтажный многоквартирный жилой дом2, расположенном по адресу: Московская область, г. Химки, Новокуркино, мкр. 6,7,8, корп. 66. Стоимость работ указана в смете и составляет 1 861 000 руб. Согласно п. 4.8 договора, начало работ – 19.09.2018, окончание работ – 08.11.2018. Согласно актам выполненных работ от 07.11.2018 года № 1 и № 2, работы на общую сумму 1 861 000 руб. выполнены ООО «Логос» и приняты ФИО2 При этом:


1) ООО «Логос» зарегистрировано в качестве юридического лица 20.08.2018. Согласно аналитической справке Casebook, за весь период деятельности из работников был только 1 человек - генеральный директор.

2) ООО «Логос» не сдавало бухгалтерской отчетности за весь период деятельности, не уплачивало налоги и страховые взносы. В дальнейшем было исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием недостоверных сведений в ЕГРЮЛ.

3) Согласно актам выполненных работ, подписанным между ООО «Логос» и ООО «ОЭС» 07.11.2018 года, работы на сумму 1 861 000 руб. были выполнены.


В отношении ООО «Аргон»

Конкурсному управляющему была передана товарная накладная № 15 от 23.11.2018 о получении ФИО3 от ООО «Аргон» товара на сумму 675 000 руб., товарная накладная № 17 от 26.11.2018 о получении ФИО3 от ООО «Аргон» товара на сумму 938200 руб. При этом:


1) Согласно выписке из ЕГРЮЛ на ООО «Аргон», данная организация была зарегистрирована 20.09.2018 года. Основной вид деятельности - производство прочих строительных работ. Деятельность по торговле какими-либо товарами, материалами ООО «Аргон» не предусмотрена и дополнительными ОКВЭД.

2) За 2018,2019 годы ООО «Аргон» не уплачивало страховые взносы и налоги, деятельность не вело, бухгалтерскую и налоговую отчетность за весь период не сдавало, было исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием недостоверных сведений.


Таким образом, в адрес указанных организаций, имеющих признаки фирм- однодневок, без получения какого-либо встречного исполнения были перечислены денежные средства в размере 8 338 430 руб.


Суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ. Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции. При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.


На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 04.08.2023 по делу №А40-60389/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3 - без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.




Председательствующий судья: Р.Г. Нагаев

Судьи: О.В. Гажур

Е.А. Скворцова






Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.