Постановление от 9 февраля 2025 г. по делу № А51-19129/2018

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-19129/2018
г. Владивосток
10 февраля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03 февраля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 февраля 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина,

при ведении протокола до и после перерыва секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-5886/2024

на определение от 29.07.2024

судьи Д.Н. Кучинского

по делу № А51-19129/2018 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению конкурсного кредитора ФИО1

о признании действий (бездействия) арбитражных управляющих ФИО2, ФИО3 незаконными, взыскании с арбитражных  управляющих ФИО2, ФИО3 убытков,

заинтересованные лица: Ассоциация «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих», Управление Россреестра по Приморскому краю, общество с ограниченной ответственностью «Международная страховая группа», общество с ограниченной ответственностью «СК «Арсеналъ», общество с ограниченной ответственностью «Актив», Федеральная налоговая служба, публичное акционерное общество «Ростелеком», акционерное общество «Дальневосточная генерирующая компания»,

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Проммаш» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании открытого акционерного общества «Губеровский ремонтно-механический завод» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии (до и после перерыва):

от ФИО1: представитель ФИО4 по доверенности от 08.06.2023 сроком действия 3 года, паспорт;

арбитражный управляющий ФИО2 (лично), паспорт;

от СРО ААУ «Евросиб»: представитель ФИО5 (в режиме веб-конференции) по доверенности от 09.01.2025 сроком действия до 31.05.2025, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ПромМаш» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании открытого акционерного общества «Губеровский ремонтно-механический завод» (далее - ОАО «Губеровский РМЗ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 13.11.2018 (резолютивная часть) в отношении ОАО «Губеровский РМЗ» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО6.

Определением суда от 17.01.2019 (резолютивная часть определения оглашена 15.01.2019) ФИО6 освобожден от обязанностей временного управляющего должником.

Определением суда от 25.01.2019 (резолютивная часть) временным управляющим должником утвержден ФИО7.

Решением суда от 28.10.2019 (резолютивная часть решения оглашена 24.10.2019) ОАО «Губеровский РМЗ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО8.

Определением суда от 23.07.2020 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО «Губеровский РМЗ». ФИО6 утвержден конкурсным управляющим должником.

Определением суда от 14.04.2021 ФИО6 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением суда от 26.05.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3 (далее – ответчик 1).

Определением суда от 07.09.2022 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО «Губеровский РМЗ», конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2 (далее – ответчик 2).

Определением суда от 18.05.2023 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО «Губеровский РМЗ», конкурсным управляющим должником утвержден ФИО9.

Определением суда от 05.08.2024 к участию в деле привлечена Прокуратура Приморского края.

Определением суда от 24.09.2024 конкурсное производство в отношении ОАО «Губеровский РМЗ» продлено на шесть месяцев.

В рамках данного дела о банкротстве конкурсный кредитор ФИО1 (далее – заявитель, апеллянт) обратился в суд с заявлением о признании бездействия арбитражного управляющего ФИО2, выразившегося в неподаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, незаконным и не соответствующим положениям Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); о взыскании с ФИО2 в пользу должника убытков в сумме 35 685 491 руб. причиненных его бездействием.

Определением суда от 24.04.2023 заявление принято к рассмотрению, к участию в обособленном споре привлечены ассоциация «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (далее - СРО ААУ «Евросиб»), Управление Росреестра по Приморскому краю, общество с ограниченной ответственностью «Международная страховая группа».

Также ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании бездействия арбитражного управляющего ФИО3, выразившегося в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности с общества с ограниченной ответственностью «Управление производственно-технической комплектацией» (далее – ООО «УПТК») в сумме 2 677 934 р., незаконным и несоответствующим положениям Закона о банкротстве; о взыскании с ФИО3 в пользу должника убытков в сумме 2 677 934 руб., причиненных его бездействием.

Определением  суда от 22.05.2023 к участию в обособленном споре привлечены СРО ААУ «Евросиб», Управление Росреестра по Приморскому краю, общество с ограниченной ответственностью «СК «Арсеналъ», общество с ограниченной ответственностью «Актив», УФНС России по Приморскому краю, публичное акционерное общество «Ростелеком», акционерное общество «Дальневосточная генерирующая компания».

Определением суда от 11.07.2023 в одно производство для совместного рассмотрения объединены данные обособленные споры, объединенному делу присвоен номер А51-19129/2018 с вх. № 87241.

Определением суда от 29.07.2024 в удовлетворения заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просит восстановить срок на подачу апелляционной жалобы, отменить определение, заявление удовлетворить. В обоснование жалобы апеллянт приводит доводы о том, что срок на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности закончился 25.10.2022, никто из конкурсных управляющих не обращался в суд с указанным заявлением. ФИО2, являясь правопреемником предыдущих конкурсных управляющих, пропустил срок на подачу заявления. В результате его неправомерного бездействия утрачена возможность пополнения конкурсной массы. ФИО3 был обязан передать документы ФИО2 в течение трёх дней с даты назначения ФИО2 В материалах дела отсутствуют доказательства обращения ФИО2 в суд с заявлением об истребовании документов у ФИО3 Даже на дату фактической передачи документов срок исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности не истек, у ФИО2 имелось девять дней для подачи такого заявления. В случае оперативного обращения ФИО2 в разумные сроки с указанным заявлением даже за пределами истечения срока исковой давности и приложением соответствующего ходатайства о восстановлении срока подачи заявления, у суда имелись бы объективные причины восстановить пропущенный срок при наличии разумных обоснований.

Кроме того, апеллянт указал, что ни собранию кредиторов, ни в материалы дела не представлены доказательства того, что ФИО3 проводил какой-либо анализ в отношении дебитора. В случае отсутствия перспективы он должен был представить собранию кредиторов обоснование невозможности взыскания дебиторской задолженности с последующим ее списанием. При рассмотрении настоящего спора отзыв с возражениями ФИО3 в материалы дела не был представлен. Доказательств обращения ФИО3 с заявлением об истребовании первичных документов у ООО «УПТК» либо у бывшего руководителя дебитора, либо у предыдущих конкурсных управляющих в материалы дела не представлено. Согласно сведениям из государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности (https://bo.nalog.ru/), ООО «УПТК» 21.01.2020  представило в налоговый орган бухгалтерский баланс за 2019 год, согласно которому запасы составили 5 106 тыс. руб., финансовые и другие оборотные активы - 580 тыс. руб.; при этом общая сумма кредитных обязательств составила 283 тыс. руб., что значительно ниже имеющихся активов. Предприятие исключено из ЕГРЮЛ по причине недействительности юридического адреса; иски к ООО «УПТК» со стороны каких-либо кредиторов отсутствуют; исполнительные производства в отношении ООО «УПТК» также отсутствовали. Таким образом, на момент исключения из ЕГРЮЛ ООО «УПТК» обладало имуществом (запасы и дебиторская задолженность), достаточным для взыскания с него задолженности в пользу должника, что подтверждает факт нанесения должнику убытков в заявленном размере, причиненных бездействием ответчика 1, выразившемся в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности с ООО «УПТК» в сумме 2 677 934 руб.

Определением апелляционного суда от 02.10.2024 восстановлен пропущенный срок подачи апелляционной жалобы, последняя  оставлена без движения на срок до 23.10.2024. Определением апелляционного суда от 17.10.2024 в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 12.11.2024. Определением апелляционного суда от 12.11.2024 судебное разбирательство отложено до 10.12.2024. Протокольным определением от 10.12.2024 в судебном заседании объявлен перерыв до 18.12.2024. Определением апелляционного суда от 18.12.2024 судебное разбирательство отложено до 20.01.2024.

В арбитражный суд поступили и в материалы дела приобщены:

- отзыв конкурсного управляющего ФИО9, поддержавшего позицию апеллянта;

- ходатайство конкурсного управляющего ФИО9 о приобщении дополнительных документов. Приведены пояснения о том, что 20.06.2023 между ФИО2 и ФИО9 подписан акт приема-передачи документов. Согласно инвентаризационной описи от 05.11.2019, составленной конкурсным управляющим ФИО8, у должника имеется дебиторская задолженность ООО «УПТК» в размере 2 677 934 руб. Согласно отчету конкурсного управляющего ФИО2 от 24.04.2023 в составе дебиторской задолженности учтена данная задолженность. По акту передачи от 20.06.2023 документы в отношении дебиторской задолженности ФИО2 не передавались. Исковая давность по взысканию указанной дебиторской задолженности истекла в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего ФИО3 Основания включения в инвентаризационную опись и в отчет конкурсного управляющего указанной дебиторской задолженности неизвестны. Доказательства истребования ФИО3 и предыдущими конкурсными управляющими у руководителей должника документов в материалах дела отсутствуют (протокольным определением от 10.12.2024 ходатайство удовлетворено);

- ходатайство апеллянта о приобщении к материалам дела дополнительных документов. Согласно позиции, изложенной в ходатайстве, из бухгалтерских балансов должника за 2016-2018 годы, анализа финансово-хозяйственной деятельности, проведенного временным управляющим ФИО7 следует, что объективное банкротство ОАО «Губеровский РМЗ» наступило не позднее 31.12.2016. Показатель чистой прибыли за 2016 год снизился с 13 тыс. руб. до убытка в 10 453 тыс. руб. У общества имелись как формальные, так и фактические признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества. Действуя разумно и добросовестно в интересах кредиторов, руководство общества по итогам 2016 года было обязано обратиться с заявлением о банкротстве с целью максимально полного удовлетворения требований кредиторов. Продолжение хозяйственной деятельности должника в 2017 году, несмотря на явное наличие признаков несостоятельности, привело к наращиванию объема кредиторской задолженности, в том числе по заработной плате работников. Таким образом, учитывая, что признаки объективного банкротства возникли у должника не позднее 31.12.2016, обязанность подать заявление о признании должника банкротом возникла у руководства не позднее крайней даты составления годовой финансовой отчетности за 2016 год (31.03.2017), то есть не позднее 30.04.2017 года (протокольным определением от 10.12.2024 ходатайство удовлетворено);

- ходатайство ФИО10 о приобщении к материалам дела подписки от 10.01.2025 № 25/126-н/25-2025-1-17, протокола допроса свидетеля от 10.01.2025 № 25/126-н/25-2025-1-18;

- ходатайство ФИО11 о приобщении к материалам дела акта о приеме передачи документов от 01.11.2019, описи документов № 3;

- отзыв ФИО2, который возражает против доводов апелляционной жалобы. Ответчик 2 привел доводы о том, что при рассмотрении настоящего спора следует руководствоваться нормами Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3, применимой к правоотношениям, возникшим с июля 2013 до 30.07.2017, поскольку обстоятельства, с которыми заявитель связывает наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возникли в период действия указанного закона. Временным управляющим ФИО7 составлены и на дату введения в отношении должника процедуры конкурсного производства приобщены в материалы дела анализ финансово-хозяйственной деятельности должника и заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства должника. 17.02.2021 конкурсным управляющим ФИО6 на сайте ЕФРСБ опубликован отчет оценщика об оценке имущества должника. Таким образом, с 17.02.2021 всем участникам дела о банкротстве достоверно было известно о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами, поэтому годичный срок исковой данности для направления заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц истек 17.02.2022. Правом на обращение в суд с требованием о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности обладают, в том числе и отдельные кредиторы или уполномоченный орган. Документы, собранные в процедуре банкротства, ранее исполнявшими обязанности конкурсного управляющего должником, были переданы ФИО3 ответом на запрос от 17.10.2022.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель СРО ААУ «Евросиб» по доводам жалобы возразил.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд, руководствуясь статьями 163, 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), определил объявить перерыв в судебном заседании до 03.02.2025 до 14 часов 30 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания. После перерыва судебное заседание продолжено 03.02.2025 в 14 часов 32 минуты с использованием системы веб-конференции, в том же составе суда.

За время перерыва через канцелярию суда от ФИО1 поступили пояснения к апелляционной жалобе с ходатайством о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств согласно перечню приложений. Как следует из данных пояснений, согласно показаниям ФИО10, начальника планово-экономического отдела ОАО «Губеровский РМЗ», члена комиссии по передаче документов ОАО «Губеровский РМЗ» конкурсному управляющему ФИО8, отражённым в ответе № 3 на вопрос № 3 протокола допроса свидетеля от 10.01.2025, «в составе передаваемой документации были и первичные документы, подтверждающие дебиторскую задолженность ООО «Управление производственно-технической комплектацией» в сумме 2 677 934 руб. Были переданы первичные документы по всем дебиторам ОАО «Губеровский РМЗ», что нашло своё отражение в пункте 2 описи документов № 3. Команда конкурсного управляющего ФИО8 после получения первичных документов 11.11.2019 приступила к работе по взысканию дебиторской задолженности ООО «УПТК». Почему эта работа не была доведена до логического конца, мне не известно». Поскольку конкурсный управляющий ФИО6 не заявлял требований к своему правопредшественнику ФИО8, а конкурсный управляющий ФИО3 не предъявлял требований к ФИО6 об истребовании документов, все документы, переданные по акту о приеме-передаче документов от 01.11.2019, описи документов № 3, включая упомянутые в протоколе допроса свидетеля от 10.01.2025 первичные документы, подтверждающие дебиторскую задолженность ООО «УПТК» в сумме 2 677 934 руб., были в распоряжении ФИО12

Коллегия, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить к материалам дела дополнительные доказательства, как представленные по предложению суда, необходимые для разрешения спора, при этом суд учитывает, что документы, поступившие от ФИО13, ФИО11, представлены в дальнейшем и самим апеллянтом, имеют непосредственное отношение в процедуре банкротства должника.

В судебном заседании арбитражный управляющий ФИО2, представитель ФИО1 дали пояснения на поставленные вопросы суда. Представитель СРО ААУ «Евросиб» поддержал озвученную до объявления перерыва в судебном заседании правовую позицию по настоящему спору.

Иные лица, участвующие в деле, после перерыва не явились, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Закон о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено данным Федеральным законом.

По смыслу указанной нормы права, в силу статьи 65 АПК РФ основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей); нарушение прав (законных интересов) заявителя; причинение или возможное причинение убытков должнику или его кредиторам.

В порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 указанной статьи, рассматриваются жалобы гражданина, представителя учредителей (участников) должника, представителя собственника имущества должника - унитарного предприятия, иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также лиц, участвующих в процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, нарушающие права и (или) законные интересы гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в процессе по делу о банкротстве (пункт  3 статьи 60 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур банкротства, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве.

Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в отсутствии умысла причинить вред кредиторам, должнику и обществу.

Интересы должника и кредиторов могут быть соблюдены при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют его деятельность по осуществлению процедур банкротства.

При этом реализация прав и исполнение обязанностей конкурсным управляющим обусловлены целями конкурсного производства, которое применяется к должнику с целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, признание действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными возможно при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

- нарушение конкретного закона или иного правового акта при исполнении конкретной обязанности, установленной законом для соответствующей процедуры банкротства (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.06.2011 № ВАС-3883/11);

- обстоятельства, подтверждающие реальное (а не потенциальное) нарушение прав и/или законных интересов именно заявителя, а не иных лиц (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2017 № 309-3016-19854);

- обстоятельства, подтверждающие, что предполагаемые нарушения прав или законных интересов заявителя жалобы явились следствием конкретных обжалуемых действий (бездействия) самого арбитражного управляющего (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 307-ЭС15-16415), а не вызваны объективными обстоятельствами или действиями (бездействием) третьих лиц (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 № 305-ЭС18-16703).

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего податель жалобы обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего, а также нарушение таким поведением его прав и законных интересов. В свою очередь, арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Как разъяснено в пункте 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Учитывая, что ответственность арбитражного управляющего является гражданско-правовой, убытки подлежат взысканию также с применением правил, предусмотренных статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и состоящих в том, что для их взыскания необходимо установление условий: неправомерности поведения ответственного лица, причинно-следственной связи между неправомерным поведением и наступившими у заявителя негативными последствиями, наличия и размера понесенных убытков

В отношении ответчика 2 заявлено требование о признании незаконным бездействия, выразившегося в неподаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. По мнению конкурсного кредитора, имелись достаточные основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности путем направления соответствующего заявления на основании статей 9, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве. Заявитель указал, что по результатам деятельности должника за 2017 год им получен убыток в сумме 10 453 тыс. руб., недостаточность имущества очевидна, в связи с чем у контролирующих должника лиц имелась неисполненная обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом. Срок на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности закончился 25.10.2022. Никто из конкурсных управляющих не обращался в суд с указанным заявлением. ФИО2 назначен на должность конкурсного управляющего с 07.09.2022, следовательно, являясь правопреемником предыдущих конкурсных управляющих, ФИО2 пропустил срок на подачу указанного заявления. В результате его неправомерного бездействия утрачена возможность пополнения конкурсной массы и наиболее полного удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем причинены убытки должнику в размере неудовлетворенных требований кредиторов, как включенных в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр), так и учтенных за реестром, а также требований кредиторов по текущим платежам и мораторным процентам.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129, 130, 133, 139, 142, 143 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными.

Согласно пункту 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Разрешая вопрос о том, соотносились ли действия управляющего по обращению с заявлением в суд об оспаривании сделок должника, о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, с принципом добросовестности, суду необходимо принять во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу которых, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.

По материалам дела коллегией установлено, что ФИО1 не раскрыл основания привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве. В судебном заседании 10.12.2024 апеллянт, отвечая на вопросы судебной коллегии, подтвердил, что не настаивает на наличии оснований для привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в порядке статьи 61.11 Закона о банкротстве. По имеющимся в деле доказательствам коллегией наличие таких оснований не установлено. С учетом изложенного позиция заявителя о незаконном бездействии ответчика 2, выразившегося в неподаче им заявления в суд по указанно норме права, подлежит отклонению как документально не подтвержденная.

Ссылаясь на статью 61.12 Закона о банкротстве, заявитель указал, что по результатам деятельности должника за 2017 год им получен убыток в сумме 10 453 тыс. руб., недостаточность имущества очевидна. Согласно позиции, изложенной при рассмотрении апелляционной жалобы, объективное банкротство ОАО «Губеровский РМЗ» наступило не позднее 31.12.2016. Учитывая, что признаки объективного банкротства возникли у должника не позднее 31.12.2016, обязанность подать заявление о признании должника банкротом возникла у руководителя должника не позднее крайней даты составления годовой финансовой отчетности за 2016 год (31.03.2017), то есть не позднее 30.04.2017.

Определяя срок исковой давности на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, заявитель ссылается на пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, в соответствии с которой заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой (в том числе по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве), может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Коллегия находит данный подход неверным на основании следующего.

До вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) – 30.07.2017, которым Закон о банкротстве был дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», включающей в себя указанные выше нормы права (статьи 61.12, 61.14), порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам были определены в статье 10 Закона о банкротстве.

В указанную статью Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), вступившим в силу 30.06.2013,  были внесены соответствующие изменения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

По результатам анализа вышеприведенных положений законодательства, исходя из обстоятельств, которые, как считает заявитель, являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, имели место 30.04.2017, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что к настоящему спору подлежат применению нормы материального права, предусмотренные статьями 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, подлежащей применению к настоящему спору, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Несмотря на то, что норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом, наличие объективного срока давности не должно отвлекать от главной идеи давности – ее расчет должен осуществляться основным образом по субъективному критерию, т.е. с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Если же лицо испытывает какие-либо препятствия для предъявления своего требования (неизвестен ответчик, невозможно точно определить размер требования и т.п.), то срок исковой давности может начинать течь не ранее устранения указанных препятствий.

В силу изложенного срок исковой давности, по пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, составляет один год, исчисляемый со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 21 раздела «Практика применения законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему  правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу – не ранее введения процедуры конкурсного производства).

Как разъяснено в пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия). Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В силу пункта 59 Постановления № 53, предусмотренный абзацем 1 пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 16.11.2019 опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ» о признании должника банкротом; реестр закрыт 16.01.2020 и сформирован в окончательной форме 14.07.2020. Временным управляющим ФИО7 в материалы дела представлен анализ финансово-хозяйственной деятельности должника и заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства должника. 17.02.2021 конкурсным управляющим ФИО6 на сайте ЕФРСБ опубликован отчет оценщика об оценке имущества должника. Таким образом, с 17.02.2021 всем участникам дела о банкротстве достоверно было известно о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами, поэтому, с учетом приведенных норм и пояснений, годичный срок исковой данности для направления заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц истек не позднее 17.02.2022.

Следуя позиции заявителя о начале исчисления срока исковой давности с момента введения в отношении должника процедуры конкурсного производства, апелляционный суд пришел к выводу, что при таких условиях срок исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности на основании статьи 9 Закона о банкротстве истек еще раньше - 25.10.2020. В этой связи является неправомерным вменение в вину обозначенного бездействия ответчику 2, назначенному конкурсным управляющим должником определением суда от 07.09.2022. Бездействие, выразившееся в неподаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, имеет отношение к деятельности конкурсных управляющих, исполнявших соответствующие обязанности до 25.10.2020.

Более того, коллегией установлено, что документация должника передана ФИО2 ФИО3 17.10.2022, что подтверждается своевременно направленным ФИО2 запросом от 17.09.2022 в адрес ФИО3, ответом ФИО3 на запрос от 17.10.2022. Таким образом, ответчик 2 не имел объективной возможности установить наличие / отсутствие оснований для предъявления требований в порядке статей 9, 10 Закона о банкротстве даже в течение трехгодичного срока исковой давности, исчисляемого заявителем.

При этом суд учитывает, что для выявления признаков, достаточных для обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, впервые назначенному в деле о банкротстве конкурсному управляющему требуется время на анализ документации должника. Как верно указал ответчик 2, направление заявления о привлечении к субсидиарной ответственности без установления всех оснований, позволяющих однозначно сделать вывод о вине руководителя должника, влечет для конкурсной массы дополнительные издержки, а также затягивание процедуры банкротства.

Таким образом, ФИО1 не доказан факт бездействия ответчика 2, как следствие, наличие причинно-следственной связи между утратой возможности подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности и возникновением убытков у заявителя, также как у иных кредиторов должника.

Ссылка заявителя на тот факт, что ФИО2 является правопреемником предыдущих конкурсных управляющих, как правильно указано судом первой инстанции, не может быть основанием для взыскания с него убытков, так как такой подход противоречит самому существу гражданско-правовой ответственности по возмещению убытков с конкурсного управляющего, которая по своей сути является личной ответственностью.

Ссылка заявителя на возможность восстановления пропущенного срока не может быть признана достаточно обоснованной, учитывая то, что утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих, при этом заявитель не сослался на наличие каких-либо обстоятельств, препятствовавших арбитражным управляющим в течение установленного срока подать соответствующие заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В заявлении ФИО1 также не приведено каких-либо обоснованных доводов и не предоставлено достаточных доказательств о наличии оснований для подачи заявления к субсидиарной ответственности контролирующих должника, что является его прямой обязанностью в соответствии со статьи 65 АПК РФ.

Приняв во внимание период исполнения обязанностей конкурсного управляющего ответчиком 2, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что заявителем не доказаны факт противоправного бездействия ФИО2, причинно-следственная связь между бездействием последнего и убытками кредиторов с учетом того, что подача заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, при отсутствии соответствующего решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, является правом, а не обязанностью конкурсного управляющего.

В части требования о признании незаконным бездействия арбитражного управляющего ФИО3, выразившегося в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности с ООО «УПТК» в сумме 2 677 934 руб., апелляционный суд пришел к следующему.

В соответствии с абзацем восьмым пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном данным Федеральным законом.

По материалам дела апелляционным судом установлено, что конкурсным управляющим ФИО8 в акт инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами, кредиторами от 16.12.2019 № 4 включена задолженность ООО «УПТК» в сумме 2 677 934 руб.

08.07.2020 в журнале «Вестник государственной регистрации» опубликовано сообщение о том, что налоговым органом принято решение № 2530 от 06.07.2020 о предстоящем исключении ООО «УПТК». 27.10.2020 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

По мнению заявителя, ФИО3 пропустил срок обжалования исключения дебитора из ЕГРЮЛ, в связи с чем утрачена возможность взыскания дебиторской задолженности в сумме 2 677 934 руб.

В соответствии с пунктом 8 статьи 22 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ может быть обжаловано кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав

По расчету апеллянта, годичный срок на обжалование истёк 27.10.2021, то есть в период, когда обязанности конкурсного управляющего должником исполнял ФИО3 (с 26.05.2021 по 07.09.2022).

Признавая позицию апеллянта несостоятельной, коллегия исходит из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия в распоряжения ответчика 1 первичной документации, подтверждающей наличие у ООО «УПТК» задолженности в размере 2 677 934 руб. перед ОАО «Губеровский РМЗ».

Ответ на запрос от 17.10.2021, содержащий перечень передаваемой ФИО3 ответчику 2, не свидетельствует о том, что в его распоряжении имелись названная документация. Согласно данному ответу ответчик 1 сообщил, что не перечисленная бухгалтерская  и финансовая документация должника руководителями не передавалась, о ее местонахождении неизвестно.

В протоколе допроса свидетеля от 10.01.2025, удостоверенном нотариусом Дальнереченского нотариального округа Приморского края, отражено, что ФИО10 работала в ОАО «Губеровский РМЗ» в должности начальника планово-экономического отдела в период с августа 1982 года по апрель 2021 года с местом дислокации в с. Новостройка Пожарского района Приморского края, по ул. Заводская, 17, ее трудовой функцией было ведение планово-экономической работы, включая элементы бухгалтерского учёта. Была членом комиссии по передаче документов ОАО «Губеровский РМЗ» конкурсному управляющему ФИО8, которая состоялась 01.11.2019. ФИО10 лично формировала состав передаваемой документации ОАО «Губеровский РМЗ». Акт о приеме-передаче документов от 01.11.2019 от передающей стороны подписал коммерческий директор ОАО «Губеровский РМЗ» ФИО14. В составе передаваемой документации были и первичные документы, подтверждающие дебиторскую задолженность ООО «УПТК» в сумме 2 677 934 руб. Были переданы первичные документы по всем дебиторам ОАО «Губеровский РМЗ», что нашло своё отражение в пункте 2 описи документов № 3 от 09.12.2019.

Действительно, согласно представленному в суд апелляционной инстанции акту о приеме-передаче документов от 01.11.2019 коммерческий директор ОАО «Губеровский РМЗ» ФИО11 передал, а назначенный конкурсный управляющий должником ФИО8 принял документы ОАО «Губеровский РМЗ». Однако из акта не усматривается, что ФИО8 переданы документы в отношении дебиторской задолженности ООО «УПТК». Также как и из пункта 2 описи документов № 3, переданных ФИО8 по запросу б/н от 05.12.2019, невозможно достоверно установить, что данные документы имеют отношение к дебиторской задолженности ООО «УПТК».

В судебном заседании 18.12.2024 апелляционным судом произведен допрос свидетеля ФИО11. На вопрос суда о том, какое свидетель имеет отношение к должнику, ФИО11 пояснил, что его назначили на должность коммерческого директора, тогда же директором был гражданин ФИО15 из Хабаровска. Имя, отчество гражданина ФИО15 пояснить не может. На вопрос о том, какие именно документы по дебиторской задолженности ООО «УПТК» были переданы конкурсному управляющему ФИО8, свидетель ничего пояснить не смог, указал на то, что передача документов конкурсному управляющему ФИО8 осуществлена по акту приема-передачи, от имени должника документы переданы ФИО11 и бухгалтером должника Чайка, которая, возможно, знает какие документы переданы; каких-либо требований от конкурсного управляющего ФИО8 о передаче еще каких-либо документов не поступало. После открытия конкурсного производства конкурсный управляющий ФИО8 не уволил ФИО11 с предприятия, а оставил в должности механика; юристы, привлеченные конкурсным управляющим ФИО8, занимались взысканием дебиторской задолженности. На обозрение суда свидетель представил запрос конкурсного управляющего ФИО8 об истребовании документов, адресованный генеральному директору должника ФИО11

Оценив представленные в материалы дела доказательства, установив, что акт о приеме-передаче документов от 01.11.2019 не конкретизирован, допрос ФИО11 не позволяет подтвердить обстоятельство передачи ФИО8 документации  в отношении ООО «УПТК», коллегия пришла к выводу, что заявителем не доказано, что в распоряжении ответчика 1 и / или иных конкурсных управляющих имелась первичная документация, подтверждающая наличие у ООО «УПТК» задолженности в сумме 2 677 934 руб. перед  ОАО «Губеровский РМЗ». Сами по себе показания ФИО10 указанное не подтверждают. Ссылка апеллянта на то, что ФИО8 после получения первичных документов 11.11.2019, приступил к работе по взысканию дебиторской задолженности ООО «УПТК», не принимается апелляционным судом во внимание как документально необоснованная. Кроме того, указанное само по себе не может свидетельствовать о незаконности бездействия ФИО3, а наоборот может свидетельствовать о том, что несмотря на принятые арбитражным управляющим меры фактическое взыскание спорной дебиторской задолженности даже в период до исключения ООО «УПТК» из ЕГРЮЛ оказалось невозможным, с учетом того, что  какое-либо пополнение конкурсной массы должника за счет спорной дебиторской задолженности не произошло.

Кроме того, апелляционным судом установлено, что в материалы дела не представлено надлежащих доказательств ликвидности спорной дебиторской задолженности, а сведения из государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности  в отношении ООО «УПТК» к таковым доказательствам не могут быть отнесены с учетом того, что общество исключено из ЕГРЮЛ, поскольку не представлены достоверные сведения на протяжении шести месяцев и не заявлены возражения против исключения общества из ЕГРЮЛ, что порождает объективные сомнения в достоверности сведений бухгалтерской отчетности, а также в том, что общество вело какую-либо хозяйственную деятельность, соответственно, фактически имело достаточные для погашения задолженности активы к моменту назначения конкурсным управляющим должником ответчика 1.

Учитывая, что на момент утверждения ФИО3 конкурсным управляющим должником ООО «УПТК» уже было исключено из ЕГРЮЛ, в отсутствие достаточных оснований считать дебиторскую задолженность реальной и ликвидной, коллегия усматривает, что принятие конкурсным управляющим мер по оспариванию исключения ООО «УПТК» из ЕГРЮЛ и дальнейшей работе с дебиторской задолженностью могло привести к возложению на конкурсную массу необоснованных расходов.

Арбитражный управляющий должен, с одной стороны, предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

С другой стороны, деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.

Напротив, возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, 'влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков (определение от 22.11.2017 по делу № 304-ЭС1б-694(9)).

Тот факт, что спорная дебиторская задолженность не списана ответчиком 1, само по себе не нарушает права и законные интересы конкурсных кредиторов, не влечет убытков.

При таких обстоятельствах коллегия пришла к выводу о том, что заявителем в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказано наличие оснований для признания действий ответчиков незаконными и, как следствие, для взыскания с последних убытков. В связи с чем суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований заявителя.

Доводы апеллянта подлежат отклонению по изложенным в мотивировочной части настоящего постановления основаниям. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено. Основания для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

При подаче апелляционной жалобы физическими лицами уплачивается государственная пошлина в размере 10 000 руб. (подпункт 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации), которая остается на апеллянте.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 29.07.2024 по делу № А51-19129/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.


Председательствующий

Т.В. Рева


Судьи


А.В. Ветошкевич


К.П. Засорин