Решение от 30 июля 2019 г. по делу № А40-130792/2019

900001667_22948875

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115191, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17

http://www.msk.arbitr.ru
РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации

Дело № А40-130792/19-122-1131
31 июля 2019 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 26 июля 2019 года Полный текст решения изготовлен 31 июля 2019 года

Арбитражный суд в составе: судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 с использованием средств аудиозаписи в ходе судебного заседания.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ГБПОУ КСТ (129337, МОСКВА ГОРОД, ПРОЕЗД ХИБИНСКИЙ, ДОМ 10, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 26.01.2005, ИНН: <***>)

к Московскому УФАС России (107078 МОСКВА ГОРОД ПРОЕЗД МЯСНИЦКИЙ ДОМ 4 СТРОЕНИЕ 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 09.09.2003, ИНН: <***>)

третье лицо: ООО «СВАРБИ»

о признании незаконным решения от 06.05.2019 г. по делу № 077/06/57-957/2019, предписания от 06.05.2019 г. по делу № 077/06/57-957/2019

при участии: от заявителя – ФИО2, дов. от 04.07.2019 г. № 53 от ответчика – ФИО3, удост. № 13539, дов. от 28.05.2019 г. № 03-34 от третьего лица – не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

ГБПОУ КСТ обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к УФАС России по Москве с требованием признать незаконным решение от 06.05.2019 г. по делу № 077/06/57-957/2019, предписание от 06.05.2019 г. по делу № 077/06/57-957/2019.

Заявитель требования поддержал.

Ответчик требования не признал, по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, дело рассмотрено в его отсутствие в соответствии со ст. ст. 123, 156 АПК РФ.

Выслушав представителей заявителя, ответчика, рассмотрев материалы дела, арбитражный суд установил, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что

оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела, в адрес Московского УФАС России 02.04.2019 (вх. № 17700) поступила жалоба ООО «СВАРБИ» (общество «СВАРБИ») на действия ГБПОУ г. Москвы «Колледж современных технологий имени Героя Советского Союза ФИО4» (заявитель, Учреждение) при проведении запроса котировок в электронной форме на право заключения государственного контракта на поставку средств индивидуальной защиты для подготовки и проведения чемпионатов по стандартам WorldSkills Russia по компетенциям «Сварочное дело», «Плотницкое дело» для нужд ГБПОУ «КСТ» в 2019 году (закупка среди субъектов малого и среднего предпринимательства и социально ориентированных некоммерческих организаций) (реестровый номер закупки 0373200157819000004), выразившиеся в необоснованном отказе поданной им заявке в допуске к участию в закупочной процедуре со ссылкой на несоответствие предлагаемого им товара требованиям этой документации по причине производства такого товара в иностранном государстве, в то время как закупочной документацией был установлен запрет на поставку таких товаров.

По результатам рассмотрения поступившей жалобы антимонопольным органом принято решение о признании этой жалобы обоснованной, а в действиях заказчика было выявлено нарушение требований п. 1 ч. 1 ст. 33, ч. 9 ст. 82.3, ч. 4 ст. 82.4 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе в сфере закупок) в связи с утверждением закупочной документации, требованиям которой соответствовал товар только одного производителя, что влекло за собой необоснованное ограничение количества участников закупочной процедуры, а также ввиду отклонения заявки третьего лица, несмотря на предложение им товара, прямо (вместе с товарным знаком) поименованного в закупочной документации как товара, удовлетворяющего потребностям заказчика.

На основании решения антимонопольным органом Учреждению было выдано предписание об устранении выявленных нарушений путем отмены протокола рассмотрения и оценки заявок, приведения закупочной документации в соответствие с требованиями действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок с учетом решения контрольного органа и назначения новой даты окончания срока подачи котировочных заявок.

Не согласившись с выводами и требованиями антимонопольного органа, изложенными в оспариваемых ненормативных правовых актах, полагая действия закупочной комиссии заказчика по отклонению заявки третьего лица правомерными ввиду предложения обществом «СВАРБИ» к поставке товара, происходящего из иностранного государства, что было недопустимо в соответствии с условиями упомянутой документации, предъявленные заказчиком требования к техническим и функциональным характеристикам требуемого к поставке товара — не противоречащими положениям действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок, а выводы антимонопольного органа об обратном — ошибочными и основанными на неправильном толковании норм материального права, заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании оспариваемых ненормативных правовых актов незаконными.

Судом проверено и установлено соблюдение заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемые ненормативные правовые акты, определены п.п. 1, 5.3.1.12 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства

Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, п. 5.6 приказа Федеральной антимонопольной службы от 26.01.2011 № 30 «Об утверждении Положения о территориальном органе Федеральной антимонопольной службы». Таким образом, оспариваемые ненормативные правовые акты вынесены антимонопольным органом в настоящем случае в рамках предоставленных ему полномочий.

Отказывая в удовлетворении требований, суд соглашается с доводами ответчика, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено административным органом, Учреждением проведен запрос котировок в электронной форме на право заключения государственного контракта на поставку средств индивидуальной защиты для подготовки и проведения чемпионатов по стандартам WorldSkills Russia по компетенциям «Сварочное дело», «Плотницкое дело» для нужд ГБПОУ «КСТ» в 2019 году (закупка среди субъектов малого и среднего предпринимательства и социально ориентированных некоммерческих организаций) (реестровый номер закупки 0373200157819000004).

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 82.2 Закона о контрактной системе в сфере закупок в извещении о проведении запроса котировок в электронной форме должно быть указано краткое изложение условий контракта, содержащее наименование и описание объекта закупки с учетом требований, предусмотренных ст. 33 упомянутого закона.

Во исполнение требований приведенной нормы права заказчиком разработано и утверждено Техническое задание к извещению о проведении закупочной процедуры, приложением № 2 к которому утверждены технические и функциональные характеристики требуемого к поставке товара.

При этом согласно условиям извещения о проведении закупки, заказчиком на основании п. 10 ст. 42 Закона о контрактной системе в сфере закупок также установлен запрет ограничения допуска к участию в закупке товаров, происходящих из иностранных государств, со ссылкой на постановление Правительства Российской Федерации от 11.08.2014 № 791 «Об установлении запрета на допуск товаров легкой промышленности, происходящих из иностранных государств, и (или) услуг по прокату таких товаров в целях осуществления закупок для обеспечения федеральных нужд, нужд субъектов Российской Федерации и муниципальных нужд» (далее – постановление Правительства РФ № 791). В свою очередь, согласно п. 1 названного постановления Правительства РФ осуществление заказчиками закупки товаров легкой промышленности, происходящих из иностранных государств (за исключением государств — членов Евразийского экономического союза), и (или) услуг по прокату таких товаров для обеспечения федеральных нужд, не относящихся к государственному оборонному заказу, а также товаров и (или) услуг для обеспечения нужд субъектов Российской Федерации и муниципальных нужд по установленным приведенным постановлением перечням продукции (в том числе спецодежды) не допускается, за исключением случаев, если производство товаров на территориях государств — членов Евразийского экономического союза отсутствует.

Кроме того, в силу п. 2 ч. 2 ст. 82.2 Закона о контрактной системе в сфере закупок в извещении о проведении запроса котировок в электронной форме должно быть также указано обоснование начальной (максимальной) цены контракта, начальных цен единиц товара, работы, услуги).

Во исполнение требований приведенной нормы права заявителем в составе своей закупочной документации размещено определение начальной (максимальной) цены контракта (цены лота), согласно которому по п.п. «Комбинированные краги», «Спилковые краги с подкладкой» указанная цена рассчитана исходя из предложения шведского производителя таких товаров марки ESAB.

Как подтверждается в настоящем случае материалами дела, обществом «СВАРБИ» предложен к поставке товар с товарным знаком ESAB производства Швеция.

В то же время, согласно протоколу рассмотрения заявок от 28.03.2019 заявка упомянутого общества отклонена от участия в закупочной процедуре со ссылкой на ее несоответствие условиям закупочной документации по причине предложения товара

иностранного производителя, на что установлен прямой запрет в закупочной документации заказчика.

Учитывая то обстоятельство, что по результатам рассмотрения поданных заявок на основании упомянутого протокола были отклонены заявки 4 (четверых) участников из 5 (пяти), заказчиком в соответствии с ч. 2 ст. 79 Закона о контрактной системе в сфере закупок продлен срок приема заявок, по окончании которого третьим лицом вновь подана заявка на участие в закупке с предложением товара ESAB производства Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии. Вместе с тем в соответствии с протоколом рассмотрения заявок от 04.04.2019 заявка названного участника повторно отклонена закупочной комиссией заказчика со ссылкой на несоответствие предложенного товара условиям закупочной документации по причине того, что предлагаемый к поставке товар также произведен в иностранном государстве.

Не согласившись с действиями Учреждения, общество «СВАРБИ» обратилось в антимонопольный орган с жалобой, в которой указывало на введение его заказчиком в заблуждение относительно возможности поставки товара иностранного производителя, а также на отсутствие на российском рынке аналогов такого товара, допустимых к поставке заказчику. Впоследствии контрольный орган с приведенными в жалобе доводами согласился.

Ссылаясь на незаконность оспариваемых ненормативных правовых актов, Учреждение настаивает на правомерности собственных действий по отклонению заявки третьего лица, поскольку последняя не соответствовала требованиям закупочной документации в части запрета на поставку товара иностранного производства.

В то же время, предложение обществом «СВАРБИ» к поставке товара иностранного производителя было обусловлено наличием соответствующего указания в закупочной документации, которая является, по своей сути, офертой, в соответствии с положениями которой впоследствии заключается договор, ввиду чего названная документация не должна содержать возможности ее множественного толкования.

Указанная документация должна содержать в себе четкие, исчерпывающие требования к претендентам, подающим заявки на право участия в торгах, что исключает возможность субъективного толкования указанных в заявках предложений заказчиком.

В этой связи, в целях исключения какого-либо субъективного правоусмотрения при разрешении вопроса о допуске той или иной заявки к участию в закупке, а также недопустимости злоупотребления правом заказчику надлежит максимально четко и конкретно сформулировать свои требования относительно требуемых к поставке товаров, выполнению работ или услуг. Наличие же в таких требованиях каких-либо разночтений, либо отсутствие в закупочной документации какого-либо требования исключает последующую возможность отклонения заявок со ссылкой на их несоответствие таким требованиям документации.

Обратное же будет противоречить не только требованиям Закона о контрактной системе в сфере закупок и не соответствовать балансу частных и публичных интересов (на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П) и стабильности публичных правоотношений, но и законодательно закрепленному принципу равенства участников гражданских правоотношений (ч. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), презумпции добросовестности участников таких правоотношений (ч. 5 ст. 10 ГК РФ), а также законодательно установленному запрету на злоупотребление правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ), поскольку оставит разрешение вопроса о допуске той или иной заявки к участию в закупке на исключительное субъективное усмотрение заказчика (который единолично разрешает вопрос достаточности указанных в составе заявки сведений либо соответствия такой заявки требованиям, двояко описанным в закупочной документации).

В этой связи, при наличии в одной части закупочной документации указания на возможность поставки (использования) того или иного товара отклонять заявку по причине наличия соответствующего запрета в другой ее части недопустимо.

В настоящем случае, как усматривается из материалов дела, в составе закупочной

документации заказчиком при расчете НМЦК прямо был указан товарный знак товара, по которому такая цена и рассчитывалась. Указанное обстоятельство предоставило участникам закупки законные и обоснованные основания полагать, что данный товар (ESAB) допустим к поставке в рамках настоящей закупки, поскольку, рассчитывая НМЦК из рыночной стоимости этого товара, заявитель конклюдентно согласился с тем, что такой товар удовлетворяет его потребностям и может быть ему поставлен участниками закупки (ч. 1 ст. 8

ГК РФ).

При этом исчерпывающий перечень оснований для отклонения заявки на участие в запросе котировок приведен в ч. 3 ст. 82.4 Закона о контрактной системе в сфере закупок, к числу которых отнесены непредставление определенных законом документов и (или) информации, предоставление недостоверной информации (за исключение случаев предоставления нормативных правовых актов при применении национального режима при осуществлении закупок), а также в случае несоответствия информации, предусмотренной ч. 9 ст. 82.4 упомянутого закона (состав заявки) требованиям извещения о проведении запроса котировок.

В то же время, учитывая то обстоятельство, что закупочная документация в настоящем случае допускала ее двоякое толкование в части страны происхождения товара, а все иные документы и сведения, поименованные в ч. 9 ст. 82.4 Закона о контрактной системе в сфере закупок, были представлены третьим лицом в составе своей заявки, антимонопольный орган пришел к обоснованному выводу о нарушении заявителем требований ч. 9 ст. 82.3, ч. 4 ст. 82.4 упомянутого закона.

В этой связи суд признает выводы контрольного органа в указанной части правильными и соответствующими представленным в дело доказательствам.

Формулируя итоговый вывод о проведении заказчиком закупочной процедуры с нарушением требований законодательства о контрактной системе в сфере закупок, административный орган на основании проведенной в соответствии с ч. 15 ст. 99 Закона о контрактной системе в сфере закупок внеплановой проверки также обоснованно обратил внимание и на само по себе формирование заявителем закупочной документации таким образом, что предъявленным им в составе Технического задания требованиям соответствовала продукция только одного производителя.

Так, согласно представленным в материалы дела документам и сведениям, что не оспаривается заявителем (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ), условиям его Технического задания соответствовала продукция ESAB шведского производства. Вместе с тем, учитывая наличие в извещении о проведении закупки оговорки о недопустимости поставки товара иностранного производства (постановление Правительства РФ № 791), названный производитель не может рассматриваться в числе тех, чья продукция могла в настоящем случае удовлетворить потребностям заказчика.

В доказательство наличия на российском рынке производителей аналогичного товара (то есть в обоснование вывода об отсутствии ограничения конкуренции в ходе проведения закупочной процедуры) заявителем в антимонопольный орган представлены сертификат соответствия № ЕАЭС RU C-RU.АЯ58.В.00089/19 в отношении продукции ООО «Рабочий стандарт» с приложениями к нему, а также сертификат соответствия № TC RU C- RU.АВ15.В.00732 в отношении продукции ООО «МЕРИОН-Спецодежда».

В то же время, оценивая названные доказательства, следует согласиться с выводом антимонопольного органа о том, что ими не подтверждается соответствие продукции ООО «МЕРИОН-Спецодежда» требованиям Технического задания. Более того, как следует из расшифровки аудиозаписи комиссии антимонопольного органа, заявитель не оспаривал того обстоятельства, что предъявленным им требованиям соответствовал товар только ООО «Рабочий стандарт», а в отношении продукции ООО «МЕРИОН-Спецодежда» соответствующих доказательств представлено не было. В этой связи приведенные Учреждением доводы о наличии как минимум двух производителей необходимого ему товара подлежат отклонению как не нашедшие своего документального подтверждения.

В то же время, суд отмечает, что бремя доказывания отсутствия необоснованного

ограничения количества участников закупочной процедуры и наличия на товарном рынке нескольких производителей закупаемого товара относится на заказчика как лицо, в исключительной компетенции которого находится вопрос формирования своей закупочной документации, ввиду чего при ее утверждении заказчику надлежит располагать документами, подтверждающими указанные обстоятельства, а не изыскивать таковые при поступлении в антимонопольный орган жалобы от участника закупочной процедуры и тем более к судебному разбирательству об оспаривании решения контрольного органа в указанной части.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 33 Закона о контрактной системе в сфере закупок в описании объекта закупки указываются функциональные, технические и качественные характеристики, эксплуатационные характеристики объекта закупки (при необходимости). В описание объекта закупки не должны включаться требования или указания в отношении товарных знаков, знаков обслуживания, фирменных наименований, патентов, полезных моделей, промышленных образцов, наименование страны происхождения товара, требования к товарам, информации, работам, услугам при условии, что такие требования или указания влекут за собой ограничение количества участников закупки. Допускается использование в описании объекта закупки указания на товарный знак при условии сопровождения такого указания словами «или эквивалент» либо при условии несовместимости товаров, на которых размещаются другие товарные знаки, и необходимости обеспечения взаимодействия таких товаров с товарами, используемыми заказчиком, либо при условии закупок запасных частей и расходных материалов к машинам и оборудованию, используемым заказчиком, в соответствии с технической документацией на указанные машины и оборудование.

Из буквального толкования положений приведенной нормы права следует, что заказчики, осуществляющие закупку по правилам данного закона, при описании объекта закупки должны таким образом определить требования к закупаемым товарам, работам, услугам, чтобы, с одной стороны, повысить шансы на приобретение товара именно с теми характеристиками, которые им необходимы, соответствуют их потребностям, а с другой стороны, необоснованно не ограничить количество участников закупки.

В этой связи включение заказчиком в аукционную документацию требований к закупаемому товару, которые свидетельствуют о его конкретном производителе, в отсутствие специфики использования такого товара является нарушением положений ст. 33 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

Аналогичная правовая позиция отражена и в п. 2 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017, согласно которому подобные действия заказчиков свидетельствуют о злоупотреблении ими правил размещения заказа, которое привело к созданию необоснованных препятствий для участников спорной закупки, повлекших сокращение их количества, что является признаком ограничения конкуренции.

Кроме того, суд также соглашается с доводами Ответчика о том, что для квалификации действий заказчика как нарушающих основополагающие принципы закупочной деятельности, в том числе и обеспечения конкуренции, необязательно непосредственное наступление негативных правовых последствий в виде ограничения количества участников либо ущемления прав кого-либо из этих участников, достаточно возникновения угрозы наступления таких последствий. В свою очередь, антимонопольный орган, будучи контрольным органом в сфере закупочных процедур, обязан реагировать в том числе и на гипотетическую вероятность наступления таких негативных последствий с целью пресечения нарушения прав и законных интересов участников закупочной процедуры.

Суд также отмечает, что рассматриваемые требование изначально влекут за собой вероятность ограничения количества участников закупки, поскольку ставят их в заведомо невыгодное положение, делая возможность их участия в закупочной процедуре зависящей от усмотрения и волеизъявления третьего лица — производителя средств индивидуальной защиты.

Кроме того, подобное изложение требований к товару влечет ограничение конкуренции не только среди участников такой процедуры, но и среди производителей аналогичного товара, по своим техническим и функциональным свойствам не уступающего описанному заказчиком.

При рассматриваемом поведении заявителя иной производитель лишается права предложить свой аналогичный товар исключительно по причине установления рассматриваемых требований, а не в силу каких-либо показателей качества и надежности товара, которые и должны при нормальном состоянии конкуренции влиять на выбор того или иного производителя.

Суд также обращает внимание на отсутствие у требуемого заказчиком товара какой- либо специфики, допускающей его описание использованным заказчиком способом, что также свидетельствует в пользу вывода административного органа о необоснованном ограничении конкуренции при проведении Учреждением спорной закупочной процедуры.

Учитывая возможность в настоящем случае поставки заказчику продукции только одного производителя в отсутствие объективного обоснования такой потребности следует согласиться с выводом административного органа о нарушении заявителем положений ст. 33 Закона о контрактной системе в сфере закупок ввиду необоснованного ограничения конкуренции в рамках рассматриваемой закупки и сокращения количества ее потенциальных участников.

Выводы административного органа, изложенные в оспариваемом решении в указанной части, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

Приведенные заявителем доводы об обратном представляют собой исключительно констатацию факта его несогласия с выводами контрольного органа, что в отсутствие доказательств ошибочности таких выводов основанием к удовлетворению заявленного требования являться не может.

Выданное на основании упомянутого решения предписание направлено не только на скорейшее восстановление нарушенных прав и законных интересов общества «СВАРБИ» (ст.ст. 11, 12 ГК РФ), но также и на недопущение проведения закупочной процедуры с нарушением требований действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок, а потому не подлежит признанию незаконным в судебном порядке.

Доводы заявителя об отсутствии оценки всех перечисленных обстоятельств в оспариваемом решении контрольного органа опровергаются содержанием такого решения, в котором подробно описаны выводы административного органа и причины, по которым он пришел к таким выводам.

Несогласие заявителя с оценкой, данной контрольным органом представленным сторонами по делу доказательствам, не свидетельствует об их игнорировании административным органом и тем более не свидетельствует о принятии им неправильного по существу решения, равно как и не свидетельствуют об этом трудности заявителя с восприятием данного решения и уяснением из его содержания, в какой именно части и в связи с чем Учреждение было признано нарушившим требования действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок.

Приведенные представителем Заявителя в судебном заседании доводы о неисполнимости выданного Учреждению предписания отклоняются судом как не основанные на нормах права и не имеющие документального подтверждения. Так, в ходе судебного заседания представитель Заявителя пояснил, что у Учреждения могут возникнуть трудности с внесением изменений в закупочную документацию в части обоснования НМЦК, поскольку указанный документ такому изменению не подлежит в принципе.

В то же время, как пояснил в судебном заседании представитель Ответчика, предписание антимонопольного органа не предполагает изменение непосредственно расчета этой цены, из закупочной документации подлежат исключению сведения, вводящие участников закупки в заблуждение относительно возможности поставки товара иностранного производства. Кроме того, требования Технического задания подлежат изменению таким

образом, чтобы их совокупности соответствовала продукция не только одного производителя. В этой связи, суд соглашается с приведенными представителем Ответчика доводами и отмечает, что Заявителем не представлено документального подтверждения заведомой и объективной неисполнимости оспариваемого предписания, а кроме того, Заявитель не лишен права при необходимости обратиться в антимонопольный орган за получением разъяснения порядка его исполнения.

При таких данных суд приходит к выводу о том, что совокупность условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконными оспариваемых ненормативных правовых актов, отсутствует, оспариваемые акты являются законными, обоснованными, приняты в полном соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок и не нарушают прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы Заявителя, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на Заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований Государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения города Москвы «Колледж современных технологий имени Героя Советского Союза ФИО4» отказать полностью.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Н.Е. Девицкая

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 04.04.2019 15:19:16

Кому выдана Девицкая Наталья Евгеньевна