Постановление от 17 апреля 2023 г. по делу № А41-55679/2020

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-5632/2023, 10АП-5630/2023

Дело № А41-55679/20
17 апреля 2023 года
г. Москва




Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 17 апреля 2023 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Семикина Д.С.,

судей Досовой М.В., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ООО «Геймдев» ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 22.02.2023 по делу № А41-55679/20 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Геймдев»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 - ФИО4, представитель по доверенности от 06.12.2022;

от конкурсного управляющего ООО «Геймдев» ФИО2 - ФИО5, представитель по доверенности от 07.10.2022;

от ФИО6, ФИО7 - ФИО8, представитель по доверенностям от 07.07.2022, 25.04.2022;

ФИО9, лично, предъявлен паспорт;

от ФИО9 - ФИО10, представитель по доверенности от 29.11.2022;

от ФИО11 - ФИО12, представитель по доверенности от 21.11.2022;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены;

установил:

решением Арбитражного суда Московской области от 10.12.2021 по делу №А41-55679/20 ООО «Геймдев» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО9, ФИО7, ФИО6, ФИО13, ФИО11.

В рамках настоящего спора заявитель ходатайствовал об изменении требований, в частности расширен круг лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 22.02.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Геймдев» ФИО2, ФИО3 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Московской области от 22.02.2023 по делу № А41-55679/20.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству размещена на официальном сайте в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети интернет - http://kad.arbitr.ru/ в режиме ограниченного доступа.

До начала судебного разбирательства от ФИО11, ФИО9 поступили отзывы на апелляционную жалобу, от ФИО13 - ходатайство об отложении судебного разбирательства.

Апелляционной коллегией в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) приобщены к материалам дела отзывы.

Представители лиц, участвующих в деле, возражали против удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства.

В соответствии с частью 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Таким образом, совершение данного процессуального действия является правом суда, а не обязанностью. В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований АПК РФ.

В силу части 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Невозможность рассмотрения апелляционных жалоб в настоящем судебном заседании не установлена, в удовлетворении ходатайства ФИО13 об отложении судебного заседания судом апелляционной инстанции отказано в связи с отсутствием предусмотренных статьей 158 АПК РФ оснований.

От представителя ФИО6, ФИО7 представлен отзыв и письменные пояснения для приобщения его к материалам дела.

Представители лиц, участвующих в деле, возражали против приобщения отзыва к материалам дела.

Протокольным определением суд отказал в приобщении отзыва к материалам дела в связи с отсутствием сведений о направлении его лицам, участвующим в обособленном споре; приобщил письменные пояснения.

В судебном заседании представители ФИО3 и конкурсного управляющего ООО «Геймдев» ФИО2 поддержали доводы апелляционных жалоб, просили обжалуемый судебный акт отменить.

ФИО9 и представители ФИО9, ФИО6, ФИО7, ФИО11 возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 272 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав пояснения лиц, участвующих в судебном заседании, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов спора, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО9, ФИО7, ФИО6, ФИО13, ФИО11

Основанием для привлечения ФИО9 является непередача конкурсному управляющему бухгалтерской документации должника и необращение в суд с заявлением о признании должника банкротом, совершение заведомо убыточных сделок, которые причинили вред имущественным правам кредиторов, ФИО7, ФИО6, ФИО13 – необращение в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Конкурсным управляющим должника заявлено ходатайство об изменении требований, в частности расширен круг лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности.

Из ходатайства следует, что ФИО14 оказывал влияние на генерального директора ФИО9 и определял его действия по управлению обществом.

Конкурсным управляющим должника также просил привлечь к субсидиарной ответственности должника ФИО15, ссылаясь на то, что последний занимал должность исполнительного директора и после увольнения получил компенсацию в связи с расторжением трудового договора в размере 300 000 руб.

Согласно пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечают по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом либо учредительными документами юридического лица.

Если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Как указано в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (подпункты 1 - 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Судом первой инстанции установлено, что 05.08.2019 ФИО11 была принята на работу в ООО «ГеймДев» на должность руководителя проекта на основании трудового договора № 01/05-2019.

Указанное лицо не отвечает признакам контролирующего должника лица, поскольку при исполнении своих обязанностей в качестве руководителя проекта ФИО11 не могла оказывать определяющего влияния на деятельность ООО «ГеймДев». Правомочиями на совершение сделок от имени должника она не обладала.

Доказательства, подтверждающие право ФИО14 давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий, не представлены в материалы дела.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО9 в период с 19.07.2018 по 02.12.2021 являлся генеральным директором общества, а с 14.02.2019 являлся участником общества; ФИО7 с 10.07.2018, ФИО6 с 14.02.2019, ФИО13 являлись участниками общества.

Таким образом, по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве указанные ответчики являются контролирующими лицами должника.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для привлечения ФИО9, ФИО7, ФИО6, ФИО13 к субсидиарной ответственности за не обращение в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании должника банкротом.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом.

Исходя из абзаца тридцать седьмого статьи 2 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника свидетельствует о недостаточности имущества лица (абзац тридцать шестой статьи 2 Закона о банкротстве).

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Как следует из заявления, конкурсный управляющий ссылается на наличие у должника неисполненных обязательств перед ИП ФИО3, послуживших впоследствии мотивом для возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

Апелляционная коллегия отмечает, что само по себе наличие кредиторской задолженности, не может являться свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц принятие решения по подаче заявления должника о признании его банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает обязанность предусмотренных Законом о банкротстве лиц обратиться (принять такое решение) в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться. Данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

По мнению заявителя, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности в 2019 году, ввиду чего контролирующим должника лицам стало об этом известно после сдачи налоговой отчетности, то есть не позднее 31.03.2020, в связи с чем генеральный директор должен был обратиться в суд не позднее 01.05.2020, а участники общества обязаны были инициировать внеочередное собрание участников общества и обратиться в арбитражный суд с заявлением не позднее 11.05.2020.

Исходя из постановления Конституционного Суда Российской Федерации № 14-П от 18.07.2003, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Задолженность, на которую ссылается конкурсный управляющий, не могла повлечь для общества банкротства, поскольку на балансе должника по состоянию на 30.10.2020 находилось имущество на сумму 11 975 697 руб., что подтверждается заключением специалиста от 30.10.2020 № 1030/3-Э.

Как следует из пояснений ФИО9, им предпринимались попытки в урегулировании вопроса с кредиторами о погашении имеющейся задолженности. Так, при рассмотрении искового заявления АО «Электрофикация» о взыскании задолженности по арендным платежам в рамках договора от 29.05.2019 № 130/2019 общество выражало намерение об урегулировании образовавшегося спора мирным путем, от исполнения обязательства по погашению задолженности не отказывалось.

В рамках настоящего дела стороны изъявляли желание об урегулировании спора мирным путем, что подтверждается определениями Арбитражного суда Московской области от 20.10.2020, от 22.12.2020.

То обстоятельство, что проведенные мероприятия в результате не позволили избежать банкротства должника, не свидетельствует о том, что общество признано банкротом по вине контролирующих лиц, в результате совершения последними противоправных действий.

Для возложения на привлекаемое лицо субсидиарной ответственности по обязательствам общества, признанного несостоятельным (банкротом), необходимы доказательства того, что это лицо давало указания, прямо или косвенно направленные на доведение общества до банкротства, и заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

Надлежащих доказательств того, что ответчики своими действиями (бездействием) довели должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, в материалы дела и апелляционному суду не представлено.

Согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Вопреки доводам апеллянта, при рассмотрении заявления по существу конкурсный управляющий не привел размер обязательств, принятых обществом после возникновения обязанности по инициированию процедуры банкротства (с 01.05.2020) и до возбуждения дела о банкротстве должника (10.09.2020).

Учитывая изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции полагает, что основания для утверждения о наличии недобросовестных действий контролирующих должника лиц - ФИО9, ФИО7, ФИО6, ФИО13 отсутствуют. Материалами спора не подтверждается совершение ответчиками виновных действий, имеющих причинно-следственную связь с наступлением банкротства должника.

Как следует из заявления, основанием для привлечения ФИО9 является также не передача конкурсному управляющему бухгалтерской документации должника. По мнению заявителя, данные действия (бездействия) привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункты 1, 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно пункту 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве руководитель должника обязан не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как следует из материалов спора, определением Арбитражного суда Московской области от 15.04.2022 частично удовлетворено заявление конкурсного управляющего о взыскании с ФИО9 в пользу ООО «Геймдев» судебной неустойки за неисполнение решения Арбитражного суда Московской области от 10.12.2021 по делу № А41-55679/20 в части передачи документов конкурсному управляющему.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 определение суда первой инстанции от 15.04.2020 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.08.2022, постановление суда апелляционной инстанции от 15.06.2022 и определение суда первой инстанции от 15.04.2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Московской области от 18.10.2022 производство по заявлению было прекращено в связи с отказом конкурсного управляющего от заявленных требований.

Учитывая изложенное, апелляционная коллегия не находит оснований для удовлетворения заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционная коллегия отмечает, что требование о взыскании неустойки вытекает из существа обязательства по передаче документов общества, следовательно, заявив отказ от указанных требований, заявитель фактически подтвердил исполнение ФИО9 факт передачи всех имеющихся у него документов, сведений и имущества.

Требования о представлении каких-либо документов после принятия определения Арбитражного суда Московской области от 18.10.2022 в адрес ФИО9 не поступали.

Кроме того, согласно информации, размещенной на сайте ФССП, сведения о возбуждении исполнительного производства на основании исполнительного листа, выданного Арбитражным судом Московской области по делу №А41-55679/2020 о понуждении ФИО9 передать конкурсному управляющему документацию должника, отсутствуют.

В деле отсутствуют доказательства, однозначно свидетельствующие о невозможности сформировать конкурсную массу должника именно по причине непередачи документации ответчиком, учитывая, что арбитражный управляющий не лишен возможности направить соответствующие запросы об имуществе ООО «ГеймДев» в регистрирующие органы и кредитные (банковские) организации.

Довод конкурсного управляющего о том, что судом первой инстанции не учтено, что ФИО9 был привлечен к административной ответственности в рамках дела №А41-11794/22, подлежит отклонению, поскольку не было заявлено в Арбитражном суде Московской области.

Как следует из заявления, конкурсный управляющий просит привлечь ФИО15 к субсидиарной ответственности. Указал на необоснованно завышенную заработную плату ответчику, которая была взыскана на основании решения Зюзинского районного суда от 22.07.2021.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО15 был трудоустроен у должника в должности исполнительного директора на основании трудового договора от 06.05.2019 № 01/03-2019.

Между тем, данные обстоятельства не являются безусловным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности с учетом отсутствия у ответчика признаков контролирующего должника лица.

Ссылка заявителя о том, что бухгалтерская документация могла храниться у исполнительного директора, является необоснованной, учитывая отказ конкурсного управляющего от взыскании неустойки за неисполнение судебного акта по передаче документов.

Судом отмечено, что при не согласии с указанным решением суда общей юрисдикции есть и иные способы защиты нарушенного права помимо апелляционного обжалования, в частности, обращение в суд с заявлением о признании сделки недействительной.

Заявитель также просит привлечь ФИО9 к субсидиарной ответственности за совершение убыточных сделок. Считает, что в результате заключения договоров процентных займов с ИП ФИО3, впоследствии подписания 01.11.2019 соглашения о новации обязательств по договорам займа должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, при этом генеральным директор должника в указанный период безосновательной завысил работникам заработную плату.

Согласно пункту 23 Постановления № 53 установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Исходя из разъяснений абзаца третьего п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Повторно исследовав материалы дела, конкурсным управляющим не представлено доказательств, что действия ФИО9, повлекшие негативные последствия на стороне должника, выходили за пределы обычного делового риска и были направлены на нарушение прав и законных интересов его кредиторов либо направлены на намеренное создание неплатежеспособности должника.

Суду первой инстанции и апелляционной коллегии доказательства наличия иных сделок, позволяющих прийти к выводу о признании их в качестве причин, в результате которых должник был признан несостоятельным (банкротом), не представлено.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по указанному в заявлении основанию.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявители не привели.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителями фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Московской области от 22.02.2023 по делу № А41-55679/20, в связи с чем апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 223, 266 – 268, 271 АПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 22.02.2023 по делу № А41-55679/20 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


Д.С. Семикин


Судьи


М.В. Досова

В.П. Мизяк