Постановление от 21 декабря 2023 г. по делу № А65-32977/2021

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП- 18564/2023)

21 декабря 2023 года Дело № А65-32977/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 21 декабря 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бондаревой Ю.А., судей Мальцева Н.А., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в судебном заседании:

от ФИО2 - представитель ФИО3, по доверенности от 20.04.2022,

от ФИО4 - представитель ФИО3, по доверенности от 16.09.2022,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №4 апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 октября 2023 года, вынесенное по заявлению финансового управляющего имуществом должника ФИО2, к ФИО4, ФИО6, о признании недействительной сделки по отчуждению земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: РТ, Высокогорский район, с.Высокая гора, ул. Совхозная, д. 2Б (вх.12640),

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2022 гр. ФИО2 (ИНН <***>), ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: д.Никифорово, Мамадышский район, Татарская АССР; адрес: Россия, РТ, <...>, признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа», почтовый адрес: 420107, Республика Татарстан, г. Казань, а/я 170.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 10.03.2023г. поступило заявление финансового управляющего имуществом должника ФИО2 к ФИО4, ФИО6, о признании недействительной сделку по отчуждению земельного участка и здания магазина, расположенных по адресу: РТ, Высокогорский район, с.Высокая гора, ул. Совхозная, д. 2Б (вх.12640).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.07.2023 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.08.2023г. в порядке ст.51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Альфа-М», являющееся арендатором спорных объектов.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.10.2023 отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом должника ФИО2 к ФИО4 ФИО6, о признании недействительной сделки по отчуждению земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: РТ, Высокогорский район, с.Высокая гора, ул. Совхозная, д. 2Б (вх.12640).

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, финансовый управляющий ФИО5 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 октября 2023 года и принять по делу новый судебный акт, которым:

- признать договор дарения магазина и земельного участка от 12 сентября 2015 года заключенного между ФИО2 «Даритель» и ФИО4 «Одаряемая» недействительной сделкой.

- признать договор купли-продажи магазина и земельного участка от 01 марта 2023 года заключенного между ФИО4 «Продавец» и ФИО6 «Покупатель» недействительной сделкой.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу ФИО2 все полученное по оспариваемой сделке, а именно:

-земельный участок с кадастровым номером 16:16:080303:889, адрес: Российская Федерация, Республика Татарстан, Высокогорский муниципальный район, Высокогорское сельское поселение, <...> з/у 2Б

-здание с кадастровым номером: 16:16:080303:940, адрес: Республика Татарстан, р-н Высокогорский муниципальный, с/п Высокогорское, <...> Б.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2023 апелляционная жалоба принята к производству. Назначено судебное заседание.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От финансового управляющего поступило ходатайство об истребовании документов.

Представитель лиц, участвующих в деле, возражает против удовлетворения ходатайства об истребовании документов. Судебная коллегия, определила отказать в удовлетворении ходатайства об истребовании документов.

Представитель ФИО4 и должника ФИО2 против доводов апелляционной жалобы возражал, просил отказать в ее удовлетворении в виду ее необоснованности.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, что 12.09.2015г. между должником (даритель) и его дочерью ФИО4 (одаряемая) заключен договор дарения земельного участка и здания магазина, расположенных по адресу: РТ, Высокогорский район, с.Высокая гора, ул. Совхозная, д. 2Б.

01.03.2023 между ФИО4 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка и магазина, расположенных по адресу: РТ, Высокогорский район, с.Высокая гора, ул. Совхозная, д. 2Б.

Финансовый управляющий обратился с заявлением о признании недействительными сделок, указав в обоснование, что в период с августа 2015 года по август 2017 года должником совершались активные действия по отчуждению имущества в пользу родственников в отсутствие встречного исполнения. По мнению конкурсного управляющего, сделки совершены при злоупотреблении правом, носят мнимый характер, их целью явилось исключение возможного обращения взыскания на недвижимое имущество должника.

Впоследствии финансовый управляющий заявил ходатайство об уточнении заявления, просил признать недействительными договор купли-продажи от 01.03.2023 между ФИО4 и ФИО6

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу, что доказательств, подтверждающих совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а равно причинение такого вреда кредиторам должника в результате совершения оспариваемой сделки, в материалах дела не представлено, совокупность условий, необходимой для признания сделки недействительной, не доказана, оспариваемые сделки не могут быть квалифицированы как причинение вреда кредиторам и при том условии, что заключение договоров дарения осуществлялись задолго до признания должника банкротом и не выходили за рамки обычной хозяйственной деятельности; оснований для квалификации сделок как совершенных при злоупотреблением правом, не установлено, поскольку одновременная квалификация реальной сделки в качестве оспоримой и ничтожной недопустима и не соответствует гражданскому законодательству, при этом для применения же статей 10 и 168 ГК РФ в условиях конкуренции норм о недействительности сделки необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции специальных норм статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев материалы дела по правилам главы 34 АПК РФ, не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены обжалуемого судебного акта на основании следующего.

Финансовый управляющий обратился с заявлением о признании указанных сделок недействительными на основании ст.61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 Постановления № 63 разъяснено, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В данном случае сделка дарения совершена должником в 2015 году, тогда как заявление о банкротстве должника принято к производству лишь 27.01.2022, то есть за пределами трехлетнего срока, установленного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При этом должником заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Из разъяснений, данных в п.10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что исковая давность по требованию о признании сделки ничтожной по общим основаниям, предусмотренным нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Должник признан несостоятельным (банкротом) решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2022, заявление подано 09.03.2023, в пределах срока исковой давности как годичного, так и трехгодичного.

Судом первой инстанции установлено, что должником ФИО2 в пользу своей дочери ФИО4 отчуждены по договору дарения спорные земельный участок и дом.

В дальнейшем ФИО4 реализовала указанное имущество в пользу ФИО6

Как следует из материалов дела, оспариваемая финансовым управляющим сделка (договор купли-продажи от 01.03.2023 между ФИО4 и ФИО6) совершена не должником, в связи с чем, сама по себе не может свидетельствовать о намерении исключить обращение взыскания на имущество по обязательствам должника.

Как указала судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 27.08.2020 по делу А65-27171/2015 при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьёй 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 5 N 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учётом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях – вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путём подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее – бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Если цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом прикрывается сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, то надлежащим способом защиты является использование правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ. При этом осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации соответствующих сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ. Поскольку притворная сделка совершается лишь для целей прикрытия, она ничтожна и не порождает вытекающих из волеизъявления правовых последствий, но при этом суд должен установить ту сделку, которую стороны имели в виду (например, вместо договора купли-продажи сторонами договора произведено дарение либо вместо договора купли-продажи с первоначальным покупателем прикрывается сделка по отчуждению имущества конечному приобретателю имущества с целью создания видимости добросовестного приобретения последним покупателем). Сделка, которую стороны прикрывали, оценивается судом в соответствии с теми правилами, которые к ней применимы. Иначе говоря, судам следует произвести переквалификацию сделки. В результате применения пункта 2 статьи 170 ГК РФ истинная воля сторон приобретает приоритет над внешним волеизъявлением. Если реально желаемая сделка запрещена законом, то переквалификация приводит к признанию ничтожной не только сделки-прикрытия, но и прикрываемой сделки.

Между тем, из материалов дела не следует, что договор дарения от 12.09.2015 и договор купли-продажи от 01.03.2023 представляют собой цепочку сделок, прикрывавшую сделку по отчуждению имущества должником в целях сокрытия имущества.

Так, первоначально сделка по дарению земельного участка и здания магазина должником совершена в 2015 г., то есть за 8 с лишним лет до совершения следующей сделки в отношении недвижимого имущества.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, правомерно исходил из того, что ответчик после приобретения в дар спорных объектов, реально владеет и пользуется спорным имуществом, при этом судом также учтено, что встречное представление по договорам дарения не предусмотрено.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания сделок мнимыми.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются составом недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу ст.10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В данном конкретном случае суд учитывает, что сама по себе аффилированность сторон не образует порочность правоотношений между ответчиком ФИО4 и должником, а встречное представление по договорам дарения не предусмотрено.

Приводя в обоснование заявленного требования о признании сделок недействительными довод о неплатежеспособности должника на момент их совершения, конкурсный управляющий не представил надлежащих доказательств в подтверждение данного довода.

Коллегией судей апелляционного суда установлено, что согласно реестру требований кредиторов по состоянию на 21.07.2023 в реестр требований включены требования НКО «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан», АО «Стройсервис», физического лица ФИО7 с периодом образования задолженности 2021, 2022 годы.

Доказательств, подтверждающих совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а равно причинение такого вреда кредиторам должника в результате совершения оспариваемой сделки, в материалах дела не имеется.

Судом первой инстанции верно установлено, что финансовым управляющим не доказано всей совокупности условий, необходимой для признания сделки недействительной, поскольку оспариваемые сделки не могут быть квалифицированы как причинение вреда кредиторам при том условии, что заключение договоров дарения осуществлялись задолго до признания должника банкротом.

С учетом установленных по делу обстоятельств суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что заявление финансового управляющего подлежало удовлетворению только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).

Оснований для квалификации сделок как совершенных при злоупотреблением правом, арбитражный суд первой инстанции не установил, поскольку одновременная квалификация реальной сделки в качестве оспоримой и ничтожной недопустима и не соответствует гражданскому законодательству, при этом для применения же статей 10 и 168 ГК РФ в условиях конкуренции норм о недействительности сделки необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции специальных норм статьи 61.2. Закона о банкротстве, тогда как таковые не доказаны и судом не установлены.

Рассматривая вопрос о вовлеченности конечного приобретателя в процесс отчуждения имущества, арбитражный суд также установил, что ФИО6 заинтересованным по отношению к должнику лицом не является, доказательства обратного суду не раскрыты.

Стоимость имущества в размере 10 000 000 руб. финансовым управляющим не оспорена, оплата покупателем произведена в полном объеме - платежное поручение № 417540621 от 02.03.2023г.

Последовательность действий по отчуждению имущества спустя непродолжительный период владения заинтересованному лицу по существенно заниженной цене из материалов дела не следует.

Совокупность указанных обстоятельств позволила суду первой инстанции сделать вывод о том, что воля сторон была направлена именно на приобретение имущества ФИО6 для собственных нужд, а не с целью вывода активов должника.

Рассмотрев заявление должника о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции верно установил, что заявления поданы в пределах срока исковой давности.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, аналогичны доводам заявления, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, и им дана надлежащая правовая оценка.

У судебной коллегии отсутствуют основания не согласиться с выводами суда первой инстанции.

По общему правилу направленность сделки на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом такая сделка должна быть совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления. Оспариваемый договор заключен в 2015 году, ранее чем за три года до даты принятия заявления о признании должника банкротом (27.01.2022), то есть за пределами срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Действительно, гражданское законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения. В то же время наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и (применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора) периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Приведенная правовая позиция неоднократно излагалась высшими судебными инстанциями в определениях Верховного Суда Российской Федерации.

Отклоняя доводы финансового управляющего о мнимости сделки, ссылавшегося на обстоятельства перехода права собственности на имущество к дочери должника, суд первой инстанции указал, что данное обстоятельство не является признаком совершения сделки со злоупотреблением правом; совершение сделок между аффилированными лицами является признаком подозрительной сделки в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, разрешая настоящий спор, суд первой инстанции действовал в рамках предоставленных им полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы повторяют доводы, заявлявшиеся финансовым управляющим при рассмотрении его заявления, им была дана надлежащая оценка судом первой инстанции.

Все иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ возлагаются на должника.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 октября 2023 года об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительной сделки к ФИО4, ФИО6 по делу № А65-32977/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Ю.А. Бондарева

Судьи Н.А. Мальцев

Е.А. Серова