Постановление от 24 января 2024 г. по делу № А33-3133/2021

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-3133/2021
г. Красноярск
24 января 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «17» января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «24» января 2024 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Бутиной И.Н.,

судей: Инхиреевой М.Н., Пластининой Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании, находясь в помещении Третьего арбитражного апелляционного суда:

от истца по первоначальному иску (общества с ограниченной ответственностью

«Ирбейский разрез») - ФИО2, представителя по доверенности от 06.12.2023 №137-и, диплом, свидетельство о заключении брака от 27.02.2015, паспорт,

от ответчика по первоначальному иску (общества с ограниченной ответственностью

«Бэст») - ФИО3, представителя по доверенности от 29.12.2023, диплом, паспорт; ФИО4, представителя по доверенности от 29.12.2023, диплом, паспорт; ФИО5, представителя по доверенности от 22.12.2022, паспорт.

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Бэст»

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от 20 октября 2023 года по делу № А33-3133/2021,



установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ирбейский разрез» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – истец, ООО «Ирбейский разрез») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Бэст» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – ответчик, ООО «Бэст») о взыскании 2 408 250 рублей неустойки за нарушение сроков выполнения работ за период с 04.07.2020 по 06.10.2020 на основании договора строительного подряда №ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019; 5 070 000 рублей неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ более чем на 30 дней.

В Арбитражный суд Красноярского края обратилось ООО «Бэст» со встречным иском к ООО «Ирбейский разрез» о признании ничтожными пунктов 8.2 и 8.3 договора строительного подряда №ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019.

Решением от 07.10.2021, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 19.04.2022, суд удовлетворил первоначальный иск частично, взыскав с ООО «Бэст» в пользу ООО «Ирбейский разрез» 4 200 000 рублей неустойки, в удовлетворении остальной части первоначального иска отказал; в удовлетворении встречного иска суд отказал.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 26.07.2022 решение Арбитражного суда Красноярского края от 07.10.2021, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 19.04.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Красноярского края.

При новом рассмотрении дела решением суда от 20.10.2023 первоначальный иск удовлетворен частично: с ООО «Бэст» в пользу ООО «Ирбейский разрез» взыскано 2 700 000 рублей неустойки, в удовлетворении остальной части первоначального иска отказано; в удовлетворении встречного иска отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил решение суда первой инстанции отменить в части удовлетворения требования о взыскании неустойки в размере 2 700 000 рублей.

В апелляционной жалобе заявитель указал на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 01.12.2023 апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 17.01.2024.

В судебном заседании представители сторон поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Между ООО «Ирбейский разрез» (далее – заказчик) и ООО «Бэст» (далее – подрядчик) заключен договор строительного подряда №ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019.

Согласно пункту 1.1 договора подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика следующий объект: «Пруд-отстойник карьерных вод №1» в объеме, определенном договором и в соответствии с технической документацией, являющейся его неотъемлемой частью, с соблюдением действующих норм правил и передать результат работ заказчику, а заказчик обязуется принять результат работ и уплатить обусловленную договором цену.

В силу пункта 2.2 договора общая стоимость работ, выполняемых по настоящему договору, согласно локальным сметным расчетам (приложение № 3) составила 25 350 000 рублей (стоимость работ увеличивается на сумму НДС по ставке, предусмотренной действующей редакцией Налогового кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4.1 договора работы должны быть выполнены подрядчиком в срок по 20.04.2020.

Дополнительным соглашением от 17.06.2020 стороны увеличили срок выполнения работ - по 03.07.2020.

Согласно пункту 8.2 договора за нарушение сроков выполнения работ (отдельного этапа работ, работ, выполненных за определенный период времени) заказчик вправе взыскать неустойку в размере 0,1 % от общей стоимости работ, выполняемых по настоящему договору, за каждый день просрочки до фактического исполнения обязательств.

При превышении конечного срока выполнения работ более чем на 30 (тридцать) дней заказчик вправе потребовать, а подрядчик в этом случае обязан уплатить неустойку в размере 20% от общей стоимости работ по настоящему договору (пункт 8.3 договора).

Во исполнение условий договора ООО «Бэст» выполнило работы, предусмотренные договором.

Ссылаясь на нарушение сроков выполнения работ, руководствуясь пунктом 8.2 договора, истец начислил ответчику неустойку в сумме 2 408 250 рублей за период с 04.07.2020 по 06.10.2020.

Ссылаясь на то, что просрочка выполнения работ превысила 30 дней, истец также начислил ответчику 5 070 000 рублей неустойки по пункту 8.3 договора.

Ссылаясь на нарушение сроков выполнения работ, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Полагая, что пункты 8.2 и 8.3 договора строительного подряда № ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019, заключенного между истцом и ответчиком, являются ничтожными, подрядчик обратился со встречным исковым заявлением.

Частично удовлетворяя первоначальные исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств, выразившегося в нарушении ответчиком сроков выполнения работ по договору.

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что условия договора согласованы сторонами; предусмотренный пунктами 8.2 и 8.3 договора порядок исчисления неустойки от общей стоимости работ (а не от стоимости невыполненных в срок обязательств) является результатом совместного волеизъявления сторон, достигнутого при заключении договора, поэтому такое соглашение о неустойке не может быть признано несправедливым, нарушающим баланс интересов сторон.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Между сторонами подписан договор, являющийся по своей правовой природе договором подряда, отношения по которому регулируются главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (пункт 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329, пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (штрафом, пеней), то есть определенной законом или договором денежной суммой, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Материалами настоящего дела подтвержден факт выполнения подрядчиком работ с нарушением сроков, определенных договором, что в силу договора является основанием для начисления заказчиком пени.

Исходя из календарного плана, работы по строительству пруда-отстойника должны быть произведены с 20.12.2019 по 20.03.2020.

Между тем между сторонами имеется спор относительно достаточности сведений в переданной заказчиком проектной документации.

Как установлено судом, по состоянию на август 2020 года, а именно - 11.08.2020, заказчик так и не внес изменения в проектную документацию, при этом перестал давать указания подрядчику о порядке производства работ, о чем свидетельствует письмо ООО «БЭСТ» от 11.08.2020 №11-08/2020.

Также материалами дела подтверждаются иные задержки, вызванные, в том числе, и действиями заказчика, указанное, подтверждается, в том числе продолжительной перепиской сторон.

В частности, промедление выполнения работ относительно дна дамбы, пруда отстойника вызвали промедление выполнения работ, связанных с вышепоименованными (в том числе, монтаж трубопровода очищенной воды, устройство водосброса, монтаж и наладка оборудования, карьерный водоотлив и поверхностный водоотвод).

Согласно акту приема-передачи, датированного 02.12.2019, ООО «Ирбейский разрез» в лице заместителя главного инженера по капитальному строительству ФИО6 передал ООО «БЭСТ» в лице мастера строительно-монтажных работ ФИО7 документы: рабочую документацию на 5 л. (в копии), проектную документацию - насосная станция для заправки поливомоечных машин на 5 л. (в копии), линейную документацию «автодороги» продольный профиль на 1 л. (в копии), поперечный профиль на 27 л. (в копии).

В материалы дела представлен акт приема-передачи от 02.12.2019, согласно которому ФИО7 (мастеру строительно-монтажных работ) была передана: рабочая документация в количестве 5 листов, проектная документация, состоящая из разделов: насосная станция для заправки поливомоечных машин в количестве 5 листов, архитектурная часть в количестве 4 листов, линейная документация «автодороги» в количестве 28 листов.

Согласно пояснениям истца, данный факт ответчиком не оспаривался. ФИО7 фактически являлся руководителем работ на объекте, представлял интересы подрядчика перед заказчиком по всем вопросам, возникающим в ходе производства подрядных работ. Кроме того, подрядчиком в письме исх. 302-03-/20 от 03.03.2020 выражена воля на уполномочивание именно ФИО7 на получение проекта.

При этом ответчик не отрицал, что рабочая документация была передана ФИО7, однако, настаивал на доводе о том, что документация передана не в полном объеме.

В связи с необходимостью установления достаточности информации, содержащейся в переданной подрядчику документации, определением суда первой инстанции от 27.12.2023 удовлетворены ходатайства ООО «Ирбейский разрез» и ООО ю «БЭСТ» о назначении документальной камеральной судебной строительной технической экспертизы экспертам ООО «СибСтройЭксперт».

Оценив судебное экспертное заключение №1703 от 27.03.2023, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что обязанность по передаче соответствующей документации заказчик выполнил ненадлежащим образом, при этом последний многократно извещался подрядчиком о наличии недостатков упомянутой документации.

Между тем подрядчиком не представлено доказательств того, что он приостанавливал выполнение работ либо не приступал к выполнению работ, если полагал, что документация отсутствует или по каким-то причинам недостоверная или недействительна.

Как неоднократно поясняли в судебных заседаниях представители ООО «БЭСТ», в случае временной невозможности выполнения одного вида работ (до получения соответствующих консультаций или указаний от заказчика либо получения необходимых документов) подрядчик выполнял другие, предусмотренные этим договором работы, которые были возможны к проведению).

На основании изложенного, принимая во внимание результаты судебной экспертизы и выполняя указания Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа, суд первой инстанции справедливо установил, что недостаточность исходных данных в переданной заказчиком подрядчику документации послужило лишь одним из оснований более длительного производства работ и сама по себе не может в полной мере освободить подрядчика от ответственности за просрочку выполнения работ.

При этом судом первой инстанции правомерно отклонены ссылки подрядчика на обстоятельства распространения новой коронавирусной инфекции как на объективные причины просрочки выполнения работ, а также на задержки поставок оборудования контрагентами подрядчика и иные подобные обстоятельства.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод подрядчика относительно расхождения сроков выполнения работ по закупочной документации и подписанному сторонами договору, поскольку как следует из протокола №202 от 19.09.2019 заседания закупочной комиссии указан срок оказания услуг: с августа 2019 по май 2020 года, вместе с тем согласно условию заявки ООО «Бэст» срок выполнения работ указан – 8 месяцев (у прочих участников – 10 месяцев).

Согласно решению закупочной комиссии срок выполнения установлен – 8 месяцев.

Таким образом, первоначально срок выполнения работ составлял 10 месяцев (с августа 2019 по май 2020 года), однако ООО «Бэст» самостоятельно указало на согласие выполнить работы за срок – 8 месяцев, в связи с чем сроки были изменены в соответствии с указанными условиями.

Более того, о том, что срок конечный срок остается неизменным подрядчик знал в момент подписания договора, о корректировке срока выполнения работ с учетом даты подписания подрядчик письменно не заявил, иного из материалов дела не следует. Заказчик включил в условия договора положения о сроке, соответствующем закупочной документации, который подрядчику был известен и подрядчиком же предложен, в связи с чем заказчик действовал добросовестно, довод об обратном также отклоняется арбитражным судом.

Также вопреки доводам подрядчика, Федеральный закон от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» не содержит запрета на подписание сторонами протокола разногласий к договору, в частности статьей 3.4 установлено, что в случае наличия разногласий по проекту договора, направленному заказчиком, участник закупки составляет протокол разногласий с указанием замечаний к положениям проекта договора, не соответствующим извещению, документации о конкурентной закупке и своей заявке, с указанием соответствующих положений данных документов. Заказчик рассматривает протокол разногласий и направляет участнику такой закупки, доработанный проект договора, либо повторно направляет проект договора с указанием в отдельном документе причин отказа.

В соответствии с пунктами 10.2.7, 10.2.9 положения о закупке товаров, работ, услуг для нужд ООО «Ирбейский разрез» в случае наличия разногласий по проекту договора, направленному заказчиком, участник закупки составляет протокол разногласий с указанием замечаний к положениям проекта договора, не соответствующим извещению, документации о конкурентной закупке и своей заявке, с указанием соответствующих положений данных документов. Заказчик рассматривает протокол разногласий и направляет участнику закупки, доработанный проект договора либо повторно направляет проект договора с указанием в отдельном документе причин отказа.

Таким образом, ООО «Бэст» не было лишено возможности выразить свое несогласие с условиями договора, чего однако, не было сделало, подписало договор и приступило к выполнению работ без возражений и обращений в адрес заказчика.

Более того, ответчик не выполнил работы ни в один из установленных сроков, а неустойка рассчитана истцом за период с 04.07.2020 по 06.10.2020.

Возражая против заявленных доводов, ответчик по первоначальному иску ссылался на положения статей 404, 405, 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (пункт 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (пункт 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Оценивая представленную в дело переписку и поведение заказчика, передавшего подрядчику проектную документацию с недостатками, продолжительное согласование ответов на вопросы подрядчика (более двух месяцев), а также действия подрядчика, не остановившего выполнение работ и самостоятельно принимавшего некоторые решения относительно выполнения работ, наличие задержек в поставке оборудования контрагентами подрядчика, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что нарушению согласованных в договоре сроков выполнения работ способствовали действия обеих сторон договора, что, в свою очередь, свидетельствует о наличии обоюдной вины истца и ответчика в нарушении сроков выполнения работ.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 15.07.2014 № 5467/14, продолжение работ подрядчиком при наличии оснований для их приостановления в силу статьи 719 Гражданского кодекса Российской Федерации само по себе не исключает возможности применения судом положений статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации для определения размера ответственности при наличии вины кредитора.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции с учетом вывода об обоюдной вине сторон в нарушении сроков выполнения работ и, как следствие, о наличии оснований для уменьшения размера неустойки на основании статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации правомерно снизил размер неустойки до 1 204 125 рублей неустойки за нарушение сроков выполнения работ за период с 04.07.2020 по 06.10.2020, 2 535 000 рублей неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ более чем на 30 дней.

ООО «Бэст» заявлено о снижении размера неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу положений пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойка (штраф) призваны обеспечить исполнение обязательств, служат средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств, возможных его убытков. Помимо этих функций неустойка (штраф) имеют своей целью наказание стороны договора за нарушение взятых на себя обязательств, поскольку потерпевшая сторона не обязана доказывать причиненный ей ущерб.

Пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Таким образом, оценив обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав доводы и пояснения сторон в рассматриваемой части; установив, что проектная документация передана подрядчику с наличием недостатков, длительное согласование заказчиком решений по некоторым обстоятельствам выполнения работ, принимая во внимание, что просрочка исполнения подрядчиком обязательств подтверждена материалами дела, однако при этом вызвана и поведением заказчика и поведением подрядчика; учитывая компенсационную природу неустойки, значительный размер заявленных к взысканию штрафных санкций, учитывая период выполнения ответчиком работ по договору, суд пришел к выводу о возможности уменьшения всего размера начисленной истцом первоначальному иску за нарушение сроков выполнения работ неустойки до суммы 2 700 000 рублей (70 % от суммы 1 204 125 рублей неустойки за нарушение сроков выполнения работ за период с 04.07.2020 по 06.10.2020 + 70 % от суммы 2 535 000 рублей неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ более чем на 30 дней).

На основании изложенного, арбитражный суд, правильно применив положения статьей 404 и 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к верному выводу об обоснованности требования истца о взыскании с ответчика неустойки в сумме 2 700 000 рублей.

Исследовав условия договора, суд также приходит к верному выводу, что в настоящем случае отсутствует двойная мера ответственности, поскольку в одном случае неустойка начисляется за нарушение конечного срока выполнения работ (указанный срок нарушен ответчиком), а в другом - за нарушение промежуточного этапа (указанный срок, также, нарушен).

Установление в договоре по соглашению сторон неустойки в виде сочетания единовременного штрафа и пени не противоречит действующему законодательству и не свидетельствует о применении двойной меры ответственности за одно правонарушение.

Довод подрядчика о злоупотреблениях заказчика правомерно отклонен судом, поскольку ООО «Ирбейский разрез» не являлось разработчиком проектной документации и не могло предвидеть возникновение дополнительных работ, ответчиком также не доказаны обстоятельства, поименованные в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Необходимо иметь в виду, что сама по себе задержка оплаты не свидетельствует непосредственно о злоупотреблении правом, более того, фактически работы оплачены подрядчику.

03.03.2021 в материалы дела поступило встречное исковое заявление о признании ничтожным пунктов 8.3, 8.2 договора строительного подряда №ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019, поскольку договор содержит меры двойной ответственности, неустойка начисляется без учета надлежащим образом выполненных работ, что является, по мнению заявителя, злоупотреблением правом. Более того, договором установлена неравная ответственность сторон.

Рассмотрев заявленные в рамках встречного иска требования, а также доводы сторон, суд правомерно отказал в удовлетворении в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Условие о договорной неустойке определено по свободному усмотрению сторон, ответчик в соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, должен был и мог предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности, в том числе связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением принятых по договору обязательств.

Истолковав вышеуказанные нормы применительно к рассматриваемому спору и условиям заключенного между сторонами договора, а также исследовав и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства, суд верно установил, что условия договора согласованы в соответствии со свободным волеизъявлением сторон в порядке статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации; предусмотренные пунктом 8.2 и 8.3 договора порядок исчисления неустойки от общей стоимости работ (а не от стоимости невыполненных в срок обязательств) является результатом совместного волеизъявления сторон, достигнутого при заключении договора, поэтому такое соглашение о неустойке не может быть признано несправедливым, нарушающим баланс интересов сторон.

При превышении конечного срока выполнения работ более чем на 30 (тридцать) дней заказчик вправе потребовать, а подрядчик в этом случае обязан уплатить неустойку в размере 20% от общей стоимости работ по настоящему договору (пункт 8.3 договора).

С учетом ранее изложенного, меры ответственности в виде штрафа и пени применены к ответчику за разные нарушения, имеют отличную друг от друга природу и предусмотрены разными положениями контракта.

Установление в договоре по соглашению сторон неустойки в виде сочетания единовременного штрафа и пени не противоречит действующему законодательству и не свидетельствует о применении двойной меры ответственности за одно правонарушение. С учетом вышеизложенного суд пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания пунктов 8.2 и 8.3 договора подряда ничтожными.

На основании изложенного суд правомерно удовлетворил первоначальный иск в части, а также отказал в удовлетворении встречного иска в полном объеме.

Иные доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами суда, при этом не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Решение суда является законным и обоснованным.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 20 октября 2023 года по делу № А33-3133/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.



Председательствующий


И.Н. Бутина

Судьи:


М.Н. Инхиреева



Н.Н. Пластинина