Постановление от 4 февраля 2025 г. по делу № А56-71974/2015

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

05 февраля 2025 года

Дело №А56-71974/2015/сд.11

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2025 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Бурденкова Д.В.,

судей Аносовой Н.В., Юркова И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Беляевой Д.С.,

при участии:

от АО «Альфа-Банк»: представителя ФИО1 по доверенности от 01.06.2022;

от финансового управляющего ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 16.12.2024;

от ФИО4: представителя ФИО5 по доверенности от 24.09.2020;

от ООО «Энергоинвест»: представителей ФИО6 и ФИО7 З-М.Г. по доверенности от 13.01.2025;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-36882/2024) общества с ограниченной ответственностью «Энергоинвест» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.10.2024 по обособленному спору № А56-71974/2015/сд.11 (судья Антипинская М.В.), принятое

по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Мойка 22» (далее - ООО «Мойка 22») 02.10.2015 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 18.11.2015 заявление ООО «Мойка 22» принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 11.06.2016 заявление ООО «Мойка 22» признано обоснованным, в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Определением суда первой инстанции от 13.02.2017 по обособленному спору № А56-71974/2015/тр.8 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра кредиторов Исаева А.В. требование общества с ограниченной ответственностью «Фортис» (далее - ООО «Фортис») в размере 62 558 738 руб. 90 коп., основанное на договоре займа от 03.03.2014.

Решением суда первой инстанции от 07.03.2017 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2017 решение суда первой инстанции от 20.02.2017 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суд Северо-Западного округа от 29.09.2017 постановление суда апелляционной инстанции от 30.05.2017 и решение суда первой инстанции от 07.03.2017 отменены. Дело направлено в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

Решением суда первой инстанции от 23.04.2018 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Резолютивной частью определением от 23.04.2020 по обособленному спору № А56-71974/2015/тр.8 суд первой инстанции заменил в порядке процессуального правопреемства кредитора ООО «Фортис» на общество с ограниченной ответственностью «Энергоинвест» (далее - ООО «Энергоинвест»).

В адрес финансового управляющего ФИО2 20.02.2024 поступило требование конкурсного кредитора акционерного общества «Альфа-Банк» (далее - АО «Альфа-Банк») о совершении действий, направленных на исключение из реестра ненадлежащих, по мнению АО «Альфа-Банк», кредиторов должника.

В связи с указанным требованием АО «Альфа-Банк» финансовый управляющий ФИО2 29.02.2024 (зарегистрировано 04.03.2024) обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительным договора займа от 03.03.2014, заключенного между ФИО4 и ООО «Фортис».

Определением суда первой инстанции от 08.10.2024 заявление финансового управляющего ФИО2 удовлетворено в полном объеме. Признан недействительным договор займа от 03.03.2024, заключенный между ФИО4 и ООО «Фортис».

ООО «Энергоинвест», не согласившись с определением суда первой инстанции, обратилось с апелляционной жалобой.

В апелляционной жалобе ООО «Энергоинвест», ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 08.10.2024 по обособленному спору № А56-71974/2015/сд.11 отменить, принять по делу новый судебный акт.

По мнению подателя апелляционной жалобы, одновременное признание договора займа недействительным по общегражданским и специальным банкнотным основаниям не допускается; вывод суда о недействительности договора по общегражданским основаниям ошибочен; выводы суда первой инстанции основаны на недопустимых доказательствах; показания свидетеля, данные в рамках уголовного дела, не могут быть положены в основу судебного акта об оспаривании сделки; оспариваемой сделкой конкурсным кредиторам должника не был причинен какой-либо имущественный вред; суд первой инстанции не применил последствия недействительности сделки; заявителем был пропущен срок исковой давности.

Определением суда апелляционной инстанции от 19.11.2024 жалоба ООО «Энергоинвест» принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании.

До начала судебного разбирательства от АО «Альфа-Банк» поступило ходатайство о приобщении к материалам апелляционного производства копий заверенных уполномоченным органом протоколов допросов свидетелей по уголовному делу № 515619.

Принимая во внимание, что данные документы относятся к фактическим обстоятельствам, которые являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции, заявленное ходатайство удовлетворено апелляционным судом на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и разъяснений, данных в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции».

В судебном заседании представитель ООО «Энергоинвест» поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель ФИО4 выразил правовую позицию своего доверителя. Представители АО «Альфа-Банк» и финансового управляющего ФИО2 просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, 03.03.2014 между ООО «Фортис» (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа 55 794 009 руб. 49 коп. под 5,5% годовых со сроком возврата в два года, который должником исполнен не был.

Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства ООО «Фортис» заявило о включении в реестр кредиторов ФИО4 требования в размере 62 558 738 руб. 90 коп., которое было удовлетворено (определение суда первой инстанции от 13.02.2017 по обособленному спору № А56-71974/2015/тр.8).

В адрес финансового управляющего ФИО2 20.02.2024 поступило требование конкурсного кредитора АО «Альфа-Банк» о совершении действий, направленных на исключение требований ненадлежащих, по мнению АО «Альфа-Банк», кредиторов из реестра требований кредиторов должника, с приложением копий материалов уголовного дела № 515619.

Указанное требование кредитора основано на следующих обстоятельствах.

Должник является обвиняемым по уголовному делу № 515619 в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159, частью 3 статьи 30, частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а именно в хищении недвижимого имущества, принадлежащего обществу с ограниченной ответственностью «Петербургское агентство недвижимости» (далее - ООО «ПАН»), и хищении денежных средств ООО «ПАН», путем включения заведомо фиктивных требований подконтрольных должнику компаний в реестр требований кредиторов ООО «ПАН» в деле о банкротстве № А56-91226/2016.

Уголовное дело с обвинительным заключением направлено прокурору города Санкт-Петербурга 15.12.2023, в связи с чем представителем потерпевшего - ООО «ПАН», а также представителями обвиняемого - должника было реализовано право на ознакомление с материалами данного уголовного дела. Указанные материалы были получены в январе 2024 года кредитором - АО «Альфа-Банк».

После ознакомления с требованием конкурсного кредитора АО «Альфа-Банк» и представленными материалами уголовного дела, финансовый управляющий ФИО2 пришел к выводу о наличии правовых оснований для обращения в суд первой инстанции с требованием о признании недействительным договора займа от 03.03.2014, заключенного между ООО «Фортис» и должником, как совершенного в период подозрительности в целях причинения вреда кредиторам, а также при злоупотреблении правом сторонами, и имеющего мнимый характер.

Как указал финансовый управляющий, должник фактически являлся единоличным руководителем и конечным бенефициаром ООО «Фортис», а перечисление средств от ООО «Фортис» в пользу должника осуществлялось по его непосредственному указанию с целью вывода денежных средств из оборота группы подконтрольных ему компаний, а также для формирования искусственной кредиторской задолженности.

Оценив представленные в материалы обособленного спора доводы и документы в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции признал оспариваемую сделку недействительной, отклонив доводы ООО «Энергоинвест» касательно пропуска заявителем срока исковой давности.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции ответчик заявил ходатайство о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В абзаце втором пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве с даты введения реструктуризации долгов гражданина управляющий вправе оспорить сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве.

Процедура реструктуризации долгов ФИО4 введена на основании резолютивной части суда первой инстанции от 02.06.2016, соответственно, с указанного момента по общему правилу у финансового управляющего возникло право на оспаривание сделок.

Однако в рассматриваемом случае имеются доказательства того, что об основаниях для оспаривая сделки финансовый управляющий узнал многим позже.

Так, в обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылается фактически на обстоятельства, установленные в рамках уголовного дела № 515619 и доказательства, представленные в рамках данного дела, в том числе на свидетельские показания ряда лиц, из которых усматривается факт подконтрольности организаций, в том числе ответчика ООО «Фортис», непосредственно должнику.

Указанные материалы уголовного дела были получены финансовым управляющим от кредитора АО «Альфа-Банк» 20.02.2024, что подтверждается представленными суду документами, а сами показания, положенные в основу заявленных требований, были взяты у свидетелей только в январе - феврале 2023 года.

О существе спорной сделки финансовый управляющий узнал в 2016-2017 годах, в процессе рассмотрения заявления ООО «Фортис» о включении требования в реестр, однако о наличии оснований для ее оспаривания ему стало известно только в результате ознакомления с материалами уголовного дела, представленными АО «Альфа-Банк» 20.02.2024.

Доводы ООО «Энергоинвест» о том, что финансовый управляющий должен был узнать о наличии оснований для оспаривания договора займа не позднее 29.09.2021 из протоколов допросов свидетелей ФИО9 от 10.10.2018, ФИО10 от 30.01.2019 и постановления о признании ООО «ПАН» потерпевшим по уголовному делу № 515619 от 22.12.2020, которые были предоставлены АО «Альфа-Банк» в материалы по гражданскому делу № 2-5474/2015 при рассмотрении апелляционных жалоб ООО «Конюшенная площадь», ООО «Юнипак» и АО «ПАН» на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 30.06.2015 в порядке экстраординарного обжалования ошибочного взыскания, судом первой инстанции обоснованно отклонены.

Названное постановление следователя о признании ООО «ПАН» потерпевшим не содержит информации о том, что ООО «Фортис» входило в группу компаний ПАН, находящуюся под контролем ФИО4 В нем указано, что в рамках расследования уголовного дела № 118024000220000044 установлено, что неустановленное лицо (лица), действуя умышленно из корыстных побуждений, осуществляли фактическое управление деятельностью ООО «Фортис» и ООО «ПАН».

Кроме того, представленные ООО «Энергоинвест» постановление следователя о привлечении ФИО4 в качестве обвиняемого от 05.12.2018 и постановление оперуполномоченного об объявлении обвиняемого в международный розыск от 29.01.2019 не содержат вышеуказанной информации о подконтрольности ООО «Фортис» ФИО4

Относительно протоколов допросов свидетелей ФИО9 от 10.10.2018 и ФИО10 от 30.01.2019, судом первой инстанции установлено, что они сами по себе при отсутствии свидетельских показаний генерального директора ООО «Фортис» ФИО11 от 03.12.2018 и представителя участника ООО «Фортис» ФИО12 от 26.07.2018, ФИО13 от 17.01.2023, от 13.02.2023, ФИО9 от 01.07.2019, от 03.09.2020, от 26.11.2021, ФИО14 от 26.10.2018, постановления следователя о привлечении ФИО4 в качестве обвиняемого от 14.12.2023, протоколов обысков от 02.09.2020 и протокола осмотра предметов и документов от 09.10.2020, не были безусловными и достаточными доказательствами, содержащими основания для признания сделки недействительной.

Финансовый управляющий в своем заявлении не ссылается на упомянутые свидетельские показания ФИО9 от 10.10.2018 и ФИО10 от 30.01.2019, поскольку из их буквального содержания не следует, что ООО «Фортис» в момент совершения оспариваемой сделки входило в группу компаний ПАН, руководство которой осуществлял ФИО4, и что только по указанию самого ФИО4 могли быть совершены сделки и перечисления со счетов подконтрольного ему ООО «Фортис» на его личные счета.

ООО «Энергоинвест» также заявило, что еще в 2017 году в ходе судебного разбирательства по проверке обоснованности требования ООО «Фортис» кредитор ПАО «Балтийский Банк» указывал на транзитный характер перечисления денежных средств, что полученные от ООО «Фортис» денежные средства должник израсходовал не на себя, а на покупку оборудования для ООО «Племенной завод «Новоладожский».

Коме того, как указывает ООО «Энергоинвест», еще с 2017 года в средствах массовой информации освещались сведения об ФИО4 как о крупном предпринимателе и создателе Петербургского агентства недвижимости, а также с 2020 года указанные обстоятельства неоднократно устанавливались в судебных актах, в частности решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.01.2020 и постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2020 по делу № А56-74235/2019, решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2021 и постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2022 по делу № А56-17480/2021.

Указанные доводы судом первой инстанции было обоснованно отклонены.

Само по себе опубликование в средствах массовой информации, в том числе на ресурсах в сети Интернет, не являющихся официальными источниками, статей об ФИО4 не может служить убедительным поводом для определения начала течения исковой давности в отсутствие сведений об осведомленности финансового управляющего с содержащейся в них информацией, основанной на достоверных источниках, детализированной в той степени, в какой ее использование позволило бы финансовому управляющему обратиться в суд и рассчитывать на удовлетворение заявленных требований.

В спорной ситуации указанные публикации не содержали сведений о деталях самой оспариваемой сделки и об основаниях ее недействительности.

Также указанные сведения не содержались в приведенных ООО «ЭнергоИнвест» судебных актах по делам № А56-74235/2019 и № А56-17480/2021, участником которых финансовый управляющий не являлся и не был осведомлен об указанных судебных разбирательствах, что опять-таки не может являться аргументом для определения начала течения исковой давности.

Финансовый управляющий в своем заявлении приводит в качестве оснований для признания сделки недействительной иные основания и обстоятельства, отличные от тех, на которые в 2017 году ссылался кредитор ПАО «Балтийский Банк» при рассмотрении требований ООО «Фортис» в рамках обособленного спора № А56-71974/2015/тр.8 и которые стали ему известны только 20.02.2024 в процессе ознакомления с документами, поступившими от АО «Альфа-Банк».

Ссылка ООО «Энергоинвест» на обстоятельства, установленные в рамках обособленного спора № А56-71974/2015/сд.3, в частности на то, что доводы об аффилированности должника и группы компаний «ПАН» уже были заявлены финансовым управляющим при рассмотрении указанного спора, что, в свою очередь, свидетельствует о его осведомленности о данных обстоятельствах уже в процессе его рассмотрения, судом первой инстанции правильно признана необоснованной, поскольку сам по себе факт аффилированности в основу заявленных в рамках настоящего спора требований не положен. В заявлении финансовый управляющий указывает на незаконность договора займа, посредством заключения которого из конкурсной массы выводились денежные средства для оплаты личных нужд должника на подконтрольные ему юридические лица.

Соответственно, доводы об аффилированности, вопреки позиции ООО «Энергоинвест», не тождественны заявленным в рамках настоящего спора доводам о фактическом создании искусственной задолженности.

С учетом вышеизложенного, поскольку сведения о наличии оснований для признания спорной сделки недействительной стали известны финансовому управляющему 20.02.2024, а с соответствующим заявлением он обратился 29.02.2024, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что заявление об оспаривании сделки подано в пределах установленного законом срока исковой давности.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 возбуждено 18.11.2015, тогда как оспариваемый договор заключен 03.03.2014, следовательно, он может быть оспорен по специальным основаниям, предусмотренным положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, согласно абзацу четвертому пункта 4 постановления Пленума № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 и 170 ГК РФ).

То есть Закон о банкротстве и разъяснения постановления Пленума № 63 допускают применение к сделкам, совершенным за счет должника и оспариваемым в процедуре банкротства, положений статей 10 и 170 ГК РФ.

Пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) содержит разъяснения о том, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с положениями пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60) исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 7 и 8 постановления Пленума № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов спора, 03.03.2014 между ООО «Фортис» (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа 55 794 009 руб. 49 коп. под 5,5% годовых со сроком возврата в два года, который должником исполнен не был.

В результате бездействия ФИО4 по возврату долга требования ООО «Фортис» в размере 62 558 738 руб. 90 коп. были включены в третью очередь кредиторов.

При этом на момент совершения спорной сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

В частности, у должника уже имелись неисполненные денежные обязательства, в том числе задолженность в размере 250 650 000 руб., возникшая из договора купли-продажи векселя от 25.04.2011 № 6, подтвержденная решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 29.06.2015 по делу № 2-5830/15, а также задолженность в размере 740 000 000 руб., возникшая из договора займа от 23.01.2012, подтвержденная решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 30.06.2015 по делу № 2-5474/15.

Указанные обстоятельства установлены, во вступивших в законную силу судебных актов по обособленным спорам № А56-71974/2015/сд.1, № А56-71974/2015/сд.3, № А56-71974/2015/сд.4, № А56-71974/2015/сд.7.

В свою очередь ООО «Фортис», наряду с рядом других компаний входило в холдинг «ПАН». Руководство деятельностью группы компаний «ПАН» и в частности, ООО «Фортис», осуществлялось непосредственно должником, указания которого являлись обязательными для исполнения всеми сотрудниками группы компаний.

Все решения, связанные с ведением хозяйственной деятельности, в том числе с совершением сделок по распоряжению имуществом и денежными средствами компаний группы, принимались лично должником.

Управление группой компаний ПАН осуществлялось ФИО13 - финансовым директором холдинга, ФИО9 - руководителем юридической службы, ФИО14 - заместителем должника по общим вопросам. Все вышеперечисленные лица находились в прямом и непосредственном подчинении должнику.

Должности генеральных директоров обществ, входящих в холдинг «ПАН», номинально занимали сотрудники группы компаний, которые не осуществляли хозяйственно-распорядительной деятельности в отношении возглавляемых ими компаний, находились в непосредственном подчинении должника, который давал им указания, в том числе, через указанных выше лиц. Сотрудники группы компаний были размещены в одном офисном здании, большинство компаний группы имело общую канцелярию, бухгалтерия и юристы группы компаний сопровождали деятельность всех компаний, а не только тех, в которых были формально трудоустроены, и воспринимали все компании группы как единое целое.

Изложенные обстоятельства подтверждаются представленными протоколами допросов, обысков и осмотра предметов и документов, изъятых в ходе обысков, в частности свидетельскими показаниями ФИО11, ФИО12, ФИО9, ФИО14, ФИО13, протоколом обыска от 02.09.2020, протоколом осмотра предметов и документов от 09.10.2020.

Так, из протоколов допроса свидетеля - ФИО13, бывшего генерального директора общества с ограниченной ответственностью УК «ПАН-Траст», следует, что все сотрудники группы компаний «ПАН» воспринимали ФИО4 как единственного владельца и бенефициара группы «ПАН». В группу ПАН входило множество юридических лиц, в том числе ООО «Фортис» (листы протокола допроса 4-5 от 17.01.2023).

Также в ходе допроса свидетель заявил, что она являлась финансовым директором группы компаний «ПАН», сообщила, что денежные средства перечислялись ФИО4 на основании различных сделок, поскольку это был единственный способ передачи ему денежных средств, поскольку он не являлся ни учредителем, ни акционером компании. Сделки совершались для вывода денежных средств на личные нужды ФИО4

Денежные средства переводились по указанию должника в отсутствие обосновывающих документов, после чего сотрудники юридического отдела занимались их составлением и т.д.

Совокупность представленных сведений и пояснений свидетельствуют о том, что спорный договор являлся притворной сделкой, направленной на безвозмездное отчуждение ООО «Фортис» в пользу его бенифициара ФИО4 55 000 000 руб. в условиях неплатежеспособности последнего.

Операции по перечислению ООО «Фортис» денежных средств должнику не могут свидетельствовать о возникновении между должником и ООО «Фортис» заемных отношений, так как суммы займов ФИО4 фактически предоставлял сам себе, а основания для перечисления денежных средств подгонялись под перечисленные денежные средства в зависимости от поставленной ФИО4 задачи перед номинальным директором, сотрудниками бухгалтерии и юридической службы.

Лицами, участвующими в деле, не оспаривается содержание показаний, данных в рамках уголовного дела, соответственно, факт подконтрольности ООО «Фортис» должнику и цель вывода денежных средств посредством совершения сделки, результатом которых стало причинение вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в увеличении размера имущественных требований к должнику посредством искусственного создания задолженности, является подтвержденным.

При указанных обстоятельствах следует заключить, что оспариваемая сделка является притворной, совершенной сторонами при злоупотреблении правом, в связи с чем подлежит признанию недействительной.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.10.2024 по делу № А56-71974/2015/сд.11 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

Судьи

Н.В. Аносова

И.В. Юрков