Постановление от 11 июля 2024 г. по делу № А40-297976/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-34745/2024

Дело № А40-297976/23
город Москва
11 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 11 июля 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Гузеевой О.С.,

судей: Верстовой М.Е., Валиева В.Р.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Прокушевой Д.Р.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ООО "ТОРГОВОПРОИЗВОДСТВЕННАЯ КОМПАНИЯ "СЕВЕРНЫЕ РЕШЕНИЯ"

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2024 по делу № А40-297976/23

по иску ООО «ТПК «Северные решения» (ИНН <***>)

к ФИО1

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Национальный центр инноваций» (ИНН <***>) и взыскании 598 657,50 руб.

при участии в судебном заседании представителей :

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 02.02.2024

УСТАНОВИЛ:

ООО «ТПК «Северные решения» обратилось в Арбитражный суд Тульской области с иском к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Национальный центр инноваций» (ИНН <***>) и взыскании 598 657,50 руб.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 19.12.2023 дело №А68-9612/23 передано на рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, определением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2023 принято к производству с присвоением номера дела №А40- 297976/2023.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2024 по делу № А40-297976/23 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым по делу решением, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просил решение отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение судом норм материального и процессуального права.

По мнению апеллянта, суд не учел того, что презумпция противоправности поведения лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ общество и наличие причинно-следственной связи между таким поведением и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором ООО, является опровержимой.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчиком в порядке, предусмотренном статьей 262 АПК РФ, представлены письменные пояснения на апелляционную жалобу.

Суд апелляционной инстанции протокольным определением от 24.06.2024 отказал ответчику в приобщении письменных пояснений на апелляционную жалобу, поскольку ответчиком нарушено требование о заблаговременном предоставлении в материалы дела письменных пояснений и возражений. Тем самым, суд и оппонент лишены возможности для ознакомления с правовой позицией ответчика для ее оценки и рассмотрения.

Дело рассмотрено судом в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ в отсутствие представителя истца, извещенного надлежащим образом о месте и времени судебного заседания.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика возражал против доводов апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке, предусмотренном ст. ст. 266, 268 АПК РФ, не находит оснований для отмены или изменения судебного акта по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 18 ноября 2019 г. между ООО «ТПК «Северные решения» (далее - Покупатель, Истец) и ООО «Национальный центр инноваций» (ИНН <***>) (далее - Поставщик, Должник) заключен Договор поставки № 114-0 (далее Договор), предметом которого являлась поставка оборудования (далее - Договор).

01 августа 2020 г. между Покупателем и Поставщиком к вышеуказанному Договору заключено Дополнительное соглашение № 1, в соответствии с которым Поставщик выкупает поставленное Покупателю оборудование стоимостью 570 150 рублей в срок до 01 ноября 2020 г.

В случае нарушения сроков оплаты Поставщик выплачивает Покупателю неустойку в размере 0,2 % от стоимости оборудования за каждый день просрочки, но не более 5 % от стоимости передаваемого оборудования.

Истец указывает на то, что по состоянию на 31 марта 2022 г. задолженность Поставщика перед Покупателем составляла сумму в размере 570 150 рублей - неоплаченная стоимость переданного оборудования и договорная неустойка в размере 28 507 рублей 50 копеек, в связи с чем ООО «ТПК «Северные решение» направило в адрес ООО «Национальный центр инноваций» Претензию с требованием погасить задолженность. До настоящего момента задолженность остается непогашенной.

27 октября 2022 г. решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве Должник исключен из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (ГРН 2227710237808).

Единоличным исполнительным органом Должника с 22 ноября 2017 г. являлся ФИО1 (далее - Ответчик), который также обладал долей в уставном капитале Общества в размере 60 %.

Истец считает, что Ответчик, являясь руководителем ООО «ИСЦ», знал о долге перед ООО «ТПК «Северные решения» и был обязан возразить против исключения Общества из ЕГРЮЛ, инициировать банкротство (п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Истец полагает, что Ответчик не предпринимал меры для погашения задолженности Организации, а также в результате его бездействия Общество перестало обладать признаками действующего юридического лица, что привело к исключению из ЕГРЮЛ.

Полагая, что бездействие ответчика свидетельствует о неразумности его действий, исключение организации из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица презюмирует его отказ от возврата долга, в связи с чем на контролирующих должника лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по возврату долга данной организации, обратился в суд с настоящими требованиями о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Национальный центр инноваций» (ИНН <***>) и взыскании 598 657,50 руб.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности и отказал в удовлетворении исковых требований.

Апелляционный суд, повторно исследовав и оценив представленные в дело доказательства, доводы апелляционной жалобы истца, не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции по примененным нормам материального права и переоценке фактических обстоятельств дела.

Если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключается, в том числе, в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества.

Основания и порядок привлечения вышеуказанных лиц к ответственности предусмотрены специальной нормой - частью 3.1 статьи 3 Федерального закона Российской Федерации от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В соответствии с частью 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Поскольку субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, то возложение на руководителя должника и его участника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, предусмотрена статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

На основании части 1 статьи 21.1 Федерального закона № 129-ФЗ от 08.08.2001 "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Исходя из системного толкования вышеуказанных норм, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По мнению истца, необходимым и достаточным основанием для удовлетворения исковых требований является факт исключения ООО «Национальный центр инноваций» из ЕГРЮЛ в административном порядке.

Между тем, прекращение деятельности общества при непогашенной перед кредиторами задолженности не является безусловным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, поскольку противоречит принципу имущественной обособленности юридического лица и не может быть признана правомерной.

В данном случае материалы дела не содержат доказательств, которые свидетельствовали бы о том, что ФИО1 при исполнении обязанностей действовал недобросовестно и (или) неразумно, а также то, что в результате неразумных или недобросовестных действий (бездействий) ответчика ООО «Национальный центр инноваций» не смогло исполнить обязательства перед истцом.

При этом, как обоснованно отметил суд первой инстанции, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверные сведения в отношении общества), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Напротив, из материалов дела следует, что за период с 02.11.2020 по 27.10.2022 ООО «ТПК» Северные решения» не было предпринято никаких мер по взысканию имеющейся задолженности. ООО «ТПК» Северные решения» не совершило никаких действий, предусмотренных действующим законодательством, направленных на взыскание задолженности с ООО «Национальный центр инновации».

Вместе с тем, при должной степени осмотрительности Истец имел реальную возможность совершить следующие действия: направить претензию в адрес ООО «Национальный центр инновации»; обратится с исковым заявлением о взыскании имеющейся задолженности; доказать наличие задолженности; обратится с заявлением о признании ООО «Национальный центр инновации» несостоятельным (банкротом); обратиться в ИФНС с возражением о ликвидации ООО «Национальный центр инновации».

Изложенные в апелляционной жалобе доводы истца отклоняются апелляционной коллегией.

По мнению апеллянта, суд не учел того, что презумпция противоправности поведения лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ общество и наличие причинно-следственной связи между таким поведением и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором ООО, является опровержимой.

Между тем, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО3" указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

В материалы дела не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении ФИО1 незаконных действий, повлекших причинение истцу убытков в заявленном размере. Факт исключения общества из ЕГРЮЛ в административном порядке не может являться бесспорным доказательством вины ФИО1 и безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Доказательства того, что ФИО1 в период исполнения обязанностей генерального директора общества совершены какие-либо действия, которые могли быть оценены как неразумные либо недобросовестные и повлекшие причинение истцу убытков, как и доказательств того, что ФИО1 незаконно распоряжался принадлежащими обществу денежными средствами, скрывал имущество общества, выводил активы и т.д. в материалы дела не представлены.

Поскольку истец в нарушение требований ст. 65 АПК РФ не доказал обстоятельств, на которые он ссылался как на основание своих требований, вина и причинно-следственная связь между действиями ответчика и обстоятельствами неисполнения обязательств перед истцом, судом не установлена, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Довод истца о том, что суд необоснованно отказал истцу в истребовании доказательств, подтверждающих недобросовестное и неразумное поведение ответчика, апелляционной коллегией отклоняется.

В силу части 4 статьи 66 АПК РФ, лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательствам, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства.

Оценка доказательств на предмет их достоверности и достаточности относится к компетенции суда, поэтому реализация лицом, участвующим в деле, предусмотренного пунктом 4 статьи 66 АПК РФ права на обращение в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательств не предполагает безусловного удовлетворения судом соответствующей процессуальной просьбы.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Таким образом, истребуемые доказательства должны носить характер относимости к рассматриваемому спору.

Истец не обосновал, каким образом сведения о наличии недвижимого имущества у должника и сделок с ними, сведения о наличии транспортных средств будут являться доказательствами неправомерных действий ответчика, которые могут привести к привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Руководствуясь статьей 66 АПК РФ, исходя из фактических обстоятельств рассматриваемого спора, суд апелляционной инстанции полагает отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств обоснованным.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в том числе связанные с иным толкованием норм материального права, признаются апелляционным судом несостоятельными, не опровергают выводы суда первой инстанции и не свидетельствуют о наличии оснований для отмены принятого по делу судебного акта.

Заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения Арбитражного суда г. Москвы.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы распределяются в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 176, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2024 по делу № А40-297976/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судьяО.С. Гузеева

Судьи: В.Р. Валиев

М.Е. Верстова