Постановление от 3 декабря 2020 г. по делу № А75-24195/2019

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-24195/2019
03 декабря 2020 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 26 ноября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 03 декабря 2020 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Смольниковой М.В.

судей Брежневой О.Ю., Зориной О.В.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11923/2020) акционерного общества «ВСЕРОССИЙСКИЙ БАНК РАЗВИТИЯ РЕГИОНОВ» на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23 сентября 2020 года о завершении процедуры реализации имущества гражданина по делу № А75-24195/2019 (судья Ю.П. Щепелин), вынесенное по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего ФИО2, а также вопроса о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН: <***>),



установил:

ФИО4 (далее – ФИО4, должник) обратилась в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом), введении в отношении нее процедуры реализации имущества гражданина, назначении финансового управляющего из числа членов Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 08.02.2020, резолютивная часть которого объявлена 03.02.2020, ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» ФИО2.

От финансового управляющего поступил отчет о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина от 02.07.2020, реестр требований кредиторов, анализ финансового состояния должника, а также ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Кроме того, финансовый управляющий просил перечислить ему с депозитного счета арбитражного суда сумму фиксированного вознаграждения в размере 25 000 руб.

Акционерное общество «Всероссийский банк развития регионов» (далее – АО «ВБРР», банк) обратилось в арбитражный суд с ходатайством о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.09.2020 по делу № А75-24195/2019 завершена процедура реализации имущества ФИО3 Ходатайство АО «ВБРР» о неприменении правил об освобождении от исполнения обязательств к должнику оставлено без удовлетворения, ФИО3 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Прекращены полномочия финансового управляющего ФИО2. Суд первой инстанции определил: перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры арбитражному управляющему ФИО2 денежные средства в размере 25 000 руб., внесенные ФИО4 по квитанции от 10.01.2020 № 727.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, АО «ВБРР» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить в части освобождения ФИО4 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, разрешить вопрос по существу: не применять в отношении ФИО4 правила об освобождении ее от исполнения обязательств перед АО «ВБРР».

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что материалами дела подтверждается факт злостного уклонения должника от погашения кредиторской задолженности перед АО «ВБРР» в условиях, когда доход должника позволял исполнять кредитные обязательства, а также заведомо недобросовестное подведение должника, выразившееся в наращивании кредиторской задолженности. В частности, податель жалобы ссылается на то, что с января 2019 года ФИО4 перестала платить по кредитам АО «ВБРР», общая задолженность по основному долгу по которым составлял 627 347 руб. 52 коп. и одновременно начала наращивать свою кредиторскую задолженности путем принятия на себя заведомо не исполнимых обязательств посредством оформления кредитов и займов в различных кредитных организациях, в результате чего за 4 месяца 2019 года ФИО4 было оформлено 19 кредитов и займов, кредиторская задолженность увеличена до 1 570 982 руб. 01 коп. Помимо изложенного, податель жалобы ссылается на предоставление должником при оформлении в АО «ВБРР» кредита заведомо недостоверных сведений об активах клиента (собственности), а именно о нахождении в собственности должника квартиры, которая не находилась в ее собственности, а также на непредоставление сведений о наличии неисполненных обязательств перед ПАО «Сбербанк России».

Судебное заседание апелляционного суда проведено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.09.2020 по настоящему делу.

С учетом части 5 статьи 268 АПК РФ, приведенных в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснений и отсутствия возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы, обжалуемое определение проверено лишь в части освобождения ФИО4 от дальнейшего исполнения обязательств. В остальной части обжалуемое определение не проверяется.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее – освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Доводы подателя жалобы сводятся к наличию соответствующих оснований ввиду недобросовестного поведения должника, выразившегося, в том числе, в принятии должником на себя заведомо неисполнимых обязательств перед кредиторами.

Отклоняя указанные доводы, суд первой инстанции исходил из того, что в данном случае имеет место быть неразумное финансовое поведение должника, должник сотрудничал с финансовым управляющим, представлял необходимые сведения и данные, признаков фиктивного и преднамеренного банкротства финансовым управляющим не установлены, какие – либо сделки с имуществом, направленные на вывод или сокрытие имущества финансовым управляющим не установлены.

Оснований полагать иное судом апелляционной инстанции при повторном исследовании материалов дела не установлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956, злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором;

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.

Таким образом, абзац четвертый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве направлен на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательства в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение, не согласующееся с требованиями статьи 1 ГК РФ, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Кроме этого необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

В рассматриваемом случае, вопреки доводам АО «ВБРР», представленная им копия заявления-анкеты ФИО4 содержит сведения о квартире в разделе «Контактная информация».

В разделе «Сведения об активах клиента (собственности)» не отражено указание ФИО4 на принадлежность ей какой-либо квартиры.

Принимая во внимание, что право должника на проживание в жилом помещении не обусловлено исключительно принадлежность ему на праве собственности соответствующего объекта недвижимости, оснований полагать, что ФИО4 принадлежит на праве собственности указанная в разделе «Контактная информация» квартира, у банка не имелось.

Кроме того, учитывая распространение на единственное пригодное для проживания должника и членов его семьи жилое помещение в силу абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствие договора залога в отношении указанного жилого помещения, оснований полагать возможным удовлетворение требований банка за счет реализации указанной квартиры у АО «ВБРР» при предоставлении кредита должнику не имелось.

В связи с изложенным факт утраты возможности исполнения обязательств ФИО4 перед АО «ВБРР» не может быть обусловлен указанными должником в заявлении-анкете сведения относительно квартиры.

Как обоснованно указано АО «ВБРР», в заявлении-анкете ФИО4 не были указаны имевшиеся у нее обязательства перед ПАО «Сбербанк России».

Вместе с тем, ФИО4 дано согласие на получение АО «ВБРР» кредитного отчета, включая основную часть ее кредитной истории, содержащейся в любом бюро кредитных историй, включенном в государственный реестр бюро кредитных историй в целях рассмотрения ее заявления-анкеты и заключения кредитного договора.

Поскольку у банка имелась возможность проверить правильность указанных должником в заявлении-анкете данных с учетом предоставленного заявителем согласия на получение банком информации в бюро кредитных историй, оснований полагать, что должником были недобросовестно сокрыты сведения о наличии у нее обязательств перед ПАО «Сбербанк России», у суда апелляционной инстанции не имеется.

Заключение должником договоров займа в микрофинансовых организациях имело место после принятия должником обязательств перед АО «ВБРР» и с учетом вышеприведенной правовой позиции в отсутствие доказательств недобросовестного поведения должника свидетельствует о неразумном поведении должника, что не предполагает исключение оснований для применения в отношении должника правил о дальнейшем освобождении от исполнения обязательств.

При этом о включении требований в реестр требований кредиторов должника заявлено лишь одной микрофинансовой организацией.

Основания полагать, что в нарушение прав АО «ВБРР» требования иных микрофинансовых организаций были удовлетворены ФИО4, из материалов настоящего дела не следуют и подателем жалобы не представлены.

Изложенное само по себе не позволяет полагать поведение должника при исполнении обязательств перед АО «ВБРР» недобросовестным и повлекшим невозможность исполнения их в полном объеме.

Само по себе прекращение уплаты должником задолженности перед кредиторами не может свидетельствовать о его злостном уклонении от исполнения обязательств.

Оснований полагать, что у должника имелись средства, достаточные для исполнения обязательств перед АО «ВБРР», из материалов настоящего дела не следует.

Таким образом, злостное уклонение ФИО4 от исполнения обязательств перед АО «ВБРР» из материалов настоящего дела судом апелляционной инстанции не усматривается.

Совокупность изложенного не может свидетельствовать о необоснованном применении судом первой инстанции в отношении ФИО4 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств с учетом основной цели потребительского банкротства – социальной реабилитации добросовестного гражданина, предоставления ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам, чем всегда ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им в полном объеме.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23 сентября 2020 года по делу № А75-24195/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме


Председательствующий


М.В. Смольникова

Судьи


О.Ю. Брежнева

О.В. Зорина