Постановление от 25 июня 2019 г. по делу № А35-9439/2015

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А35-9439/2015
г. Воронеж
25 июня 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2019г.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 июня 2019г.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Потаповой Т.Б.,

судей Владимировой Г.В.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии:

от ФИО3: ФИО4 – представитель по доверенности № 46 АА 0937964 от 06.02.2017;

от ФИО5: ФИО6 – представитель по доверенности №46 АА 1149482 от 08.06.2018;

от ФИО7: ФИО6 – представитель по доверенности №46 АА 1149482 от 08.06.2018;

от конкурсного управляющего ООО «Управляющая компания «Наш Дом» ФИО8: ФИО9 – представитель по доверенности б/н от 15.04.2019.

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 и ФИО5, ФИО7 на определение Арбитражного суда Курской области от 13.02.2019 по делу №А35-9439/2015 (судья Шумаков А.И.)

по рассмотрению заявлений конкурсного управляющего ФИО8 к ФИО5, ФИО7, ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности,

ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, Дыру Е.В., ФИО10, ФИО5, ФИО11,

по настоящему делу по заявлению ООО «Теплогенерирующая компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ООО «Управляющая компания «Наш Дом» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Курской области 10.12.2015 в отношении ООО «Управляющая компания «Наш Дом» (далее – ООО «УК «Наш Дом», должник) введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО8

08.08.2016 Арбитражный суд завершил процедуру наблюдения и перешел к рассмотрению дела о банкротстве ООО «УК «Наш Дом» в соответствии с положениями, предусмотренными параграфом 2 главы 11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Решением Арбитражного суда Курской области от 08.08.2016 ООО «УК «Наш Дом» признано банкротом, открыто конкурсное производство конкурсным управляющим утвержден ФИО8

Конкурсный управляющий ФИО8 обратился в арбитражный суд с заявлениями к ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО7, Дыру Е.В., ФИО10, ФИО5, ФИО11, о привлечении данных лиц к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Курской области от 13.02.2019 ФИО3, ФИО5, ФИО7 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Наш Дом» в сумме 20 302 973 руб. 35 коп. С ФИО3, ФИО5, ФИО7 в пользу ООО «УК «Наш Дом» солидарно взыскано 20 302 973 руб. 35 коп. В удовлетворении заявления ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, Дыру Е.В., ФИО10, ФИО5, ФИО11 отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3, ФИО5, ФИО7 обратились в суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда Курской области от 13.02.2019 отменить.

В судебном заседании апелляционной инстанции 11.06.2019 суд объявлял перерыв до 18.06.2019.

Представители ФИО3, ФИО5, ФИО7 поддержали доводы своих апелляционных жалоб.

Представитель конкурсного управляющего ООО «УК «Наш Дом» ФИО8 с доводами жалоб не согласился, полагая обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, жалобы – без удовлетворения.

Представители иных лиц в судебное заседание не явились.

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения всех лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционные жалобы рассматривались в отсутствие представителей неявившихся лиц в порядке статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений, отзывов, заслушав позиции участников процесса, суд апелляционной инстанции считает, что определение Арбитражного суда Курской области от 13.02.2019 следует оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 5 статьи 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пунктам 1, 4 статьи 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В силу пунктов 1, 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, указанных в данной норме.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ №137 от 27.04.2010 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения Закона о банкротстве в редакции Закона №73-ФЗ (в частности, статья 10) и Закона о банкротстве банков в редакции Закона №73-ФЗ (в частности, статьи 4.2 и 14) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №73-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №73-ФЗ (в частности, статья 10), и Закона о банкротстве банков в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Указанные разъяснения применимы и к отношениям, связанным с действием Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Поскольку обстоятельства, указанные в качестве оснований дляпривлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности имели место до вступления в силу Федерального закона 29.07.2017 №266-ФЗ и Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, применению подлежат материальные нормы, в редакции Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве), действовавшей до вступления в силу Федеральных законов от 29.07.2017 №266-ФЗ, от 29.07.2017 №266-ФЗ.

В обоснование заявления относительно привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 конкурсный управляющий сослался на то, что до настоящего времени бывшим руководителем должника не исполнена обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печати, штампов и материальных ценностей в период с даты введения наблюдения по настоящее время.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Курской области 10.12.2015 в отношении ООО «УК «Наш Дом» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО8

Должнику разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Временный управляющий ООО «УК «Наш Дом» ФИО8 18.03.2016 направил в адрес руководителя должника письмо с уведомлением о введении в отношении должника процедуры наблюдения, сообщив о необходимости обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, согласно перечню, а впоследствии, 29.03.2016 обратился в Арбитражный суд Курской области с ходатайством об истребовании у должника на основании пункта 3.2 статьи 64 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» перечня имущества должника, в том числе имущественных прав, а также заверенные руководителем должника копии бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за 3 года до введения наблюдения.

Определением Арбитражного суда Курской области от 02.06.2016 данное ходатайство удовлетворено, суд обязал генерального директора должника передать указанные документы, 06.07.2016 выдан исполнительный лист, который был предъявлен к исполнению. Не согласившись с определением суда от 02.06.2016, ФИО3 03.11.2016 обратился с апелляционной жалобой. Определением Девятнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 11.11.2016 в удовлетворении ходатайства отказано, апелляционная жалоба возвращена. ФИО12 14.12.2016 обратился с кассационной жалобой на определение Девятнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 11.11.2016.Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 31.01.2017 обжалуемое определение отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд. По результатам рассмотрения жалобы Девятнадцатым арбитражным апелляционным судом вынесено постановление от 08.06.2017 об удовлетворении ходатайства временного управляющего и об обязании ФИО3 предоставить необходимые документы. ФИО3 19.07.2017 обратился с кассационной жалобой на постановление от 08.06.2017. Определением Арбитражного суда Центрального округа от 21.07.2017 жалоба возвращена.

На основании постановления Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2017 конкурсным управляющим было заявлено ходатайство о выдаче исполнительного листа для принудительного исполнения судебного акта.

Решением Арбитражного суда Курской области от 08.08.2016 ООО «УК «Наш Дом» признано банкротом, открыто конкурсное производство на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО8 Руководитель должника согласно указанному решению в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего был обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как указал конкурсный управляющий, отсутствие указанных документов препятствовало проверке наличия у должника обязательств, формированию конкурсной массы и, как следствие, реализации имущества должника с целью удовлетворения требований кредиторов.

Согласно пункту 3.2 статьи 64 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения; ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего и арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, об изменениях в составе имущества должника.

Указанная правовая норма носит специальный характер и закрепляет обязанность руководителя должника в установленный срок вне зависимости от поступления либо не поступления соответствующего запроса предоставить временному управляющему перечисленные документы и не исключает возможность применения норм, установленных статьей 66 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в случае неисполнения такой обязанности.

В силу пункта 2 статьи 66 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» органы управления должника обязаны представить временному управляющему по его требованию любую информацию, касающуюся деятельности должника.

В соответствии с пунктом 47 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в случае отказа или уклонения указанных лиц от передачи перечисленных документов и ценностей арбитражному управляющему он вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об их истребовании по правилам частей 4 и 6 - 12 статьи 66 АПК РФ. В определении об их истребовании суд указывает, что они должны быть переданы арбитражному управляющему; в случае неисполнения соответствующего судебного акта суд вправе выдать исполнительный лист, а также наложить на нарушивших свои обязанности лиц штраф (часть 9 статьи 66 АПК РФ). В случае необходимости суд вправе также истребовать их и у бывших руководителей должника, а также у других лиц, у которых имеются соответствующие документы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО3 был принят на должность генерального директора ООО УК «Наш Дом» 18.03.2013. Увольнение ФИО3 15.12.2015 с должности руководителя должника произведено на второй рабочий день после вынесения определения о введении в отношении должника наблюдения (11.12.2015). ФИО11 уволен с должности директора 15.03.2013, за три дня до назначения ФИО3 в качестве нового директора. Доказательства передачи ФИО11 документации предприятия новому директору, либо передачи данной документации от учредителей в материалы дела не представлено.

В Арбитражный суд Курской области представлены копии протокола №1 от 15.12.2015 о принятии решения общим собранием учредителей ООО «Управляющая компания «Наш Дом» в составе ФИО7 и ФИО5 об увольнении ФИО3 с должности генерального директора ООО УК «Наш Дом» с 15.12.2015 на основании его заявления от 15.12.2015; приказа №01/16к от 15.12.2015 об увольнении ФИО3, копии листов 4-5 трудовой книжки ФИО3 При этом новый единоличный исполнительный орган участниками должника назначен не был.

Со слов ФИО3 учредительные, договорные, бухгалтерские документы, печати, штампы должника находились в ведении учредителя общества и главного бухгалтера ФИО5 Ответчику документы общества при вступлении на должность генерального директора не передавались, хранились бухгалтерские и учредительные документы в бухгалтерии.

В пункте 8.2 устава ООО «УК «Наш Дом» сказано, что общество хранит документы по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или ином месте известном и доступном участнику (собственнику).

Как следует из пояснений ФИО3, после его увольнения документы были оставлены в офисе Должника по адресу ул. Дружининская, д. 24., а Участники общества не заявляли о пропаже документов.

При этом ФИО3 также пояснил, что ко времени принятия его на должность генерального директора ООО УК «Наш Дом», хозяйственная деятельность в обществе не велась. Его обязанностью в должности генерального директора являлось взыскание долгов с должников и работа со службой судебных приставов. Учредители знали об этой ситуации, все активы были выведены, а дома к августу 2013 г. были переведены в новую организацию – ООО УК «Наш дом» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

При этом, с учетом представленных в дело документов и установленных судом первой инстанции обстоятельств, ООО УК «Наш дом» создана 18.09.2012 практически теми же лицами, которым принадлежит ООО УК «Наш Дом». Учредителями ООО УК «Наш Дом» (ИНН <***>, ОГРН <***>) являются ФИО7 и ФИО5, учредителями нового ООО УК «Наш дом» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО13 (дочь ФИО5), ФИО14 (дочь ФИО7), ФИО15, ФИО16 (дочь ФИО10, бывшего директора ООО УК «Наш Дом». Данные сведения подтверждаются выписками из ЕГРЮЛ в отношении обоих обществ. Родственные связи лицами, участвующими в деле, не оспариваются.

Согласно пункту 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей в период совершения вменяемых деяний, руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в случае недостаточности у него имущества.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

По смыслу указанных норм права, ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по сбору, составлению, ведению, организации хранения бухгалтерской документации, непредставлению либо несвоевременному представлению бухгалтерской документации, отражении в бухгалтерской отчетности недостоверной информации, что влечет за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

При рассмотрении такой категории споров исследованию подлежат вопросы, связанные с организацией хранения документации должника и наличием в действиях лица, ответственного за такое хранение должной степени заботы и осмотрительности; при этом бремя доказывания отсутствия вины, исходя из положений пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, лежит на лице, привлекаемом к субсидиарной ответственности, однако, с учетом положений пункта 8 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», размер субсидиарной ответственности должен определяться из расчета реально причиненного отсутствием документов убытка, при условии, что привлекаемое лицо сможет доказать, что размер причиненного вреда существенно ниже.

Руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Поскольку наличие документации о деятельности должника (в том числе бухгалтерской и финансовой отчетности) у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, именно руководитель обязан доказывать наличие не зависящих от него причин непредставления документации и то, что она в действительности имеется. Если он таких доказательств не представляет, невыполнение требования о предоставлениипервичных бухгалтерских документов или отчетности должно приравниваться к их отсутствию. При ином подходе к распределению бремени доказывания конкурсный управляющий (а в его лице и кредиторы должника) может быть поставлен в заведомо неравное положение участника спора, при котором он должен доказать отсутствие у руководителя должника документов бухгалтерского учета, несмотря на то, что не имеет возможности установить факт наличия или отсутствия этих документов, и несмотря на то, что руководитель должника вопреки требованиям закона эти документы не передает и информацию об их наличии или отсутствии скрывает.

Обязанность юридического лица по составлению, ведению и хранению первичных учетных документов предусмотрена Федеральными законами от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 13 - 15, 29) и от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в соответствии с положениями которых ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Таким образом, законодательством предусмотрена как обязанность ведения, хранения документации, так и ее передача – при смене руководителя.

Отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего хозяйственной документации должника не позволяет произвести взыскание дебиторской задолженности в конкурсную массу, обеспечить возврат имущества, выявить и реализовать другие активы должника с целью удовлетворения требований кредиторов, а также проанализировать сделки должника на предмет их соответствия требованиям законодательства и выявления недобросовестных действий как самого должника, так и возможно контролирующих его лиц.

При таких обстоятельствах, обоснован вывод суда первой инстанции о том, что в результате неисполнения руководителями должника своей обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации, конкурсному управляющему не удалось сформировать конкурсную массу должника, в результате чего требования кредиторов остаются непогашенными.

Как уже сказано выше, ФИО3 пояснил, что при вступлении в должность от прежнего директора или участников документация ему не передавалась, как не передавалась им при его увольнении.

Вместе с тем, из поведения сторон спора и представленных в Арбитражный суд Курской области пояснений следует, что стороны знали (или предполагали) о нахождении документации по единому юридическому и фактическому адресу должника.

С учетом положений пункта 1 статьи 17 Закона от 22.10.2004 №125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации», пункта 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 18.01.2011 №144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ», пункта 1 статьи 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете», судом первой инстанции указано, что в такой ситуации участник также имеет право потребовать, чтобы общество по возвращении или восстановлении отсутствующего документа сообщило ему об этом.

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие об исполнении руководителем должника, участниками общества обязанностей, возложенных на них действующим законодательством по формированию, хранению, обеспечению надлежащего документооборота и передачи документации общества.

Так, единоличный исполнительный орган общества должен был обеспечить ведение и сохранность печатей, штампов, документации общества, в том числе бухгалтерской, а также передачу их учредителям или вновь назначенному руководителю.

Документов, свидетельствующих о принятии ФИО3 или участниками ФИО7 и ФИО5 мер по своевременной передаче документов и печатей ООО «УК «Наш Дом» определенному лицу, в материалы дела также не представлены.

При этом ФИО3 располагал возможностью разрешить спорные вопросы в судебном порядке, что не было сделано до настоящего времени на протяжении нескольких лет.

Суд первой инстанции верно отметил, что, занимая должность единоличного исполнительного органа общества, ФИО3 мог и должен был осознавать ответственность и возможные последствия, в том числе и негативные, связанные с неполучением им документов общества и выполнения функций номинального директора должника.

Действуя разумно и добросовестно, в интересах общества, единоличный исполнительный орган обязан предпринимать меры по эффективному ведению финансово-хозяйственной деятельности общества, соблюдать требования действующего законодательства.

Доводы ФИО3 о том, что, вступая в должность и став директором, он не получал каких-либо документов от учредителей и предыдущего директора, суд первой инстанции оценил критически, поскольку в период исполнения им обязанностей директора без учредительных документов, бухгалтерской и налоговой отчетности, первичной и иной документации, сопровождающей хозяйственный оборот, хозяйственная деятельность невозможна. При этом, как было указано ранее, на основании представленных пояснений ФИО3, ФИО11, ФИО7 и ФИО5 Арбитражный суд Курской области признал, что утрата документов произошла после вступления ФИО3 в должность директора. Сторонам после увольнения ФИО11 было известно, что он указанные документы никому не передавал, вместе с тем, ФИО3, ФИО7 и ФИО5, исходя из обстоятельств, было известно, что документы находились по адресу: <...>, офис IV, являющемуся юридическим адресом и адресом местонахождения должника.

Как отмечалось выше, при отсутствии документации общества ФИО3 должен был предпринять все возможные меры для розыска отсутствующей документации, при необходимости – истребовать ее от учредителей должника, а в случае ее утери, принять меры по ее восстановлению, однако указанных доказательств в дело не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 об отсутствии у него возможности подготовить и передать документы временному управляющему после увольнения с должности руководителя должника на второй рабочий день после вынесения определения о введении в отношении должника наблюдения, об отсутствии разногласий с участниками ООО «УК «Наш Дом» о передаче-приеме бухгалтерской документации при увольнении, о том, что при увольнении ФИО3 участниками общества не был назначен новый единоличный исполнительный орган, подлежат отклонению с учетом вышеизложенного как несостоятельные.

Доводы ФИО3 о том, что он являлся номинальным директором и осуществлял функции директора лишь при взыскании дебиторской задолженности, в период, когда должник не вел хозяйственную деятельность фактически руководили обществом его учредители, суд первой инстанции верно отклонил, указав, что ФИО3 мог и должен был осознавать последствия совершения им вышеуказанных действий, обязан был принимать все меры для надлежащего исполнения добровольно взятых на себя функций генерального директора, включающих в себя, в том числе, обязательства по ведению бухгалтерской отчетности общества, ее сохранности, восстановлению в случае ее утраты и ее последующей передачи при увольнении.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал требования конкурсного управляющего к ФИО3 обоснованными.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 о том, что судом не исследовались по делу обстоятельства причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов, не установлен момент причинения вреда действиями ответчика, а обстоятельства, указанные в качестве оснований для привлечения ФИО3 как руководителя должника, не соответствуют фактическим обстоятельствам, несостоятельны и бездоказательны, подлежат отклонению как необоснованные и не влияющие на правомерность выводов суда первой инстанции.

Кроме того, учитывая представленные в дело доказательства, установленные обстоятельства, пояснения участников настоящего обособленного спора, Арбитражный суд Курской области признал необходимым привлечь также в качестве соответчиков ФИО5 и ФИО7

Как указывалось выше, при смене директора общества ФИО5 и ФИО7 должны были своевременно принять меры по обеспечению сохранности всей первичной документации общества и получения ее от прежнего руководителя ФИО11 при невозможности исполнения им обязанности передать документацию ФИО3 и принять документацию от ФИО3 при его увольнении, в т.ч., для цели передачи ее конкурсному управляющему. Однако данные обязанности не были выполнены.

Участниками ООО УК «Наш дом» мер к назначению нового руководителя и внесению в Единый государственный реестр сведений о смене руководства общества также не было принято.

Помимо директора, на учредителях общества (как контролирующих лицах) также лежала обязанность по обеспечению сохранности имущества и документации общества в период между назначениями директоров, и, соответственно, передачи их управляющему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, с момента увольнения ФИО3 – 15.12.2015 и до 10.08.2016 – даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства исполнительных органов управления у должника не было.

Материалами дела подтвержден факт осведомленности учредителей ООО УК «Наш дом» о введении в отношении общества процедур банкротства.

Запись в представленных участниками общества в Арбитражный суд Курской области документах о том, что при увольнении ФИО3 было заявлено требование передать (вернуть) документацию, суд первой инстанции верно отклонил как необоснованную, поскольку в суд не представлено доказательств того, что при увольнении ФИО3 данное требование было ими доведено до его сведения или в его адрес направлялись запросы с просьбой передать им документацию.

Возражение ФИО5 о том, что обязанности по хранению документов бухгалтерского учета и отчетности и иных документов в силу статьи 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и статьи 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете» были возложена на ФИО3 как директора, суд первой инстанции также верно отклонил, отметив, что действуя добросовестно и разумно, учредители должны были предпринять меры по истребованию документации общества при увольнении с должности директора, для последующей ее передачи вновь принятому директору (либо временному/конкурсному управляющему).

Учредителями ФИО5 и ФИО7 наравне с ФИО3 не были приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась.

Вопреки возражениям ФИО5 и ФИО7, их бездействие как участников в порядке пункта 4 статьи 65.2 Гражданского кодекса РФ (пункт 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»), способствовало утрате документов должника.

Доводы апелляционной жалобы и дополнений ФИО7, ФИО5 о том, что ФИО3 как генеральный директор имел доступ ко всей документации, связанной с деятельность общества и непосредственно отвечал за сохранность данной документации, и что именно его действия и бездействия привели к невозможности выяснения имущественного положения должника, о том, что он должен был принять меры по обеспечению передачи участникам общества печатей, документации, материальных и иных ценностей, подлежат отклонению как несостоятельные по основаниям, изложенным выше.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», Арбитражный суд Курской области правомерно признал, что вина ФИО3, ФИО5 и ФИО7 в утрате документов, в непередаче, ненадлежащем хранении документации, подтверждены документально, полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия указанных контролирующих должника лиц, в связи с чем, указанные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Более того, как указывалось выше, согласно представленным в Арбитражный суд Курской области сведениям о домах, находившихся в управлении ООО УК «Наш Дом» (ИНН <***>, ОГРН <***>) и переводе их в ООО УК «Наш дом» (ИНН <***>, ОГРН <***>), новая управляющая компания ООО «Управляющая компания «Наш дом» была создана 18.09.2012, учредителями которой стали родственники контролирующих лиц должника (абзац 31 статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 44, 161, 162 Жилищного кодекса РФ).

Таким образом, суд пришел к выводу, что ФИО5 и ФИО7 подлежат привлечению к ответственности в силу пункта 4 статьи 65.2 Гражданского кодекса РФ, пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзаца 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса РФ, пункта 4 статьи 10, Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку указанные лица извлекли выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника в отношении документов должника; не назначили нового руководителя должника после увольнения ФИО3; извлекли выгоду в результате вывода активов должника – перевода домов в ООО УК «Наш дом» (ИНН <***>, ОГРН <***>), в которой участниками были их близкие родственники, а впоследствии – сотрудниками которой стали ФИО5 и ФИО7

Возражения ФИО5 и ФИО7 о том, что в период с 2011 по 2013 годы должник получал прибыль согласно данным его бухгалтерской отчетности, а только в 2014 году был получен убыток в размере 646 тыс.руб., судом области отклонен как необоснованный, поскольку, как следует из балансов, падение показателя прибыли происходило планомерно, и требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов, возникли в 2012-2013 годах.

Согласно представленным ИФНС по г. Курску в Арбитражный суд Курской области бухгалтерским балансам должник уже по результатам 2013 года имел убыток в размере 66 тыс. руб., а в 2014 – 646 тыс. руб. Показатель прибыли начал падать с 3 квартала 2012 г.

При этом вывод домов из-под управления должника, начавшийся в декабре 2012 г., совпадает с началом периода убыточности должника.

Перевод домов в новую управляющую компанию, участники которой являлись родственниками участников должника, лишил возможности должника получать доход, позволяющий рассчитываться с кредиторами, вести нормальную хозяйственную деятельность.

Должник лишился основного источника дохода при отсутствии иных. Включение в реестр требований кредиторов задолженности, взысканной в 2012-2013гг., является доказательством того, что предприятие с указанного периода второй половины 2012г. утратило платежеспособность, что и послужило основанием для возбуждения дела о ее банкротстве.

Аналогичные доводы, приведенные в апелляционной жалобе ФИО7, ФИО5 , суд апелляционной инстанции также отклоняет.

Доводы апелляционной жалобы и дополнений ФИО7, ФИО5 об отсутствии правовых оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности, так как ими не совершались действия и не допускалось незаконное бездействие, приведшее к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений, не совершались негативные действия, повлекшие банкротство должника, подлежат отклонению как опровергающиеся материалами дела по основаниям, изложенным выше.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В данном случае субъектами субсидиарной ответственности: ФИО3, ФИО5, ФИО7 надлежащих доказательств отсутствия своей вины в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Конкурсный управляющий ФИО8 уточнил сумму обязательств должника, по которым он просит суд привлечь контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности в размере 20 402 146 руб. 62 коп.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица (пункт 11 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника требования, принадлежащие ФИО3 – 99 173 руб. 27 коп., в связи с чем, правомерно удовлетворил заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Наш Дом» в сумме 20 302 973 руб. 35 коп. ФИО3, ФИО5, ФИО7, и взыскании с них солидарно в пользу должника 20 302 973 руб. 35 коп.

В части требований о привлечении к субсидиарной ответственности Дыру Е.В., ФИО10, ФИО11 суд первой инстанции верно отказал ввиду их недоказанности.

Доводы, изложенные в жалобах, по своей сути сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, опровергали бы выводы суда, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из обжалуемого определения, все обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены судом первой инстанции полностью и подтверждены представленными в деле доказательствами, выводы, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно статье 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Курской области от 13.02.2019 следует оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса РФ, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь п. 1 статьей 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Курской области от 13.02.2019 по делу №А35-9439/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО3 и ФИО5, ФИО7 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяТ.Б. Потапова

Судьи Г.В. Владимирова

ФИО1