Постановление от 21 сентября 2018 г. по делу № А43-13902/2016

Дело № А43-13902/2016
г. Владимир
21 сентября 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14.09.2018.

В полном объеме
постановление изготовлено 21.09.2018.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кириловой Е.А.,

судей Рубис Е.А., Смирновой И.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Нижегородской области

от 16.07.2018 по делу № А43-13902/2016,

принятое судьей Степановой С.Н.,

по заявлению ФИО2 о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности,

при участии представителей

от ФИО3: ФИО6, доверенность

от 12.07.2018 № 52 АА 38554411,

от ФИО4: ФИО7, доверенность от 27.03.2018

№ 52 АА 3756628,

у с т а н о в и л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Древстрой» (далее – ООО «Древстрой», должник) ФИО2 обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО4 и участника ООО «Древстрой» ФИО5 к субсидиарной ответственности и взыскании в конкурсную массу должника денежных средств в размере 16 773 657 руб. 80 коп.

Определением от 16.07.2018 суд отказал в удовлетворении заявленного требования.

Выводы суда основаны на статьях 2, 3, 4, 9, 61.10, 61.11, 61.12, 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пунктах 3 – 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», пунктах 1, 2, 8, 9, 16, 19, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и ФИО3 обратились в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда от 16.07.2018 и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование своих возражений ФИО2 указал, что за весь период деятельности ООО «Древтрой» с момента его создания, коэффициент текущей ликвидности должника не превышал 0,01 при допустимом 0,2, что свидетельствует о нехватке у должника оборотных активов для осуществления собственной деятельности с момента его государственной регистрации. Следовательно, при возникновении у ООО «Древтрой» любых обязательств перед третьими лицами, должник не мог погасить ни возникшую кредиторскую задолженность, ни исполнить иные обязательства. Заявитель жалобы полагает, что начиная с марта 2015 года ООО «Древстрой» не могло исполнять требования перед третьими лицами по оплате имеющейся задолженности, поскольку у должника отсутствовали какие-либо денежные средства и имущество, необходимое для исполнения своих обязательств. ФИО4 и ФИО5 осознавая заведомую невозможность удовлетворения требований имеющихся и новых кредиторов, зная о финансовом состоянии должника, показателях текущей деятельности и бухгалтерской отчетности, заявление о признании общества несостоятельным (банкротом) не подали. Несмотря на это, ООО «Древстрой» продолжало осуществлять текущую деятельность и заключать договора подряда с иными контрагентами, впоследствии увеличивая кредиторскую задолженность и возлагая на общество дополнительные обязательства в ситуации, когда не могли быть исполнены существующие. ФИО2 обращает внимание на то, что в ходе анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «Древстрой» конкурсными кредиторами выявлены ряд сделок, в которых отсутствовал экономический смысл для должника и совершение которых повлекло для общества возникновение дополнительных обязательств. Также заявитель жалобы указывает на нарушение руководителем ООО «Древстрой» правил ведения бухгалтерского учета по обороту наличных денежных средств, в частности полученных от ФИО8 и ФИО9 и неполную передачу остатков товара.

Подробно доводы ФИО2 изложены в апелляционной жалобе от 25.07.2018 и поддержаны его представителем в судебном заседании.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 от 26.07.2018 аналогичны доводам апелляционной жалобы ФИО2, поддержаны его представителем в судебном заседании.

ФИО4 в возражениях на апелляционную жалобу ФИО3 от 05.09.2018 указал на отсутствие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционные жалобы не представили. Участники процесса, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционные жалобы рассмотрены в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в статье 121 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 270, 272 АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционных жалоб, возражений на жалобу ФИО3, заслушав представителей, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Решением от 28.07.2016 Арбитражный суд Нижегородской области признал ООО «Древстрой» несостоятельным (банкротом) по признакам ликвидируемого должника; ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства; утвердил конкурсным управляющим должника ФИО10

Согласно материалам дела ООО «Древстрой» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.08.2013 с присвоением ОГРН <***>; основным видом его деятельности является оптовая торговля лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием. В качестве дополнительных видов деятельности ООО «Древстрой» поименованы строительство жилых и нежилых зданий и другие виды деятельности, связанные со строительством.

С момента создания ООО «Древстрой» осуществляло работы по возведению жилых и нежилых домов.

Согласно информации, представленной МРИ ФНС № 5 по Нижегородской области от 07.03.2018 исх. № 04-31/02713 руководителем ООО «Древстрой» являлся ФИО4; участниками ООО «Древстрой» с долей в уставном капитале по 50% являлись ФИО4 и ФИО5

Контролирующими должника лицами 13.05.2016 принято решение о ликвидации ООО «Древстрой» и обращении в арбитражный суд с заявлением о его несостоятельности (банкротстве).

Также 27.05.2016 от кредитора ФИО9 в суд поступило заявление о признании ООО «Древстрой» несостоятельным (банкротом).

ФИО2, посчитав, что контролирующие должника лица должны были не позднее 12.03.2016 (не позднее месяца с вступления в законную силу 12.02.2016 решения Гагаринского районного суда г. Москвы по гражданскому делу № 2-8127/2015 о взыскании с ООО «Древстрой» в пользу ФИО2 денежных средств) обратиться в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве), обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», согласно пункту 3 статьи 4 которого рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При этом при решении вопроса о возможности возложения на ответчика субсидиарной ответственности необходимо иметь в виду, что субсидиарная ответственность в деле о несостоятельности (банкротстве) возлагается не в силу одного лишь факта неподачи заявления должника, а потому, что указанное обстоятельство является презумпцией невозможности удовлетворения требований кредиторов, возникших в период просрочки подачи заявления о несостоятельности (банкротстве), по причине неподачи данного заявления. Следовательно, при установлении того, что неподача заявления должника не привела к невозможности удовлетворения требований кредиторов, в требовании о привлечении к субсидиарной ответственности должно быть отказано.

В силу статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. Сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 настоящей статьи. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Под руководителем должника понимается единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности (статья 2 Закона о банкротстве).

В Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 указано, что по смыслу абзаца 6 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве. Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 – 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

На основании статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В пунктах 1, 2, 8, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если учредительным документом должника предусмотрено, что полномочия выступать от имени юридического лица предоставлены нескольким лицам (директорам), действующим совместно или независимо друг от друга (абзац третий пункта 1 статьи 53 ГК РФ), по общему правилу, указанные лица несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.12 Закона о банкротстве, солидарно.

Учредительным документом полномочия по обращению в суд с заявлением должника о собственном банкротстве не могут быть предоставлены только одному из его директоров (абзац шестой статьи 2, статья 9 Закона о банкротстве, абзац второй пункта 1 статьи 53 ГК РФ).

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В пунктах 16, 19, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения –появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 3 пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если в удовлетворении иска о признании сделки недействительной ранее было отказано по мотиву равноценности полученного должником встречного денежного предоставления, то заявитель впоследствии не вправе ссылаться на нерыночный характер цены этой же сделки в целях применения презумпции доведения до банкротства.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В пунктах 3 – 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Вступившим в законную силу решением Гагаринского районного суда г. Москвы от 12.02.2016 по гражданскому делу № 2-8127/2015 с ООО «Древстрой» в пользу ФИО2 взысканы денежные средства.

Однако, как верно установил суд, возникновение у ООО «Древстрой» задолженности перед конкретным кредитором (в данном случае – ФИО2) не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения его руководителя к субсидиарной ответственности. Наличие неисполненных перед кредиторами обязательств не влечет безусловной ответственности руководителя должника.

На момент рассмотрения иска ФИО2, ООО «Древстрой» продолжало осуществлять хозяйственную деятельность, в том числе исполняя обязательства по договору подряда с иным кредитором – ФИО9 (определением Городецкого городского суда Нижегородской области от 05.02.2016 утверждено мировое соглашение, в соответствии с которым ООО «Древстрой» обязалось выплатить ФИО9 денежные средства).

Арбитражным судом Нижегородской области в рамках ранее рассмотренного заявления ФИО3 о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности установлено, что практически во всех случаях ООО «Древстрой» пыталось урегулировать спорные ситуации с потребителями (заказчиками строительства) путем заключения мирового соглашения (спор с ФИО9), изготовления за свой счет дополнительных конструкций (спор с ФИО8), согласования новых сроков выполнения работ (спор с ФИО3). В период с декабря 2015 года по май 2016 года ООО «Древстрой» пыталось разрешить спор с другим потребителем – ФИО8 (обжалование заочного решения Чеховского городского суда Московской области от 22.12.2015). Однако в силу сложившихся обстоятельств, разрешить спорные ситуации с потребителями не удалось.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влечет за собой ответственность, установленную настоящим Кодексом и другими федеральными законами (части 1, 2 статьи 16 АПК РФ).

В указанной части доводы заявителей жалоб направлены на переоценку обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда, а потому судом во внимание не приняты.

Доказательств того, что руководитель ООО «Древстрой» ФИО4 намеренно не выполнял условия договоров подряда с Заказчиками, усугубляя тем самым финансовое состояние должника, и наращивая кредиторскую задолженность, в материалах дела не имеется.

Кроме того, суд первой инстанции установил, что решение Гагаринского районного суда г. Москвы от 22.12.2015 о взыскании с ООО «Древстрой» в пользу ФИО2 денежных средств (убытков, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа и судебных издержек) отменено апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 30.11.2016. По делу принято новое решение, уменьшена сумма неустойки.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции верно указал, что дата – 12.03.2016, указанная ФИО2 как отправная точка для исчисления месячного срока для обращения контролирующих должника лиц в арбитражный суд, определена неверно.

Доводы апелляционных жалоб в этой части также признаются судом апелляционной инстанции ошибочными, опровергающимися обстоятельствами дела.

Доказательства систематического неисполнения ООО «Древстрой» обязательств в той мере, в какой это могло бы свидетельствовать о признаках неплатежеспособности, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, суд первой инстанции, установив отсутствие достаточных доказательств наличия причинно-следственной связи между неподачей ФИО4 и ФИО5 заявления о несостоятельности (банкротстве) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании ООО «Древстрой» банкротом.

Суд первой инстанции также рассмотрел и обоснованно отклонил довод ФИО2 о причинении контролирующими должника лицами вреда посредством совершения сделок в виде перечисления денежных средств в пользу третьих лиц.

Так в период своего существования ООО «Древстрой» осуществляло хозяйственную деятельность и использовало общепринятые методы ведения бизнеса.

Уставный капитал ООО «Древстрой» составляет 10 000 руб.; основных средств у должника на балансе не имееется. Деятельность ООО «Древстрой» была связана со строительством и установкой жилых домов из бруса (домкомлекты), который закупался у третьих лиц.

Согласно оборотам по расчетному счету за последние два года деятельности, отраженным в оборотно-сальдовой ведомости по счету 51 за январь 2015 года – апрель 2016 года, основными статьями расходов ООО «Древстрой» являлись: оплата товаров, работ и услуг поставщикам в размере 33 329 885 руб. 04 коп.; заработная плата – 2 304 300 руб.; возврат займа кредитным организациям – 1 753 732 руб. 25 коп.; налоги и прочие сборы – 1 233 201 руб. 13 коп.; возврат займа, беспроцентный заем от учредителя – 750 000 руб.; расходы на банковское обслуживание – 45 650 руб.; прочие расходы.

Приобретение материалов и услуг происходило в рамках осуществляемой обществом хозяйственной деятельности для выполнения обязательств по заключенным с заказчиками подрядным и иным хозяйственным договорам.

Основными поставщиками материалов ООО «Древстрой» являлись: ООО «Полимер Композит» (декинг, террасная доска); ИП ФИО11 (крепеж, метизы, расходный режущий инструмент); ООО «Стройкомплект ПКК» (клееный брус, строганный пиломатериал); ИП ФИО12 (пиленый пиломатериал); ООО «Комплект Кровля» (кровельные материалы); ООО «Руфстрой» (кровельные материалы); ООО «ТД Леепром2000» (деревянные окна); ООО «Альфа Стек» (пластиковые окна); ООО «МСКНН» (бетон); ООО «Декатекс» (лакокрасочные материалы).

Из пояснений ФИО4 следует и это не опровергнуто иными участниками процесса, что получаемые от заказчиков денежные средства в качестве предварительной оплаты выполняемых работ, в первую очередь расходовались на приобретение материалов, необходимых для выполнения конкретного заказа. На сумму полученной от заказчиков предварительной оплаты ООО «Древстрой» изготавливало продукцию, которая впоследствии передавалась непосредственно заказчику. Сумма получаемой от заказчиков предварительной оплаты фактически составляла себестоимость изготавливаемых домокомплектов или иной продукции.

В частности все денежные суммы, поступающие от ФИО13, расходовались по целевому назначению в рамках только заключенного с ним договора на покупку основных строительных материалов, в том числе на покупку в ООО «Стройкомплект ПКК» заготовки бруса (незарезанный брус) и строганного пиломатериала 15.10.2015 на сумму 900 000 руб.; заготовки бруса (незарезанный брус) и строганного пиломатериала на сумму 1 400 000 руб.; заготовки бруса (незарезанный брус) и строганного пиломатериала 12.01.2016 на сумму 900 000 руб. (по счету на оплату от 17.11.2015 № 158).

Также осуществлялись расходы на покупку расходного инструмента и крепежа у ИП ФИО11 и пиломатериала у ИП ФИО12 Денежные суммы, поступающие от ФИО8, полностью израсходованы на покупку пиломатериала для выполнения соответствующих обязательств по договору на строительство дома, что подтверждается выпиской из кассовой книги от 29.11.2014, кассой за 29.11.2014, авансовым отчетом от 02.12.2014 № 16, накладной от 02.12.2014, выпиской из кассовой книги от 04.02.2015, кассой за 04.02.2015, авансовым отчетом от 06.02.2015 № 03, накладной от 06.02.2015.

По условиям заключаемых с потребителями договоров, заказчик вносил аванс до начала выполнения работ по каждому этапу строительства в рамках заключенного договора. Окончательная оплата производилась только после приема-передачи выполненных ООО «Древстрой» работ.

Таким образом, периодически возникала краткосрочная нехватка оборотных средств, в связи с чем для обеспечения нормального функционирования общества и осуществления уставной деятельности привлекались краткосрочные кредиты.

В 2015 году основными источниками краткосрочных займов являлись Заволжский Бизнес Инкубатор (АНО «ЗЦПП») и краткосрочные беспроцентные займы от учредителя ФИО4; в 2014 году – Автономная некоммерческая организация «Агентство по развитию системы гарантий для субъектов малого предпринимательства Нижегородской области» (АНО «АРСГ НО»).

При этом в материалах дела не представлены доказательства того, что привлекаемые заемные денежные средства использовались на иные нужды, чем те, что связаны с хозяйственной деятельностью должника.

Так заемные денежные средства, полученные от АНО «ЗЦПП» на общую сумму 1 000 000 руб. потрачены на приобретение бруса клееного (нерезаного) по товарной накладной от 17.04.2015 № 49. Займы получены тремя траншами по договорам займа от 15.04.2015 № 12, 13, 14. Кредитные обязательства погашались полностью согласно графиков платежей, являющихся неотъемлемой частью указанных договоров, что подтверждается представленными актами сверки. Своевременное погашение было необходимо для сохранения положительной кредитной истории.

Беспроцентные займы от учредителя ФИО4 привлекались при срочной нехватке оборотных денежных средств в случаях, когда кто-то из клиентов задерживал положенный платеж по заключенному договору, а финансирование являлось необходимым для своевременного выполнения обязательств по договорам. Так ООО «Древстрой» 15.06.2015 получило заем на сумму 160 000 руб. (договор займа от 15.06.2015); денежные средства по займу переданы займодавцем в кассу, а впоследствии внесены ООО «Древстрой» на расчетный счет для финансирования текущей деятельности, что подтверждается выпиской из кассы от 15.06.2015 и выпиской от 18.06.2015.

ООО «Древстрой» 09.10.2015 получило заем от ФИО4 на сумму 600 000 руб. (договор займа от 09.10.2015); денежные средства по займу переданы в кассу, а впоследствии внесены ООО «Древстрой» на расчетный счет для финансирования текущей деятельности, что подтверждается выпиской из кассы от 09.10.2015.

Также ООО «Древстрой» от ФИО4 14.03.2016 получило заем на сумму 285 000 руб. (договор займа от 14.03.2016); денежные средства по займу переданы в кассу должника и использованы для покупку пиломатериалов для выполнения работ по договору на строительство дома, заключенному с ФИО13, что подтверждается выпиской из кассы от 14.03.2016, авансовым отчетом от 16.03.2016 № 1, накладной от 15.03.2016.

Относительно размещения ООО «Древстрой» рекламы и участия в выставках, суд обоснованно установил, что данные действия совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности, с целью развития рынка продажи выполняемых работ и продукции, должник рекламировал свои товары и работы посредством участия в выставках, размещения рекламы в СМИ, Интренет-рекламы. При этом ООО «Древстрой» разработаны логотип и типовые бланки, с указанием как логотипа, так и регистрационных данных должника, которые использовались при переписке с клиентами и партнерами, поскольку название фирмы – ООО «Древстрой» только в Нижегородской области используется тремя компаниями, что соответствует выпискам из ЕГРЮЛ, поэтому для рекламы товара и работ должника использовалось название по территориальному признаку «Заволжский Деревообрабатывающий Завод».

Процедура регистрации и наименования (торговой маки) «Заволжский Деревообрабатывающий Завод» начата должником в конце 2015 года.

Переговоры по оказанию услуги регистрации велись ООО «Древстрой» с компанией «Бизбренд», с которой согласован текст договора (проект договора от 15.12.2015 № ТЗ НН-01-15122015). Однако в связи с длительным согласованием различных вариантов возможной защиты бренда, переговоры затянулись до весны 2016 года, а в мае 2016 года переговоры прекращены в связи с началом процедуры ликвидации.

Относительно участия ООО «Древстрой» в выставках, организованных «Оргвыставка», «Красивые дома», «Экспофорум», «Нижегородская Ярмарка», суд первой инстанции установил, что рекламная деятельность на выставках относится к прямой рекламе, то есть имеющей целью прямые продажи. На выставках производился сбор контактов заказчиков и в дальнейшем, в процессе переговоров заключались соответствующие договоры. В среднем, выставочная деятельность давала конверсию 2 – 3% от входящего потока потенциальных покупателей к заключенным договорам.

Реклама по радио (Авторадио – ИП ФИО14) носила вспомогательный характер; ООО «Древстрой» рекламировалось по радио лишь в границах Нижнего Новгорода для стимулирования интереса к продукции – клееного бруса в целом и посещения потребителями сайта в частности.

Использование рекламного продукта в хозяйственной деятельности должника направлено на привлечение потенциальных клиентов с целью заключения договоров, продвижения продукции на рынке.

Для размещения информации в сети Интернет посредством рекламораспространителей «Стасео», «Яндекс», «Регру», «ТуБиФест» необходимо создать сайт, арендовать хостинг-сервер у какой-либо компании, арендовать доменное имя, связать через ДНС-сервера адрес доменного имени и физический сервер хостинга, и заказать рекламу сайта в рекламной сети Интернет.

Организацией рекламы занимаются специализированные фирмы (в данном случае фирма «Стасео»). Реклама размещалась непосредственно в сети Яндекс. Доменное имя не являлось собственностью компании и арендовалось на срок один год.

Любая компания имеет право арендовать любое не занятое доменное имя. ООО «Древстрой» арендовало доменные имена zavdoz.ruи zdoz.ru до 2016 года, впоследствии продление аренды данных доменных имен не проводилось.

Сам сайт разрабатывался собственными силами компании или разработчиками. Обслуживанием и предоставлением хостинга занималась компания – владелец серверов.

Размещением сайта ООО «Древстрой» занималось ООО «ТуБиФест». После 2016 года обслуживание сайта ООО «Древстрой» остановлено, сайт перенесен в архив. Оригинальная программа сайта была предоставлена конкурсному управляющему ФИО10 на CD-диске.

При этом именно из-за размещенной в сети Интернет рекламы у должника появлялась большая часть потенциальных клиентов и заключаемых договоров. Так договор с ФИО13 заключен после посещения им сайта, о чем он неоднократно подтверждал в период судебного разбирательства.

Также суд первой инстанции, исследовав поведение ООО «Древстрой» в отношении соблюдения правил ведения бухгалтерского учета, не установил нарушений правил бухгалтерской дисциплины.

В рамках хозяйственной деятельности ООО «Древстрой» использовало наличный и безналичный расчеты с контрагентами, покупателями и поставщиками, поскольку данная деятельность осуществлялась сразу в нескольких регионах.

Оплату поставщикам поставляемых материалов необходимо было производить одновременно с отгрузкой, посредством перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «Древстрой» или наличными денежными средствами подотчетными должностными лицами.

При осуществлении продажи товаров и производстве работ потребителям – физическим лицам использовались как расчеты наличными денежными средствами, так и безналичные расчеты.

Подобное осуществление расчетов не выходит за рамки общепринятой практики организации строительного бизнеса, вызвано необходимостью контроля качества поставляемых материалов до их оплаты.

Доказательств нецелевого расходования денежных средств ООО «Древстрой» в материалах дела не имеется.

Основные средства ООО «Древстрой» в период его деятельности не приобретались.

До весны 2016 года руководство компании планировало активное развитие, что подтверждено в том числе письмом от 20.01.2016 поставщику – ИП ФИО15 с просьбой увеличить объемы поставок материалов и переговорами о планируемой регистрации бренда (договор от 15.12.2015 № РЛН-01-15122015).

Полученные от покупателей товаров и работ авансы расходовались ООО «Древстрой» с целью исполнения обязательств перед конкретным покупателем. Каждая операция с денежными средствами ООО «Древстрой» имела под собой реальное основание и производилась в рамках осуществляемой ООО «Древстрой» хозяйственной деятельности. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, у должника имелся товарный остаток (который впоследствии реализован конкурсным управляющим), однако имевшихся у ООО «Древстрой» денежных средств и товарного остатка оказалось недостаточно для погашения кредиторской задолженности, образовавшейся на основании вынесенных судебных решений, сверх уже выполненных ООО «Древстрой» перед заказчиками обязательств по заключенным договорам. В связи с чем, в мае 2016 года руководство ООО «Древстрой» приняло решение о прекращении деятельности, поскольку ее дальнейшее осуществление привело бы к еще более негативным последствиям.

Вместе с тем суд установил, что действия директора ФИО4, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, у директора не было необходимости в принятии особых мер к проверке менеджмента и прочих аспектов деятельности субподрядчиков и поставщиков. Каких-либо доказательств, опровергающих данные обстоятельства, не представлено.

В период процедуры конкурсного производства, директор ООО «Древстрой» не уклонялся от передачи конкурсному управляющему документации и имущества. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

На основании изложенного, а также исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства с установленными по делу фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что факт совершения контролирующими ООО «Древстрой» лицами виновных неправомерных действий от имени должника, которые привели к его несостоятельности, не нашел своего подтверждения материалами дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии всей совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя ООО «Древстрой» ФИО4 и участника общества ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При этом суд обоснованно отклонил доводы о том, что должник не предпринимал действий по взысканию дебиторской задолженности, а именно вознаграждения по договору оказания посреднических услуг с ООО «Стройкомлект НН» от 01.04.2014, поскольку материалы дела не содержат доказательств того, что данный договор в принципе исполнялся.

Доводы о спланированном банкротстве, подтверждением которому являются заявления ФИО4 в сети Интернет, также верно признаны судом несостоятельными, поскольку действительно в феврале 2017 года ФИО4 разместил в сети Интернет открытое письмо, где он высказал свое мнение о невозможности осуществления нормальной хозяйственной деятельности ООО «Древстрой» ввиду многочисленных судебных тяжб, инициированных рядом заказчиков. В данном письме также указано, что именно ввиду невозможности достраивать новые объекты, дабы не устраивать «подобную пирамиду», фирма «Древстрой» приостановила прием заказов. Однако изложенные в открытом письме ФИО4 аргументы не могут быть расценины в качестве доказательства недобросовестного поведения руководителя, направленного на доведение юридического лица до банкротства. Иное толкование сделанных заявлений, является лишь субъективным восприятием и оценкой.

Таким образом, все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта. В апелляционной жалобе заявитель по существу не указывает на конкретные нарушения, допущенные судом при вынесении обжалуемого судебного акта, а лишь выражает несогласие с оценкой судом представленных в дело доказательств.

Обжалуемый судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 16.07.2018 по делу № А4313902/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

Е.А. Кирилова

Судьи

Е.А. Рубис

И.А. Смирнова