Постановление от 5 апреля 2024 г. по делу № А41-15184/2023

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, город Москва, улица Садовническая, дом 68/70, строение 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-5745/2024

Дело № А41-15184/23
05 апреля 2024 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 апреля 2024 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ивановой Л.Н.,

судей: Игнахиной М.В., Миришова Э.С.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Московской области от 31 января 2024 года по делу № А41-15184/23,

при участии в заседании:

от ИП ФИО2 - ФИО3, представитель по доверенности от 01.03.2024, диплом, паспорт;

от ФИО4 – не явился, извещен надлежащим образом,



УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Двери 6.7.8».

Решением Арбитражного суда Московской области от 31 января 2024 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда, ИП ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, полагая, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в полном объеме, просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 121-123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в отсутствие представителей ФИО4, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе, публично, путем размещения информации в картотеке арбитражных дел http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Выслушав объяснения представителя истца, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела, 27.12.2016 года между ФИО2 (далее – Покупатель, заявитель, ФИО2) и Обществом с ограниченной ответственностью «Двери 6.7.8» в лице генерального директора ФИО5 (далее Продавец, ООО «Двери 6.7.8») был заключен договор купли-продажи, согласно которому ООО «Двери 6.7.8» приняло на себя обязательства передать в собственность Покупателю деревянные межкомнатные двери, фурнитуру к ним и дополнительные элементы - товар, включая установку.

Общая стоимость по договору составила 566.550 руб. Покупатель внес аванс по данному договору в сумме 397.000 руб., однако Продавец товар в установленный договором срок не поставил и от возврата денежных средств уклоняется, претензию Покупателя не исполнил.

ФИО2 обратился с иском к ООО «Двери 6.7.8», ФИО5 в суд. Решением Кузьминского районного суда г. Москвы по делу 2-3384/2017 от 28.09.2017 исковые требования ФИО2 удовлетворены.

Судом расторгнут договор 19/10/1 от 27.12.2016, заключенный между ФИО2 и ООО «Двери 6.7.8.», взысканы в пользу ФИО2 с ООО «Двери 6.7.8.», денежные средства в счет возврата аванса в размере 397 000 руб., неустойка в сумме 566 550 руб., компенсация морального вреда в размере 2 000 руб., штраф 482 775 руб.

Исполнительное производство о взыскании с ООО «Двери 6.7.8.» в пользу ФИО2 задолженности окончено 25.10.2019 в связи с невозможностью установить местонахождение должника.

Апелляционным судом установлено, что ООО «Двери 6.7.8.» зарегистрировано в качестве юридического лица 13.09.2013 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №23 по Московской области за основным государственным регистрационным номером 1135009007660.

ФИО5 являлся генеральным директором общества, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ).

28.08.2019 в отношении ООО «Двери 6.7.8.» Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №23 по Московской области внесена запись в ЕГРЮЛ (ГРН № 2195027471296) о недостоверности сведений о юридическом лице (результаты проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице).

10.03.2020 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №23 по Московской области было принято решение № 1446 о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности в отношении ООО «Двери 6.7.8.» (запись ГРН № 2205000505400).

Сведения о предстоящем исключении ООО «Двери 6.7.8.» в соответствии с положениями статьи 21.1 и статьи 21.3 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о регистрации, Закон № 129-ФЗ) опубликованы в журнале «Вестник государственной регистрации», часть 2 №10(777) от 11.03.2020 / 4469.

В течение трех месяцев после публикации сообщения в Инспекцию не поступало заявлений от лиц, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с предстоящим исключением ООО «Двери 6.7.8.».

29.06.2020 Инспекцией в ЕГРЮЛ внесена запись за государственным регистрационным номером 2205003427650 об исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Указанные действия налогового органа не обжаловались истцом, возражения о внесении записи о прекращении ООО «Двери 6.7.8.» в налоговый орган не поступало. Доказательств обратного истцом в материалы дела не представлено.

Указывая, что ответчик фактически осуществляли управление обществом и на момент исключения общества из ЕГРЮЛ являлся контролирующим лицом должника, истец обратился с иском в суд.

В рассматриваемом деле иск заявлен в защиту права истца на получение подлежащих оплате денежных сумм, взысканных решением Кузьминского районного суда г. Москвы по делу 2-3384/2017 от 28.09.2017.

По мнению истца, вина ответчика в причинении спорных убытков подтверждается его бездействием и нежеланием исполнять решение Кузьминского районного суда г. Москвы по делу 2-3384/2017 от 28.09.2017.

На основании вышеизложенных обстоятельств ИП ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московской области.

Арбитражный суд Московской области пришел к выводу, что ссылка истца на положения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», вступившее в силу 30.07.2017, применению к спорным правоотношениям не подлежит по следующим основаниям.

Суд первой инстанции указал, что вменяемые ответчику недобросовестные или неразумные действия (бездействие), указываемые истцом в качестве противоправного поведения, влекущего субсидиарную ответственность по обязательствам исключенного общества, имели место до вступления в силу вышеуказанного закона.

Арбитражный суд Московской области сослался на то, что положения п. 3.1 ст. 3 Закона № 14-ФЗ не распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие. Как следует из п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Между тем вывод суда первой инстанции о том, что истец не может ссылаться на положения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» неправомерен по следующим основаниям.

Ответственность собственника имущества учреждения является особым видом субсидиарной ответственности, на который общие нормы о субсидиарной ответственности, определенные статьей 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, распространяются с особенностями, установленными статьей 120 Кодекса. Особенность такой ответственности состоит в том, что собственник имущества учреждения не может быть привлечен к ответственности без предъявления в суд искового требования к основному должнику.

Общий срок исковой давности составляет 3 года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 1 ст. 196 ГК РФ).

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Начало течения срока исковой давности для предъявления требования к собственнику имущества учреждения, являющемуся субсидиарным должником, следует исчислять исходя из даты предъявления исполнительного листа к основному должнику и установленного законом срока для удовлетворения требования по исполнительному листу.

Данная правовая позиция сформулирована Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 27.07.2011 № 2381/11.

Как следует из материалов дела, Постановлением судебного пристава-исполнителя от 25.10.2019 исполнительное производство № 7823/18/50006-ИП окончено, исполнительный лист № ФС 015524566 возвращен взыскателю. Основанием возврата исполнительного документа являлась невозможность установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих должнику денежных средств и иных ценностей.

Таким образом, у истца возникло право на подачу иска с даты окончания исполнительного производства, то есть с 25.10.2019.

Поскольку указанная дата наступила после 30.07.2017, то есть после вступления в законную силу положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», данные положения применимы к настоящему спору.

Кроме того, решение о взыскании с ответчика суммы долга вынесено Кузьминским районным судом г. Москвы 28.09.2017, после вступления в силу изменений ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Между тем указанный вывод Арбитражного суда Московской области о применении положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не повлиял на законность принятого решения.

Исковые требования не подлежали удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (руководители или участники общества), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Ответственность контролирующих лиц, руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность наличия всей совокупности этих фактов. Недоказанность одного из перечисленных составляющих исключает возможность удовлетворения требований истца.

Пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При рассмотрении настоящего спора истец не представил каких-либо бесспорных доказательств, подтверждающих факт недобросовестного и неразумного поведения ответчика в период исполнения ими соответствующих полномочий генерального директора и участника общества.

Доказательств наличия непосредственной вины ответчика в несвоевременной оплате задолженности не представлено.

Наличие у ООО «Двери 6.7.8.», впоследствии исключенного из ЕГРЮЛ регистрирующим органом, непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков (как руководителя, так и учредителя общества) в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга (указанная правовая позиция нашла свое подтверждение в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.11.2019 № 309-ЭС19-20024 по делу № А60-27247/2018).

Таким образом, истцом не доказано, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ответчик уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество общества, выводил активы, принял решение о ликвидации общества и т.д.

Доводы истца, по сути, сводятся к тому, что неисполнение решения Кузьминского районного суда г. Москвы по делу 2-3384/2017 от 28.09.2017. презюмирует вину руководителя общества и является достаточным основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Вместе с тем, необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава 3.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 05.03.2019 № 305-ЭС18-15540), противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

При оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Между тем соответствующих обстоятельств судом не установлено, а истцом не доказано.

Доказательства того, что ответчик, имея возможность действовать от имени ООО «Двери 6.7.8.», уклонялся от исполнения обязательств перед взыскателем при наличии у общества достаточных денежных средств, совершал какие-либо умышленные действия с целью уклонения от исполнения обязательств перед истцом, последним в дело не представлены.

Апелляционный суд также отмечает, что сам истец с сентября 2017 года до момента исключения общества из ЕГРЮЛ (29.06.2020) не предпринимал действий для признания ООО «Двери 6.7.8.» банкротом в связи с неисполнением решения Кузьминского районного суда г. Москвы по делу 2-3384/2017 от 28.09.2017, а также не заявлял возражения относительно исключения ООО «Двери 6.7.8.» из ЕГРЮЛ в порядке, установленном ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ. Действия регистрирующего органа по исключению общества из ЕГРЮЛ заявителем в судебном порядке не обжалованы.

Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве осуществляется в случае, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона (п. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве).

В то же время, дополнительные гарантии кредиторов недействующих юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ в административном порядке, предусмотрены пунктом 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случае обнаружения имущества ликвидированного юридического лица, исключенного из единого государственного реестра юридических лиц, в том числе в результате признания такого юридического лица несостоятельным (банкротом), заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право.

В соответствии с пунктом 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», если у ликвидированного должника-организации осталось нереализованное имущество, за счет которого можно удовлетворить требования кредиторов, то взыскатель, не получивший исполнения по исполнительному документу, иное заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право, в соответствии с пунктом 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из вышеизложенного, истцом не доказана недобросовестность и противоправность действий (бездействия) ответчика, его вины, а также наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями.

При указанных обстоятельствах судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении требований истца.

Довод заявителя апелляционной жалобы о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права является несостоятельным, поскольку определение законов и иных нормативных правовых актов, подлежащих применению при рассмотрении дела, является прерогативой суда, разрешающего спор (ч. 1 ст. 168 АПК РФ).

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку обжалуемого судебного акта, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения суда.

Иное толкование заявителем апелляционной жалобы положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку не подтверждают правомерность позиции заявителя, противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам. Данные доводы сделаны при неправильном и неверном применении и толковании норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения. Имеющиеся в материалах дела доказательства, оцененные судом по правилам статей 64, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не подтверждают законности и обоснованности позиции заявителя.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с положениями части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

На основании вышеизложенного апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 31 января 2024 года по делу № А41-15184/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через суд первой инстанции.


Председательствующий cудья


Л.Н. Иванова

Судьи


М.В. Игнахина

Э.С. Миришов