Решение от 20 апреля 2023 г. по делу № А32-29347/2017

Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32, тел.: (861) 293-81-03,

сайт: http://www.krasnodar.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Краснодар Дело № А32-29347/2017резолютивная часть объявлена 17 апреля 2023 г. полный текст изготовлен 20 апреля 2023 г.


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Гордюка А.В., при ведении протокола помощником судьи Дуплякиной О.К., при участии от ФИО1 – ФИО2 (доверенность), от ИП ФИО5 – ФИО3 (доверенность), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещённых о времени и месте судебного разбирательства, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела:

- по иску ИП ФИО5 к ФИО1, индивидуальному предпринимателю ФИО6 и ФИО4 о признании ничтожным договора уступки прав требований от 23.11.2018;

- по требованиям третьего лица ИП ФИО1 о расторжении договора аренды от 01.06.2012 № 1/2012-ГР с 01.05.2017 и взыскании с ИП ФИО5 неосновательного обогащения, стоимости неотделимых улучшений и процентов за пользование чужими денежными средствами;

установил следующее.

ИП ФИО6 в лице представителя ФИО4 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ИП ФИО5 (ИНН: <***>) о расторжении договора аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ с 06.04.2017; взыскании неосновательного обогащения в размере 941 667 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 113 722 рублей 42 копеек за период с 06.04.2017 по 01.10.2018 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения; взыскании с ИП ФИО5 неосновательного обогащения в размере 131 500 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 43 450 рублей 78 копеек за период с 11.12.2014 по 01.10.2018 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения; взыскании с ИП ФИО5 298 504 рублей 50 копеек в возмещение стоимости неотделимых улучшений арендованного имущества, установил следующее.

Индивидуальный предприниматель ФИО5 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с встречным иском к индивидуальному предпринимателю ФИО6 о досрочном расторжении договора аренды от 01.06.2012 N 1/2012-РГ с 01.11.2017; об обязании освободить и передать арендуемое имущество в пятидневный срок после вступления решения суда в законную силу; о взыскании 553 178 руб. 32 коп. задолженности по договору аренды.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.01.2018 договор аренды от 01.06.2012 N 1/2012-РГ (с учетом исправительного определения от 19.01.2018) расторгнут с 01.11.2017; суд обязал ИП ФИО6 освободить и передать арендованное имущество в пятидневный срок с момента вступления решения суда в законную силу, а также произвел зачет встречных денежных требований ИП ФИО6 и ИП ФИО5

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2018 решение от 11.01.2018 оставлено в силе.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.08.2018 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.01.2018 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2018 отменены с направлением дела на новое рассмотрение.

В ходе нового рассмотрения спора представитель ИП Орёл М.М. ходатайствовал о процессуальном правопреемстве и замене истца по первоначальному иску на ФИО1, поскольку 27.03.2018 ИП ФИО6 (цедент) и ФИО1 (цессионарий) подписали договор уступки права требования, в соответствии с условиями которого цедент передает, а цессионарий принимает права требования к ИП ФИО5 по решению Арбитражного суда Краснодарского края от 11.01.2018 и определению от 19.01.2018 по тому же делу.

Определением от 01.10.2018 Арбитражный суд Краснодарского края принял уточнение требований ИП ФИО6, заменил истца по первоначальному иску – ИП ФИО6 – на ФИО1 (<...>), удовлетворил ходатайство об уточнении требований и привлёк ФИО7 (г. Новороссийск, ст. Раевская, ул. Южная, дом 4А) и ИП ФИО6 к участию в деле в качестве третьих лиц.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2019 определение о процессуальном правопреемстве отменено. Апелляционная инстанция указала, что поскольку требования ИП ФИО6 к ФИО5 возникли из договора аренды от 01.06.2012 N 1/2012-РГ, который зарегистрирован в ЕГРН в установленном порядке. Следовательно, соглашение об уступке права требования по этому договору также подлежало регистрации в порядке, установленном для регистрации договора аренды. Так как соглашение об уступке права требования не зарегистрировано, оно в силу пункта 3 статьи 433 ГК РФ считается незаключенным.

ФИО1 повторно ходатайствовал о проведении процессуального правопреемства в отношении истца по первоначальному иску: замене первоначального истца ИП ФИО6 на ФИО1, при этом, ответчиком по встречному иску ИП ФИО5 остается ИП ФИО6, поскольку между сторонами подписан новый договор цессии от 23.11.2018, который в установленном порядке зарегистрирован в ЕГРН.

При новом рассмотрении определением от 03.06.2019 Арбитражный суд Краснодарского края удовлетворил ходатайство о процессуальном правопреемстве, определил считать по первоначальному иску истцом ФИО1, ответчиком ИП ФИО5, по встречному иску истцом ИП ФИО5, ответчиком ИП ФИО6

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2019 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.06.2019 по делу№ А32-29347/2017 изменено, апелляционная инстанция постановила произвести процессуальную замену истца по делу N А32-29347/2017 с индивидуального предпринимателя ФИО6 на ФИО1 на основании договора уступки прав требований от 23 ноября 2018 года, заключенного между ФИО6 и ФИО1, в соответствии с которым ФИО1 от ФИО6 передано в полном объеме право требования, изложенное в пункте 2.3.1 и 2.3.4 договора аренды N 1/2012-РГ недвижимого имущества от 01 июня 2012 года, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО6 и индивидуальным предпринимателем ФИО8 по договору аренды N 1/2012-РГ недвижимого имущества от 01.06.2012, а также по пункту 2.3.4 договора аренды N 1/2012-РГ недвижимого имущества от 01 июня 2012 года дополнительно - право требования неиспользованного аванса по арендной плате.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.01.2020 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.06.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2019 по делу№ А32-29347/2017 в части замены истца по первоначальному иску отменены, дело в указанной части направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Кассационная инстанция указала, в том числе, на необходимость учета доводов ИП ФИО5 о недобросовестности представителя ФИО4 и отсутствии воли ИП ФИО6 на заключение цессии.

В судебном заседании 25.02.2020 в качестве свидетеля допрошен ФИО9. На вопросы суда и сторон ФИО9 пояснил, что находится в приятельских отношениях с ФИО5, работал в Водоканале рядом с базой, принадлежавшей ФИО10 и по его просьбе в период с 2014 по 2017 годы снимал показания расхода электроэнергии и фотографировал помещения 08.12.2017. Со слов ФИО10 арендатор базы Орел уехал, поэтому надо провести фотографирование. Фотоаппарат представил ФИО10 или Голубенко, точно свидетель не вспомнил. Двор в момент фотографирования был пустой, битая машина газель стояла зимой 2017 года, когда точно свидетель не вспомнил. На охране базы стояли узбек и женщина, со слов охранника он был сотрудником Орла, имя не спрашивал, по комплекции был невысокий и худой. В декабре 2017 года на охране была женщина, грузного охранника не видел. Состояние забора между базой ФИО10 и ФИО7 свидетель не вспомнил.

В суде в качестве свидетеля допрошен ФИО7. На вопросы суда и сторон ФИО7 пояснил, что является директором Виола спектр, занимается строительными работами и арендой строительной техники, имеет в собственности территорию базы по соседству с базой ФИО10, с ФИО6 отношений не было, у ФИО10 он купил базу в 2017 году: в апреле подписал договор с рассрочкой, ждали, пока съедет арендатор, в декабре рассчитался за базу полностью по безналу. Сумму, уплаченную за базу свидетель не вспомнил, но пояснил, что зачеты не проводились, квартирами не рассчитывался. Покупалась база для расширения бизнеса. Сейчас база просто стоит, в 2018 году что-то было сдано в аренду, кто арендатор свидетель не вспомнил. С территории базы было вывезено около 200 кубометров хлама. С представителем ФИО6 ФИО4 свидетель беседовал, когда именно, не вспомнил. На базе с лета 2017 года стояла охрана ФИО11 – узбек толстый, но официально он не был оформлен. Помещения и территория с лета 2017 года стояли пустые. Находилась там фура, которую летом забрали. Между базами был забор, из которого потом вытащили плиту, когда конкретно, свидетель не вспомнил. На вопрос ФИО4 о причинах предоставления в дело различных письменных показаний, подписанных у нотариуса, свидетель пояснил, что первые показания сделаны по просьбе и на основании текста, полученного от ФИО4, повторные показания сделаны позже.

Арбитражный суд Краснодарского края установил, что в рамках делаА32-50983/2019 Арбитражный суд Краснодарского края рассматривает дело по иску ИП ФИО5 к ФИО1 и ФИО4 о признании ничтожным договора уступки прав требований от 23.11.2018.

На основании правил части 2.1 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Краснодарского края с учетом разъяснений суда кассационной инстанции определением от 24.03.2020 объединил дела А32-29347/2017 и А32-50983/2019 в одно производство.

Определением от 15.05.2020 Арбитражный суд Краснодарского края передал дело № А32-29347/207 в Краснодарский краевой суд для передачи его в суд общей юрисдикции, к подсудности которого оно отнесено законом.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2020 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.05.2020 отменено, дело направлено в Арбитражный суд Краснодарского края для рассмотрения по существу.

Определением от 14.09.2020 по иску ИП ФИО5 о признании ничтожным договора уступки прав требований от 23.11.2018 в качестве ответчика привлечен ИП ФИО6

ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями, в котором просил (с учетом уточнения):

- расторгнуть договор аренды от 01.06.2012 № 1/2012-ГР с 01.05.2017;

- взыскать с ИП ФИО5 850 000 рублей неосновательного обогащения, 189 893,54 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.05.2017 по 14.04.2020 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения;

- взыскать с ИП ФИО5 неосновательное обогащение в размере 131 500 рублей, 54 324 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.04.2015 по 14.04.2020 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения;

- взыскать с ИП ФИО5 возмещение стоимости неотделимых улучшений в размере 396 806,50 рублей, 88 648,21 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.05.2017 по 14.04.2020 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения.

Определением от 01.12.2020 заявление ФИО1 о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями удовлетворено.

Также ИП ФИО5 и ИП ФИО6 представили в суд подписанное мировое соглашение по первоначальному и встречному исковым требованиям.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.01.2021 ходатайство о процессуальном правопреемстве заявителя по первоначальному иску с ФИО6 на ИП ФИО1 отклонено. Между ФИО6, ИП ФИО5 и ФИО7 утверждено мировое соглашение на условиях, приведенных в его тексте.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.01.2021 договор уступки прав требований от 23.11.2018 между ИП ФИО6 и ФИО1 признан недействительной сделкой. В порядке применения последствий недействительности сделки признано, что права, предусмотренные пунктами 2.3.1 и 2.3.4 договора аренды от 01.06.2012 N 1/2012-РГ, а также право требования неиспользованного аванса по арендной плате, принадлежат ФИО6. С ИП ФИО1 в пользу ИП ФИО5 взыскано 3000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. С ФИО6 в пользу ИП ФИО5 взыскано 3000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении самостоятельных требований ИП ФИО1 к ИП ФИО5 отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2021 решение от 14.01.2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.09.2021 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.01.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2021 по делу № А32-29347/2017 отменены с направлением дела на новое рассмотрение.

Кассационная инстанция указала следующее.

Выводы о том, что договор цессии от 23.11.2018 заключен ФИО4 исключительно в целях причинения вреда Орлу М.М. и воспрепятствования ему в заключении мирового соглашения, что условия договора цессии от 23.11.2018 не выгодны для Орла М.М., за которым сохранились только обязанности по договору аренды, что ФИО4 как представитель Орла М.М. при заключении договора цессии от 23.11.2018 действовал недобросовестно, что ФИО1 не оплатил осуществленную в его пользу цессию, что у цедента отсутствовала воля на цессию, сделаны без оценки имеющегося в материалах дела соглашения от 23.11.2018 к договору цессии от 23.11.2018, которым плата за уступленные требования определена с учетом денежных обязательств Орла М.М. перед ФИО1 Суть этих обязательств и их размер не нашли отражения в обжалуемых судебных актах.

Вывод о доказанности порока воли Орла М.М. на заключение договора цессии от 23.11.2018 сделан без исследования и оценки обстоятельств, предшествовавших заключению оспариваемой сделки. Совершение цессии в условиях фактического прекращения между Орлом М.М. и ФИО5 арендных отношений ввиду отчуждения объекта аренды ФИО7 само по себе о таком пороке не свидетельствует, как и осведомленность ФИО4 и ФИО1 о данных обстоятельствах. Доводы последних о совершении договора цессии от 23.11.2018 во исполнение указаний Орла М.М. и с его ведома не проверены, надлежащая оценка им не дана. Также достоверно не установлен момент уведомления ФИО4 об отмене Орлом М.М. доверенности от 30.10.2015 и, в этой связи, об отсутствии у него полномочий на представление цедента при осуществлении государственной регистрации договора цессии от 23.11.2018. ФИО6 не оспорил данную сделку по основанию причинения ему его представителем вреда.

Решением Ленинского суда города Новороссийска от 18.12.2020 по делу № 2-808/2020 не опровергнуты доводы ФИО4 о заключении им договора цессии от 23.11.2018 во исполнение трудовых обязанностей с Орлом М.М., не установлено существование между ними трудовых отношений только до августа 2018 года. Суд общей юрисдикции указал на отсутствие доказательств прекращения трудовых отношений ФИО4 с Орлом ФИО6 М.М. имеет перед ФИО4 задолженность по заработной плате. Записям в трудовой книжке ФИО4, копия которой имеется в материалах дела, а также его доводам о том, что, подписывая договор цессии от 23.11.2018 он не мог реализовать свои права, злоупотребляя ими, надлежащая оценка не дана.

Принимая обжалуемые судебные акты, суды не учли, что вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г. Новороссийска от 27.09.2018 по делу № 2-1015/2018 с ФИО5 в пользу ФИО1 взыскана задолженность, основанная на собственноручно подписанной Орлом М.М. цессии от 27.03.2018, фактически продублированной ФИО4 23.11.2018. Действиям ФИО5 по оспариванию договора цессии от 23.11.2018 следовало дать оценку на предмет наличия в них признаков недобросовестного поведения и их направленности на уклонение от исполнения обязанностей, связанных с прекращением отношений по договору аренды.

Определением от 02.03.2023 и от 20.03.2023 суд предложил ФИО6, ИП ФИО1, ФИО7: представить пояснения со ссылками на листы и тома настоящего дела и на дополнительные доказательства (при их наличии) относительно существования объективных препятствий ИП ФИО6 в пользовании арендованным имуществом до 01.11.2017, пояснить, имел ли ФИО6 намерение и реальную возможность использовать арендованное имущество после февраля 2017 года.

Сторонам также предложено представить пояснения и судебную практику по следующим вопросам:

- возможно ли на основании договора цессии отчуждение права требовать расторжения договора аренды (постановления ФАС Московского округа от 12.11.2003 № КА-А40/8394-03, Арбитражного суда Уральского округа от 03.11.2020 № А07-33310/2019);

- сохраняются ли у ИП ФИО5 возражения против требований нового кредитора ИП ФИО1, которые имелись у ИП ФИО5 на момент заключения договора цессии.

ИП ФИО5 представить позицию по обоснованности имущественных требований ИП ФИО1 по существу с учетом имеющихся возражений.

ИП ФИО1 представить уточненный расчет процентов.

В заседании ФИО1 на требованиях настаивал и просил учесть, что пользование спорной базой стало невозможно в связи с тем, что покупатель спорной базы Чесноков установил охрану и препятствовал допуску арендатора в арендуемые помещения.

Предстаитель ФИО5 просил учесть, что требования в размере 131 500 рублей вытекают из предварительного договора купли-продажи и не могли быть переданы ФИО1 по договору цессии. Требования о возмещении стоимости неотделимых улучшений в размере 98 302 рублей и 218 00 рублей также связаны с предварительным договором купли-продажи и не могут быть возмещены. ФИО5 представил расчет встречных требований к ФИО1

В заседании объявлен перерыв до 17-00 в пределах рабочего дня. После перерыва заседание продолжено в отсутствие участвующих в деле лиц.

Исследовав материалы дела и выслушав участвующих в заседании лиц, Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что требования ФИО1 являются необоснованными, в иске ИП ФИО5 надлежит отказать.

Как следует из материалов дела, 11.11.2011 ИП ФИО8 (правопредшественник ИП ФИО5) и ООО «АСМ фрут» в лице генерального директора ФИО6 заключили предварительный договор № 1/2011, в котором обязались в будущем заключить основной договор аренды производственной базы в составе административного здания литер Б общей площадью 37,5 м2 , гаража литер Д общей площадью 1 166,6 м2, мастерской литер Ж общей площадью 641,8 м2, иных производственных сооружений (далее – производственная база), а также прилегающий земельный участок с кадастровым номером 23:47:0103002:5.

Пунктом 3.4 предварительного договора от 01.11.2011 стороны установили, что ежемесячная арендная плата составляет 100 000 рублей, из которых 50 000 рублей ежемесячно перечисляется на счет арендодателя, 50 000 рублей идет в зачет авансового платежа.

Пунктом 3.1 договора стороны установили авансовый платеж арендатора в размере 3 200 000 рублей и признали, что авансовый платеж соответствует стоимости строительных работ, которые необходимо провести для того, чтобы имущество могло быть использовано арендатором.

Дополнительным соглашением от 02.01.2012 стороны установили обеспечение исполнения обязательств ООО «АСМ фрут» в виде авансового платежа в размере 3 800 000 рублей.

Авансовый платеж перечислен в размере 3 800 000 рублей, что не оспаривается сторонами.

Впоследствии ИП ФИО8 и ООО «АСМ фрут» подписали соглашение от 31.05.2012 о передаче ИП ФИО6 прав и обязанностей ООО «АСМ фрут» по предварительному договору от 11.11.2011.

На следующий день ИП ФИО8 (арендодатель) и ИП ФИО6 (арендатор) заключили договор аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ, в соответствии с которым арендодатель принял на себя обязательство предоставить арендатору в аренду на срок до 01.11.2018 производственную базу с прилегающим земельным участком. В свою очередь, арендатор обязался своевременно вносить арендные и коммунальные платежи, предусмотренные договором. Указанный договор зарегистрирован в ЕГРП (запись № 23-23-21/177/2012-045/4).

Производственная база передана арендатору по акту приема-передачи от 01.06.2012 без замечаний в следующем составе: административное здание литер Б общей площадью 37,5 м2, мастерская литер Ж общей площадью 641,8 м2, прилегающий земельный участок площадью 8 820 м2, кадастровый номер 23:47:0103002:5.

Размер арендной платы составляет 100 000 рублей в месяц. При этом в соответствии с пунктами 8.3. и пунктами 8.9. договора аренды арендатор обязан вносить арендную плату в размере 50 000 рублей ежемесячно до 25 числа текущего месяца, оставшаяся часть арендной платы поступает арендодателю за счёт авансового платежа, предусмотренного пунктом 3.1 предварительного договора от 11.11.2011 в редакции дополнительного соглашения от 02.01.2012.

Пунктом 1.2 договора определены цели использования имущества: для использования в целях размещения производственной базы, управления и других служб организации-арендатора, для использования в целях решения других хозяйственных задач.

Срок договора аренды установлен на 76 месяцев с 01.06.2012 по 01.11.2018.

В п. 2.9.4 стороны договора аренды недвижимого имущества согласовали, что арендатор обязан не заключать договоры и не вступать в сделки, следствием которых является или может являться какое-либо обременение предоставленных арендатору по договору имущественных прав, в частности переход к иному лицу (договоры залога, субаренды, влияния права на аренду Объекта или его части, в уставный капитал предприятия и др.) без письменного разрешения арендодателя.

Пунктом 6.4 договора аренды предусмотрено, что изменение условий договора, его расторжение и прекращение действия допускается по соглашению сторон, если иное не предусмотрено законом и (или) настоящим договором.

Вносимые дополнения и изменения рассматриваются сторонами в 10-ти дневный срок и в случае достижения согласия сторон, оформляются дополнительными соглашениями. При не достижении согласия Договор действует на прежних условиях.

Из пункта 6.10 следует, что в случае несанкционированной сдачи помещений в субаренду, передачи прав и обязанностей другому лицу, предоставлении имущества в безвозмездное пользование, передачи прав по договору (контракту) в залог и внесении их в качестве вклада в уставной капитал обществ, нецелевого использования имущества, не согласованного в установленном порядке изменения цели использования имущества Арендодатель вправе досрочно расторгнуть договор.

Пункт 2.3.1 договора аренды № 1/2012-РГ предусматривал право арендатора по окончании срока договора аренды либо его досрочном расторжении изъять из имущества произведенные им улучшения, если они могут быть отделены от конструкции имущества и без нанесения ему вреда, или получить компенсацию, согласно сметы в ТЭР КК по согласованию сторон;

Пункт 2.3.4 договора аренды № 1/2012-РГ предусматривал право арендатора расторгнуть договор в установленном законодательством порядке с обязательным заключением соглашения о расторжении и сдачей имущества по акту приема-передачи в 5-ти дневный срок.

Как следует из материалов дела, 23.11.2018 ИП ФИО6 (цедент) в лице представителя ФИО4 на основании доверенности №23АА4392924 от 30.10.2015, удостоверенной нотариусом ФИО12 Новороссийского нотариального округа (реестровый номер 1-5834), и ФИО1 (цессионарий) подписали договор уступки права требования по договору аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ, в соответствии с условиями которого цедент передает, а цессионарий принимает «право требования, изложенное в пунктах 2.3.1 и 2.3.4 договора аренды № 1/2012-РГ».

В пункте 1.2 договора цессии от 23.11.2018 стороны отметили, что «право требования, указанное в пункте 2.3.1 и 2.3.4 настоящего договора, передаются цедентом цессионарию в полном объеме, а также по пункту 2.3.4 дополнительно – право требования неиспользованного аванса по арендной плате».

Таким образом, договор уступки от 23.11.2018 предусматривал передачу ФИО1 следующие права, указанные в договоре аренды от 01.06.2012 г.:

- по окончании срока договора либо при его досрочном прекращении изъять из имущества произведенные им улучшения, если они могут быть отделены от конструкции без нанесения вреда, или получить компенсацию;

- расторгнуть договор в установленном законодательством порядке с обязательным заключением соглашения о расторжении и сдачей имущества по акту приема-передачи в 5-дневный срок.

Дополнительно ФИО1 передано право требования неиспользованного аванса по арендной плате.

Обязательства предпринимателя по договору аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ ФИО1 не передавались.

Договор цессии от 23.11.2018 г. зарегистрирован в Росреестре (дата государственной регистрации договора уступки права от 23.11.2018 г. – 16.04.2019 г., номер государственной регистрации договора уступки –№ 23:47:0103002:5-23/021/2019-7).

ИП ФИО5 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском о признании договора уступки права требования от 23.11.2018 ничтожной сделкой, поскольку передача права требования по договору аренды произведена в отсутствие согласия арендодателя.

Оценивая обоснованность заявленных требований об оспаривании договора цессии, Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, является по общему правилу ничтожной, если только закон не устанавливает, что она оспорима, то есть закон предусматривает специальные нормы по регулированию особых последствий для отдельных групп недействительных сделок.

Применительно к статье 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором либо полномочия органа юридического лица - его учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна знать об указанных ограничениях.

Признание договора уступки прав требования, заключенного без согласия должника, недействительным по основаниям статьи 168 или применительно к статье 174 Гражданского кодекса Российской Федерации зависит от того, предусмотрена ли обязанность получить согласие должника на заключение договора уступки прав требования законом и иными правовыми актами либо условиями основного обязательства, по которому производится передача прав.

Если на такую обязанность указывают отдельные нормы закона или иных правовых актов, то договор уступки прав требования является ничтожным в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При закреплении обязанности получения согласия должника в условиях конкретного обязательства недействительность договора уступки прав требования должна устанавливаться применительно к правилам статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.05.1998 N 9 "О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок", с иском о признании оспоримой сделки недействительной по основаниям, установленным названной статьей Кодекса, может обратиться лицо, в интересах которого установлены ограничения. Оспоримая сделка не может быть признана недействительной по инициативе суда без предъявления указанными выше лицами соответствующего иска.

Как следует из п. 2 ст. 382 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения договора аренды 01.06.2012 г.), для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 ГК РФ (в редакции, действовавшей в момент заключения договора аренды) уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Пунктом 2 статьи 388 ГК РФ (в редакции, действовавшей на дату заключения договора аренды 01.06.2012 г.) предусмотрено, что не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Федеральным законом от 21.12.2013 N 367-ФЗ (ред. от 26.07.2017) "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" параграф 1 главы 24 ГК РФ изложен в новой редакции, в том числе статья 388 ГК РФ дополнена пунктом 3.

Согласно пункта 3 ст. 388 ГК РФ (в действующей редакции) соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

В п.3 ст. 3 Федерального закона №367-ФЗ указано, что Положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Федеральный закон № 367-ФЗ вступил в силу 01.07.2014. Как усматривается из материалов настоящего дела, договор аренды между ИП ФИО6 и правопредшественником ИП ФИО5 ФИО8 заключен 01.06.2012, то есть в период, когда действовала прежняя редакция статьи 388 ГК РФ, предусматривающая возможность уступки требования другому лицу, если она не противоречит закону или договору.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это предусмотрено законом.

По отношениям, возникшим до введения акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие. Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со статьей 422 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров (пункт 2 статьи 422 ГК РФ).

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что согласно пункту 2 статьи 422 ГК РФ закон, принятый после заключения договора и устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, распространяет свое действие на отношения сторон по такому договору лишь в случае, когда в законе прямо установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров. В силу пункта 2 статьи 4 ГК РФ это правило применяется как к императивным, так и к диспозитивным нормам.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.2017 № 2978-О отмечено, что общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после его введения в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на отношения, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу.

В настоящем деле суть спора сводится к разрешению вопроса о возможности применения положений пункта 3 статьи 388 ГК РФ к установленному в договоре поставки запрету передавать права и обязанности по договору иным лицам без согласия другой стороны, требованию, возникшему из договора, содержащего названный запрет, и последствий, которые могут возникнуть в случае невозможности применения данной нормы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 01.07.2014, в момент заключения договора поставки) уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Законом № 367-ФЗ статья 388 ГК РФ дополнена пунктом 3, в соответствии с которым соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

Указанная редакция статьи 388 ГК РФ вступила в силу 01.07.2014.

В переходных положениях Закона № 367-ФЗ указано, что положения ГК РФ применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Как усматривается из материалов настоящего дела, договор аренды между ИП ФИО6 и ИП ФИО5 заключен 01.06.2012, то есть в период действия прежней редакции пункта 1 статьи 388 ГК РФ, предусматривающего возможность уступки требования другому лицу в случае, если она не противоречит, в том числе договору. Правовой режим требования, возникшего из этого договора поставки, определяется условиями названного договора, на содержание которых не повлияло вступление в силу Закона № 367-ФЗ.

Таким образом, пункт 3 статьи 388 ГК РФ в силу пункта 2 статьи 422 ГК РФ и приведенных переходных положений Закона № 367-ФЗ к спорным правоотношениям не может быть применен.

Оценивая доводы сторон о наличии в договоре аренды от 01.06.2012 ограничений на передачу прав арендатора иным лицам без согласия арендодателя, Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего.

В п. 2.9.4 стороны договора аренды недвижимого имущества согласовали, что арендатор обязан не заключать договоры и не вступать в сделки, следствием которых является или может являться какое-либо обременение предоставленных арендатору по договору имущественных прав, в частности переход к иному лицу (договоры залога, субаренды, влияния права на аренду Объекта или его части, в уставный капитал предприятия и др.) без письменного разрешения арендодателя.

Из пункта 6.10 следует, что в случае несанкционированной сдачи помещений в субаренду, передачи прав и обязанностей другому лицу, предоставлении имущества в безвозмездное пользование, передачи прав по договору (контракту) в залог и внесении их в качестве вклада в уставной капитал обществ, нецелевого использования имущества, не согласованного в установленном порядке изменения цели использования имущества Арендодатель вправе досрочно расторгнуть договор.

На основании пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации Арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено настоящим Кодексом, другим законом или иными правовыми актами. В указанных случаях, за исключением перенайма, ответственным по договору перед арендодателем остается арендатор.

Таким образом, в силу закона в арендных правоотношениях не допускается без согласия арендодателя уступка прав и обязанностей арендатора, связанных с использованием арендованного объекта. Целью такого правового регулирования является обеспечение стабильности взаимоотношений собственника объекта и лица, которое осуществляет временное пользование этим объектом. Иначе говоря, арендодателю небезразлично, кто именно является пользователем помещения (поднаем, перенаем, залог, передача права аренды в уставный капитал).

Пункт 2.9.4 договора аренды № 1/2012-РГ устанавливали обязанность арендатора «не заключать договоры и не вступать в сделки, следствием которых является или может являться какое-либо обременение предоставленных арендатору по договору имущественных прав, в частности переход к иному лицу (договоры залога, субаренды, влияния права на аренду Объекта или его части, в уставный капитал предприятия и др.) без письменного разрешения арендодателя».

На основании статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Анализируя буквальное содержание пункта 2.9.4 договора № 1/2012-РГ, Арбитражный суд Краснодарского края не может с достаточной степенью определенности установить значение выражения не вступать в сделки, следствием которых является или может являться влияния(е) права на аренду Объекта или его части.

Из системного толкования положений пункта 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции на 2012 год, положений пункта основании пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации и положений пункта 2.9.4 договора аренды № 1/2012-РГ в их совокупности и системной связи Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что пункт 2.9.4 договора направлен на запрет действий арендатора, которые могут повлечь передачу права на использование объекта аренды (ситуации, перечисленные в пункте 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации) без согласия арендодателя.

При этом, положения пункта 6.10 договора № 1/2012-РГ, по мнению суда, никаких дополнительных ограничений для арендатора не устанавливают и определяют лишь возможные последствия несанкционированной передачи прав и обязанностей арендатора к другим лицам, а именно – наделяют арендодателя правом на досрочное расторжение договора аренды.

В соответствии с разъяснениями пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ). Например, ничтожной является уступка прав бенефициара по независимой гарантии без одновременной уступки тому же лицу прав по основному обязательству (абзац второй пункта 1 статьи 372 ГК РФ). Статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. Например, исходя из положений пункта 7 статьи 448 ГК РФ запрет уступки прав по договорам, заключение которых возможно только путем проведения торгов, не затрагивает требований по денежным обязательствам.

Таким образом, уступка прав на взыскание денежных средств по договору аренды № 1/2012-РГ не противоречит положениям статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации и условиям договора аренды.

По смыслу норм, содержащихся в части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса, пункте 1 статьи 11, статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), только заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных прав и законных интересов. Их защита осуществляется предусмотренными законами способам, которые должны соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием удовлетворения соответствующего требования судом является наличие у избранного заявителем способа защиты потенциала на восстановление нарушенного права.

Защита гражданских прав может быть осуществлена путем применения последствий недействительности ничтожной сделки (статья 12 Гражданского кодекса), в том числе сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта и при этом посягающей на права и охраняемые законом интересы третьих лиц (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса). Правом на предъявление требования о применении последствий недействительности ничтожной сделки обладает кроме ее стороны иное лицо в предусмотренных законом случаях (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса).

Иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен только в отсутствие установленного гражданским законодательством иного способа защиты права этого лица и при наличии возможности его защиты лишь путем реституции. Такое лицо должно доказать наличие у него законного интереса, защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Аналогичное разъяснение приведено в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25).

При рассмотрении реституционного требования лица, не являющегося стороной оспариваемой сделки, оценке этой сделки на предмет ее соответствия действующему законодательству должно предшествовать установление наличия у заявителя законного интереса, защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Выявление отсутствия такого интереса само по себе достаточно для отказа в удовлетворении иска. Судебная оценка сделки в этом случае не обязательна.

В силу пункта 2 статьи 382, пунктов 1, 2 статьи 388 Гражданского кодекса в применимой к спорным отношениям редакции для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. По смыслу пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса арендатор вправе с согласия арендодателя передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу только в период действия такого договора.

При этом, пунктом 2.9.4 договора аренды Орлу М.М. не вменялось в обязанность получение от ФИО5 письменного разрешения на уступку имущественного (денежного) требования. Предметом договора цессии от 23.11.2018 явилась уступка имевшихся у Орла М.М. к ФИО5 требования об изъятии произведенных неотделимых улучшений объекта аренды или компенсации их стоимости и неиспользованного аванса по арендной плате (денежных требований), личность кредитора по которым не имела существенного значения для должника. Для такой цессии не было необходимости в получении письменного разрешения должника, а ФИО5 на основании статьи 386 Гражданского кодекса вправе выдвигать против требований ФИО13 как нового кредитора возражения, которые он имел против Орла М.М. как первоначального кредитора. В интересах ФИО5 не устанавливались ограничения на уступку прав (требований).

С учетом изложенного Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что ФИО5 не доказал наличие у него подлежащего судебной защите интереса в оспаривании договора уступки требований от 23.11.2018. Исковые требования о признании договора цессии недействительной сделкой удовлетворению не подлежат.

Законодателем установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, на совершение действий в обход закона с противоправной целью, а также на иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (статья 10 Гражданского кодекса). Злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 N 52-КГ16-4).

В пункте 1 постановления № 25 Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что при оценке действий сторон с точки зрения добросовестности следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным и в отсутствие соответствующего заявления другой стороны по инициативе суда в случае очевидного отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Данный вопрос выносится судом на обсуждение. Установление недобросовестного поведения одной из сторон может повлечь отказ в защите принадлежащего ей права и обеспечение защиты интересов добросовестной стороны.

Участвующие в деле лица представили позиции по применению норм о злоупотреблении правом.

На основании пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В силу пункта 1 статьи 188 Гражданского кодекса Российской Федерации действие доверенности прекращается вследствие отмены доверенности лицом, выдавшим ее, или одним из лиц, выдавших доверенность совместно, при этом отмена доверенности совершается в той же форме, в которой была выдана доверенность, либо в нотариальной форме.

На основании статьи 189 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, выдавшее доверенность и впоследствии отменившее ее, обязано известить об отмене лицо, которому доверенность выдана, а также известных ему третьих лиц, для представительства перед которыми дана доверенность.

Таким образом, договор цессии от 23.11.2018 заключен от имени ФИО6 в период действия доверенности №23АА4392924 от 30.10.2015.

Из материалов дела следует, что 28.11.2018 в городе Анталья Турецкой Республики ФИО6 распорядился отменить доверенность от 30.10.2015 на ФИО4 и ФИО14 реестровый номер 1-5834, удостоверенную нотариусом ФИО12 Новороссийского нотариального округа. Данное распоряжение удостоверено ФИО15, консулом Генерального консульства России в Анталье (Турция)

В дело представлено распоряжение от 28.10.2019, совершенное в городе Анталья Турецкой Республики, которым ФИО6 повторно распорядился отменить доверенность от 30.10.2015 на ФИО4 и ФИО14 реестровый номер 1-5834, удостоверенную нотариусом ФИО12 Новороссийского нотариального округа. Данное распоряжение удостоверено ФИО16, вице-консулом Генерального консульства России в Анталье (Турция).

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 189 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, выдавшее доверенность и впоследствии отменившее ее, обязано известить об отмене лицо, которому доверенность выдана, а также известных ему третьих лиц, для представительства перед которыми дана доверенность. Такая же обязанность возлагается на правопреемников лица, выдавшего доверенность, в случаях ее прекращения по основаниям, предусмотренным в подпунктах 4 и 5 пункта 1 статьи 188 настоящего Кодекса.

В материалы дела также представлено заявление ФИО6 от 12.03.2020, в котором он указывает на то, что ФИО4 без каких-либо указаний и ведома ФИО6 заключил договор уступки с ФИО1, без полномочий распорядился имущественными правами и представлял документы в отдел росреестра. ФИО6 в данном заявлении указывает, что договор уступки заключен с целью навредить ему и чинить препятствия в заключении мирового соглашения.

В дело представлено мировое соглашение между ИП ФИО6 и ИП ФИО5 в отношении первоначального и встречного исковых требований, по которому стороны намерены мирно урегулировать разногласия в связи с расторжением договора аренды № 1/2012-РГ

Из материалов дела следует, что заявление о процессуальном правопреемстве на основании договора цессии от 23.11.2018 подано ФИО1

Как указал суд кассационной инстанции в постановлении от 30.01.2020, согласно разъяснениям, данным в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - постановление № 54), если в период рассмотрения спора в суде состоялся переход прав кредитора (истца) к третьему лицу, суд по заявлению заинтересованного лица и при наличии согласия цедента и цессионария производит замену истца в порядке, установленном статьей 48 Кодекса.

По смыслу изложенных разъяснений заявление о процессуальном правопреемстве на основании заключенных договоров цессии может быть удовлетворено только в случае, когда первоначальный кредитор и новый кредитор совместно заявляют о таком правопреемстве. Такое заявление, сделанное лишь одной стороной договора цессии - цессионарием, в отсутствие доказательств согласия первоначального кредитора - истца по рассматриваемому делу априори влечет отказ в удовлетворении указанного заявления о процессуальном правопреемстве в порядке статьи 48 Кодекса.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции после 30.01.2020 доказательства наличия согласия ИП ФИО6 как первоначального кредитора на процессуальную замену на ФИО1 не представлены. Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что вследствие этого обстоятельства ФИО1 обратился в рамках настоящего дела с самостоятельными требованиями на предмет спора.

Вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле (часть 3 статьи 69 АПК РФ).

Определением судебной коллегией по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 25.08.2022 по делу № 88-26956/2022 (стр. 16), достоверно установлено, что в период с сентября 2018 по 23.09.2020 ФИО4 на основании трудового договора с ИП ФИО6 являлся штатным юристом индивидуального предпринимателя. Указанный факт нашел свое подтверждение в апелляционном определении судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20.12.2022 по делу № 33-38846/2022 (опубликовано на сайте краевого суда «https://kraevoi--krd.sudrf.ru/», раздел Судебное делопроизводство), при новом рассмотрении спора. При этом, как уставлено судами общей юрисдикции, следует из судебных актов, доказательств прекращения трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО6 и ФИО4 не представлено, судами не установлено. Не нашло свое подтверждение и недобросовестное поведение ФИО4, при осуществлении трудовых функций (стр. 13 определение от 25.08.2022).

В дело представлена копия распоряжения об отмене доверенности от 28.11.2018, в соответствии с которой ФИО6 отменил нотариальную доверенность от 30.10.2015, выданную ФИО4 и ФИО14 Данное распоряжение удостоверено консулом Генерального консульства России в Анталье (Турция) ФИО15.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 189 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, выдавшее доверенность и впоследствии отменившее ее, обязано известить об отмене лицо, которому доверенность выдана, а также известных ему третьих лиц, для представительства перед которыми дана доверенность. Такая же обязанность возлагается на правопреемников лица, выдавшего доверенность, в случаях ее прекращения по основаниям, предусмотренным в подпунктах 4 и 5 пункта 1 статьи 188 настоящего Кодекса.

Как следует из материалов дела, 27.03.2018 между ИП ФИО6 (лично) (цедент, арендатор) и ФИО1 (цессионарий) заключен договор уступки права денежного требования (договор уступки от 27.03.2018), в соответствии с которым цедент передает, а цессионарий принимает права денежного требования к ИП ФИО5 (арендодатель) по договору аренды от 01.06.2012 N 1/2012-РГ (договор аренды).

Предметом договора уступки от 27.03.2018 стало денежное требование к ФИО5 НА сумму 388 057,14 руб., процентов с 12.01.2018 по день фактического взыскания, из суммы 302 192 руб. по решению Арбитражного суда Краснодарского края от 11.01.2018 по делу № А32-29347/2017, а также другие суммы если, в части суммы денежных средств, будет изменено решение суда по указанному делу (пункт 1.1 договора уступки от 27.03.2018).

Условия оплаты (размер, срок и порядок оплаты) за уступаемые права по договору уступки от 27.03.2018, оформляются дополнительным соглашением (пункт 2.1 договора уступки от 27.03.2018).

Согласно пункту 1 соглашения от 27.03.2018 к договору уступки от 27.03.2018, ФИО6 (лично) подтверждает свои денежные обязательства по денежному займу перед ФИО1

Пунктом 2 соглашения от 27.03.2018 к договору уступки от 27.03.2018, ФИО6 (лично) уступил ФИО1 денежное требование к ФИО5 НА сумму 388 057,14 руб., процентов с 12.01.2018 по день фактического взыскания, из суммы 302 192 руб. по решению Арбитражного суда Краснодарского края от 11.01.2018 по делу № А32-29347/2017, а также другие суммы если, в части суммы денежных средств, будет изменено решение суда по указанному делу. При взыскании ФИО1 указанной суммы с ФИО5, денежная задолженность ФИО6 перед ФИО1 уменьшатся на сумму денежных средств которая будет взыскана с ФИО5 по решению суда.

Учитывая, что решение арбитражного суда от 11.01.2018 и постановление апелляционной инстанции от 03.04.2018 были отменены постановлением суда кассационной инстанции от 30.08.2018, ИП ФИО6 (цедент), в лице представителя и ФИО1 (цессионарий), в целях правовой определенности и закрепления ранее достигнутых договоренностей, заключили повторно, аналогичный договор уступки прав требований от 23.11.2018 (договор уступки от 23.11.2018).

Предметом договора осталась уступка права денежного требования по договору аренды от 01.06.2012 N 1/2012-РГ, а изменения коснулись только условий оплаты (пункт 2.1. договора уступки от 23.11.2018).

В частности, согласно пункту 1 Соглашения от 23.11.2018 к договору уступки от 23.11.2018 – цена уступаемых прав требований составляет 1 000 руб. Как следует из материалов дела, обязательство по оплате уступаемых прав исполнено ФИО1 в полном объеме.

В материалы дела также представлено заявление ФИО6 от 12.03.2020, в котором он указывает на то, что ФИО4 без каких-либо указаний и ведома ФИО6 заключил договор уступки с ФИО1, без полномочий распорядился имущественными правами и представлял документы в отдел росреестра. ФИО6 в данном заявлении указывает, что договор уступки заключен с целью навредить ему и чинить препятствия в заключении мирового соглашения.

В дело представлено мировое соглашение между ИП ФИО6 и ИП ФИО5 в отношении первоначального и встречного исковых требований, по которому стороны намерены мирно урегулировать разногласия в связи с расторжением договора аренды № 1/2012-РГ

С учетом того, что первоначальный договор цессии с ФИО1 подписывался непосредственно ФИО6, суд критически относится к заявлению ФИО6 от 12.03.2020 о действиях своего представителя без полномочий. Полномочия представителя ФИО4 на 23.11.2018 являлись действующими.

С учетом изложенного суд не усматривает в действиях ФИО1 и ФИО4 признаков злоупотребления правом.

Оценивая требования ФИО1 в части даты расторжения договора аренды от 01.06.2012 № 1/2012-ГР, Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно пункту 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

На основании статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

Согласно пункту 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, в иных случаях, предусмотренных Кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 3 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания указанных норм следует, что с требованием о расторжении договора может обратиться сторона по договору (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 03.11.2020 № А07-33310/2019, постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 12.11.2003 № КА-А40/8394-03).

Поскольку на основании договора цессии от 23.11.2018 не произведена полная замена арендатора с ИП ФИО6 на ИП ФИО1, в силу вышеуказанных законоположений в их совокупности и системной связи следует, что ИП ФИО1 не могло быть передано право на расторжение договора аренды от 01.06.2012 № 1/2012-ГР.

С учетом изложенного, требования ИП ФИО1 о расторжении с 01.05.2017 договора от 01.06.2012 № 1/2012-ГР не могут быть удовлетворены.

Поскольку ИП ФИО5 и ФИО6 подписали мировое соглашение, по которому договор аренды считается расторгнутым с 01.11.2017, указанная дата признается судом датой прекращения арендных правоотношений.

В отношении имущественных требований ИП ФИО1 Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего.

ФИО1 просил суд учесть, что до ноября 2017 года ИП ФИО5 продал спорное имущество ФИО7, который препятствовал арендатору в пользовании арендованным имуществом.

В силу пункта 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021, арендная плата не подлежит взысканию в случае, когда арендатор не имел возможности использовать участок по назначению по причине, за которую он не отвечает.

Таким образом, для правильного рассмотрения спора надлежит определить, с какого момента у ИП ФИО5 отсутствовали основания для получения арендной платы.

Также ИП ФИО5 просил суд принять во внимание то, что он имел на момент заключения договора цессии претензии к ИП ФИО6 как к арендатору.

В силу статьи 386 Гражданского кодекса Российской Федерации должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора, если основания для таких возражений возникли к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору. Должник в разумный срок после получения указанного уведомления обязан сообщить новому кредитору о возникновении известных ему оснований для возражений и предоставить ему возможность ознакомления с ними. В противном случае должник не вправе ссылаться на такие основания.

На основании статьи 412 Гражданского кодекса Российской Федерации В случае уступки требования должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору.

Зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

Поскольку договор цессии, на котором ИП ФИО1 основывает свои требования, заключен в ходе настоящего судебного спора, в котором ИП ФИО5 заявлял встречные требования к ИП ФИО6 как к первоначальному кредитору, Арбитражный суд Краснодарского края считает необходимым принять во внимание соответствующие возражения ИП ФИО5 о наличии встречных требований. Факт заключения мирового соглашения между ИП ФИО5 и ИП ФИО6 не является препятствием для заявления возражений против требований ИП ФИО1

В силу разъяснений пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений ГК РФ о прекращении обязательств» заявление на наличие встречных требований в отзыве на иск может быть основанием для проведения зачета.

ИП ФИО1 заявил требование о взыскании 850 000 рублей обеспечительного платежа.

Как видно из материалов дела, 11.11.2011 ИП ФИО8 (правопредшественник ИП ФИО5) и ООО «АСМ фрут» в лице генерального директора ФИО6 заключили предварительный договор № 1/2011, в котором обязались в будущем заключить основной договор аренды производственной базы в составе административного здания литер Б общей площадью 37,5 м2 , гаража литер Д общей площадью 1 166,6 м2, мастерской литер Ж общей площадью 641,8 м2, иных производственных сооружений (далее – производственная база), а также прилегающий земельный участок с кадастровым номером 23:47:0103002:5.

Пунктом 3.4 предварительного договора от 01.11.2011 стороны установили, что ежемесячная арендная плата составляет 100 000 рублей, из которых 50 000 рублей ежемесячно перечисляется на счет арендодателя, 50 000 рублей идет в зачет авансового платежа.

Пунктом 3.1 договора стороны установили авансовый платеж арендатора в размере 3 200 000 рублей и признали, что авансовый платеж соответствует стоимости строительных работ, которые необходимо провести для того, чтобы имущество могло быть использовано арендатором.

Дополнительным соглашением от 02.01.2012 стороны установили обеспечение исполнения обязательств ООО «АСМ фрут» в виде авансового платежа в размере 3 800 000 рублей.

Авансовый платеж перечислен в размере 3 800 000 рублей, что не оспаривается сторонами.

Впоследствии ИП ФИО8 и ООО «АСМ фрут» подписали соглашение от 31.05.2012 о передаче ИП ФИО6 прав и обязанностей ООО «АСМ фрут» по предварительному договору от 11.11.2011.

На следующий день ИП ФИО8 (арендодатель) и ИП ФИО6 (арендатор) заключили договор аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ, в соответствии с которым арендодатель принял на себя обязательство предоставить арендатору в аренду на срок до 01.11.2018 производственную базу с прилегающим земельным участком. В свою очередь, арендатор обязался своевременно вносить арендные и коммунальные платежи, предусмотренные договором. Указанный договор зарегистрирован в ЕГРП (запись № 23-23-21/177/2012-045/4).

Производственная база передана арендатору по акту приема-передачи от 01.06.2012 без замечаний в следующем составе: административное здание литер Б общей площадью 37,5 м2, мастерская литер Ж общей площадью 641,8 м2, прилегающий земельный участок площадью 8 820 м2, кадастровый номер 23:47:0103002:5.

Размер арендной платы составляет 100 000 рублей в месяц. При этом в соответствии с пунктами 8.3. и пунктами 8.9. договора аренды арендатор обязан вносить арендную плату в размере 50 000 рублей ежемесячно до 25 числа текущего месяца, оставшаяся часть арендной платы поступает арендодателю за счёт авансового платежа, предусмотренного пунктом 3.1 предварительного договора от 11.11.2011 в редакции дополнительного соглашения от 02.01.2012.

Пунктом 1.2 договора определены цели использования имущества: для использования в целях размещения производственной базы, управления и других служб организации-арендатора, для использования в целях решения других хозяйственных задач.

Как следует из материалов дела, остаток обеспечительного платежа к февралю 2017 года составлял 1 000 000 рублей.

ИП ФИО1 указывает на невозможность использования арендованного имущества с 01.05.2017, в связи с чем полагает, что обеспечительный платеж за вычетом 150 000 рублей (50 000 за февраль-апрель) надлежит взыскать с ИП ФИО5

Возражая против требований, ИП ФИО5 просил учесть, что по условиям мирового соглашения между ИП ФИО5 и ИП ФИО6 договор аренды расторгнут с 01.11.2017, Также ИП ФИО5 имел встречные требования к ИП ФИО6, которые зачтены судом при первоначальном рассмотрении дела.

Оценивая доводы ИП ФИО1 о невозможности использования арендованного имущества до ноября 2017 года, Арбитражный суд Краснодарского края принимает во внимание следующее.

Из материалов дела и пояснений сторон следует, что ФИО7 (покупатель) 06.04.2017 заключил с ИП ФИО5 договор купли-продажи недвижимого имущества, в отношении которого с ИП ФИО6 был заключен спорный договор аренды. Исходя из свидетельских показаний, с лета 2017 года ФИО7 выставлена охрана. При этом ФИО7 указывал, что о наличии договора аренды он знал, с территории базы вывозил мусор. Регистрация перехода права собственности на ФИО7 произведена в декабре 2017 года.

ИП ФИО1 не представил доказательств того, что до 01.11.2017 ФИО6 не мог пользоваться арендованным имуществом. В деле отсутствуют документы, свидетельствующие о том, что ИП ФИО6 предпринимал попытки возобновить использование базы после марта 2017 года, однако не мог этого делать ввиду конкретных препятствий со стороны ИП ФИО5 либо ФИО7

Более того, ФИО6 направил в суд пояснения, из которых прямо следует, что требования о возврате в арендованные помещения им не заявлялись, поскольку интерес в продолжении аренды отсутствовал.

Арбитражный суд Краснодарского края принимает во внимание то, что в период первоначального рассмотрения иска с 14.07.2017 по 11.01.2018 (дата вынесения первого решения по существу спора), ИП ФИО6 не заявлял никаких доводов об отсутствии оснований для взыскания арендной платы ввиду невозможности использования арендованных помещений.

С учетом этого Арбитражный суд Краснодарского края приходит к выводу о том, что до 01.11.2017 наличие непреодолимых препятствий для пользования ИП ФИО6 арендованными помещениями материалами дела не подтверждено.

В соответствии с разъяснениями пункта 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» досрочное освобождение арендуемого помещения (до прекращения в установленном порядке действия договора аренды) не является основанием прекращения обязательства арендатора по внесению арендной платы.

Таким образом, сальдо по взаимным требованиям ИП ФИО1 и возражениям ИП ФИО5 надлежит устанавливать по состоянию на 01.11.2017.

С учетом изложенного, надлежит признать обоснованными возражения ИП ФИО5 к ИП ФИО1 о необходимости уплачивать арендную плату с февраля по октябрь 2017 года включительно в размере 450 000 рублей задолженности по арендной плате (50 000*9), а также признать удержанным 450 000 рублей из оставшегося обеспечительного платежа в 1 000 000 рублей.

В связи с расторжением договора аренды с 01.11.2017 оставшаяся часть обеспечительного платежа на сумму (1 000 000 - 450 000) 550 000 рублей должна быть возвращена ИП ФИО5 в пользу ИП ФИО1

Помимо постоянной части арендной платы арендодатель сослался на задолженность в размере 59 178 рублей коммунальных платежей.

Так, в силу пунктов 8.3 и 8.4 договора аренды коммунальные и эксплуатационные платежи оплачиваются арендатором по отдельным счетам, выставляемым на основании расчетных документов, предоставленных арендодателю снабжающими организациями.

В соответствии с предоставленными в материалы дела счет-фактурами сумма эксплуатационных платежей от снабжающих организаций за спорный период с февраля по октябрь 2017 года составила 59 178 рублей 32 копейки.

Арбитражный суд Краснодарского края принимает возражения арендатора о невозможности начисления эксплуатационных платежей за весь испрашиваемый период ввиду отсутствия арендатора на арендованных объектах, поскольку арендодатель в судебном заседании признал, что с марта 2017 года арендатор в спорных помещениях отсутствовал.

При этом, за февраль 2017 года произведено начисление 17 598 рублей 10 копеек коммунальных расходов, которые относятся к периоду до фактического освобождения арендатором спорного имущества. Указанную сумму арендодатель заявил обоснованно. В остальной части ссылки ИП ФИО5 на наличие задолженности по коммунальным платежам являются необоснованными.

ИП ФИО1 также просил взыскать 131 500 рублей неосновательного обогащения.

ИП ФИО5 против данных требований возражал, поскольку указанная сумма является предоплатой по предварительному договору купли-продажи от 17.10.2014 № 1/2014, в то время как ИП ФИО1 приобрел по договору цессии права требования только из договора аренды.

Арбитражный суд Краснодарского края соглашается с доводами ответчика, поскольку требования из предварительного договора купли-продажи ИП ФИО6 не передавал ИП ФИО1, требования в данной части надлежит признать необоснованными.

ИП ФИО1 также просил взыскать 396 806,50 рублей стоимсоти неотделимых улучшений, из которых:

- 80 004,50 рублей за монтаж вентиляции;

- 98 302 рулей за ремонт системы отопления;

- 218 500 рублей за ремонтные работы по сносу перегородок.

Пункт 2 статьи 623 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что в случае, когда арендатор произвел за счет собственных средств и с согласия арендодателя улучшения арендованного имущества, не отделимые без вреда для имущества, арендатор имеет право после прекращения договора на возмещение стоимости этих улучшений, если иное не предусмотрено договором аренды.

Затраты на монтаж вентиляции осуществлены на основании договора от 03.09.2012 № 40, в дело представлено платежное поручение на перечисление 80 004 рублей 50 копеек аванса за монтаж вентиляции. Иные платежные документы в дело арендатор не представил.

Затраты на ремонт системы отопления произведены на основании договора от 17.02.2014, в дело представлено платежное поручение от 05.06.204 на сумму 98 302 рубля.

В отношении расходов на монтаж системы вентиляции Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего. Подрядчиком, выполнившим работы, является ООО «Южное товарищество», руководителем которого выступал лично арендодатель. Таким образом, арендодатель не мог не знать и не одобрить выполнение данных работ, соответственно затраты на монтаж вентиляции должны быть компенсированы.

В отношении затрат на монтаж системы отопления суд принимает во внимание, что объект передан арендатору в 2012 году по акту в надлежащем состоянии, оговорки о неудовлетворительном состоянии системы отопления в акте отсутствовали. На основании пункта 2.4.11 договора если арендуемое здание в результате действия арендатора или непринятия им необходимых и своевременных мер придет в аварийное состояние, то арендатор восстанавливает его своими силами за счет своих средств.

Поскольку материалами дела не подтверждается наличие каких-либо скрытых недостатков арендованного имущества, которые не были выявлены при подписании акта приема-передачи, Арбитражный суд Краснодарского края не находит оснований для отнесения затрат по замене системы отопления в 2014 году на счет арендодателя. В данной части иск признается необоснованным.

В отношении сумм в 218 500 рублей ИП ФИО5 указывает, что данные требования также возникли из предварительного договора купли-продажи, а не аренды.

Из материалов дела следует, что 17.10.2014 ФИО8 и ИП ФИО6 (покупатель) заключили договор № 1/2014 купли-продажи недвижимого имущества в кредит, по которому стороны договорились о подготовке и заключении впоследующем договора купли-продажи производственной базы в составе:

- нежилое здание общей площадью 37,5 м2;

- нежилое здание общей площадью 1 166,6 м2;

- нежилое здание общей площадью 641,8 м2 с кадастровым номером 23:47:0102021:49;

- иных производственных сооружений, право собственности на которые находится в стадии оформления

- прилегающий земельный участок площадь 8820 кв.м. с кадастровым номером 23:47:0103002:5.

По условиям данного договора ФИО8 обязалась до заключения основного договора провести строительно-ремонтные работы в нежилом здании с кадастровым номером 23:47:0102021:49, необходимые для осуществления ИП ФИО6 своей производственной деятельности в данном здании. Оплата за работы распределяется между сторонами 50 на 50%.

Дата заключения основного договора в соответствии с пунктом 4.2 не может быть позже 01.04.2015.

В дело представлена утвержденная смета на 437 091 рубль.

Материалами дела подтверждается выполнение работ на данную сумму. Указанные работы направлены на улучшение имущества, которое предполагалось впоследующем продать ИП ФИО6 во исполнение предварительного договора купли-продажи от 17.10.2014 № 1/2014. В такой ситуации сохранение улучшенного имущества у арендатора приводит к возникновению неосновательного обогащения последнего, что недопустимо.

Таким образом, суд признает требования о взыскании 218 500 рублей стоимости улучшений арендованного имущества вытекающими из правоотношений по договору аренды от 01.06.2012, поскольку после его расторжения у ИП ФИО5, появилось обязательство по компенсации соответствующих расходов (при этом форма компенсации 50/50 установлена соглашением между арендатором и арендодателем, соответственно ИП ФИО6 мог передать ИП ФИО1, по договору цессии прав требовать не более 50% от затрат на эти улучшения).

Таким образом, суд признает обоснованными в части основного долга следующие требования ИП ФИО1:

- 550 000 рублей возврата обеспечительного платежа;

- 80 004,50 рублей затрат на вентиляцию;

- 218 500 рублей затрат на улучшения имущества

Также суд признает обоснованными возражения ИП ФИО5 в следующем размере:

- 450 000 рублей задолженности по арендной плате с февраля по октябрь 2017 года включительно;

- 17 598 рублей 10 копеек коммунальных расходов

ИП ФИО1 просил взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 02.05.2017 по день фактической уплаты долга.

ИП ФИО10 в возражениях указал на наличие требований о взыскании договорной неустойки по 14.04.2023.

В части расчета процентов за пользование чужими денежными средствами в пользу ФИО1 суд исходит из даты начала расчета в 01.11.2017 и исключает из расчета период моратория с 01.04.2022 по 01.10.2022 (постановление Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года № 497). На дату вынесения решения сумма процентов составляет 289 478,32 рублей:

Задолженность

Период просрочки

Ставка

Формула

Проценты



с
по

дней



848 504,50 р.

01.11.2017

17.12.2017

47

8,25

848 504,50 × 47 × 8.25% / 365

9 013,91 р.


848 504,50 р.

18.12.2017

11.02.2018

56

7,75

848 504,50 × 56 × 7.75% / 365

10 089,07 р.


848 504,50 р.

12.02.2018

25.03.2018

42

7,50

848 504,50 × 42 × 7.5% / 365

7 322,71 р.


848 504,50 р.

26.03.2018

16.09.2018

175

7,25

848 504,50 × 175 × 7.25% / 365

29 494,25 р.


848 504,50 р.

17.09.2018

16.12.2018

91

7,50

848 504,50 × 91 × 7.5% / 365

15 865,87 р.


848 504,50 р.

17.12.2018

16.06.2019

182

7,75

848 504,50 × 182 × 7.75% / 365

32 789,47 р.


848 504,50 р.

17.06.2019

28.07.2019

42

7,50

848 504,50 × 42 × 7.5% / 365

7 322,71 р.


848 504,50 р.

29.07.2019

08.09.2019

42

7,25

848 504,50 × 42 × 7.25% / 365

7 078,62 р.


848 504,50 р.

09.09.2019

27.10.2019

49

7,00

848 504,50 × 49 × 7% / 365

7 973,62 р.


848 504,50 р.

28.10.2019

15.12.2019

49

6,50

848 504,50 × 49 × 6.5% / 365

7 404,07 р.


848 504,50 р.

16.12.2019

31.12.2019

16

6,25

848 504,50 × 16 × 6.25% / 365

2 324,67 р.


848 504,50 р.

01.01.2020

09.02.2020

40

6,25

848 504,50 × 40 × 6.25% / 366

5 795,80 р.


848 504,50 р.

10.02.2020

26.04.2020

77

6,00

848 504,50 × 77 × 6% / 366

10 710,63 р.


848 504,50 р.

27.04.2020

21.06.2020

56

5,50

848 504,50 × 56 × 5.5% / 366

7 140,42 р.


848 504,50 р.

22.06.2020

26.07.2020

35

4,50

848 504,50 × 35 × 4.5% / 366

3 651,35 р.


848 504,50 р.

27.07.2020

31.12.2020

158

4,25

848 504,50 × 158 × 4.25% / 366

15 567,51 р.


848 504,50 р.

01.01.2021

21.03.2021

80

4,25

848 504,50 × 80 × 4.25% / 365

7 903,88 р.


848 504,50 р.

22.03.2021

25.04.2021

35

4,50

848 504,50 × 35 × 4.5% / 365

3 661,36 р.


848 504,50 р.

26.04.2021

14.06.2021

50

5,00

848 504,50 × 50 × 5% / 365

5 811,67 р.


848 504,50 р.

15.06.2021

25.07.2021

41

5,50

848 504,50 × 41 × 5.5% / 365

5 242,13 р.


848 504,50 р.

26.07.2021

12.09.2021

49

6,50

848 504,50 × 49 × 6.5% / 365

7 404,07 р.


848 504,50 р.

13.09.2021

24.10.2021

42

6,75

848 504,50 × 42 × 6.75% / 365

6 590,44 р.


848 504,50 р.

25.10.2021

19.12.2021

56

7,50

848 504,50 × 56 × 7.5% / 365

9 763,61 р.


848 504,50 р.

20.12.2021

13.02.2022

56

8,50

848 504,50 × 56 × 8.5% / 365

11 065,43 р.


848 504,50 р.

14.02.2022

27.02.2022

14

9,50

848 504,50 × 14 × 9.5% / 365

3 091,81 р.


848 504,50 р.

28.02.2022

31.03.2022

32

20,00

848 504,50 × 32 × 20% / 365

14 877,89 р.


Сумма основного долга: 848 504,50 р.


Сумма процентов: 254 956,97 р.



Задолженность

Период просрочки

Ставка

Формула

Проценты



с
по

дней



848 504,50 р.

02.10.2022

17.04.2023

198

7,50

848 504,50 × 198 × 7.5% / 365

34 521,35 р.


Сумма основного долга: 848 504,50 р.


Сумма процентов: 34 521,35 р.



ИП ФИО5 указывает, что по условиям пункта 10.2 договора аренды от 01.06.2012 размер пени определяется исходя из 0,1% в день за каждый день просрочки). В силу пункта 8.3 договора арендная плата перечисляется до 25 числа текущего месяца.

С учетом периода моратория размер неустойки на 14.04.2023 по постоянной части арендной платы составляет: 871 150 рублей.


Расчёт процентов по задолженности, возникшей 25.02.2017


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



50 000,00

25.02.2017

31.03.2022

1861

50 000,00 × 1861 × 0.1%

93 050,00 р.



Итого:

93 050,00 руб.


Расчёт процентов по задолженности, возникшей 25.03.2017


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



50 000,00

25.03.2017

31.03.2022

1833

50 000,00 × 1833 × 0.1%

91 650,00 р.



Итого:

91 650,00 руб.


Расчёт процентов по задолженности, возникшей 25.04.2017


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



50 000,00

25.04.2017

31.03.2022

1802

50 000,00 × 1802 × 0.1%

90 100,00 р.



Итого:

90 100,00 руб.


Расчёт процентов по задолженности, возникшей 25.05.2017


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



50 000,00

25.05.2017

31.03.2022

1772

50 000,00 × 1772 × 0.1%

88 600,00 р.



Итого:

88 600,00 руб.


Расчёт процентов по задолженности, возникшей 25.06.2017


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



50 000,00

25.06.2017

31.03.2022

1741

50 000,00 × 1741 × 0.1%

87 050,00 р.



Итого:

87 050,00 руб.


Расчёт процентов по задолженности, возникшей 25.07.2017


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



50 000,00

25.07.2017

31.03.2022

1711

50 000,00 × 1711 × 0.1%

85 550,00 р.



Итого:

85 550,00 руб.


Расчёт процентов по задолженности, возникшей 25.08.2017


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



50 000,00

25.08.2017

31.03.2022

1680

50 000,00 × 1680 × 0.1%

84 000,00 р.



Итого:

84 000,00 руб.


Расчёт процентов по задолженности, возникшей 25.09.2017


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



50 000,00

25.09.2017

31.03.2022

1649

50 000,00 × 1649 × 0.1%

82 450,00 р.



Итого:

82 450,00 руб.


Расчёт процентов по задолженности, возникшей 25.10.2017


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



50 000,00

25.10.2017

31.03.2022

1619

50 000,00 × 1619 × 0.1%

80 950,00 р.



Итого:

80 950,00 руб.


Сумма основного долга: 450 000,00 руб.


Сумма процентов по всем задолженностям: 783 400,00 руб.



Расчёт процентов по задолженности, возникшей 02.10.2022


Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка



с
по

дней



450 000,00

02.10.2022

14.04.2023

195

450 000,00 × 195 × 0.1%

87 750,00 р.



Итого:

87 750,00 руб.


Сумма основного долга: 450 000,00 руб.


Сумма процентов по всем задолженностям: 87 750,00 руб.



Итоговое сальдо надлежит определять, исходя из следующих взаимных требований:

1. Требования ИП ФИО1:

- 550 000 рублей возврата обеспечительного платежа;

- 80 004,50 рублей затрат на вентиляцию;

- 218 500 рублей затрат на улучшения имущества;

- 289 478,32 рублей процентов.

Итого 1 137 982,82 рублей.

2. Возражения ИП ФИО5:

- 450 000 рублей задолженности по арендной плате с февраля по октябрь 2017 года включительно;

- 17 598 рублей 10 копеек коммунальных расходов;

- 871 150 рублей неустойки.

Итого: 1 338 748,10 рублей.

С учетом изложенного в удовлетворении иска ИП ФИО1 к ИП ФИО5 надлежит отказать.

Поскольку требования признаны необоснованными, в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по госпошлине не распределяются.

Руководствуясь статьями 110, 167, 170-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Краснодарского края

Р Е Ш И Л:

в иске ИП ФИО5 о признании договора уступки прав требований от 23.11.2018 недействительной сделкой отказать.

В иске ИП ФИО1 о расторжении договора аренды от 01.06.2012 № 1/2012-ГР с 01.05.2017 и взыскании задолженности и процентов отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в суд апелляционной инстанции.


Судья А.В. Гордюк