Решение от 13 сентября 2019 г. по делу № А40-186605/2019

решение

Именем Российской Федерации

Дело № А40-186605/19-145-32
13 сентября 2019г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 09 сентября 2019 г.

Полный текст решения изготовлен 13 сентября 2019 г.

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Председательствующего - судьи М.Т. Кипель

При ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

1) ООО «Стройинвест-3» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, дата регистрации: 20.02.2008, 142000, Московская область, город Домодедово, улица Промышленная (Центральный мкр.), дом 21, комната 2, этаж 3),

2) ООО «Техстрой» (109451 МОСКВА ГОРОД УЛИЦА ВЕРХНИЕ ПОЛЯ ДОМ 42 КОРПУС 1 КВАРТИРА 146, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 22.09.2014, ИНН: <***>),

3) ООО «АБЗ ПОДОЛЬСК» (адрес 142101, <...>, этаж 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 10.01.2007, ИНН: <***>)

4) ООО "СТРОЙСТАНДАРТ-30"(109341 МОСКВА ГОРОД УЛИЦА ПЕРЕРВА ДОМ 52 СТРОЕНИЕ 1 ОФИС 205, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 05.12.2011, ИНН: <***>,),

к УФАС России по г. Москве (ОГРН: <***> ИНН: <***>, дата регистрации: 09.09.2003, 107078 Москва город проезд Мясницкий дом 4 строение 1)

о признании незаконным и отмене решение № ЕП/65474/18-4 от 28.12.2018 и постановления по делу № 4-14.32-274/77-19 от 29.04.2019

при участии:

от заявителей: ФИО2 (по дов. от 26.06.2019г. б/н, удост.);

от ответчика: ФИО3 (по дов. от 28.05.2019г., № 03-36, удост.);

установил:

05.09.2019 в судебном заседании объявлен перерыв до 09.09.2019.

ООО «Стройинвест-3» (далее - заявитель) обратилось в арбитражный суд заявлением к УФАС России по г. Москве (далее - ответчик, антимонопольный орган, Управление) о признании незаконным и отмене решения № ЕП/65474/18-4 от 28.12.2018 и постановления по делу № 4-14.32-274/77-19 от 29.04.2019. указанное заявление было принято судом к производству с присвоением номера дела №А40-186605/19-145-32.

ООО «Техстрой» обратилось в арбитражный суд заявлением к УФАС России по г. Москве о признании незаконным и отмене решения № ЕП/65474/18-4 от 28.12.2018 и постановления по делу № 4-14.32-273/77-19 от 29.04.2019. Указанное заявление было принято судом к производству с присвоением номера дела №А40-186599/19-2-1205.

ООО «Стройстандарт-30» обратилось в арбитражный суд заявлением к УФАС России по г.Москве о признании незаконным и отмене решения № ЕП/65474/18-4 от 28.12.2018 и постановления по делу № 4-14.32-275/77-19 от 29.04.2019. Указанное заявление было принято судом к производству с присвоением номера дела №А40-186601/19-93-1560.

Также ООО «АБЗ Подольск» обратилось в арбитражный суд заявлением к УФАС России по г. Москве (далее - ответчик, антимонопольный орган, Управление) о признании незаконным и отмене решения № ЕП/65474/18-4 от 28.12.2018 и постановления по делу № 4-14.32-276/77-19 от 29.04.2019. Указанное заявление было принято судом к производству с присвоением номера дела №А40-186630/19-147-1535.

Определением Арбитражного суда г.Москвы от 19.08.2019 суд объединил дела № А40-186605/19-145-32, № А40-186599/19-2-1205, № А40-186630/19-147-1535, № А40-186601/19-93-1560 в одно производство для совместного рассмотрения, с присвоением основного номера №А40-186605/19-145-32.

В рамках настоящего дела подлежат рассмотрению заявления ООО «Стройинвест-3», ООО «Техстрой», ООО «Стройстандарт-30», ООО «АБЗ Подольск» о признании незаконным и отмене решения № ЕП/65474/18-4 от 28.12.2018 и постановлений по делам № 4-14.32-276/77-19, № 4-14.32-273/77-19, № 4-14.32-274/77-19, № 4-14.32-275/77-19 от 29.04.2019.

В судебном заседании представители заявителей поддержали заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований по мотивам, изложенным в отзыве, указав на законность, обоснованность оспариваемых решения и постановлений, отсутствие правовых оснований для удовлетворения требований заявителей.

Заявителем представлено ходатайство о восстановлении срока на обжалование решения Комиссии УФАС России по г.Москве и постановлений от 29.04.2019г.

Ходатайство мотивировано тем, что оспариваемое в рамках настоящего спора решение и постановление был пропущен в связи с тем, что данные акты были обжалованы иным способом, предусмотренным действующим законодательством. Однако, ФАС России до настоящего времени не принято решение по возражениям заявителей.

Изучив доводы ходатайства, суд приходит к выводу, что ходатайство подлежит удовлетворению, а срок на обжалование решения антимонопольного органа и постановлений о привлечении к административной ответственности на основании следующего.

В соответствии со статьей 117 и частью 4 статьи 198 Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации заявление в порядке главы 24 настоящего Кодекса может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2004 N 367-О следует, что несоблюдение установленного срока в силу соответствующих норм Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является основанием для отказа в принятии заявлений по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, - вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, то есть в судебном заседании. Заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом.

Таким образом, решение вопроса о пропуске срока на обращение в суд по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, признание тех или иных причин пропуска срока уважительными, относится к исключительной компетенции суда, рассматривающего данный вопрос, и ставится законом в зависимость от его усмотрения.

Согласно представленным в материалы дела доказательствам, в апреле 2019 года заявитель оспорил решение комиссии УФАС России по г.Москве от 28.12.2018г. в ходе проверки материалов дела №1-11-581/77-18, что подтверждается постановлениями антимонопольного органа от 29.04.2019г.

Заявителями указано, что в поступивших в УФАС России по г.Москве объяснениях оспариваются выводы, сделанные в решении Комиссии от 28.12.2018г., вместе с тем, получив фактически жалобу на решение Комиссии, антимонопольный орган не направил данную жалобу в вышестоящий орган, а рассмотрел самостоятельно указанное обращение.

С учетом чего, суд приходит к выводу о том, что причины пропуска срока являются уважительными, в связи с чем, срок на обращение в суд с заявлением об оспаривании решения и постановлений антимонопольного органа подлежит восстановлению.

Как следует из материалов дела, решением Комиссии Управления Федеральной антимонопольной службы по г.Москве №ЕП/65474/18-4 от 29.04.2019 по результатам рассмотрения дела №1-11-581/77-18 ООО «Техстрой», ООО АБЗ Подольск», ООО «Стройстандарт-30» и ООО СтройИнвест-3» признаны нарушившими требования п.2 части 1 ст.11 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» посредством устного картельного соглашения, реализация которого могла привести к поддержаниям цен на 131 аукционе: 0373200067116000022, 0373200067116000027, 0373200067116000032, 0148300014616000045, 0873200000416000160, 0873200000416000161, 0373200067116000080, 0873200000416000204, 0373200067116000105, 0373200081216000336, 0148300014616000052, 0873200000416000384, 0373200081216000414, 0373200081216000429, 0873200000416000434, 0148300020416000040, 0873200000416000439, 0373200067116000224, 0873200000416000455, 0873200000416000456, 0148300014616000060, 0373200081216000473, 0873200000416000545, 0373200081216000507, 0373200081216000530, 0373200081216000539, 0373200081216000566, 0373200081216000585, 0373200081216000610, 0373200067116000371, 0148300014616000077, 0373200081216000695, 0148300020417000004, 0148300020417000005, 0148300020417000006, 0148300020417000008, 0148300014617000020, 0373200041117000071, 0373200041117000079, 0373200041117000094, 0373200041117000113, 0373200081217000099, 0373200081217000100, 0373200041117000174, 0373200081217000136, 0373200081217000140, 0373200041117000251, 0373200006217000297, 0373200006217000298, 0373200006217000302, 0373200041117000294, 0373200041117000300, 0373200041117000301, 0373200041117000304, 0373200081217000189, 0373200081217000190, 0373200041117000323, 0373200081217000199, 0373200081217000203, 0373200041117000333, 0373200081217000237, 0373200081217000245, 0373200081217000252, 0373200081217000253, 0373200081217000254, 0373200081217000277, 0373200081217000337, 0373200081217000338, 0373200081217000339, 0373200006217000517, 0373200041117000429, 0373200081217000352, 0373200081217000353, 0373200081217000354, 0373200081217000381, 0373200081217000428, 0373200081217000487, 0373200081217000492, 0373200081217000494, 0373200041117000614, 0373200041117000683 0373200067118000104, 0373200067118000105, 0373200081218000166, 0373200041118000243, 0373200067118000278, 0373200067118000279, 0373200067118000280, 0373200067118000281, 0373200067118000282, 0373200067118000291, 0373200067118000300, 0373200081218000380, 0373200081218000405, 0373200081218000422, 0848300048418000355, 0373200067118000319, 0373200067118000331, 0373200081218000455, 0373200041118000340, 0373200041118000341, 0373200041118000342, 0373200041118000343, 0373200041118000344, 0373200067118000345, 0373200067118000348, 0373200081218000538, 0373200041118000414, 0373200041118000422, 0373200041118000424, 0373200041118000458, 0373200041118000463, 0373200081218000665, 0373200081218000667, 0373200081218000670, 0373200081218000676, 0373200041118000515, 0373200081218000704, 0373200041118000522, 0373200081218000744, 3373200081218000765, 0373200081218000817, 0373200081218000819, 0373200081218000827, 0373200041118000700, 0373200041118000701, 0373200041118000703, 0373200081218000862, 0373200081218000996, 0373200081218001003, 0373200041118000790, состоявшихся в период с 16.05.2016 по 31.08.2018 и материалы по делу переданы должностному лицу для проведения административного расследования.

Протоколами от 08.04.2019г. по делам № 4-14.32-276/77-19, № 4-14.32-273/77-19, № 4-14.32-274/77-19, № 4-14.32-275/77-19 антимонопольный орган указал на наличие в действиях заявителей административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.14.32 КоАП РФ.

Постановлением Московского УФАС России от 29.04.2019 по делу №4-14.32-276/77-19 ООО «АБЗ Подольск» признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.14.32 КоАП РФ и Обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 34 064 560 руб..

Постановлением Московского УФАС России от 29.04.2019 по делу №4-14.32-274/77-19 ООО «Стройинвест-3» признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.14.32 КоАП РФ и Обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 16 327 840 руб..

Постановлением Московского УФАС России от 29.04.2019 по делу №4-14.32-275/77-19 ООО «Стройстандарт-30» признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.14.32 КоАП РФ и Обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 903 360 руб..

Постановлением Московского УФАС России от 29.04.2019 по делу №4-14.32-273/77-19 ООО «Техстрой» признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.14.32 КоАП РФ и Обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 18 721 120 руб..

Не согласившись с оспариваемым решением и постановлениями, заявители обратились в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей заявителей и ответчика, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, проверив доводы заявления и отзыва на него, арбитражный суд считает требования подлежащими удовлетворению, основываясь на следующем.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы необходимым условием для признания ненормативного правового акта, действий (бездействия) недействительными является одновременно несоответствие оспариваемого акта, действия (бездействия) закону или иному нормативному акту и нарушение прав и законных интересов организации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, действий закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого акта и обстоятельств, послуживших основанием для его принятия, в силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возлагается на орган или лицо, которые приняли соответствующий акт.

Удовлетворяя заявленные требования, суд исходил из следующего.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В соответствии с пунктом 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

В пункте 17 статьи 4 названного закона раскрыты признаки ограничения конкуренции - сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть, между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

Часть 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции соглашение – это договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме. Запрет на ограничивающие конкуренцию соглашения хозяйствующих субъектов установлен в ст.11 Закона о защите конкуренции.

Для установления факта заключения антиконкурентного соглашения, запрещенного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, антимонопольный орган должен доказать совокупность трех обстоятельств: факт достижения (заключения) хозяйствующими субъектами-конкурентами соглашения, наличие последствий в виде снижения, поддержания или повышения цены на торгах либо возможность их наступления, причинно-следственную связь между конкретными действиями участников соглашения и негативными последствиями для рынка либо потенциальной возможностью их наступления.

При отсутствии одного из необходимых элементов состава правонарушения, предусмотренного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, квалификация действий заинтересованного лица по делу о нарушении антимонопольного законодательства в качестве нарушения запрета на заключение антиконкурентного соглашения на торгах, которое привело к поддержанию цены, является незаконной.

Принимая решение об удовлетворении требований Заявителей в части оспаривания решения антимонопольного органа суд исходит из того обстоятельства, что антимонопольный орган не представил достаточных доказательств наличия между ООО «Техстрой», ООО АБЗ Подольск», ООО «Стройстандарт-30» и ООО СтройИнвест-3» соглашения, подпадающего под квалификацию пункта 2 части 1 ст.11 Закона о защите конкуренции.

Заявители, по мнению суда, не могут быть признаны конкурентами, поскольку исходя из представленных в материалы дела доказательств не преследовали цели выиграть торги, а только дублировали поведение друг друга или действовали в интересах друг друга.

Конкуренция – соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке. Исходя из своей экономической сущности конкуренция не может существовать между предприятиями одной группы компаний, контролируемых одним бенефициаром.

Суд при рассмотрении настоящего спора пришел к выводу о том, что поведение ООО «Техстрой», ООО АБЗ Подольск», ООО «Стройстандарт-30» и ООО СтройИнвест-3» на торгах не принесло каких-либо преимуществ, а доказательств, свидетельствующих о создании препятствий со стороны кого-либо из заявителей другим потенциальным участникам аукционов, антимонопольным органом не представлено.

В материалы дела также не представлено доказательств того, что поведение ООО «Техстрой», ООО АБЗ Подольск», ООО «Стройстандарт-30» и ООО СтройИнвест-3» на торгах направлено на получение каких-либо преимуществ при отсутствии иных конкурентов, привело к поддержанию цен на торгах, что является необходимым условием для признания указанных лиц нарушившими императивный запрет, установленный ст.11 Закона о защите конкуренции.

Судом также установлено, что ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30» и ООО «СтройИнвест-3» и ООО «Техстрой» не являются хозяйствующими субъектами конкурентами, а являются фактически одной группой лиц.

Частью 7 статьи 11 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что положения названной статьи не распространяются на соглашения между хозяйствующими субъектами, входящими в одну группу лиц, если одним из таких хозяйствующих субъектов в отношении другого хозяйствующего субъекта установлен контроль либо, если хозяйствующие субъекты находятся под контролем одного лица, за исключением соглашений между хозяйствующими субъектами, осуществляющими виды деятельности, одновременное выполнение которых одним хозяйствующим субъектом не допускается законодательством Российской Федерации.

Из части 8 статьи 11 названного закона следует, что под контролем в настоящей статье, в статьях 11.1 и 32 настоящего Федерального закона понимается возможность физического или юридического лица прямо или косвенно (через юридическое лицо или через несколько юридических лиц) определять решения, принимаемые другим юридическим лицом, посредством одного или нескольких следующих действий: 1) распоряжение более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный (складочный) капитал юридического лица; 2) осуществление функций исполнительного органа юридического лица.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: 1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства); 2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо; 3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания; 4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица; 5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства); 6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества; 7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры; 8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку; 9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Согласно представленным материалам антимонопольного дела (стр.32 решения УФАС России по г.Москве) ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30» и ООО «СтройИнвест-3» входят в одну группу лиц в понимании ст.9 закона о защите конкуренции, в силу наличия между их учредителями и генеральными директорами прямых родственных связей (генеральный директор ООО «АБЗ Подольск» ФИО4 и учредитель ООО «Стройстандарт-30», являющийся также генеральным директором ООО «СтройИнвест-3» ФИО4, являются родными братьями.

Антимонопольный орган также не оспаривает то обстоятельство, что учредитель ООО «Техстрой» ФИО5 является двоюродным братом ФИО4 и ФИО4

В оспариваемом решении антимонопольный орган пришел к выводу о том, что нетипичное поведение обществ, выразившееся в отсутствии конкурентной борьбы между ними, обусловлено наличием между учредителями родства и заинтересованности в заключении контрактов по максимальной цене.

Так, ООО «АБЗ Подольск» было заключено 6 контрактов на сумму 13 218 037,14 руб.; ООО «Стройстандарт-30»» было заключено 9 контрактов на общую сумму 58 886 783,12 руб.; ООО «Стройинвест-3» было заключено 23 контракта на общую сумму 288 783 932,87 руб.; ООО «Техстрой» было заключено 93 контракта на общую сумму 608 742 838,26 руб.

Антимонопольный орган также делает вывод о том, что имело место незначительное снижение начальной максимальной цены контракта в ходе торгов, нехарактерное для конкурентных торгов поведение ООО «Техстрой», ООО АБЗ Подольск», ООО «Стройстандарт-30» и ООО СтройИнвест-3», заключающееся в отказе от конкурентной борьбы между ними, что, по мнению ответчика, свидетельствует о совместном участии в торгах и использовании единой стратегии, что, в свою очередь, возможно только при наличии достигнутой договоренности.

Ответчик также сослался на то обстоятельство, что в период с января 2015 года по ноябрь 2016 года ООО «Техстрой», ООО АБЗ Подольск», ООО «Стройстандарт-30» и ООО «СтройИнвест-3» имели договоренность о совместной стратегии участия в торгах, при этом, целью договоренности было поддержание цен на таких торгах, для чего Заявителями был создан единый центр управления торгами в лице работника ООО «Стройинвест-3». В функции единого центра управления торгами входило управление процессом, выполнение планирования, мониторинг, контроль, анализ и принятие управленческих решений, подготовка и подача конкурсной документации.

Суд принимает довод заявителя о том, что в настоящее время антиконкурентные договоренности Обществами расторгнуты и были применены исключительно в ходе 21 аукциона с реестровыми номерами: 0373200081216000695, 0373200081216000539, 0373200081216000507, 0873200000416000455, 0373200067116000224, 0373200081216000414, 0873200000416000384, 0873200000416000204, 0373200067116000022, 0873200000415000365, 0873200000415000211, 0873200000415000210, 0373200067116000371, 0373200081216000610, 0373200081216000585, 0373200081216000566, 0873200000416000545, 0373200081216000473, 0873200000416000456, 0373200067116000105, 0873200000416000160 и 1 запроса котировок с реестровым номером 0848300039415000181, состоявшихся в 2015-2016 годах.

Исходя из пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное, таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. В настоящем случае, суд указывает на то обстоятельство, что факт недобросовестного поведения должен быть доказан.

Суд полагает, что добровольное признание заявителей в заключении антиконкуретной договоренности в период с 2015 по 2016 год не может презюмировать виновность участников торгов в будущем.

Судом установлено, что в рамках проведения аукциона №0373200041118000790 на участие было подано 5 заявок, 2 из которых были отклонены заказчиком; к участию в аукционе №0373200081218001003 было подано 4 заявки, одна из которых отклонена; на аукционы с номерами №0373200041118000703, №0373200041118000700, №0373200041117000683 и №0373200041118000703 было подано по 2 заявки; на участие в аукционе №0373200081218000765 было подано всего 4 заявки, одна из которых отклонена; на участие в аукционе №0373200006217000517 было подано 5 заявок на участие, 2 из которых отклонены; на аукцион №0373200041117000294 подано 5 заявок, допущены к участию в аукционе 3 участника и т.д.

Изучив находящуюся в свободном доступе в сети Интернет информацию относительно аукционов, в которых принимали участие Заявители, суд пришел к выводу о том, что действия обществ не ограничивали доступ к аукциону иных участников, любое другое лицо могло подать заявку на участие в аукционе, предложив свою экономическую обоснованную цену, заявители не могли предположить и знать о количестве участников, которые заявятся на аукцион.

Стоит также отметить, что в тех аукционах, где участниками выступали только заявители, зачастую вовсе отсутствовали заявки иных участников, что может свидетельствовать об отсутствии интереса потенциальных участников рынка к предметам указанных аукционов.

Кроме того, суд исходит из того, что снижение ценовых предложений в рамках проведения аукционов отвечает требованиям действующего законодательства, в соответствии с которым шаг аукциона должен составлять от 0,5% до 5% от начальной цены контракта.

В рассматриваемых аукционах, согласно решению антимонопольного органа, снижение НМЦК составило от 0,5 до 6,5%.

Сложившаяся судебная практика и обычай делового оборота исходят из того, что заключение государственного контракта по НМЦК, либо с ее минимальным снижением является обычным поведением участников хозяйственного оборота, основной целью которых является получение прибыли. Кроме того, судами отмечается презумпция соответствия НМЦК реальным рыночным ценам на соответствующий вид работ.

Материалами дела не подтверждается наличие факта поддержания цен заявителями, в каждом из вменяемых заявителям эпизодов цена на торгах снижалась, а довод ответчика о том, что такое снижение не существенно, ничем ответчиком не обоснован, в деле не имеется доказательств того, что цена на торгах могла быть ниже.

Законом не установлено обязанности хозяйствующих субъектов снижать цену на торгах, не установлен предел снижения ценовых предложений, количество шагов аукциона, хозяйствующие субъекты самостоятельно распоряжаются своим правом, определяя свое экономическое поведение в каждом конкретном случае, исходя из своих интересов получения прибыли от конкретного контракта, предложенного на торгах заказчиком.

Для квалификации действий по пункту 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции следует установить совокупность признаков, а именно наличие незаконного соглашения между хозяйствующими субъектами, являющимися конкурентами на одном товарной рынке, или осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, а также фактическое влияние таких соглашений на конкуренцию, в результате чего происходит повышение, снижение или поддержание цен на торгах.

Картелем признается только такое незаконное соглашение, которое приводит или может привести к негативным последствиям, перечисленным в части первой названной статьи Закона, для конкурентной среды на определенном товарном рынке.

По смыслу статьи 11 Закона о защите конкуренции незаконное соглашение или картель безусловно должны быть направлены на получение преимуществ для участвующих в таком соглашении.

В каждой конкретной ситуации поведение ООО «Техстрой», ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30», а также ООО «Стройинвест-3» обусловлено ситуацией на определенном аукционе, достоверных доказательств получения незаконных преимуществ в результате взаимодействий указанных лиц антимонопольным органом не приведено.

Вывод ответчика, что указанные лица в результате своих согласованных действий повлияли на установление начальной минимальной цены контракта не обоснован надлежащими доказательствами и сделан без учета положений статей 18 и 22 Федерального закона от 22.03.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", согласно которым именно государственный заказчик несет ответственность за обоснование такой цены.

Пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 N 30 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства" разъяснено, что подтверждать отсутствие со стороны конкретного хозяйствующего субъекта нарушения в виде согласованных действий могут, в том числе, доказательства наличия объективных причин собственного поведения этого хозяйствующего субъекта на товарном рынке и (или) отсутствия обусловленности его действий действиями иных лиц.

Как уже указывалось судом ранее, антимонопольным органом не доказано, что контракты могли быть заключены на более выгодных для заказчика условиях, либо услуги фактически могли бы быть оказаны по еще более низкой цене, что в результате действий заявителей были устранены из борьбы какие-либо конкуренты, если бы один из заявителей не участвовал в торгах.

Относительно довода антимонопольного органа о совпадении свойств файлов и времени подачи заявок, суд отмечает, что само по себе совпадение указанных адресов не может достоверно и безусловно свидетельствовать о подконтрольности и согласованности действий ООО «Техстрой», ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30» и ООО «СтройИнвест-3».

Следует также учитывать, что вопрос о технологических и экономических возможностях ООО «Техстрой», ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30» и ООО «СтройИнвест-3» для заключения договоров со всеми заказчиками, по указанным выше 131 аукционам антимонопольным органом не исследовался, что не оспаривается ответчиком.

Суд также считает необходимым отметить, что антимонопольный орган не привел необходимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о заключении ООО «Техстрой», ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30» и ООО «СтройИнвест-3» между собой соглашения, которое привело к разделу рынка услуг на территории города Москвы и Московской области по территориальному принципу и экономически и технологически необоснованному отказу от заключения договоров оказания услуг с определенными заказчиками.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, наличие между ООО «Техстрой», ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30», а также ООО «Стройинвест-3» договоренности о разделе рынка по территориальному принципу также не нашло своего подтверждения.

Отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих факт заключения антиконкурентного соглашения, и наличие причинно-следственной связи между данным соглашением и наступившими (потенциальными) последствиями в виде повышения, снижения или поддержания цен на данных торгах свидетельствует о том, что обстоятельства, входящих в предмет доказывания по пункту 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, УФАС России по г.Москве не были установлены.

Учитывая изложенное, Московским УФАС России не были установлены ни противоправность вменяемого антиконкурентного соглашения, ни исполнение соглашения и обеспечение победы заранее определенного участника со стороны любого из четырех заявителей по делу.

Отсутствие таких существенных обстоятельств в Решении Московского УФАС России не соответствует стандарту доказывания картелей, определенному Разъяснениям ФАС России, и единообразию практики применения Закона о защите конкуренции.

Одним из доказательств, используемых Московским УФАС России при доказывании картельных сговоров, является оценка поведения участников соглашения.

Однако, в настоящем деле УФАС России по Москве не исследовало данный вопрос.

Вместе с тем, как уже указывалось судом ранее, Московское УФАС России не установило, что контракты могли бы быть заключены на более выгодных для заказчика условиях, услуги фактически могли бы быть оказаны по еще более низкой цене и что в результате действий Заявителей были устранены из борьбы какие-либо конкуренты, или что участниками Аукциона была получена какая-либо выгода от результатов проведенного аукциона.

Учитывая изложенное, оспариваемое Заявителями Решение УФАС России по Москве от 28.12.2018 г. по делу N 1-11-581/77-18 признается судом недействительным.

Суд также приходит к выводу о незаконности постановлений антимонопольного органа о привлечении ООО «Техстрой», ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30» и ООО «СтройИнвест-3» к административной ответственности по ч.2 ст.14.32 КоАП РФ.

Действия, связанные с заключением хозяйствующим субъектом недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения, если такое соглашение приводит или может привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах, либо заключение недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения между организаторами торгов и (или) заказчиками с участниками этих торгов, если такое соглашение имеет своей целью либо приводит или может привести к ограничению конкуренции и (или) созданию преимущественных условий для каких-либо участников, либо участие в них, образуют состав административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ, и определена в виде наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от одной десятой до одной второй начальной стоимости предмета торгов, но не более одной двадцать пятой совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг) и не менее ста тысяч рублей.

Поскольку суд в рамках рассмотрения настоящего спора пришел к выводу о незаконности решения антимонопольного органа от 28.12.2018г., постановления о привлечении ООО «Техстрой», ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30» и ООО «СтройИнвест-3» к административной ответственности, вынесенные по основаниям, установленным указанным решением, не могут быть признаны обоснованными, в связи с чем, подлежат признанию незаконными и отмене.

В соответствии с ч. 2 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 201 АПК РФ, в резолютивной части решения суда должно быть указано на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

В качестве способа восстановления нарушенного права заявителя в силу пункта 3 части 4 статьи 201 АПК РФ исходя из заявленных обществами требований, суд полагает необходимым обязать УФАС России по Москве устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «Техстрой», ООО «АБЗ Подольск», ООО «СтройСтандарт-30» и ООО «СтройИнвест-3» в течение тридцати дней со дня вступления судебного акта в законную силу.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Освобождение государственных органов от уплаты государственной пошлины на основании подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации не влечет за собой освобождение от исполнения обязанности по возмещению судебных расходов, понесенных стороной, в пользу которой принято решение, в соответствии со статьей 110 Кодекса. Данная позиция соответствует разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" (абзац третий пункта 21).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 2, 4, 27, 65, 71, 75, 167 - 170, 176, 197 - 201 АПК РФ,

решил:

Признать незаконным решение УФАС России по Москве по делу № 1-11-581/77-18 от 28.12.2018г.

Проверено на соответствие гражданскому законодательству.

Обязать УФАС России по г.Москве устранить допущенные нарушения законных прав и интересов заявителей в течение тридцати дней со дня вступления судебного акта в законную силу.

Признать незаконным и отменить полностью постановление УФАС России по г. Москве по делу № 4-14.32-273/77-19 от 29.04.2019 о привлечении ООО «Техстрой» к административной ответственности по ч.2 ст .1432 КоАП РФ.

Признать незаконным и отменить полностью постановление УФАС России по г. Москве от 29.04.2019 по делу № 4-14.32-276/77-19 о привлечении ООО «АБЗ Подольск» к административной ответственности по ч.2 ст .1432 КоАП РФ.

Признать незаконным и отменить полностью постановление УФАС России по г. Москве от 29.04.2019 по делу №4-14.32-275/77-19 о привлечении ООО «СтройСтандарт-30» к административной ответственности по ч.2 ст .1432 КоАП РФ.

Признать незаконным и отменить полностью постановление УФАС России по г. Москве от 29.04.2019 по делу № 4-14.32-274/77-19 о привлечении ООО «Стройинвест-3» к административной ответственности по ч.2 ст .1432 КоАП РФ.

Взыскать с УФАС России по г.Москве в пользу ООО «Техстрой» расходы по оплате госпошлины в размере 3000 (три тысячи) руб.

Взыскать с УФАС России по г.Москве в пользу ООО «АБЗ Подольск» расходы по оплате госпошлины в размере 3000 (три тысячи) руб.

Взыскать с УФАС России по г.Москве в пользу ООО «Стройинвест-3» расходы по оплате госпошлины в размере 3000 (три тысячи) руб.

Взыскать с УФАС России по г.Москве в пользу ООО «СтройСтандарт-30» расходы по оплате госпошлины в размере 3000 (три тысячи) руб.

Решение в части оспаривания постановлений может быть обжаловано в течение 10 дней в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Решение в части оспаривания решения может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд.



СудьяМ.Т. Кипель