Постановление от 12 июня 2024 г. по делу № А27-9844/2016

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



город Томск                                                                                           Дело № А27-9844/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 03.06.2024.

Постановление изготовлено в полном объеме 13.06.2024.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе судьи Аюшева Д.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Комиссаровой К.В., рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу (№07АП-425/2024) акционерного общества «Электросеть» на определение от 04.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области об индексации присужденных сумм и процессуальном правопреемстве по делу №А27-9844/2016 (судья Фуртуна Н.К)

по иску общества с ограниченной ответственностью «Доминанта» (603000, Нижегородская область, Нижний Новгород город, Холодный <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, дата прекращения деятельности: 11.08.2022)

к акционерному обществу «Электросеть» (652873, Кемеровская область - Кузбасс, Междуреченск г., Горького проезд, д. 25, ОГРН <***>, ИНН <***>),

заинтересованные лица: ФИО1, ФИО2,

о взыскании денежных средств,

при участии в судебном заседании:

от истца: без участия,

от ответчика: без участия,

от заинтересованных лиц: без участия, 



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Доминанта» (далее – ООО «Доминанта») обратилось к закрытому акционерному обществу «Электросеть» (в настоящее время акционерное общество «Электросеть», далее – АО «Электросеть») с иском о взыскании 436 707 руб. 24 коп. задолженности за поставленный товар, 4952 руб. 61 коп. пени.

Вступившим в законную силу решением от 26.07.2016 Арбитражного суда Кемеровской области требования удовлетворены в полном объеме: с АО «Электросеть» в пользу ООО «Доминанта» взыскано 436 707 руб. 24 коп. задолженности, 4952 руб. 61 коп. неустойки. Кроме того, взыскано 15 000 руб. судебных расходов на оплату услуг представителя, 11 333 руб. расходов по уплате государственной пошлины, всего 467 992 руб. 85 коп.

25.09.2023 ФИО1 обратился в суд с уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ заявлением об индексации присужденных сумм и процессуальном правопреемстве (л.д. 3 – 4, 15 т. 1).

Определением от 04.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области заявление удовлетворено частично. Произведена процессуальная замена взыскателя – ООО «Доминанта», на ФИО1 в части права требования индексации присужденных судом сумм в порядке статьи 183 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, на основании решения суда по настоящему делу. С АО «Электросеть» в пользу ФИО1 взыскано 5019 руб. 14 коп. индексации присужденных денежных сумм. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с указанным определением, АО «Электросеть» в апелляционной жалобе просит его отменить, разрешить вопрос по существу, отказав в удовлетворении заявления. В обоснование подателем жалобы указано следующее: судом отклонено ходатайство АО «Электросеть» об истребовании доказательств, в котором ответчик просил истребовать у заявителя (ФИО1) документы, подтверждающие перечисление денежных средств ООО «Доминанта» ФИО1 в счет оплаты по договору цессии от 05.08.2022, документы, подтверждающие факт оплаты АО «Электросеть» присужденных судом сумм ООО «Доминанта» во исполнение решения суда по делу №А27-9844/2016, на которые заявитель ссылается при расчете индексации присужденных сумм в порядке ст. 183 АПК РФ, доказательства уведомления должника о произведенной уступке права по договору цессии. Указанное ходатайство было аргументировано тем, что ООО «Доминанта» ликвидировано  11.08.2022,  а  исключение  данного общества из Единого государственного реестра юридических лиц ставит под сомнение заключение договора цессии. Кроме того, договор заключен 05.08.2022, то есть за 6 дней до исключения юридического лица из ЕГРЮЛ. Указанный договор цессии не скреплен печатью юридического лица (цедентом), хотя истец имел печать и проставлял ее на документах (в том числе договор поставки № 1510-150р от 07.10.2015, заключенный между сторонами спора), при этом подписи директора ФИО2 в договорах разнятся. При подаче заявления об индексации присужденных сумм ФИО1 указывает период индексации - с 17.07.2016 по 25.11.2016. После ознакомления с отзывом ответчика на заявление об индексации от 09.10.2023, в котором была указана действительная дата исполнения суда - 17.11.2016, заявитель уточняет расчёт индексации на указанную ответчиком дату. Таким образом, АО «Электросеть» полагает, что заявитель не располагал достоверными данными, необходимыми для расчета суммы индексации, что ставит под сомнение подлинность договора цессии. АО «Электросеть», считает, что сведения о лице (ФИО2), которое могло заключить сделку фактически, а также о самом юридическом лице взято из открытых источников (сайт арбитражного суда www.kad.arbitr.ru, №alog.ru, а также spark-i№terfax.ru, rusprofile.ru и другие аналогичные источники). Учитывая вышеизложенные обстоятельства, ответчик, с целью установления самого факта заключения договора цессии от 05.08.2022, то есть перехода прав требования к заявителю, направил ходатайство об истребовании доказательств. Отказав в удовлетворении указанного ходатайства, суд неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, а обстоятельства, имеющие значение для дела, которые суд считал установленными, остались недоказанными. Доводы АО «Электросеть» о принудительном исполнении судебного акта, пропуске разумного срока для обращения в суд и злоупотреблении правом, изложенные в дополнительном отзыве от 03.11.2023 и отклоненные судом в обжалуемом определении, имеют значение для рассмотрения дела, о чем свидетельствует сложившаяся судебная практика: дела №№А40-63090/16-114-534, А07-20374/2013, А07-15617/2012, А07-1166/2012.

В целях правильного рассмотрения процессуального вопроса о правопреемстве апелляционный суд определением от 20.02.2024 привлек к участию в деле в качестве заинтересованного лица ФИО2, которая являлась единоличным исполнительным органом прекратившего в настоящее время деятельность ООО «Доминанта».

В настоящее судебное заседание ответчик, заинтересованные лица явку представителей не обеспечили.

Апелляционная жалоба в соответствии со статьей 156 АПК РФ рассмотрена в отсутствие представителей указанных лиц.

От ответчика поступило письменное ходатайство о приостановлении производства по делу до рассмотрения Верховным Судом Российской Федерации кассационной жалобы по делу №А50-10315/2010.

Апелляционный суд счел данное ходатайство не подлежащим удовлетворению, поскольку указанные в ходатайстве основания не препятствуют разрешению вопроса по существу.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность определения суда первой инстанции, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В обоснование заявления о процессуальном правопреемстве и индексации присужденных сумм ФИО1 сослался на заключенный между ООО «Доминанта» (цедент) и ним (цессионарий) договор от 05.08.2022 об уступке права требования (цессии), по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в 100% право требования индексации присужденных судом сумм в порядке статьи 183 АПК РФ и пользование чужими денежными средствами ст. 395 ГК РФ, исходящих из дела №А27-9844/2016.

Статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) предусмотрено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий.

В соответствии со статьей 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ, в случае выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает об этом в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Удовлетворяя заявление ФИО1 о процессуальном правопреемстве и индексации присужденных сумм, суд первой инстанции исходил из того, что условия договора уступки права требования позволяют идентифицировать передаваемое право требования, сам договор уступки права требования соответствует требованиям законодательства, не противоречит закону, не нарушает прав третьих лиц, а также передаваемые права не находятся в неразрывной связи с личностью кредитора. Доводы АО «Электросеть» об отсутствии оплаты уступаемого права и отсутствии перехода по договору отклонены как противоречащие положениям пункта 2 статьи 389.1 ГК РФ. Довод ответчика о злоупотреблении правом со стороны заявителя судом первой инстанции отклонен как неподтвержденный документально.

Вместе с тем судом первой инстанции не учтено следующее.

В силу части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Из приведенной нормы права следует, что основанием процессуального правопреемства является правопреемство в материальном правоотношении, при этом перечень оснований для замены стороны ее правопреемником является открытым.

Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном процессе производится после того, как правопреемство произошло в материальном гражданском правоотношении (определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.09.2020 № 302-ЭС20-9010(1,2).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 16.11.2018 № 43 «По делу о проверке конституционности части первой статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО3 и ФИО4», правопреемство как институт процессуального права неразрывно связано с правопреемством как институтом гражданского права, поскольку необходимость привести процессуальное положение лиц, участвующих в деле, в соответствие с их юридическим интересом обусловливается изменениями в материально-правовых отношениях, то есть переход субъективного права или обязанности в гражданском правоотношении, по поводу которого производится судебное разбирательство, к другому лицу служит основанием для гражданского процессуального правопреемства.

К числу таких оснований федеральный законодатель, как это следует из статьи 48 АПК РФ относит как юридические факты, связанные с выбытием участвующего в деле лица из процесса в результате прекращения его процессуальной правоспособности, когда речь идет об универсальном правопреемстве (смерть гражданина, бывшего стороной либо третьим лицом, - пункт 2 статьи 17 ГК РФ; реорганизация юридического лица - статьи 57 и 58 ГК РФ), так и юридические факты, связанные с выбытием участвующего в деле лица из конкретного материального правоотношения (спорного или установленного судом), то есть ситуации сингулярного правопреемства (перевод долга, уступка требования и другие случаи перемены лиц в обязательстве).

В соответствии с главой 24 ГК РФ уступка права требования является одним из способов перемены лиц в обязательстве.

На основании пункта 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пункту 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Положения главы 24 ГК РФ не содержат специальных указаний о существенных условиях в сделках уступки права (требования). Поскольку целью сделки является передача обязательственного права требования от одного лица (первоначального кредитора, цедента) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указание на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает или уступает право требования, а цессионарий соглашается принять или принимает это право. При этом законодатель не связывает возможность уступки права (требования) с бесспорностью последнего (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2015 № 70-КГ14-7).

Материально-правовое правопреемство на основании сделки уступки права требования не порождает процессуальное правопреемство автоматически. Правопреемство в материальном правоотношении, находящемся в судебной стадии реализации является основанием для осуществления судом правопреемства в процессуальных отношениях. Для этого необходимо волеизъявление сторон сделки (цедента или цессионария), выраженное в обращении к суду с соответствующим заявлением.

В качестве условия процессуального правопреемства, возникающего на основе правопреемства материально-правового, законодатель закрепил изменение субъектного состава спорного правоотношения - выбытие одной из его сторон. Потому другая сторона правоотношения, исходя из характера спора и вероятных для нее негативных последствий осуществления судом процессуального правопреемства, может как не соглашаться в целом с самой возможностью правопреемства в правоотношении, в котором она участвует, так и возражать против конкретного субъекта, намеренного вступить в правоотношение в качестве правопреемника выбывшей стороны, полагая его ненадлежащим.

Так, ликвидация взыскателя, являющегося юридическим лицом, о чем внесена запись в ЕГРЮЛ (что, например, имело место в деле ФИО5), может повлечь прекращение исполнительного производства судебным приставом-исполнителем (пункт 7 части 2 статьи 43 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве») вследствие прекращения самого обязательства при прекращении кредитора без правопреемства, а также распределение обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица (пункт 5.2 статьи 64 ГК Российской Федерации) и иные последствия, могущие оказать существенное влияние на объем материальных прав и обязанностей должника в установленном судом правоотношении.

Не исключены и процессуальные нарушения при рассмотрении судом вопроса о правопреемстве. На то, что сторона правоотношения может не соглашаться на замену судом другой стороны иным субъектом в порядке процессуального правопреемства или возражать против соответствующего акта суда вследствие допущенного нарушения норм процессуального права при его принятии, указывает и сам законодатель, предоставляя в части 2 статьи 48 АПК Российской Федерации заинтересованным лицам право обжаловать этот судебный акт.

Разрешение судом заявленных требований и вынесение по делу решения, содержащего в резолютивной части вывод об их удовлетворении или об отказе в таковом полностью или частично, после его вступления в законную силу (или немедленно после вынесения в предусмотренных законом или установленных судом случаях) предполагает его исполнение проигравшей стороной в пользу другой стороны на основании статей 16, 170, 180 и 182 АПК Российской Федерации в предусмотренном законом порядке. Однако с учетом того, что такое исполнение должник обязан осуществить не произвольному, а конкретному лицу, указанному в решении суда или в исполнительном документе, замена судом взыскателя в порядке процессуального правопреемства имеет важнейшее значение для должника: неверное определение судом лица, в пользу которого должник обязан исполнить соответствующее требование, повлечет, во-первых, исполнение ненадлежащему взыскателю - вразрез с конституционными предписаниями и задачами правосудия, а во-вторых, необходимость задействовать процедуры, связанные с истребованием неосновательно полученного от ненадлежащего взыскателя, включая поворот исполнения судебного акта или взыскание неосновательного обогащения (если будет установлено неверное определение судом правопреемника на стороне взыскателя, как произошло, например, в деле ФИО5 на стадии кассационного производства), что, требуя участия в них должника, также накладывает на последнего дополнительные, не обусловленные принятым по существу спора решением суда, обременения. При этом усилия должника, нацеленные на деятельное противодействие замене на стороне взыскателя, обусловлены не его собственными действиями, а исключительно действиями иного лица, не принимавшего ранее участия в деле и полагающего себя, в том числе безосновательно, правопреемником стороны в этом деле (Постановление Конституционного Суда РФ от 28.05.2024 № 26-П).

Согласно правовой позиции, неоднократно высказанной Конституционным Судом Российской Федерации (Постановления от 06.06.1995 № 7-П, от 13.06.1996 № 14-П, Определение от 18.01.2011 № 8-О-П), суды при рассмотрении дела обязаны исследовать по существу его фактические обстоятельства и не должны ограничиваться только установлением формальных условий применения нормы; иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным. Оценка доказательств, позволяющих, в частности, определить обстоятельства заключения договора, и отражение ее результатов в судебном решении является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Суд определяет фактические обстоятельства, подлежащие доказыванию, круг необходимых доказательств, подлежащих исследованию, нормы материального права, регулирующие правоотношения, состав лиц, чьи права и интересы могут быть затронуты судебным разбирательством и судебным актом, при этом, кроме истребования доказательств (по ходатайству сторон или по своей инициативе), содействие суда в сборе доказательств заключается в разрешении вопросов о назначении экспертизы, вызове в судебное заседание экспертов, свидетелей, специалиста, принятии мер по обеспечению доказательств, направлении судебных поручений. При принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (статья 133, часть 2 статьи 65, часть 1 статьи 168 АПК РФ).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений (часть 1 статьи 65, статья 71 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Реализуемая участниками процесса состязательность заключается прежде всего в представлении собственных доказательств, а также опровержении доказательств своего процессуального оппонента, которые позволяют суду прийти к внутреннему убеждению о правоте занимаемой участником процесса позиции по делу.

В случаях, когда процессуальные возможности участвующих в деле лиц заведомо неравны (что характерно, в частности, для споров, осложненных аффилированностью лиц или банкротным элементом), цели справедливого, состязательного процесса достигаются перераспределением судом между сторонами обязанности по доказыванию значимых для дела обстоятельств.

В результате такого перераспределения слабая сторона представляет в обоснование требований и возражений минимально достаточные для подтверждения своей позиции доказательства, принимаемые судом при отсутствии их опровержения другой стороной спора, которая, в свою очередь, реализует бремя доказывания по повышенному стандарту, что предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств требований и возражений, судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором. Изучению подлежит сама возможность исполнения сделок, лежащих в основе оспариваемого притязания, в связи с чем должен быть проведен анализ всей производственной цепочки, реальности, экономической целесообразности сделок, а также их фактической исполнимости, исходя из количества и физических свойств товара, характера услуг, реального наличия денежных средств и прочее (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-17063(3), № 305-ЭС18-17063(4), от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2)).

Ответчик (должник) не являясь стороны договора уступки, объективно ограничен в средствах доказывания порочности указанных заявителем оснований правопреемства, а потому объективно нуждается в процессуальной помощи со стороны суда, который являясь уполномоченным на разрешение спора органом власти, исходя из изложенного обязан в данном случае правильно определить бремя доказывания.

Как следует из материалов дела, в первом отзыве на заявление (л.д. 11 т. 1) АО «Электросеть» не только поставлен под сомнение факт отсутствия правопреемства взыскателя в материальном правоотношении, но также приведены существенные к этому аргументы.

Так, ответчик указал, что в настоящее время ООО «Доминанта» прекратило деятельность (исключено из ЕГРЮЛ), цессионарий (заявитель) не представил доказательства оплаты (по пункту 3.2 договора уступки оплата должна быть произведена до 15.08.2022).

Кроме того, ответчик сослался на вступившее в законную силу определение от 05.10.2023 Арбитражного суда Иркутской области по делу №А19-11607/2021, которым в удовлетворении заявления о процессуальной замене ФИО1 отказано. В указанном определении установлены обстоятельства, что представленный заявителем договор, условия которого аналогичны рассматриваемому в настоящем деле, фактически не обеспечен правами, поскольку соответствующие права ранее уступлены в пользу иного лица.

 Ответчик также обращал внимание, что договор уступки датирован 05.08.2022, однако заявитель обратился лишь 25.09.2023.

При рассмотрении дела ответчик также обращал внимание, что документы, подтверждающие факт оплаты АО «Электросеть» присужденных судом сумм ООО «Доминанта» во исполнение решения суда по делу №А27-9844/2016, на которые заявитель ссылается при расчете индексации присужденных сумм в порядке ст. 183 АПК РФ, не представлены.

Договор уступки заключен 05.08.2022, то есть за 6 дней до исключения юридического лица из ЕГРЮЛ. Указанный договор цессии не скреплен печатью юридического лица (цедентом), хотя истец имел печать и проставлял ее на документах (в том числе договор поставки № 1510-150р от 07.10.2015, заключенный между сторонами спора), при этом подписи директора ФИО2 в договорах разнятся.

При подаче заявления об индексации присужденных сумм ФИО1 указывает период индексации - с 17.07.2016 по 25.11.2016. После ознакомления с отзывом ответчика на заявление об индексации от 09.10.2023, в котором была указана действительная дата исполнения суда - 17.11.2016, заявитель уточняет расчёт индексации на указанную ответчиком дату.

Таким образом, АО «Электросеть» полагает, что заявитель не располагал достоверными данными, необходимыми для расчета суммы индексации, что ставит под сомнение подлинность договора цессии.

По указанным причинам АО «Электросеть» полагало, что сведения о лице (ФИО2), которое могло заключить сделку фактически, а также о самом юридическом лице взято из открытых источников (сайт арбитражного суда www.kad.arbitr.ru, №alog.ru, а также spark-i№terfax.ru, rusprofile.ru и другие аналогичные источники).

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, ответчик, с целью установления самого факта заключения договора цессии от 05.08.2022, то есть перехода прав требования к заявителю, направил и направил ходатайство об истребовании доказательств.

Однако суд первой инстанции необоснованно проигнорировал совокупность указанных ответчиком доводов и сведений, позволяющих, пока не доказано обратное, считать, что фактически договор уступки между ООО «Доминанта» и ФИО1 не заключался.

Судом без внимания также оставлено обстоятельство, что договор уступки представлен посредством электронной системы подачи документов «Мой арбитр».

При данных обстоятельствах суд обязан был предложить заявителю представить подлинный экземпляр, а также истребимые ответчиком документы, а также обосновать выявленные ответчиком просчеты при расчете суммы индексации.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57, в случае направления в суд электронных образов доказательств суд после возбуждения производства по делу может потребовать представления подлинников данных доказательств, в частности, если у судьи возникли основанные на материалах дела сомнения в достоверности представленных доказательств и (или) вопрос об их достоверности вынесен на обсуждение лиц, участвующих в деле (статьи 67, 71 ГПК РФ, статьи 71, 75 АПК РФ, статьи 70, 84 КАС РФ).

Определением от 08.05.2024 апелляционный суд предложил ФИО1 представить оригинал (подлинный экземпляр) договора уступки права требования (цессии) от 05.08.2022 для приобщения к материалам дела, а также в целях проверки заявленных ответчиком доводов; доказательства оплаты за уступленное право, либо объяснения о причинах неоплаты; объяснения относительно отсутствия оттиска печати на договоре от 05.08.2022, отсутствии визуального тождества подписей, а также относительно иных возражений ответчика, заявленных как при рассмотрении данного процессуального вопроса в суде первой, так и апелляционной инстанции.

От исполнения указанного определения ФИО1 уклонился, чем принял на себя соответствующие процессуальные риски, связанные с выводом суда о признании соответствующего обстоятельства другой стороной спора (часть 3.1 статьи 70 АПК РФ).

Кроме того, как обоснованно указывает АО «Электросеть» ФИО1 в арбитражные суды направлены аналогичные заявления о процессуальном правопреемстве и об индексации присужденных сумм по делам:

- №А27-18746/2021 (ООО «Ремстрой НК»), 30.11.2023 подано заявление о фальсификации, 22.12.2023 заявитель направил отказ от заявления;

- №А27-13506/2018, №А27-7635/2018 (ООО «СП Промстройпроект»), 22.11.2023 подано заявление о фальсификации, 22.12.2023 заявитель направил отказ от заявления;

- №А27-26280/2016, №А27-5846/2015 (ООО «Сибирь Электрик») 22.12.2023 заявитель направил отказ от заявления;

- №А27-7920/2014, №А27-7917/2014 (ООО «СПК «Системы учета»)/ 22.11.2023 подано заявление о фальсификации, 22.12.2023 заявитель направил отказ от заявления;

- № А27-4588/2014, №А27-4587/2014 (ООО Торговый Дом «ЭнергоХолдинг»); 30.01.2024 направлено заявление о фальсификации, дело находится на рассмотрении.

- №А27-2575/2014 (ООО «Урал-ОСТ») 29.01.2Q24 направлено заявление о фальсификации, ФИО1 не представил оригинал договора уступки права, в заявлении об индексации отказано;

- № 07-3280/2014 (ООО «СтроМед»), 27.11.2023 ФИО1 направил ходатайство об отказе от заявления.

Все вышеуказанные организации ликвидированы, о чем внесены соответствующие записи в ЕГРЮЛ. Вместе с заявлением о процессуальном правопреемстве от имени ФИО1 в арбитражный суд предоставляется договор уступки (цессии), заключенный за несколько дней или месяцев до ликвидации юридического лица. В договорах уступки (цессии) имеется подпись руководителя, печатью юридического лица (цедентом) договор уступки не удостоверен (в некоторых делах договор с печать был приобщен в материалы дела позже, то есть первоначально был представлен договор без печати), хотя юридическое лицо имело печать и проставляло ее ранее на документах (договорах подряда, поставки). Руководители вышеуказанных организаций (ООО «УралОСТ» - ФИО6, ООО «Системы учета» - ФИО7), в устной беседе отрицают факт заключения договоров уступки (цессии) с ФИО8

Согласно паспорта, представленному ФИО1 в материалы дела, он зарегистрирован по адресу: <...> с 27.04.2016, а в договорах цессии он указывает иной адрес.

Вышеуказанные обстоятельства ставили под сомнение заключение договора цессии (уступки) вышеуказанными контрагентами и ФИО1, в связи с чем, АО «Электросеть» в порядке ст.161 АПК РФ направляло в Арбитражный суд Кемеровской области заявления о фальсификации доказательств (договора цессии), вместе с тем 06.12.2023 АО «Электросеть» были направлены заявления в правоохранительные органы.

Кроме того, ФИО1 аналогичные заявления неоднократно направлялись в арбитражные суды: А07-15434/2014, А07-15430/2014, А07-13871/2014, А07-31514/2017, А83-7499/2018, А83-7498/2018, А83-7497/2018, А83-7496/2018АЗЗ-7878/2016, А83-5317/2018, АЗЗ-20874/2016, А10-4628/2016. По указанным делам ФИО1 также направлял заявление об отказе от поданного заявления о процессуальном правопреемстве и об индексации присужденных судом сумм.

Учитывая вышеизложенное, действия ФИО1 являются недобросовестными, направленными на причинение вред другому лицу, что согласно статье 10 ГК РФ является недопустимым.

По указанным причинам в удовлетворении заявления о процессуальной замене и индексации присужденных сумм суду первой инстанции следовало отказать.

На основании изложенного определение суда первой инстанции подлежит отмене как вынесенное в связи с нарушением норм процессуального права, в удовлетворении заявления ФИО1 следует отказать.

Руководствуясь статьей 271, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 



П О С Т А Н О В И Л:

определение от 04.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-9844/2016 отменить.

Заявление ФИО1 о процессуальном правопреемстве  и об индексации присужденных денежных сумм оставить без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.


Судья                                                                                                                   Д.Н. Аюшев