Постановление от 6 июня 2023 г. по делу № А03-15945/2021

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



город Томск Дело № А03-15945/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 июня 2023 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дубовика В.С.,

судей Иванова О.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Журавовой П.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 (07АП-7890/22(4)) на определение Арбитражного суда Алтайского края от 27.03.2023 по делу № А03-15945/2021 (судья Жигжитова Н.Б.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Омега» (ОГРН <***>, ИНН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2: о признании недействительным договора процентного займа от 01.08.2020 №1-08/20, заключенного должником с ФИО4,


при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего – ФИО3 по доверенности от 14.10.2022, паспорт,



УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Омега» (далее – ООО «Омега», должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий ФИО2, заявитель) обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании недействительным договора процентного займа от 01.08.2020 №1-08/20, заключенного между должником с ФИО4 (далее – ФИО4).

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 27.03.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Алтайского края от 27.03.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 денежных средств в размере 3 048 960 рублей.

В обоснование доводов жалобы указано на мнимость сделки, неподтвержденность поступления денежных средств на счет должника. Заявитель отмечает, что приходный кассовый ордер №36 от 01.08.2020, договор процентного займа №1-08/20 от 01.08.2020 составлен и подписан после проведения торгов (27.08.2020), поскольку сумма займа полностью совпадает с частью цены имущества, которая окончательно установлена только по результатам открытых торгов. Ссылается на отсутствие воли сторон создать реальные правовые последствия сделки, поскольку сделка заключена с физическим лицом в отсутствие экономической выгоды (5% годовых). Полагает, что поведение сторон сделки свидетельствует о наличии аффилированности.

ФИО4, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель конкурсного управляющего – ФИО3 в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержала.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, 26.05.2022 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора процентного займа №1-08/20 от 01.08.2020, заключенного между ООО «Омега» и ФИО4; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 денежных средств в размере 3 048 960 рублей.

Правовым основанием требования являлись положения части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обстоятельства, необходимые для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 и 170 ГК РФ, не доказаны.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 указанной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63).

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 Постановления № 63).

Согласно пункту 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 постановления № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в том числе сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества).

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления № 63).

Понятие недостаточности имущества, неплатежеспособности дано в статье 2 Закона о банкротстве. Так, под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как следует из определения Верховного Суда РФ от 23.08.2019 № 304-ЭС15-2412(19) по делу № А27-472/2014, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

Из диспозиции названных норм (как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что помимо установленных законом обстоятельств, требующих анализа, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Недействительность сделки в рамках дела о банкротстве может быть подтверждена и через доказывание его мнимости (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), когда, например, сделка не носила реального характера, а была заключено исключительно де-юре (определение Верховного Суда от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405(1,2)).

ГК РФ исходит из ничтожности мнимой сделки, то есть сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (пункт 1 статьи 170).

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон.

При этом, как следует из толкования положений статей 166, 168, 170 ГК РФ и разъяснений, изложенных в информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» одним из показателей мнимости сделки служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Если же стороны исполнили предусмотренные сделкой обязательства, то признать такую сделку мнимой нельзя, даже если первоначально стороны не имели намерения ее исполнять.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 2 статьи 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Таким образом, исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в пункте 1 статьи 170 ГК РФ, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, при этом поведение сторон свидетельствует о порочности воли обеих сторон сделки.

Вопрос наличия фактических обстоятельств, совокупность которых позволяет признать сделку недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, разрешается судом при оценке имеющихся в обособленном споре доказательств и доводов участвующих в деле лиц.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14), закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Как следует из материалов дела, 01.08.2020 между ФИО4 (Займодавец) и должником (Заемщик) заключен договора процентного займа №1-08/20. По условиям договора займа, ФИО4 передает в собственность заемщику денежные средства в размере 3 048 960 рублей, а Заемщик обязуется вернуть Займодавцу сумму займа с начисленными на нее процентами (5% годовых) в срок до 30.09.2020.

Согласно пункту 1.2 Договора, стороны согласовали, что сумма займа предоставляется путем передачи денежных средств в кассу Заемщика.

В подтверждение факта передачи денежных средств в материалы дела представлен: приходный кассовый ордер от 01.08.2020 №36 о внесении ФИО4 в кассу общества «Омега» 3 048 960 рублей наличными. Денежные средства приняты кассиром и директором общества «Омега» в одном лице ФИО5; квитанция к ПКО от 01.08.2020 №36 (л.д. 72, том 1).

Письмом от 10.08.2020, полученным должником в этот же день, ФИО4 попросила вернуть сумму займа досрочно путем перечисления в УФК по Московской области (ТУ Росимущества в Московской области) в качестве оплаты за квартиру по адресу: <...> (л.д. 71, том 1).

Платёжным поручением от 02.09.2020 №210 должник перечислил 3 048 960 рублей по указанным ФИО4 банковским реквизитам. Платёжным поручением и банковской выпиской подтверждено перечисление должником денежных средств в сумме 3 048 960 рублей в интересах ФИО4

Согласно ответу АО «Альфа-Банк», поступившему в суд 14.02.2023, подписантом платёжного поручения от 02.09.2020 №210 являлась ФИО5 (руководитель общества «Омега») (л.д. 55-57, том 3).

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Омега» возбуждено определением суда от 03.11.2021. Таким образом, оспариваемый договор от 01.08.2020 совершен в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из пояснений ФИО4 следует, что с предложением о выдаче процентного займа должнику к ней обратился знакомый семьи - ФИО6, который также выдал займ другому обществу «Гарант» по просьбе его знакомых ФИО7 (учредителя и бывшего директора общества «Гарант») и ФИО8 (в пользу которого осуществлялись перечисления денежных средств общества «Гарант», определение от 16.02.2023 по делу №А03-4875/2021).

Представителем ФИО4 в дело также представлены соответствующие письменные пояснения ФИО6 (л.д. 62-63, том 3).

Ссылаясь на перечисление обществом «Гарант» по делу №А03-4875/2021 по аналогичной схеме денежных средств за квартиры в ТУ Росимущества в Московской области, конкурсный управляющий (заявитель) представил договоры купли-продажи квартир ФИО9 от 08.07.2020 и ФИО6 от 04.09.2020 (л.д. 60-61, том 3 – представлены через систему «Мой арбитр 20.02.2023).

Как верно указано судом первой инстанции, само по себе наличие аффилированности (заинтересованности) ФИО4 с должником и обществом «Гарант» через ФИО6 не является достаточным доказательством наличия цели причинить вред имущественным правам кредиторов.

Кроме того, представленные доказательства аффилированности не свидетельствуют об участии ФИО4 в управлении деятельностью должника, распределении его прибыли или каком-либо участии в его деятельности. Оспоренный управляющим эпизод хозяйственной жизни должника с участием ФИО4 является единичным, какие-либо сделки и операции с ней помимо получения займа от неё и возврата суммы займа отсутствуют.

В подтверждение наличия финансовой возможности для выдачи займа в размере 3 048 960 рублей, ФИО4 представлены следующие доказательства: договор купли-продажи квартиры от 02.06.2020 по цене 3 350 000 рублей; платежное поручение № 10 от 29.06.2020 на сумму 3 350 000 рублей; справки о доходах и суммах налога ФИО4 за 2020 год (в ООО «Транслесстрой» доход составил 3 082 185 рублей; в ООО «Холдинг-Транс» - 2 163 395,92 рублей).

Также ФИО4 представлены доказательства тому, что выдача займов юридическим лицам являлась для неё обычной деловой практикой (л.д. 37-41, том 2).

О фальсификации договора займа и иных документов конкурсным управляющим не заявлялось.

То обстоятельство, что полученные от ФИО4 заемные средства не были внесены кассиром и руководителем на счёт должника не свидетельствуют о мнимости (притворности) договора займа от 01.08.2020 с учётом доказательств наличия у ФИО4 имущественной возможности выдать займ должнику, и не может влечь негативные последствия такого поведения для займодавца.

ФИО4 представлен исчерпывающий перечень доказательств того, что возвращенная должником сумма займа спустя непродолжительное время использована на приобретение квартиры по адресу: <...>.

Оплаченная должником за ФИО4 квартира по адресу: <...>, приобретена с торгов ТУ Росимущества в Московской области по цене 3 195 000 рублей (протокол о результатах проведения торгов от 27.08.2020 и агентский договор от 20.08.2020 – л.д. 7-9, том 2), находилась в собственности ФИО4 в период с 30.10.2020 по 20.02.2021 (л.д. 45-47, том 1), реализована 16.02.2021 по цене 4 840 000 рублей (л.д. 54, 58-81, том 2).

По пояснениям ФИО4, подтверждённым дополнительно представленными доказательствами, после аккумулирования данных денежных средств она приобрела на торгах ещё две квартиры, одну из которых также перепродала через короткий промежуток времени, получив от сделки значительную добавочную стоимость (л.д. 82-104, том 2).

В результате совершенных операций ФИО4 получен совокупный экономический эффект от использования перечисленных должником в счет возврата займа денежных средств. Доказательств извлечения экономической выгоды за счет денежных средств должника и в ущерб его имущественному положению, а равно получения выгоды контролирующими должника лицами, не представлено.

Безусловные документальные свидетельства недобросовестности участников сделки, наличия у них злонамеренной цели причинения вреда имущественным правам кредиторам должника отсутствуют.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 27.03.2023 по делу № А03-15945/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


В.С. Дубовик


Судьи


О.А. Иванов




ФИО1