Постановление от 26 августа 2018 г. по делу № А41-66051/2015

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-66051/15
27 августа 2018 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 августа 2018 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Гараевой Н.Я., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3: ФИО3 лично,

от индивидуального предпринимателя ФИО2: ФИО4 по нотариально удостоверенной доверенности от 28.03.18, зарегистрированной в реестре за № 50/261-н/50-2018-2-857, выданной в порядке передоверия ФИО5 по  нотариально удостоверенной доверенности от 28.03.18, зарегистрированной в реестре за № 50/261н/50-2018-8-857,

от индивидуального предпринимателя  ФИО6: ФИО5 на основании ордера № 723/А от 11.07.18,

от ФИО7: ФИО8 по нотариально удостоверенной доверенности от 19.03.18, зарегистрированной в реестре за № 50/160-н/50-2018-3-268,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО2 и индивидуального предпринимателя  ФИО6 на определение Арбитражного суда Московской области от 04 мая 2018 года по делу №А41-66051/15, принятое судьей Политовым Д.В., по заявлению финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 и индивидуальному предпринимателю  ФИО6 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

Финансовый управляющий индивидуального предпринимателя (ИП) ФИО2 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи земельного участка от 01.03.13, заключенного между ИП ФИО2 и ИП ФИО9 и применении последствий недействительности (ничтожности) сделки в отношении земельного участка общей площадью 1 331 000 кв.м., кадастровый номер 50:03:0060480:107, адрес (местонахождение) объекта: Московская область, Елинский район, сельское поселение Петровское, д. Борихино, в виде возврата в конкурсную массу ФИО2 земельного участка общей площадью 1 331 000 кв.м., кадастровый номер 50:03:0060480:107, адрес (местонахождение) объекта: Московская область, Елинский район, сельское поселение Петровское, д. Борихино (т. 1, л.д. 3-14).

Заявление подано на основании статей 61.1, 61.2, 61.3, 61.8 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)", статей 10, 168, 170, 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Московской области от 04 мая 2018 года договор купли-продажи земельного участка, заключенный 01.03.13 между ИП ФИО2 и ИП ФИО9 был признан недействительной сделкой, применены последствия недействительности (ничтожности) сделки в виде реституции в конкурсную массу должника земельного участка, принадлежащего ФИО6, а именно: земельного участка общей площадью 1 331 000 кв.м., кадастровый номер 50:30:0060480:107, расположенного по адресу – Московская область, Клинский район, сельское поселение Петровское, деревня Борихино (т. 4, л.д. 42-43).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ИП ФИО2 и ИП ФИО6 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального права при его вынесении и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 4, л.д. 45-47).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 01.03.13 между ФИО2 (Продавец) и ФИО10 (Покупатель) был заключен договору купли-продажи земельного участка, по условиям которого Продавец передал Покупателю земельный участком категории земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для дачного строительства, общей площадью 1 331 000 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: Московская область, Елинский район, сельское поселение Петровское, д. Борихино, кадастровый номер 50:03:0060480:107, а Покупатель обязался выплатить Продавцу сумму, эквивалентную 4 924 700 долларов США по курсу ЦБ РФ на день оплаты (т. 1, л.д. 21-24).

В соответствии с пунктом 2.2. договора оплата производится ежемесячно не позднее 20 числа каждого месяца равными долями в размере суммы, эквивалентной 135 000  долларов США.

Земельный участок с кадастровым номером 50:03:0060480:107 был передан ИП ФИО2 ИП ФИО10 по акту приема-передачи земельного участка от 01.03.13 (т. 1, л.д. 25).

Договор купли-продажи был зарегистрирован в установленном законом порядке 06.05.13 (т. 1, л.д. 24).

Согласно письму № 2922 от 29.11.16 и справке № 2922 от 29.11.16 Клинского отдела ЗАГС Главного Управления ЗАГС Московской области ФИО10 является дочерью ФИО2 (т. 1, л.д. 27, 28).

В связи с заключением брака 02.08.13 ФИО10 сменила фамилию на ФИО6 (т. 1, л.д. 29).

Решением Арбитражного суда Московской области от 03 февраля 2016 года ИП ФИО2 была признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее открыта процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий ФИО3 указал, что договор купли-продажи участка от 01.03.13 был заключен при злоупотреблении правом и в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, встречное исполнение по нему не получено.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из наличия доказательств заключения сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Согласно статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 214.1 Закона о банкротстве к отношениям, связанным с банкротством индивидуальных предпринимателей, применяются правила, установленные параграфами 1.1, 4 главы X настоящего Федерального закона, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При этом, в силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона N 154-ФЗ от 29.06.15 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, оспариваемая сделка, совершенная должником - индивидуальным предпринимателем может быть оспорена в соответствии с нормами Закона о банкротстве вне зависимости от даты ее заключения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 9 названного Постановления при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие двух оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указывалось выше, оспариваемый договор купли-продажи был заключен 01.03.13, то есть в течение трех лет до возбуждения производства по настоящему делу  на основании определения Арбитражного суда Московской области от 01 сентября 2015 года.

На момент заключения оспариваемого договора у ИП ФИО2 имелись неисполненные обязательства перед кредиторами на сумму 48 811 807 рублей 90 копеек, подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами, а также задолженность в сумме 15 290 562 рубля 40 копеек, о взыскании которой было возбуждено исполнительное производство.

Московский областной суд в апелляционном определении от 08 июля 2015 года по гражданскому делу № 2-2624/2015 указал, что при наличии у ФИО2 неисполненных обязательств в размере 65 000 000 рублей, установленных решениями судов 2012-2013 гг., вступивших в законную силу и предъявленных к исполнению, ФИО2 совершала сделки по отчуждению недвижимого имущества.

ФИО6 являясь дочерью ФИО2, не могла не знать о наличии у должника неисполненных обязательств.

По условиям оспариваемого договора ИП ФИО2 передала земельный участок площадью 1 331 000 кв.м. ИП ФИО6 за сумму, эквивалентную 4 924 700 долларов США по курсу ЦБ РФ на день оплаты.

В подтверждение факта оплаты по указанному договору ИП ФИО2 и ИП ФИО6 ссылаются на решение Арбитражного суда Московской области от 19 января 2017 года, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19 мая 2017 года и постановление Арбитражного суда Московского округа от 29 августа 2017  по делу № А41-72654/16, в которых указано на представление в материалы дела расписки ФИО2 от 22.11.13 о принятии от ФИО6 во исполнение оплаты по договору денежной суммы, эквивалентной 2 000 000 долларов США по курсу ЦБ РФ на день оплаты (30 руб. за 1 доллар США), а также на то, что в расписке ФИО2, признала обязательство по оплате исполненным в полном объеме.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Определением от 11 июля 2018 года Десятый арбитражный апелляционный суд предложил ИП ФИО2, ИП ФИО6 обосновать документально наличие денежных средств в размере 2 000 000 долларов США у ФИО6 на момент заключения оспариваемой сделки, а также представить на обозрение подлинник расписки о передаче 2 000 000 долларов США от ФИО6 ФИО2 (т. 4, л.д. 107-108).

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела и принятия законного и обоснованного судебного акта до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом (ч. 2 ст. 66 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

ИП ФИО2 и ИП ФИО6 запрошенные документы не представили, при этом материалы дела не свидетельствуют о передаче денежных средств по оспариваемой сделке и наличии у ИП ФИО6 денежных средств в сумме 2 000 000 долларов США для передачи их должнику.

Кроме того, в силу статьи 317 Гражданского кодекса Российской Федерации денежные обязательства должны быть выражены в рублях. В денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон. Использование иностранной валюты, а также платежных документов в иностранной валюте при осуществлении расчетов на территории Российской Федерации по обязательствам допускается в случаях, в порядке и на условиях, определенных законом или в установленном им порядке.

Из статьи 23 Федерального закона N 173-ФЗ от 10.12.03 "О валютном регулировании и валютном контроле" и положений Инструкции Банка России N 138-И от 04.06.12 "О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам документов и информации, связанных с проведением валютных операций, порядке оформления паспортов сделок, а также порядке учета уполномоченными банками валютных операций и контроля за их проведением", следует, что валютные операции подлежат обязательному оформлению.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ИП ФИО6 не представлено допустимых доказательств, свидетельствующих об оформлении валютных операций на сумму 2 000 000 долларов США.

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Федерального закона N 115-ФЗ от 07.08.01 "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" операция с денежными средствами или иным имуществом подлежит обязательному контролю, если сумма, на которую она совершается, равна или превышает 600 000 рублей либо равна сумме в иностранной валюте, эквивалентной 600 000 рублей, или превышает ее, а по своему характеру данная операция относится к операции с денежными средствами в наличной форме, а именно покупке или продаже наличной иностранной валюты физическим лицом.

Однако доказательств оформления операций с денежными средств в валюте США, являющихся предметом спорной сделки, не представлено.

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что сделка по отчуждению земельного участка была совершена сторонами безвозмездно.

Поскольку в результате заключения оспариваемого договора ИП ФИО2 лишилась ликвидного актива, который подлежал включению в конкурсную массу должника, не получив при этом встречного удовлетворения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника оспариваемой сделкой, в связи с чем правомерно признал оспариваемую сделку недействительной.

Вопреки доводам заявителей апелляционных жалоб наличие достаточного для погашения требований кредиторов должника имущества в конкурсной массе не является основанием для отказа в признании сделки недействительной.

В силу пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Согласно пункту 16 статьи 148 Закона о банкротстве при наличии оставшегося имущества, стоимость которого составляет не менее минимального размера уставного капитала, предусмотренного законодательством Российской Федерации для юридических лиц соответствующей организационно-правовой формы, орган управления должника, уполномоченный на принятие решения о его ликвидации, вправе принять решение об обращении в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством о прекращении производства по делу о банкротстве в соответствии с абзацем седьмым пункта 1 статьи 57 настоящего Федерального закона.

По смыслу указанных норм права все имеющееся у должника имущество подлежит включению в конкурсную массу, за счет которой погашаются требования кредиторов и расходы по делу, в случае погашения всех требований и наличии у должника нереализованного имущества производство по делу подлежит прекращению.

Ссылки заявителей апелляционных жалоб на судебные акты по делу № А41?72654/16 не могут быть приняты во внимание, поскольку в рамках рассмотрения указанного дела вопрос о наличии у ИП ФИО6 финансовой возможности осуществить свои обязательства по договору купли-продажи, как того требует Закон о банкротстве, не рассматривался.

Довод заявителей апелляционных жалоб о пропуске заявителем срока исковой давности подлежит отклонению.

В силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Из разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", следует, что срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника по основаниям, предусмотренным 61.3 Закона о банкротстве, исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Как следует из материалов дела, ИП ФИО2 была признана банкротом решением Арбитражного суда Московской области от 03 февраля 2016 года, финансовым управляющим должника был утвержден ФИО3

Резолютивная часть указанного решения была объявлена 27 января 2016 года, следовательно, срок исковой давности по заявленным требованиям начал течь не ранее этой даты.

Поскольку рассматриваемое заявление было подано в арбитражный суд 25.01.17, оснований полагать, что заявителем был пропущен срок исковой давности не имеется.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 04 мая 2018 года по делу № А41-66051/15 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


Н.Н. Катькина


Судьи:


Н.Я. Гараева


А.В. Терешин