Постановление от 12 октября 2018 г. по делу № А66-89/2018

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-89/2018
г. Вологда
12 октября 2018 года


Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2018 года.

В полном объёме постановление изготовлено 12 октября 2018 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Чапаева И.А., судей Виноградова О.Н. и Журавлева А.В., при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тверской области от 28 июня 2018 года по делу № А66-89/2018 (судья Медникова Ю.А.),

у с т а н о в и л:

Арбитражным судом Тверской области 19.02.2018 принято к производству заявление ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжская топливно-энергетическая компания» (место нахождения: 170017, <...>; ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – Общество, должник).

Определением суда от 06.04.2018 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО4.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 14.04.2018 № 65.

ФИО2 обратился в суд с заявлением о включении задолженности в сумме 5 191 089 руб. 20 коп., в том числе 4 325 000 руб. основной долг, 866 089 руб. 20 коп. проценты в реестр требований кредиторов должника (с учётом принятого судом уточнения исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Определением суда от 28.06.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

ФИО2 с определением от 28.06.2018 не согласился, в апелляционной жалобе просит его отменить, удовлетворив заявленные требования в полном объёме. Ссылается на то, что требование к должнику не вытекает из факта участия в Обществе. Кроме того указывает, что суд, делая вывод об отсутствии у ФИО5 достаточных средств для выдачи займа ФИО2, не ставил перед заявителем вопрос об источнике дохода ФИО5

Временный управляющий должника ФИО4 в отзыве на апелляционную жалобу просил оставить определение суда без изменения, жалобу без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и заявления, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 (заимодавец) и должником (заёмщик) 17.01.2014 заключён договор о выделении займа № 1, в соответствии с которым заимодавец оказывает заёмщику финансовую помощь в виде денежного займа на сумму 4 500 000 руб. со сроком погашения 31.12.2015 в аналогичном денежном измерении.

В подтверждение факта передачи заимодавцем денежных средств заёмщику представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 17.01.2014 № 3.

ФИО2, ссылаясь на не возврат должником переданных по договору займа денежных средств, на основании статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО2, суд первой инстанции счёл его необоснованным. При этом суд пришёл к выводу о безденежности займов, а также применительно к правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1), указал на возможность квалифицировать спорные заёмные правоотношения как отношения участника Общества по увеличению уставного капитала должника.

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований не согласиться с принятым судебным актом.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно сведениям, размещённым в Едином государственном реестре юридических лиц, ФИО2 на момент совершения сделки являлся участником должника, обладающим 20 % уставного капитала должника.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Как указано в правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1), по смыслу указанной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи, как указал Верховный Суд Российской Федерации, при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

В такой ситуации заём может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учётом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели – по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путём доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Из материалов дела следует, что спорный договор займа не предусматривает уплату заёмщиком процентов за пользование займом.

Кроме того, несмотря на значительную просрочку возврата займа, кредитор не предпринимал мер по возврату денежных средств.

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ заявитель, являющийся одновременно участником должника, не представил разумных объяснений предоставления займа на нерыночных условиях и не доказал гражданско-правовой природы обязательства.

Исследовав и оценив доводы апеллянта и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статёй 67, 68, 71 АПК РФ, суд первой инстанции правильно определил правовую природу спорных правоотношений и пришёл к обоснованным выводам, что требования ФИО2 не подлежат удовлетворению.

Основания для переоценки данного вывода у апелляционной коллегии отсутствуют.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно указал на отсутствие в материалах дела достоверных доказательств денежности займа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 и с пунктом 1 статьи 810 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передаёт в собственность другой стороне (заёмщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заёмщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключённым с момента передачи денег или других вещей.

Заёмщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заёмщиком в течение тридцати дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Согласно статье 812 ГК РФ заёмщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если в процессе оспаривания заёмщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным. Когда деньги или вещи в действительности получены заёмщиком от заимодавца в меньшем количестве, чем указано в договоре, договор считается заключенным на это количество денег или вещей.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований ФИО2 представил соответствующий договор займа и квитанцию к приходному кассовому ордеру.

В абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» указано, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учётом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В обоснование своей финансовой возможности на предоставление Обществу займа, ФИО2 представил договор о выделении займа от 13.01.2014, заключённый между ФИО2 (заёмщик) и ФИО5 (заимодавец), а также расписку от той же даты.

Ссылка апеллянта на платёжеспособность ФИО5 не подтверждена объективными доказательствами.

При этом апелляционная коллегия отмечает, что ФИО2, указывая в жалобе на лишение его судом первой инстанции права на доказывание платёжеспособности ФИО5, соответствующих доказательств апелляционному суду не представил, ходатайства об их истребовании не заявил (статьи 9, 65 АПК РФ).

Вопреки мнению апеллянта, ФИО2 не доказано, что его финансовое положение позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства в заявленной сумме, правовых оснований для включения требования в реестр не имелось.

Суждений, которые бы позволили усомниться в правильности указанного вывода, в материалах дела не содержится.

В свете изложенного оснований для отмены определения от 28.06.2018 не имеется. Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при рассмотрении заявления кредитора не допущено. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба ФИО2 по приведённым в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 28 июня 2018 года по делу № А66-89/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.А. Чапаев

Судьи

О.Н. Виноградов

А.В. Журавлев