Постановление от 30 мая 2018 г. по делу № А32-41824/2015

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: i№fo@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-41824/2015
город Ростов-на-Дону
30 мая 2018 года
15АП-1322/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Герасименко А.Н.,

судей Сулименко Н.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 09.02.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.12.2017 по делу № А32-41824/2015 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной по заявлению конкурсного кредитора ФИО4 к ПАО ВТБ 24, к индивидуальному предпринимателю ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>),

принятое в составе судьи Назаренко Р.М.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – должник) ФИО4 (далее – заявитель) обратился в арбитражный суд к должнику, ФИО5, к Банку ВТБ 24 (ПАО) с заявлением о признании недействительным договора купли продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017 и применении последствий недействительности, а так же признании недействительным платежей на сумму 646 424,67 руб. основного долга и 4 751,57 руб. процентов, совершенных должником в пользу ВТБ 24 (ПАО) в период с 07.06.2016 по 10.08.2017 и применении последствий недействительности.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.11.2017 по делу № А32-41824/2015 суд выделил в отдельное производство требования конкурсного кредитора ФИО4 к должнику, ВТБ 24 (ПАО) признании недействительным платежей на сумму 646 424,67 руб. основного долга и 4 751,57 руб. процентов совершенных должником в пользу ВТБ 24 (ПАО) в период с 07.06.2016 по 10.08.2017 и применении последствий недействительности.

В настоящем обособленном споре судом первой инстанции рассмотрены требования конкурсного кредитора ФИО4 к ФИО5 (далее – ответчик), к ВТБ 24 (ПАО) (далее – Банк) о признании недействительным договора купли продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017 и применении последствий недействительности.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.12.2017 по делу № А32-41824/2015 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что ФИО5 является заинтересованным лицом по отношению к должнику. При этом она не представила надлежащих доказательств наличия финансовой возможности оплаты 16 744 305,60 руб. по договору купли продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017. Согласно доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции безосновательно посчитал доказанной финансовую возможность, основываясь на доводах ответчика относительно продажи недвижимости в 1997 году, конвертации полученного дохода в иностранную валюту с последующим получением дохода от продажи валюты в 2017 году. Податель апелляционной жалобы указывает, что факт приобретения иностранной валюты в 1997 года, равно как и факт продажи в 2017 году должен быть подтвержден документально.

В представленных отзывах на апелляционную жалобу ФИО5, ФИО2 просили обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержало доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 14.12.2017 по делу № А32-41824/2015 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.12.2015 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.02.2016 (резолютивная часть от 10.02.2016) в отношении должника введена процедура реструктуризацию долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО6.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.12.2016 (резолютивная часть от 22.12.2016) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО6.

В обоснование заявленных требований конкурсный кредитор ФИО4 указывает, что между Банком и должником заключен кредитный договор от 28.04.2012 №<***> на сумму 20 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.06.2016 требования Банка в размере 17 390 730,27 руб. основного долга, 42 873,76 руб. процентов платы за кредит включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, как обеспеченные залогом имущества должника.

Между Банком и ФИО5 заключен договор купли - продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017, по условиям которого Банк передал ФИО5 все права по закладной в части возврата просроченной суммы основного долга по кредиту по кредитному договору № <***> от 28.04.2012 и уплаты просроченных процентов за пользование кредитом.

Мемориальным ордером № 450961 от 31.05.2017 ФИО5 произвела оплату за приобретенное право к ФИО2

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.08.2017 в реестре требований кредиторов Банк заменен на процессуального правопреемника конкурсного кредитора ФИО5

Конкурсный кредитор ФИО4 указывает, что ФИО5 является заинтересованным лицом по отношению к должнику и приходится ему тещей (матерью его жены ФИО7), у ФИО5, в силу ее возраста (78 лет), отсутствовала финансовая возможность за счет собственных средств совершить оспариваемую сделку, и, учитывая, что до настоящего времени должник не раскрыл достоверные сведения о своем финансовом состоянии, а также уклонение должника от передачи имущества финансовому управляющему, конкурсный кредитор ФИО4 полагает, что оспариваемая сделка фактически прикрывает сделку, между должником и Банком, совершена в нарушение положений статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве и положениями статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 214.1 Закона о банкротстве к отношениям, связанным с банкротством индивидуальных предпринимателей, применяются правила, установленные параграфами 1.1, 4 главы X настоящего Федерального закона, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

Отношения, не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Требованиям конкурного кредитора ФИО4 включены в реестр требований кредиторов и превышают десять процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Заявление об оспаривании сделки поступило в суд 16.08.2017.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Учитывая, что в качестве оснований заявленный требований приведены доводы о том, что конкурсный кредитор ФИО5 совершила сделку за счет денежных средств должника, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения заявленных требований о признании оспариваемой сделки недействительной, участниками которой формально должник и не является, в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

То обстоятельство, что ФИО5 является по отношению к должнику заинтересованным лицом в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве сторонами не оспаривается, между тем данное обстоятельство не является достаточным для вывода о совершении сделки за счет имущества должника.

На основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом. Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно положениям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Устанавливая обстоятельства заключения сделки, судом первой инстанции предложено ФИО5, исходя из приведенных доводов, представить доказательства финансовой возможности заключения договора купли - продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017 – наличия денежных средств в размере 16 782 427,95 руб.

В качестве своей финансовой состоятельности ФИО5 указала, что фактически выкупила у Банка долг своего зятя на свои личные сбережения, заработанные за всю ее трудовую деятельность, в том числе представив суду два договора купли продажи недвижимого имущества от 22.08.1997 и от 18.12.1997, пояснив, что на вырученные от продажи вышеуказанного имущества денежные средства в тот же период ей была приобретена иностранная валюта в размере около 200 000 долларов США которая в последующем была направлена для исполнения обязательств по оспариваемой сделке. Кроме того, в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции представила копию справки от реестра держателя акций, подтверждающих довод о том, что супругу ФИО8 принадлежало 220 обыкновенных акций и 780 привилегированных акций ПАО «НК Роснефть» - «Кубаньнефтепродукт».

В свою очередь ФИО4 указал, что поскольку ФИО5 не представлено доказательств, подтверждающих наличие 200 000 долларов США на протяжении с 1997 года по 2017 год., то он полагает, что денежные средства, за счет которых, ФИО5 выкупила закладную № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017, являлись денежными средствами самого должника, которые были незадолго до заключения договора купли-продажи закладной взяты из банковской ячейки ФИО2 и переданы ей.

В целях установления фактических обстяотельств, определением арбитражного апелляционного суда от 26.02.2018 суд в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязал Банк ВТБ (ПАО) сведения о наличии банковской ячейки у ФИО2 (ИНН <***>), открытой в Банке ВТБ (ПАО) в период с 01.01.2017 по 31.05.2017 (дата заключения договора купли-продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017), а также сведения об операциях по помещению и изъятию из банковской ячейки ценностей, совершенных в данный период.

Во исполнение определения суда письмом от 21.03.2018 № 354/772113 Банк ВТБ (ПАО) представил сведения, согласно которым в филиале № 2351 ВТБ 24 (ПАО) имелся договора аренды индивидуального банковского сейфа № 0055/12-000016 от 24.04.2012, заключенный с ФИО2.

От финансового управляющего ФИО6 поступил отзыв на апелляционную жалобу, содержащий ходатайство о приобщении документов – копий ответов Банка ВТБ (ПАО) на запросы финансового управляющего о наличии у ФИО2 имеющихся договоров аренды индивидуального банковского сейфа. Согласно представленному письму от 30.12.2016 исх. 28150/422250 Банк ВТБ (ПАО) сообщил о наличии договора аренды индивидуального сейфа № 00023/10/17-16 от 29.03.2016; согласно письму от 14.03.2017 исх. № 536 Банк ВТБ (ПАО) сообщил о датах посещения должником сейфовой ячейки.

В связи с наличием противоречивых доказательств, определением арбитражного апелляционного суда от 28.03.2018 суд обязал Банк ВТБ (ПАО) представить достоверные сведения о наличии заключенных договоров аренды индивидуального банковского сейфа № 00023/10/17-16 от 29.03.2016, заключенных с ФИО2; представить сведения о датах посещения ФИО2 арендуемого сейфа № 335.

Этим же определением суд обязал Банк ВТБ (ПАО) представить пояснения по вопросу суда о несоответствии сведений, изложенных в ответе на запрос суда (письмо от 21.03.2018 № 354/772113), сведениям, содержащимся в ответах на запросы финансового управляющего ФИО6 (письмо от 30.12.2016 исх. 28150/422250; письмо от 14.03.2017 исх. № 536); подтвердить достоверность подписей, проставленных сотрудниками Банка ВТБ (ПАО) в указанных письмах.

Во исполнение определения суда письмом от 21.03.2018 № 354/772113 Банк ВТБ (ПАО) письмом от 16.05.2018 № 741/772113 сообщил, что в ответ на определение суда была предоставлена информация по договору аренды банковской ячейки, открытой в Филиале № 2351 ВТБ 24 (ПАО). Тогда как договор аренды банковской ячейки № 00023/10/17-16 от 29.03.2016 был заключен Банком ВТБ (ПАО) РОО «Краснодарский». Также была приложена информация о допусках к арендуемой ячейке банковского сейфа, из которой следует, что последний раз ФИО2 посещал банк 30.05.2017 – то есть за день до заключения спорного договора купли-продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017.

Оценив все представленные доказательства в совокупности по правилам статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что факт посещения банковской ячейки в течение 1 минуты, в отсутствии каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что должником были взяты наличными из банковской ячейки более 16 млн. рублей, не может безусловно свидетельствовать о том, что оспариваемый договор купли-продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017 фактически заключен за счет денежных средств должника ФИО2

При этом конкурным кредитором не опровергнуты доводы ФИО5 о наличии финансовой возможности выкупить закладную самостоятельно.

Кроме того, конкурсным кредитором не правильно истолкованы положения ст. 170 ГК РФ.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора, согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. В рассматриваемом случае сделка исполнена.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Таким образом, по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки недостаточно. Стороны должны преследовать общую цель и с учетом правил статьи 432 ГК РФ достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. При этом к прикрываемой сделке, на совершение которой направлены действия сторон с целью создания соответствующих правовых последствий, применяются относящиеся к ней правила, в том числе о форме сделки.

Как следует из материалов дела Банк являлся кредитором должника, требования Банка были обеспечены залогом недвижимого имущества, которое включено в конкурсную массу должника.

В результате заключения 31.05.2017 договора купли-продажи закладной, Банк получил 16 782 427,95 рублей, передал покупателю права на заложенное имущество, которое также в настоящее время включено в конкурсную массу и согласно объявлению от 08.05.2018г. выставлено на торги с первоначальной стоимостью 114 813 089 рублей, фактически произошла замена одного кредитора на другого.

В результате анализа фактических обстоятельств, судебная коллегия пришла к выводу о том, что конкурсный кредитор ФИО4 не доказал согласованность воли всех участников сделки, а именно Банка, ФИО2 и ФИО5 на совершение притворной сделки, с учетом чего договор купли-продажи от 31.05.2017г. не может быть признан недействительным по основаниям, предусмотренным п.2ст. 170 ГК РФ. При этом судебная коллегия исходит из того, что в данном случае в результате заключения сделки имущество должника не выбыло из конкурсной массы, формальное наращивание кредиторской задолженности не произошло, поскольку размер требований кредиторов остался неизменным.

Доводы конкурсного кредитора о том, что поскольку оспариваемый договор заключен после введения процедуры то он может быть признан недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 61.3 Закона о банкротстве подлежит отклонению по следующим основаниям.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в постановлении контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях.

Ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80% стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве).

Соответственно, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные в пунктах 2 и 3 статьи 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в части названных 80%.

Изложенная выше правовая позиция нашла свое отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098(2) по делу № А40-140251/2013.

Если исходить из того, что требование Банка ВТБ (ПАО) как залогодержателя закладной № ДКПЗ 1/2017, фактически погашено путем заключения договора купли-продажи от 31.05.2017, за счет средств должника (хотя данное обстоятельство материалами дела не подтверждено и основано на предположениях кредитора) то надлежит оценивать, сколько бы получил банк в случае реализации имущества в процедуре банкротства и руководствоваться разъяснениями, изложенными в пункте 29.3 постановления № 63. В частности, общим правилом является то, что признание судом сделки недействительной не может повлечь ухудшение положения залогового кредитора в той части, в которой обязательство было прекращено без признаков предпочтения.

Вместе с тем, в настоящем случае отсутствуют условия, необходимые для признания договора купли-продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017 недействительной сделкой как совершенной с предпочтением, с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098(2).

Банк ВТБ (ПАО), как залогодержатель, в любом случае имел бы право на получение стоимости закладной в части 80%, предусмотренных статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, при этом оставшиеся 15% подлежали бы направлению на погашение требований кредиторов первой и второй очереди (пункт 1 статьи 138 Закона о банкротстве).

Поскольку реестр требований кредиторов ФИО2 не содержит требований кредиторов первой и второй очереди, Банк ВТБ (ПАО) не может считаться получившим предпочтение в результате заключения договора купли-продажи закладной № ДКПЗ 1/2017 от 31.05.2017 по ее 100% стоимости, с учетом того, что имущества должника заведомо хватает для удовлетворения требований кредиторов.

Порядок погашения требований Банка ВТБ (ПАО) в случае включения его требований в реестр требований кредиторов и реализации предмета залога в процедуре конкурсного производства, ничем бы не отличался от порядка погашения его требований посредством заключения оспариваемого договора купли-продажи, поскольку стоимость одного объекта недвижимости включенного в конкурсную массу должника определена в размере 114 813 089 рублей, что в два разе превышает размер требований кредиторов включенных в настоящее время в реестр.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления ФИО4 о признании сделки недействительной.

Апелляционная жалоба не содержит доводов, которые бы могли повлиять на правовую оценку спорных правоотношений. Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.12.2017 по делу № А32-41824/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном ст. 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий А.Н. Герасименко


Судьи Н.В. Сулименко


Н.В. Шимбарева