Решение от 6 октября 2025 г. по делу № А40-106884/2024

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-106884/2024-104-671
г. Москва
07 октября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 23 сентября 2025 г.

Решение в полном объеме изготовлено 07 октября 2025 г.                                                     

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Председательствующего судьи Бушмариной Н.В. (единолично),

при ведении протокола до перерыва 16.09.2025 помощником судьи Островской А.В., после перерыва 23.09.2025 секретарем судебного заседания Кузьминым А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ФИО1

к ФИО2

третье лицо: ФИО3

о взыскании денежных средств

при участии до и после перерыва:

от истца – ФИО4 по дов. от 12.04.2024, диплом (до и после перерыва)

от ответчика  - ФИО5 по дов. от 30.08.2023, диплом (до и после перерыва)

от третьего лица – не явились, извещены (до и после перерыва),

установил:

ФИО1 (далее – истец) обратился в Подольский городской суд Московской области с иском к генеральному директору и единственному участнику ООО «Бестаудит» ФИО2 (далее – ответчик) о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бестаудит» и взыскании в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере  1 190 017,24 руб.

Определением Подольского городского суда Московской области от 23.08.2023 исковое заявление принято к производству Подольского городского суда Московской области.

Определением Подольского городского суда Московской области от 27.12.2023 исковое заявление передано для рассмотрения по подсудности в Арбитражный суд Московской области.

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.04.2024 исковое заявление передано для рассмотрения по подсудности в Арбитражный суд города Москвы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.05.2025 исковое заявление принято к рассмотрению Арбитражного суда города Москвы.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3.

В судебном заседании в порядке ст. 163 АПК РФ объявлен перерыв с 16.09.2025 до 23.09.2025 до 15 час. 10 мин.

Представители третьего лица в заседание суда до и после перерыва не явились, надлежащим образом извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела. Дело рассматривается в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ, в отсутствие не явившихся представителей третьего лица.

Судом по ходатайству ответчика была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено предложенному ответчиком эксперту Негосударственного образовательного частного учреждения дополнительного профессионального образования «Институт судебных экспертиз и криминалистики» ФИО6

Перед экспертом поставлены следующие вопросы: выполнена ли подпись в решении № 1 единственного участника ООО «Бестаудит» от 07.04.2020 и в правом верхнем углу заявления участника ООО «Бестаудит» о выходе из общества 77 АГ 4006045 от 07.04.2020 «получено 07.04.2020 ген.Директор, подпись, ФИО2» от имени ФИО2 им самим или иным лицом?

Судом получено заключение эксперта Негосударственного образовательного частного учреждения дополнительного профессионального образования «Институт судебных экспертиз и криминалистики» ФИО6 от 14.07.2025 № Н458-ПЭ/2025.

Представитель ответчика заявил ходатайство о проведении повторной экспертизы.

Представитель истца возражает против проведения повторной экспертизы.

Рассмотрев ходатайство представителя ответчика, суд не находит оснований для его удовлетворения.

Оценив экспертное заключение, суд приходит к выводу о его соответствии требованиям ст. ст. 82, 83, 86 АПК РФ. Заключение является достаточным, ясным и полным. Ввиду отсутствия противоречий в выводах эксперта и отсутствия у суда сомнений в обоснованности заключения эксперта также отсутствуют основания для назначения повторной экспертизы.

Представленная ответчиком рецензия не является заключением эксперта и безусловно не подтверждает наличие недостатков представленного суду заключения эксперта, кроме того, рецензия является частным мнением специалиста относительно хода и порядка проведения экспертизы, в связи с чем не является доказательством, опровергающим выводы экспертизы.

Ссылки рецензента на недостаточное количество образцов не могут быть приняты во внимание, поскольку вопрос о достаточности и пригодности предоставленных образцов для исследования экспертом, сравнения подписей с использованием специальных познаний относится к компетенции лица, проводящего экспертизу, как и вопрос о методике проведения экспертизы применительно к поставленным в определении о назначении экспертизы вопросам.

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования; оценка методики исследования, способов и приемов, примененных экспертом, не является предметом судебного рассмотрения, поскольку определяется лицом, проводящим исследование и обладающим специальными познаниями для этого; доказательств порочности методов исследования ответчиком не представлено.

Представитель ответчика заявил ходатайство о приостановлении производства по делу до принятия решения Арбитражным судом Свердловской области по делу № А60-46709/2025.

Представитель истца возражает против приостановления производства по делу.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Рассмотрев ходатайство ответчика, суд не находит оснований для его удовлетворения.

Ответчик не представил доказательств, подтверждающих каким образом судебный акт по делу № А60-46709/2025 непосредственно может повлиять на принятие судебного акта по настоящему делу, а также доказательств невозможности рассмотреть дело по настоящему иску без судебного акта по делу № А60-46709/2025.

Ответчик исковые требования не признает по мотивам, изложенным в отзыве, указывает, что истец мог оспорить решение регистрирующего органа о ликвидации ООО «Бестаудит». Ответчик не имел возможности подать заявление о признании должника несостоятельным (банкротом). Считает, что истец не предпринимал никаких действий, направленных на удовлетворение своих требований за счет имущества должника. По мнению ответчика, истец злоупотребляет своим правом.

Третье лицо исковые требования не признает, по мотивам, изложенным в письменных пояснениях, указывает, что истец умышленно «упустил» предусмотренные законом способы защиты права, имея своей целью получить удовлетворение своих требований за счет имущества участников ликвидированного Общества, минуя тем самым процедуру банкротства должника, выявления его имущества и связанные с процедурой банкротства расходы.

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению в связи со следующим.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что вступившим в законную силу решением Мещанского районного суда города Москвы от 15.09.2020 по делу № 2-6302/2020 с ООО «Бестаудит» с пользу ФИО1 взыскана задолженность по договору займа в размере 3 500 000 руб., проценты в размере 480 062 руб. 18 коп., пени в размере 180 950 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 29 005 руб. 06 коп.

Как установлено в решении Мещанского районного суда города Москвы, задолженность ООО «Бестаудит» перед истцом  возникла на основании договора займа, заключенного 30.07.2018 между ООО «Канна» (займодавец) и ООО «Бестаудит» (заемщик). Во исполнение данного договора ООО «Канна» предоставило ООО «Бестаудит» займ в размере 3 500 000 руб.

В дальнейшем 28.02.2020 между ООО «Канна» и ФИО1 был заключен договор уступки права требования, согласно которому ООО «Канна» передало ФИО1 право требования по договору займа, заключенному 30.07.2018.

На основании указанного решения взыскателю выдан исполнительный лист и возбуждено исполнительное производство 3279/21/77055-ИП от 28.01.2021.

Исполнительное производство окончено в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях. Исполнительный лист возвращен истцу.

МИФНС № 46 по г. Москве 18.11.2020 в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Бестаудит» внесена запись о недостоверности.

МИФНС № 46 по г. Москве 16.09.2021 в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Бестаудит» внесена запись об исключении из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Как установлено судом, 11.05.2005 в качестве юридического лица зарегистрировано Общество с ограниченной ответственностью «Бестаудит», с 21.09.2009 и до 27.03.2020 единственным участником, а с 23.05.2018 генеральным директором Общества являлась СтрогановаАнна Николаевна.

Решением единственного участника ООО «Бестаудит» от 07.04.2020 ФИО2 принято решение о выводе из состава участников Общества - ФИО3

С 27.03.2020 единственным участником Общества и с 01.04.2020 до момента исключения ООО «Бестаудит» из ЕГРЮЛ генеральным директором Общества являлся ФИО2

Истец в 2022 обратился в Симоновский районный суд города Москвы к ФИО3 с требованием о привлечении ее к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств.

Определением Симоновского районного суда города Москвы от 16.02.2023 по делу № 2-1807/23, суд утвердил мировое соглашение, по которому ФИО3 обязалась выплатить ФИО1 денежные средства в размере 3 000 000 руб.

ФИО3 по платежным поручениям № 1 от 16.02.2023 на сумму 500 000 руб., № 1 от 15.03.2023 на сумму 500 000 руб., № 1 от 15.04.2023 на сумму 500 000 руб., № 1 от 15.05.2023 на сумму 500 000 руб., № 1 от 15.06.2023 на сумму 500 000 руб., № 1 от 15.07.2023 на сумму 500 000 руб. перечислила истцу денежные средства в размере 3 000 000 руб.

Требование к ФИО2 не было предметом рассмотрения в Симоновском районном суде города Москвы.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, причем как полностью, так и в части долга (п. 1 ст. 323 ГК РФ).

Требования истца в оставшейся части – в размере 1 190 017,24 руб. ООО «Бестаудит» удовлетворены не были, поскольку ООО «Бестаудит» прекратило свою деятельность.

Истец считает, что указанные действия ответчика свидетельствуют о его недобросовестности, так, заведомо зная о наличии задолженности перед истцом, ответчик не провел процедуру ликвидации Общества в установленном порядке, не подал в суд заявление о несостоятельности (банкротстве) Общества, в связи с чем, ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Удовлетворяя исковые требования, суд исходил из следующего:

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Так, п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон №14-ФЗ) предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия,  предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе, вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с п. п. 1, 2, 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причинённые по его вине юридическому лицу. Лицо,  которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа уполномочено выступать от его имени, несёт ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя положения ст. 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

В силу положений п. 1 ст. 48, п. п. 1 и 2 ст. 56, п. 1 ст. 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности. Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота. В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его учредителями и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (п. 1 ст. 10, ст. 1064 ГК РФ, п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление № 53).

Следовательно, если неспособность удовлетворить требования кредитора подконтрольного юридического лица спровоцирована реализацией воли контролирующих это юридическое лицо лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, то участники корпорации и иные контролирующие лица в исключительных случаях могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица (п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, ст. 61.10 Закона о банкротстве), в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст. 53.1. ГК РФ.

Исходя из п. 1 ст. 399 ГК РФ до предъявления требования к субсидиарному должнику кредитор должен предъявить требование к основному должнику. При этом кредитор вправе предъявить требование к субсидиарному должнику лишь в случае, если основной должник отказался удовлетворить требования кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответа на предъявленное требование.

Таким образом, принимая во внимание названные положения, а также фактические обстоятельства, установленные судом при рассмотрении настоящего дела и свидетельствующие о том, что ответчиком, как генеральным директором и единственным участником ООО «Бестаудит» не было предпринято никаких действий в целях недопущения исключения названного общества из Единого государственного реестра юридических лиц, в результате чего, остались неисполненными обязательства ООО «Бестаудит» перед истцом, суд приходит к выводу о наличии необходимых правовых оснований для возложения на ответчика обязанности по настоящему делу в целях возмещения причиненных истцу убытков в размер 1 190 017,24 руб., в результате неисполнения ООО «Бестаудит»  вступившего в законную силу решения Мещанского районного суда города Москвы по делу №  2-6302/2020.

Удовлетворяя исковые требования, суд не ставит под сомнения правовые позиции,  сформированные в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС19-18285 от 30.01.2020 по делу № А65-27181/18, Определении Верховного Суда Российской Федерации № 307-ЭС20-180 от 25.08.2020 по делу №А21-15124/2018, но в рассматриваемом случае суд исходит из того, что ответчик знал о возникновении у ООО «Бестаудит» обязанности по исполнению своих обязательств перед истцом, но не предпринял никаких мер к их добровольному исполнению,  напротив, по сути, допустил возможность исключения из ЕГРЮЛ ООО  «Бестаудит» в административном порядке при наличии соответствующей задолженности.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021г. № 20-П указано, что Конституционный Суд Российской Федерации ранее неоднократно обращался к вопросам, связанным с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц в порядке статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», и, в частности, указывал, что правовое регулирование, установленное данной нормой, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота (Постановление от 6 декабря 2011 года № 26-П; определения от 17 января 2012 года № 143-О-О, от 24 сентября 2013 года № 1346-О, от 26 мая 2016 года № 1033-О и др.).

Исключение недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом.

Однако само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (п. п. 3 и 4 ст. 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»), не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании п. 3.1 ст. 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

По смыслу названного положения ст. 3 Закона №14-ФЗ если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

В данном случае ответчик  не представил аргументированных возражений.

В п. 28 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, приведена позиция, согласно которой основанием к субсидиарной ответственности может выступать избрание участниками юридического лица таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц, которые заведомо не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, ведение единой по сути экономической деятельности через несколько юридических лиц, не наделенных достаточным имуществом; перевод деятельности на вновь созданные юридические лица в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. Участники корпорации также могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самими участниками допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица (например, использование одним или несколькими участниками банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором юридического лица стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

Таким образом, бремя доказывания правомерности действий ответчика и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается на ответчика.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Таким образом, бремя доказывания правомерности действий ответчика и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается на ответчика, в связи с чем, исковые требования удовлетворяются судом, исходя из предположения о том, что именно недобросовестные действия ответчика привели к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Именно от ответчика, как от Генерального директора Общества зависело надлежащее исполнение обязательств ООО «Бестаудит»   перед истцом.

Довод ответчика относительно того, что он не знал, что является единственным участником и Генеральным директором ООО «Бестаудит», судом отклоняется.

В процессе рассмотрения настоящего дела, судом по ходатайству ответчика была проведена судебная почерковедческая экспертиза.

Перед экспертом поставлены следующие вопросы: выполнена ли подпись в решении № 1 единственного участника ООО «Бестаудит» от 07.04.2020 и в правом верхнем углу заявления участника ООО «Бестаудит» о выходе из общества 77 АГ 4006045 от 07.04.2020 «получено 07.04.2020 ген.Директор, подпись, ФИО2» от имени ФИО2 им самим или иным лицом?

Судом получено заключение эксперта Негосударственного образовательного частного учреждения дополнительного профессионального образования «Институт судебных экспертиз и криминалистики» ФИО6 от 14.07.2025 № Н458-ПЭ/2025.

Согласно выводам эксперта от 14.07.2025 № Н458-ПЭ/2025 подписи от имени ФИО2, изображение которых имеются в копии: решения № 1 единственного участника ООО «Бестаудит» от 07.04.2020; в правом верхнем углу копии Заявления участника ООО «Бестаудит» о выходе из общества 77 АГ 4006045 от 07.04.2020 «получено 07.04.2020 ген.Директор, подпись, ФИО2» выполнены, вероятно, самим ФИО2

Вывод дан в вероятной форме в связи с краткостью исследуемых подписей и в связи с предоставлением не оригиналов, а копий решения и Заявления.

Судебная экспертиза была проведена экспертом экспертного учреждения Негосударственного образовательного частного учреждения дополнительного профессионального образования «Институт судебных экспертиз и криминалистики» ФИО6, вариант экспертной организации и кандидатура эксперта были представлены самим ответчиком.

У суда отсутствуют основания не доверять предоставленному экспертом ФИО6 заключению от 14.07.2025 № Н458-ПЭ/2025.

Заключение является достаточным, ясным и полным, вопросы в отношении исследованных обстоятельств у суда отсутствуют.

В обоснование своего вывода эксперт указывает, что: а) существенных устойчивых различий с образцами не установлено; б) выявленные общие и частные признаки существенны и устойчивы; в) совпадающие признаки образуют совокупность, близкую к индивидуальной.

Вышеуказанные обстоятельства позволили эксперту сделать вывод о том, что исследуемые подписи от имени ФИО2 выполнены самим ответчиком.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о проведении повторной экспертизы суд также учитывает, что оригиналами документов суд не располагает и источники их возможного получения (дополнительно к ранее направлявшимся судом запросам) ответчиком не указаны.

При этом ответчик сам настаивал на проведении экспертизы по имеющимся в деле копиям.

Кроме того, краткость подписи ответчика как одна из указанных причин вывода эксперта в вероятной форме является объективным обстоятельством, которое не может быть изменено путем увеличения размера подписи.

Таким образом, обе причины, повлекшие вероятный характер вывода эксперта не могут быть устранены при проведении повторной экспертизы.

Каких либо причин, влекущих обоснованные сомнения в достоверности или обоснованности заключения эксперта судом не установлено.

Ссылаясь на доводы рецензента, ответчик указывает, что заключение выполнено без предупреждения эксперта об ответственности.

Между тем, в материалах дела имеются доказательства предупреждения эксперта об уголовной ответственности. Кроме того, в силу ч. 4 ст. 82 АПК РФ в определении о назначении экспертизы также указано на предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Кроме того, суд учитывает, что ответчик, отрицая какие-либо отношение к ООО «Бестаудит» и принадлежность ему подписи на копии решения № 1 единственного участника ООО «Бестаудит» от 07.04.2020 и в правом верхнем углу копии Заявления участника ООО «Бестаудит» о выходе из общества 77 АГ 4006045 от 07.04.2020 «получено 07.04.2020 ген.Директор, подпись, ФИО2 В.», ответчик не смог пояснить суду откуда образец его подписи стал известен неограниченному кругу лиц и был учинен на вышеуказанных документах, по результатам исследования которых экспертом были сделаны соответствующие выводы.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что лицо, не зная ФИО2 не могло подделать его рукописную подпись с такой степенью подражания, что даже эксперт не опроверг соответствие такой подписи оригиналу путем указания на то, что подпись вероятно выполнена НЕ ответчиком.

По мнению суда, совокупность косвенных доказательств позволяет сделать вывод о том, что ответчик принял на себя роль номинального руководителя юридического лица для обеспечения безопасности бенифициара общества – ФИО3, с целью недопущения обращения взыскания на ее имущество по задолженности перед И.И. ФИО1.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответчик с 07.04.2020 знал о том, что является Генеральным директором и единственным участником ООО «Бестаудит», следовательно, на нем лежала обязанность по надлежащему исполнению обязательств перед истцом.

Решение Мещанского районного суда города Москвы от 15.09.2020 по делу № 2-6302/2020 принято судом, когда Генеральным директором и единственным участником  ООО «Бестаудит» являлся ФИО2

Таким образом, именно от него зависело надлежащее исполнение обязательств ООО «Бестаудит» перед истцом.

Ответчиком не были предприняты действия по ликвидации Общества в установленном порядке, а также не было подано в суд заявление о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Признавая обоснованными исковые требования, суд также исходит из того, что ответчиком не предоставлено ни одного доказательства в обоснование отсутствия в его действиях недобросовестного или неразумного поведения как Генерального директора и единственного участника Общества, в то время, как по смыслу п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в случае отказа лица от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение недобросовестным (ст. 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом такое лицо.

При этом, признавая упречным поведение ответчика, как Генерального директора и единственного участника Общества, суд исходит из того, что для недопущения исключения ООО «Бестаудит» из Единого государственного реестра юридических лиц,  ответчику достаточно было воспользоваться правом, закрепленным в п. 4 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». Вместе с тем, судом при рассмотрении настоящего дела подобных обстоятельств не установлено.

Вывод суда о том, что ответчик знал о наличии соответствующей задолженности у ООО «Бестаудит» перед истцом обусловлен вынесением судебного акта.

Учитывая изложенное, суд, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в ч. 2 ст. 71 АПК РФ и другие положения Кодекса, признает обоснованными исковые требования в полном объеме.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ, в данном случае расходы по оплате государственной пошлины возлагаются на ответчика.

Руководствуясь ст. ст. 4, 9, 27, 41, 63-65, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 1 190 017 (один миллион сто девяносто тысяч семнадцать) рублей 24 копейки, расходы по оплате госпошлины в размере 14 150 (четырнадцать тысяч сто пятьдесят) рублей 90 копеек.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


СУДЬЯ:                                                                                                Н.В. Бушмарина