Постановление от 31 октября 2025 г. по делу № А43-28785/2021

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ФИО1 ул., д. 4, <...>

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: <***>) телефон <***>, факс <***>


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-28785/2021
01 ноября 2025 года
г. Владимир


Резолютивная часть постановления объявлена 20 октября 2025 года. В полном объеме постановление изготовлено 01 ноября 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сарри Д.В., судей Волгиной О.А., Полушкиной К.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Савиновой Л.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.03.2025 по делу № А43-28785/2021, принятое по ходатайству финансового управляющего ФИО3 о завершении процедуры реализации имущества гражданина в отношении ФИО2,

при участии в судебном заседании представителя ФИО2

– ФИО4 по доверенности от 21.05.2024 серия 52 АА № 6329373 сроком действия три года,

установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 (далее –

ФИО2., должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился финансовый управляющий в отношении его имущества ФИО3 (далее – финансовый управляющий) с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, одновременно представив предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) документы, в том числе отчет о результатах проведения данной процедуры банкротства.

Определением от 27.03.2025 суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества гражданина; не применил в отношении ФИО2 правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований в отношении общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (далее – Общество, Компания); прекратил полномочия финансового управляющего.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить в части неприменения в

отношении него правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований Общества.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) совершено по неосторожности, умысла на причинение материального вреда жизни и здоровью других он не имел, недобросовестного поведения в отношении потерпевших не преследовал. Сам по себе факт нарушения правил дорожного движения не является основанием для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором. В случае возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, органом обязательного социального страхования, связь вновь возникшего регрессного требования данного органа с личностью потерпевшего утрачивается. Поэтому регрессное требование не подпадает под исключение, предусмотренное пунктом 5 статьи 213.28 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002

№ 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве). В рамках процедуры банкротства должник действовал добросовестно, предоставил полную достоверную информацию суду и финансовому управляющему, обязательства перед Обществом погашал настолько, насколько позволяли его доходы, в связи с чем оснований для неосвобождения у суда не имелось.

Более подробно доводы должника изложены в апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель должника в полном объеме поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение в обжалуемой части.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом

на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления № 12 при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии

с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.07.2022 ФИО2 признан банкротом,

в отношении его имущества введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Предметом рассмотрения является ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина и вопрос

об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X данного Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников – главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Как указано в статье 2 Закона о банкротстве реализация имущества гражданина – это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В процедуре реализации имущества финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы: анализирует сведения о должнике, выявляет имущество гражданина, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок с предпочтением по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, об истребовании или о передаче имущества гражданина, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином и т.п. (пункты 7 и 8 статьи 213.9, пункты 1 и 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина

с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. По итогам

рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

По смыслу приведенных норм арбитражный суд при рассмотрении вопроса

о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов

с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, определенном в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно установил, что финансовый управляющий принял исчерпывающие меры по поиску и реализации имущества должника; реестр требований кредиторов сформирован в общем размере

1 983 255 руб. 20 коп.; на основании полученных из регистрирующих органов сведений финансовым управляющим имущество, подлежащее включению в конкурсную массу не выявлено, конкурсная масса фактически не сформирована; требования кредиторов не погашались; признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должника не обнаружено, основания для оспаривания сделок должника отсутствуют.

С учетом выполнения всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, отсутствия возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, суд пришел к правомерному выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры.

В данной части апелляционная жалоба не содержит доводов. Предметом апелляционного обжалования является определение суда

в части неприменения к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед Компанией.

В силу пунктов 3 и 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил

кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В пунктах 42, 43, 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных

с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) разъяснено, что целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления).

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано,

что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статья 2 и статья 213.30 Закона

о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац 19 статьи 2, статья 213.31 Закона о банкротстве),

а также с учетом приведенных разъяснений Постановления № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам

предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности,

не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить,

а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения

в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.

Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Для установления обстоятельств, связанных с непредставлением должником необходимых сведений или предоставлением им недостоверных сведений финансовому управляющему или суду, рассматривающему дело о банкротстве (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), не требуется назначение (проведение) отдельного судебного заседания. Указанные обстоятельства могут быть установлены на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части (например, в определении о завершении реструктуризации долгов или реализации имущества должника).

Конституционный суд Российской Федерации в определении от 25.04.2019 № 991-О сформулировал позицию, согласно которой предусмотренная пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве возможность освобождения от исполнения обязательств перед кредиторами, направленная на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств для извлечения преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), не содержит какой-либо неопределенности в части его действия во времени и само по себе не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя, указанные

в жалобе.

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с кредиторами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу положений статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В рассматриваемом случае Компания не заявляла о неосвобождении должника от исполнения обязательств перед ней, а также не ссылалась на уклонение его от погашения долга.

Как следует из материалов дела, решением Шатковского районного суда Нижегородской области от 16.05.2018 установлено, что справкой о ДТП от 22.04.2015 и постановлением по делу об административном правонарушении

№ 18810073140000651593 подтверждается, что 22.04.2015 на ул. Московское шоссе, г. Ульяновске произошло ДТП - столкновение автомобилей «Мазда 3» с государственным регистрационным знаком <***> под управлением ФИО5 и «МАЗ 543203» с государственным регистрационным знаком X877AY52 под управлением ФИО2 В результате ДТП автомобиль ФИО5 получил механические повреждения.

Суд установил, что виновным в ДТП признан ФИО2, противоправные действия которого выразились в том, что управляя автомобилем «МАЗ 543203» при перестроении вправо не уступил дорогу и произвел столкновение с автомобилем потерпевшего ФИО5

В связи с тем, что Общество выплатило ФИО5 страховое возмещение, а также стоимость за утрату товарной стоимости автомобиля, суд взыскал с должника в пользу Общества в порядке суброгации страховое возмещение в размере 178 392 руб. 42 коп., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 768 руб.

При вынесении данного судебного акта судом учтено, что решением Шатковского районного суда Нижегородской области от 10.05.2017 с

ФИО2 в пользу Общества взысканы денежные средства в счет страхового по тому же ДТП в размере 79 584 руб.

Впоследствии, на основании указанных решений суда общей юрисдикции определениями от 11.02.2022 в реестр требований кредиторов должника в состав третьей очереди включены требования Общества в общем размере 244 271 руб.

80 коп.

Выводы о вине водителя ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии не оспариваются. В результате выплаты страхового возмещения Обществу причинен ущерб.

Между тем, при взыскании с должника в пользу кредитора ущерба в порядке суброгации, суд общей юрисдикции указал на виновное причинение должником вреда, однако форму вины в виде умысла либо грубой неосторожности

не устанавливал.

Вопрос о том, является ли допущенная виновником ДТП неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (манеры езды другого участника происшествия, обстановки, вследствие которой произошло ДТП, наличия либо отсутствия признаков алкогольного опьянения у участников происшествия и др.).

Правила пункта 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве о неосвобождении должника от исполнения обязательств применяются к требованиям о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности (абзац пятый пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в случае если форма вины должника - причинителя вреда судом не установлена, то само по себе причинение ущерба имуществу кредитора в результате дорожно-транспортного происшествия и неполное возмещение должником причиненного вреда не может являться основанием для его неосвобождения от дальнейшего исполнения обязательств, поскольку должно быть обусловлено совершением должником умышленных действий, повлекших ущерб имуществу потерпевшего, либо действий с грубой неосторожностью.

При взыскании с должника в пользу кредитора ущерба, причиненного в результате ДТП, суд общей юрисдикции, указав на виновное причинение должником вреда, форму вины в виде умысла либо грубой неосторожности не устанавливал, из решений суда от 10.05.2017 и от 16.05.2018 вывод о наличии в действиях должника грубой неосторожности не следует.

В рассматриваемой ситуации должник не проявил должной осмотрительности, что, тем не менее, не является достаточным и безусловным основанием для констатации в его действиях грубой неосторожности в связи с несоблюдением им правил дорожного движения.

При этом следует учесть, что потерпевший ФИО5 уже получил возмещение.

Таким образом, само по себе причинение ущерба имуществу кредитора, в порядке суброгации, и неполное возмещение должником причиненного ему вреда не является основанием для неосвобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств, поскольку эти последствия должны быть обусловлены совершением именно умышленных действий, повлекших ущерб имуществу потерпевшего, либо действий с грубой неосторожностью.

Причинение вреда имуществу кредитора при обстоятельствах, изложенных выше, не является основанием для неприменения к должнику правила об

освобождении от исполнения обязательств перед кредитором, на что обоснованно указано судами.

Материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих противоправное поведение должника, направленное на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами, причинение Обществу вреда умышленно или по грубой неосторожности, судами также не установлены обстоятельства, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, для неприменения в отношении должника правил об освобождения от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Вопреки выводам суда первой инстанции, достаточных оснований для установления формы вины в виде умысла либо грубой неосторожности должника в рамках завершения процедуры банкротства исходя из состава имеющихся в деле доказательств не имеется. Само по себе отсутствие платежей должника в счет возмещения причиненного ущерба кредитору не является основанием для его не освобождения от дальнейшего исполнения обязательств.

При этом коллегия судей принимает во внимание, что с должника в рамках исполнительного производства во исполнение обязательств перед Обществом взыскивались денежные средства, погашение задолженности осуществлялось. Должник от погашения задолженности, с учетом его финансового положения, не уклонялся.

Таким образом, обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, а именно противоправное поведение должника, направленное на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредитором, причинение имуществу кредитору вреда умышленно или по грубой неосторожности, не выявлено и в отношении должника подлежат применению правила об освобождении от обязательств.

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства должника не установлено.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, заявителем не представлено.

Злостное уклонение должника от исполнения обязательств, искусственное наращивание им кредиторской задолженности, фактов совершения недобросовестных действий в процедуре банкротства судом не установлено.

Определяющее значение имеет то, что квалификация поведения должника как незаконного зависит от совершения должником именно умышленных действий, являющихся в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора.

В настоящем деле обстоятельств, свидетельствующих о том, что при возникновении обязательства перед Обществом, должник действовал незаконно, что исключает применение в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, не установлено.

Однако, признавая недобросовестным поведение должника, судом не принято во внимание отсутствие у должника умысла на причинение вреда

кредитору, а также возраст должника, официальный источник дохода - пенсия, добросовестное исполнение должником обязательств перед Обществом, которые имеют существенное значение при оценке действий должника.

Должник при подаче заявления о признании его несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд и финансовому управляющему предоставил полную информацию о своем финансовом положении, представлена полная и достоверная информация в отношении имущества должника.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что по итогам проведенного финансовым управляющим финансово-экономического анализа состояния должника признаков преднамеренного или фиктивного банкротства не установлено; принимает во внимание отсутствие доказательств сокрытия или уничтожения должником имущества, либо совершения им действий, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание на социально-реабилитационную направленность института потребительского банкротства.

Необходимо также учитывать, добросовестное поведение должника в ходе процедуры банкротства, отсутствие умысла в действиях при совершении ДТП, а также его возраст, что очевидно свидетельствует о том, что должник не сможет исполнить обязательства по погашению задолженности, в случае неприменения в отношении него правила об освобождении от долгов.

Следовательно, у суда первой инстанции отсутствовали основания для применения к должнику правил о неосвобождении от исполнения в дальнейшем обязательств перед Обществом.

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

Таким образом, определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.03.2025 по делу № А43-28785/2021 подлежит отмене в части неосвобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения требований перед Обществом на основании пунктов 2 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.03.2025 по делу

№ А43-28785/2021 в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу ФИО2 - удовлетворить.

Применить в отношении ФИО2 (дата рождения: 18.11.1965, ИНН <***>) правила об освобождении от исполнения

обязательств перед обществом с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья Д.В. Сарри

Судьи О.А. Волгина

К.В. Полушкина