Постановление от 22 декабря 2023 г. по делу № А40-5476/2022

№ 09АП-78790/2023

Дело № А40-5476/22
г. Москва
22 декабря 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 декабря 2023 года


Постановление изготовлено в полном объеме 22 декабря 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Г. Ахмедова

судей Ю.Л. Головачевой, А.А. Комарова

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1, конкурсного кредитора ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2023 по делу №А40-5476/22, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 требования ФИО4 в размере 20 000 000 руб. - основного долга, 6 107 779,78 руб. - проценты,

при участии в судебном заседании:

От финансового управляющего ФИО1 – ФИО5 по дов. от 10.10.2022

От ФИО2 – ФИО6 по дов. от 10.11.2023

От ФИО4 – ФИО7 по дов. от 02.02.2023

иные лица не явились, извещены



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25 октября 2022 года должник ФИО3 (дата рождения: 11.10.1978; место рождения: гор. Москва; адрес места жительства: <...>; адрес регистрации: <...>, стр. 1 кв. 552, ИНН <***>, СНИЛС – не известен) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО1 (ИНН <***>, член СОАУ «Континент»).

Сообщение об указанных фактах опубликовано в газете "Коммерсантъ" № 205 от 03.11.2022 г.

В Арбитражный суд города Москвы 16.01.2023 (согласно штампу канцелярии суда) поступило требование кредитора ФИО4 о включении в Реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 27 455 724 руб. 99 коп.

Определением от 11.10.2023 Арбитражный суд города Москвы удовлетворил заявление кредитора ФИО4, включил в реестр требований кредиторов должника задолженность в сумме 26 107 779,78 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, финансовый управляющий ФИО1, конкурсный кредитор ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных кредитором требований о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

В обоснование доводов жалобы ссылаются на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

В судебном заседании апелляционного суда представители финансового управляющего имуществом должника и конкурсного кредитора ФИО2 поддержали доводы апелляционной жалобы, представитель конкурсного кредитора ФИО4 по доводам жалобы возражал, просил оставить обжалуемое определение без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, полагает определение суда подлежащим отмене исходя из следующего.

Судом первой инстанции установлено, что между должником и кредитором заключен договор процентного займа от 19.11.2017 (л.д. 69), в рамках которого кредитор уплатил должнику 20 000 000 руб. 00 коп. Должник возврат денежных средств кредитору не произвел. Задолженность по договору займа составляет 20 000 000 руб. 00 коп. основного долга и 6 107 779,78 руб. процентов по займу.

Удовлетворяя требования кредитора, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о заключенности договора займа, обоснованности заявленного кредитором размера задолженности в общей сумме 26 107 779,78 руб.

В отношении приобретения супругой должника квартиры в течение непродолжительного периода времени после даты выдачи займа спора между сторонами не имеется.

В апелляционных жалобах указано, что арбитражный суд первой инстанции (1) необоснованно принял в качестве надлежащего доказательства предварительный договор купли-продажи от 01.11.2017; (2) безосновательно пришел к выводу о достаточности денежных средств у кредитора на дату выдачи займа; (3) не разрешил в ходе судебного процесса в установленном процессуальном порядке заявление о фальсификации договора займа от 19.11.2017 и акта приема-передачи денежных средств от 19.11.2017.

Суд апелляционной инстанции признает выводы суда первой инстанции неверными в части определения оснований для включения требования в третью очередь реестра требований кредиторов должника в силу следующего.

К доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов.

Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Согласно абзацу 3 пункта 26 Постановления N 35 при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Указанные разъяснения направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований. По смыслу указанных разъяснений, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только свою возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в оправдательных документах.

Само по себе наличие расписки в силу специфики дел о банкротстве не может являться безусловным основанием для включения основанного на них требования в реестр, кредитор должен представить доказательства его финансового положения, позволявшего предоставить денежные средства, а должник - доказательства расходования полученных денег.

Поскольку не имеется спора о том, что кредитор ФИО4 должнику приходится заинтересованным лицом (родной матерью, ст. 19 Закона о банкротстве), судам надлежит применять стандарт "вне всяких разумных сомнений" (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2020 N 308-ЭС19-9133(10)).

Аффилированному кредитору недостаточно представить в суд стандартный комплект документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы), подтверждающий наличие у должника долга по тому или иному обязательству. Аффилированный кредитор обязан также устранить любые разумные сомнения в том, что этот долг является фиктивным и исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты.

Финансовый управляющий имуществом должника (дополнения к отзыву – л.д. 73) и конкурсный кредитор ФИО2 (заявление о фальсификации доказательств – л.д. 59-60) обращали внимание арбитражного суда первой инстанции на тот факт, что договор займа между кредитором и должником заключен 19.11.2017 (л.д. 5-6, подлинник – л.д. 69-70), денежные средства переданы 19.11.2017 (акт приема-передачи денежных средств – л.д. 7, подлинник – л.д. 71), но кредитор получает пенсию (л.д. 66-68), не имеет иных постоянных источников дохода. Договор купли-продажи недвижимого имущества от 30.11.2017 (л.д. 29-30) не позволяет установить, что денежные средства покупателем кредитору ФИО4 были переданы ранее 30.11.2017 (в п. 2.3 договора указано, что выплата покупателем продавцу 45 000 000 руб. 00 коп. осуществляется в момент подписания договора, то есть 30.11.2017). Для объяснения данного обстоятельства кредитором ФИО4 представлена копия предварительного договора купли-продажи земельных участков и жилого дома от 01.11.2017 (л.д. 31), в которой указано на получение кредитором ФИО4 денежных средств в сумме 25 000 000 руб. 00 коп. от покупателя уже 01.11.2017.

Таким образом, в материалах обособленного спора имеются противоречивые доказательства в отношении наличия у кредитора финансовой возможности выдать займ именно 19.11.2017.

Подлинник предварительного договора от 01.11.2017, включающего расписку о получении денежных средств 01.11.2017, как поясняла в судебном процессе кредитор ФИО4, утрачен.

Вместе с тем, апелляционный суд полагает, что заключение предварительного договора купли-продажи недвижимости за месяц до основного договора с выплатой покупателем продавцу аванса в сумме 25 000 000 руб. 00 коп. является необычным поведением экономических субъектов. В договоре купли-продажи от 30.11.2017 такого условия не имеется (указано, что вся сумма оплачивается в день подписания договора). Для передачи денежных средств стороны договора, как правило, используют безопасные способы расчетов (посредством аренды банковской ячейки, банковского аккредитива, передача наличных денежных средств как правило производится в день подписания договора купли-продажи во избежание рисков обмана). Такое необычное поведение в судебном процессе не нашло своего обоснования.

Для разрешения возникшей коллизии кредитор ФИО4 была вправе представлять дополнительные доказательства (заявить о допросе свидетеля - покупателя, истребовать при содействии арбитражного суда подлинник предварительного договора у покупателя, истребовать информацию о движении по счетам покупателя денежных средств в банке). В нарушение требований ст. 65 АПК РФ такие процессуальные действия в свою защиту кредитор не предпринял.

Арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу, что у акта приема-передачи денежных средств объективно недостоверная дата – 19.11.2017, вместо 30.11.2017, но это не опровергает факт предоставления матерью денежных средств сыну на приобретение квартиры, поскольку временной разрыв объяснен существованием расписки от 01.11.2017, включенной в текст предварительного договора купли-продажи.

В соответствии с ч. 6 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Предоставление подлинника предварительного договора купли-продажи земельных участков и жилого дома от 01.11.2017 или иных доказательств от кредитора ФИО4 требовалось в связи с тем, что имеется несоответствие одного доказательства другому, а обстоятельства, указанные в договоре от 30.11.2017 и предварительном договоре от 01.11.2017, приводят суд к противоположным выводам в отношении вопроса о наличии у кредитора ФИО4 финансовой возможности для выдачи займа именно 19.11.2017.

С учетом изложенного апелляционный суд приходит к выводу, что кредитор ФИО4 в нарушение принципа доказывания "вне всяких разумных сомнений" не доказала надлежащим образом наличие задолженности должника (не доказала наличие возможности выдать займ именно 19.11.2017).

Таким образом, в удовлетворении требований кредитора ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 20 000 000 руб. 00 коп. основного долга и начисленных процентов надлежит отказать. Определение суда от 11.10.2023 подлежит отмене, а апелляционные жалобы финансового управляющего должника и конкурсного кредитора ФИО2 надлежит удовлетворить.

Апелляционный суд при этом отклоняет довод конкурсного кредитора ФИО2 о том, что арбитражный суд первой инстанции не разрешил в ходе судебного процесса в установленном процессуальном порядке заявление о фальсификации договора займа от 19.11.2017 и акта приема-передачи денежных средств от 19.11.2017. Текст заявления о фальсификации – л.д. 59-60, подлинники договора займа и акта приема-передачи денежных средств - л.д. 69-71. Как следует из обжалуемого судебного акта, арбитражный суд первой инстанции выносил на обсуждение со сторонами обособленного спора вопрос том, возможно ли назначение судебной технической экспертизы в целях установления давности изготовления документов, но стороны на вопрос суда ответили отрицательно, отказались заявлять о проведении экспертизы и нести соответствующие судебные расходы.

Перечень мер, которые суд предпринимает для проверки заявления о фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ, является открытым.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", способ проведения проверки достоверности заявления о фальсификации определяется судом.

Кроме того, в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста). В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Апелляционный суд пришел к выводу, что арбитражный суд первой инстанции путем оценки представленных в материалы дела доказательств, при отсутствии возможности назначить судебную экспертизу, заявление о фальсификации рассмотрел по существу, пришел к выводу об отсутствии признаков фальсификации и о том, что спорные договор займа и акт приема-передачи являются достоверными доказательствами, после чего на основании указанных доказательств рассмотрел обособленный спор по существу.

При этом заявлений о фальсификации предварительного договора купли-продажи от 01.11.2017 стороны в материалы дела не представляли.

Таким образом, определение от 11.10.2023 подлежит отмене, а апелляционные жалобы финансового управляющего имуществом должника и конкурсного кредитора ФИО2 – удовлетворению. В удовлетворении требований кредитора ФИО4 надлежит отказать.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.10.2023 по делу № А40-5476/22 отменить, апелляционные жалобы удовлетворить.

В удовлетворении заявления отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: А.Г. Ахмедов


Судьи: Ю.Л. Головачева


А.А. Комаров