Постановление от 16 ноября 2021 г. по делу № А41-41526/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-724/2021

Дело № А41-41526/19
16 ноября 2021 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 10 ноября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 ноября 2021 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Катькиной Н.Н.,

судей Мизяк В.П., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания: Магомадовой К.С.,

при участии в заседании:

от Низовцева Александра Викторовича: Зудилина Е.В. по нотариально удостоверенной доверенности от 06.02.18, зарегистрированной в реестре за № 77/517-н/77-2018-1-236,

от Кочаряна Амасиа Аршаковича: Кочарян А.А. лично, Давтян И.Г. по нотариально удостоверенной доверенности от 16.08.21, зарегистрированной в реестре за № 77/72?н/77-2021-5-1285,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Кочаряна Амасиа Аршаковича на определение Арбитражного суда Московской области от 07 декабря 2020 года по делу №А41-41526/19, по заявлению финансового управляющего Кочаряна Аршака Яхшибековича Прохоровой Алины Юрьевны о признании сделки должника с Кочаряном Амасиа Аршаковичем недействительной и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Финансовый управляющий Кочаряна Аршака Яхшибековича Прохорова Алина Юрьевна обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просила:

1. Признать недействительным (ничтожным) договор дарения от 09.01.13 земельного участка площадью 1 500 кв.м., адрес: Московская область, Красногорский р?н, д. Коростово, ул. Полевая, уч.10, с кадастровым номером 50:11:0020218:246, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - под индивидуальное жилищное строительство (дата регистрации 22.02.13, регистрационная запись №50-50-11/009/2013-006).

2. Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу земельного участка площадью 1 500 кв.м., адрес: Московская область, Красногорский р-н, д. Коростово, ул. Полевая, уч. 10, с кадастровым номером 50:11:0020218:246, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - под индивидуальное жилищное строительство (т. 1, л.д. 7-10).

Заявление подано на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 213.23 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Московской области от 07 декабря 2020 года был признан недействительным договор дарения от 09.01.13 земельного участка площадью 1 500 кв.м., расположенного по адресу: Московская область, Красногорский район, д. Коростово, ул. Полевая. д. 10, с кадастровым номером 50:11:0020218:246 (категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования под индивидуальное жилищное строительство (дата регистрации 22.02.13, регистрационная запись № 50-50-11/009/2013-006), применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника земельного участка, площадью 1 500 кв.м., расположенного по адресу: Московская область, Красногорский район, д. Коростово, ул. Полевая, д. 10, с кадастровым номером 50:11:0020218:246 (категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования под индивидуальное жилищное строительство) (т. 1, л.д. 129-132).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Кочарян А.А. обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права при его вынесении (т. 2, л.д. 2-9).

Определением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26 марта 2021 года производство по апелляционной жалобе Кочаряна А.А. было приостановлено в связи со смертью гражданина, являющегося стороной в деле, до решения вопроса о правопреемстве на стороне должника (т. 2, л.д. 41-43).

Определением Арбитражного суда Московской области от 05 октября 2021 года Кочарян Амасиа Аршакович был признан лицом, участвующим в деле о банкротстве Кочаряна А.Я., осуществляющим права и обязанности Кочаряна А.Я. в деле о его банкротстве, как лицо, принявшее наследство должника.

Протокольным определением от 10 ноября 2021 года Десятый арбитражный апелляционный суд возобновил производство по апелляционной жалобе Кочаряна А.А. на определение Арбитражного суда Московской области от 07 декабря 2020 года.

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 09.01.13 между Кочаряном А.Я. (Даритель) и Кочаряном А.А. (Одаряемый) был заключен договор дарения, по условиям которого Даритель подарил Одаряемому принадлежащее ему на праве собственности следующее имущество:

земельный участок с кадастровым номером 50:11:022406:0001 площадью 1 500 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, Красногорский район, д. Коростово, ул. Полевая, участок 10, (категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: под индивидуальное жилищное строительство) (т. 1, л.д. 20-22).

Указанный договор был зарегистрирован в установленном законом порядке 22.02.13, регистрационная запись №50-50-11/009/2013-006.

Определением Арбитражного суда Московской области от 05 июля 2019 года на основании заявления Низовцева Александра Викторовича было возбуждено производство по делу о банкротстве Кочаряна А.Я.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11 февраля 2020 года в отношении Кочаряна А.Я. была введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком на 6 месяцев, финансовым управляющим должника утверждена Прохорова А.Ю., в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования Низовцева А.В, в сумме 12 674 116 рублей 31 копейка (т. 1, л.д. 12-18).

Решением Арбитражного суда Московской области от 30 июля 2020 года Кочарян А.Я. был признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена Прохорова А.Ю.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий Прохорова А.Ю. указала, что договор дарения является недействительной сделкой, совершенной со злоупотреблением правом в целях уклонения должника от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из наличия достаточных доказательств в подтверждение заявленных требований.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным процессуальным законодательством, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При этом, в силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона N 154-ФЗ от 29.06.15 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Как указывалось выше, оспариваемый договор дарения был заключен 09.01.13, следовательно, он не может быть признан недействительным по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Указанный вывод суда соответствует сложившейся судебной практике применения норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и нашел отражение в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.11 N 1795/11.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий Прохорова А.Ю. указывает, что в результате заключения оспариваемой сделки уменьшилась конкурсная масса должника, при этом на момент заключения договора дарения должник имел неисполненные обязательства перед третьим лицом – Низовцевым А.В.

По смыслу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и заявленных требований финансовый управляющий должен доказать, что в результате совершения оспариваемой сделки из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество, за счет которого можно было бы погасить требования кредиторов, а также наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемой сделки.

Из пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1?2 ст. 168 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

- наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

- наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц;

- наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественными правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По условиям договора дарения от 09.01.13 Кочаряном А.Я. (Даритель) подарил Кочаряну А.А. (Одаряемый) земельный участок с кадастровым номером 50:11:022406:0001 площадью 1 500 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, Красногорский район, д. Коростово, ул. Полевая, участок 10, (категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: под индивидуальное жилищное строительство) (т. 1, л.д. 20-22).

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Исходя из правовой природы договора дарения, данная сделка не подразумевает встречного предоставления одариваемым дарителя.

Ввиду того, что в результате совершения оспариваемой сделки должник не получил какого-либо встречного предоставлении, стоимость и размер имущества, на которое кредиторы могли бы обратить взыскание, существенно уменьшился.

При этом на момент совершения оспариваемой сделки у Кочаряна А.Я. уже имелись неисполненные обязательства.

Так, определением Красногорского городского суда Московской области от 16 ноября 2012 года по делу № 2-794/13 было принято к производству исковое заявление Низовцева А.В. и Низовцевой Т.В. к Кочаряну А.Я. о взыскании неосновательного обогащения.

Решением Красногорского городского суда Московской области от 05 ноября 2013 года в удовлетворении иска Низовцева А.В., Низовцевой Т.В. к Кочаряну А.Я. было отказано (т. 1, л.д. 24-31).

Апелляционным определением Московского областного суда от 19 мая 2014 года по делу № 33-5973/13 решение Красногорского городского суда Московской области от 05 ноября 2013 года было отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования Низовцева А.В, к Кочаряну А.Я. о взыскании неосновательного обогащения удовлетворено, с Кочаряна А.Я. в пользу Низовцева А.В. взысканы денежные средства в размере 14 300 000 рублей и судебные расходы в размере 60 000 рублей, в удовлетворении исковых требований Низовцевой Т.В. к Кочаряну А.Я. о взыскании неосновательного обогащения было отказано (т. 1, л.д. 32-37).

Поскольку рассмотренный спор касался взыскания неосновательного обогащения, о его возникновении Кочарян А.Я. должен был узнать с момента получения денежных средств от Низовцева А.В., то есть марте-апреле 2012 года, но, в любом случае, не позднее даты принятия к производству соответствующего иска последнего, то есть 16.11.12.

Следовательно, на момент заключения оспариваемого договора дарения Кочарян А.Я. имел неисполненные обязательства перед кредитором, наличие которых послужило основанием для возбуждения производства по настоящему делу.

В этой связи отчуждение должником своего имущества при наличии неисполненных обязательств по возврату неосновательного обогащения Низовцеву А.В. свидетельствует об уклонении Кочаряна А.Я. от исполнения обязательств перед третьим лицом.

Согласно пункту 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 126 от 13.11.08 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения", разрешая вопрос о добросовестности приобретателя и определяя круг обстоятельств, о которых он должен был знать, суд учитывает родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключении сделок, направленных на передачу права собственности.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Оспариваемая сделка была совершена между близкими родственниками (отец и сын), в связи с чем предполагается, Кочарян А.А. не мог не знать о наличии у Кочаряна А.Я. неисполненных обязательств перед третьим лицом.

Таким образом, отчуждение должником имеющегося у него ликвидного имущества заинтересованному лицу при наличии существенной задолженности по обязательствам, по существу, направлено на сокрытие этого имущества от кредиторов, что указывает на наличие в его действиях признаков злоупотребления правом.

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Указанный вывод суда соответствует сложившейся судебной практике применения норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и нашел отражение в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.11 N 1795/11.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Поскольку из материалов дела следует, что спорное имущество было отчуждено Кочаряном А.Я. безвозмездно заинтересованному лицу в условиях наличия неисполненного обязательства перед третьим лицом, апелляционный суд приходит к выводу о том, что данные обстоятельства в совокупности также подтверждают факт злоупотребления должником своим правом.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные требования.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом; целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве закреплено, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно в порядке применения последствий недействительности сделки обязал Кочаряна А.А. возвратить спорное имущество в конкурсную массу должника.

Довод заявителя апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции положений части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отклонению.

В соответствии с частью 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Из материалов дела следует, что решением Красногорского городского суда Московской области от 21 марта 2018 года по гражданскому делу № 2-199/18, оставленным без изменения апелляционным определением Московского областного суда от 24 сентября 2018 года по делу № 33-26573/18, в иске Низовцеву А.В. к Кочаряну А.Я. и Кочаряну А.А. о признании договора дарения земельного участка недействительным (ничтожным), применении последствий недействительности сделки, исключении сведений из ЕГРН о праве собственности на земельный участок и обращении взыскания на земельный участок по исполнительному производству было отказано (т. 1, л.д. 61-71).

Отказывая Низовцеву А.В. в удовлетворении заявленных требований, Красногорский городской суд Московской области применил срок исковой давности, а Московский областной суд указал, что оспариваемая сделка не является мнимой, факт злоупотребления правами сторонами сделки при ее заключении не выявлен.

В рассматриваемом споре финансовый управляющий должника также заявляет о совершении оспариваемой сделки со злоупотреблением правом.

Вместе с тем, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от 22.07.02 N 14-П, от 19.12.05 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер, разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.).

Исходя из правовой позиции Арбитражного суда Московского округа, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09 декабря 2019 года N 305-ЭС18-14622(7,8,9,10) по делу N А40-208525/2015, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 08 августа 2019 года по делу N А40?208525/2015, при предъявлении требований об оспаривании сделок должника в деле о банкротстве финансовый управляющий и (или) кредиторы действуют не в собственном качестве, а в интересах конкурсной массы (сообщества кредиторов должника). При этом в случае возбуждения обособленного спора об оспаривании сделки каждый из лиц, участвующих в деле о банкротстве вправе представлять свои доказательства и представлять правовую позицию по существу спора.

В данном случае отсутствует тождество субъектного состава сторон, что является обязательным условием для применения преюдиции.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.16 N 305-ЭС16-8204 по делу N А40-143265/2013, суд вправе на основании представленных в материалы дела доказательств и приведенных доводов сторон прийти к иным выводам, чем сделанные в ранее рассмотренных делах, приведя соответствующие мотивы.

При этом апелляционный суд учитывает, что согласно сложившейся судебной практики и разъяснений Пленумов ВС РФ и ВАС РФ, касающихся рассмотрения дел о банкротстве, при оспаривании сделки, заключенной с заинтересованным лицом в рамках дела о банкротстве применяются повышенные критерии доказывания, по иному подлежит распределение бремени доказывания.

С учетом изложенного, принятый ранее судом общей юрисдикции судебный акт по спору о признании сделки должника недействительной не имеет преюдициального значения для арбитражного суда, рассматривающего дело о банкротстве такого должника.

Довод заявителя апелляционной жалобы о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности подлежит отклонению.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации сроком исковой давности признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

По общему правилу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации начало течения срока исковой давности зависит, прежде всего, от того, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 29 января 2018 года N 310-ЭС17-13555 по делу N А14-3727/2016, для правильного определения начала течения срока исковой давности необходимо, в том числе определить, какое именно право обращающегося за судебной защитой лица нарушено в том или ином случае. Моменты получения истцом (заявителем) информации об определенных действиях ответчика и о нарушении этими действиями его прав могут не совпадать. При таком несовпадении исковая давность исчисляется со дня осведомленности истца (заявителя) о негативных для него последствиях, вызванных поведением нарушителя.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований.

В пункте 13 статьи 14 Федерального закона N 154-ФЗ от 29.06.15 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" закреплено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, в любом случае срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной для финансового управляющего должника не может начинаться ранее наделения его соответствующими полномочиями и момента, когда ему стало известно о совершении сделки и наличии оснований для ее оспаривания.

Процедура реструктуризации долгов Кочаряна А.Я. была введена определением Арбитражного суда Московской области от 11 февраля 2020 года, рассматриваемое заявление подано в арбитражный суд 14 апреля 2020 года, то есть в пределах срока исковой давности.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что на спорном земельном участке Кочаряном А.А. за счет собственных денежных средств возведен жилой дом, признается апелляционным судом несостоятельным.

В материалы дела представлены выданное Кочаряну А.А. администрацией Красногорского муниципального района Московской области разрешение № RU 50?024?829-2017 от 17.01.17 на строительство жилого дома по адресу: Московская область, Красногорский район, д. Коростово, ул. Полевая, уч. 10, и постановление администрации Красногорского муниципального района Московской области № 2617/12 от 02.12.16 «Об утверждении градостроительного плана земельного участка площадью 1 500 кв.м. с кадастровым номером 50:11:022406:0001, расположенного в Московской области, Красногорском районе, д. Коростово, ул. Полевая, уч. 10» (т. 1, л.д. 107-109).

Между тем, допустимых доказательств осуществления строительства жилого дома на спорном земельном участке и постановке его на кадастровый учет не представлено.

В отсутствие таких доказательств у суда не имеется оснований полагать, что на спорном земельном участке расположено имущество, являющееся самостоятельным объектом гражданских прав.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на нарушение судом первой инстанции правил подсудности при рассмотрении настоящего спора подлежит отклонению.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Дело о банкротстве Кочаряна А.Я. находится на рассмотрении Арбитражного суда Московской области, в связи с чем заявление об оспаривании сделки должника правомерно было рассмотрено этим же судом.

Довод заявителя апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, что выразилось в неоглашении 25 ноября 2020 года резолютивной части обжалуемого судебного акта, признается апелляционным судом несостоятельным.

Действительно, приобщенная к материалам дела аудиозапись судебного заседания Арбитражного суда Московской области от 25 ноября 2020 года по настоящему делу не содержит сведений об оглашении резолютивной части обжалуемого судебного акта. Однако, из нее следует, что судом был объявлен перерыв в судебном заседании (т. 1, л.д. 126).

На объявление перерыва указано в протоколе судебного заседания Арбитражного суда Московской области от 25 ноября 2020 года, из которого не следует, что после окончания перерыва сторонами была обеспечена явка своих представителей в судебное заседание.

Замечания на протокол судебного заседания Арбитражного суда Московской области от 25 ноября 2020 года в порядке части 7 статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участвующими в настоящем обособленном споре лицами не подавались.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 16 постановления Пленума N 12 от 17.02.11 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации", в случае неявки в судебное заседание лиц, участвующих в деле, иных участников арбитражного процесса протоколирование судебного заседания с использованием средств аудиозаписи не осуществляется и средством фиксирования данных о ходе судебного заседания является протокол судебного заседания, в котором делается отметка о неявке в судебное заседание лиц, участвующих в деле, и иных участников арбитражного процесса и об отсутствии в связи с этим аудиозаписи судебного заседания (пункт 9 части 2 статьи 155 АПК РФ).

Таким образом, отсутствие на материальном носителе записи об оглашении резолютивной части обжалуемого судебного акта не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права при рассмотрении настоящего обособленного спора, поскольку доказательств явки участников процесса в судебное заседание после объявленного перерыва не имеется.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 07 декабря 2020 года по делу № А41-41526/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


Н.Н. Катькина


Судьи:


В.П. Мизяк


Д.С. Семикин