Постановление от 11 февраля 2025 г. по делу № А03-4142/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск                                                                                       Дело № А03-4142/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2025 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                         Фаст Е.В.,

судей                                                                         Кривошеиной С.В.,

                                                                                  Логачева К.Д. ,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дубаковой А.А., с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№ 07АП-9499/24 (1)) на определение от 27.10.2024 Арбитражного суда Алтайского края (в редакции определения об исправлении опечатки от 27.10.2024) (судья Чайка А.А.) по делу № А03-4142/2023 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>, далее – должник) по объединенному обособленному спору по заявлению ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов должника в размере задолженности 969 051,31 руб. и заявлению финансового управляющего имуществом должника о признании недействительной сделкой - предварительного договора купли-продажи жилого дома и земельного участка № б/н от 16.03.2023.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: публичное акционерное общество «Сбербанк России».

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО1: ФИО1 (паспорт);

от ФИО3: ФИО3 (паспорт).

Суд

установил:

в деле о банкротстве должника ФИО1 (далее – заявитель, кредитор, ФИО1) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании обоснованным и включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 969 051,31 руб., переданных по предварительному договору купли-продажи жилого дома и земельного участка от 16.03.2023 (далее – предварительный договор от 16.03.2023).

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным предварительного договора от 16.03.2023, подписанного между ФИО2 и ФИО1, в отношении жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: Алтайский край, город Барнаул, <...> (далее – предмет сделки, домовладение).

Определением суда от 16.10.2023 (резолютивная часть от 10.10.2023) рассмотрение заявления ФИО1 и заявления финансового управляющего объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда от 16.11.2023 (резолютивная часть от 14.11.2023) к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Сбербанк» (далее – третье лицо, ПАО Сбербанк).

Определением суда от 27.10.2024 (резолютивная часть от 14.10.2024, в редакции определения об исправлении опечатки от 27.10.2024) заявление финансового управляющего удовлетворено, недействительной сделкой признан предварительный договор от 16.03.2023, подписанный между ФИО2 и ФИО1; в удовлетворении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 969 051,31 руб. отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить и удовлетворить его заявление, отказав в признании оспариваемой сделки недействительной, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда, неправильное применение норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает на наличие у ответчика финансовой возможности произвести платежи по спорной сделке, реальность расчетов через банк, при этом ссылается на возникновение реальной задолженности после того, как у ответчика пропал интерес к приобретению имущества должника.

Кредитор ФИО3 и финансовый управляющий в представленных в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отзывах возражают против удовлетворения апелляционной жалобы.

В судебном заседании ФИО1 настаивал на доводах апелляционной жалобы; кредитор ФИО3 просил отказать в её удовлетворении.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на неё, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Из материалов дела следует, 16.03.2023 между ФИО2 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: Алтайский край, город Барнаул, <...>, по условиям которого продавец обязуется в будущем заключить основной договор купли-продажи и передать в собственности покупателя домовладение, а покупатель обязуется в будущем заключить основной договор купли-продажи, принять и оплатить приобретаемые объекты недвижимости.

В соответствии с пунктами 1.4., 1.4.1. продавец гарантирует, что до подписания договора объекты недвижимости никому другому не проданы, в споре не состоят и являются свободными от любых притязаний со стороны третьих лиц, покупатель уведомлен о том, что объекты недвижимости находятся в обременении общества «Сбербанк» в силу ипотеки, которая должна быть погашена продавцом до заключения основного договора.

Основной договор должен быть заключен не позднее 01.08.2023, срок заключения договора может быть продлен (пункт 1.5. договора).

Цена объектов недвижимости составляет 8 000 000 руб., в том числе, земельный участок 1 500 000 руб., жилое помещение 6 500 000 руб.

В соответствии с пунктом 2.3. с целью подтверждения намерения заключить основной договор покупатель передает аванс в размере 955 000 руб. в безналичной форме.

В подтверждение факта внесения аванса ФИО1 представлены поручения о перечислении на счет должника от 10.04.2023 на сумму 956 052,37 руб. (комиссия за перевод – 5 000 руб.), от 12.04.2023 на сумму 7 998,94 руб.

Производство по делу о банкротстве ФИО2 возбуждено 06.04.2023.

Определением суда от 07.06.2023 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Ссылаясь на наличие задолженности по предварительному договору от 16.03.2023, ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении соответствующей задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Финансовый управляющий, полагая, что указанная сделка совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности, без намерения создать соответствующие правовые последствия, направлена на искусственное увеличение кредиторской задолженности, обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Удовлетворяя заявленные финансовым управляющим требования и отказывая в удовлетворении требований ФИО1, суд первой инстанции, исходил из того, что оспариваемая сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, подлежит признанию недействительной по статье 170 ГК РФ (мнимая сделка).

В соответствии со статьей 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом.

Пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве установлено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом.

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона, в силу пунктов 3 - 5 которой проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны, а установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Верховный Суд Российской Федерации в периодических и тематических обзорах судебной практики неоднократно подчеркивал, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования, что связано, в первую очередь, с тем, что нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о недостаточности его имущественной массы для погашения долга перед всеми кредиторами, которые, разумно рассчитывая на погашение имеющейся перед ними задолженности, объективно заинтересованы в том, чтобы в реестр включались только реально существующие требования, наличие и размер которых не вызывает сомнений, ввиду чего судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле, и для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

Таким образом, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить возможность произвести расчеты по сделке с учетом его финансового положения.

Еще более строгий стандарт доказывания по сравнению с требованиями, предъявляемыми к обычному кредитору в деле о банкротстве, подлежит применению при предъявлении требований кредитором, являющимся аффилированным по отношению к должнику.

Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определение Верховного Суда РФ от 11.09.2017 по делу № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 по делу № 306-ЭС16-20056(6)).

В настоящее время аналогичные, по сути, разъяснения, содержатся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 АПК РФ» (далее - Постановление № 40).

Исходя из разъяснений, данных в абзаце третьем пункта 27 Постановления № 40, при рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований в реестр, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по заявленным взаимоотношениям. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников) (постановление Президиума ВАС РФ от 18.10.2012 № 7204/12, определение Верховного Суда РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

При квалификации сделки в качестве мнимой необходимо установить ее фиктивный характер, который заключается в отсутствие у сторон такой сделки цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При этом следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление № 25).

Для целей проверки доводов сторон о мнимости оспариваемой сделки и наличия финансовой возможности у ФИО1 осуществить исполнение по предварительному договору от 16.03.2023, судом первой инстанции истребованы от налогового органа и кредитных организаций сведения о доходах, суммах налога, об открытых счетах, вкладах и обязательствах заинтересованного лица.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 осуществляет профессиональную деятельность в статусе адвоката и является плательщиком НДФЛ; доход за 2019 год составил 284 500 руб., за 2020 год – 358 000 руб., за 2021 год – 617 500 руб., за 2022 год – 720 000 руб.; иных доходов не раскрыл; состоит в официальном браке; по состоянию на дату совершения сделки имеет на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка; в собственности находятся транспортные средства Субару Аутбек, 2012 года выпуска, Опель Астра, 2013 года выпуска, прицеп МЗА 817704, 2021 года выпуска, а также единственное жилье – квартира, расположенная по адресу: <...>, в отношении которой наложены три запрета на регистрационные действия Федеральной службой судебных приставов.

ФИО1 имеет заемные обязательства перед кредитными учреждениями:

 - АО «ЮниКредитБанк» - по кредитному договору от 22.07.2019 на сумму 819 000 руб. (сумма ежемесячного платежа – 19 015 руб.), по кредитному договору от 01.06.2021 на сумму 1 312 353 руб. (сумма ежемесячного платежа – 28 469 руб.), по кредитному договору от 01.06.2018 на сумму 300 000 руб., кредитному договору от 29.11.2012 на сумму 300 000 руб.

 - ПАО Сбербанк - по кредитному договору от 09.12.2021 на сумму 409 663,87 руб. (сумма ежемесячного платежа – 9 883,84 руб. (в 2022 году имелись просрочки по ежемесячным платежам), кредитном договоре от 22.08.2018 о выдаче кредитной карты на сумму 340 000 руб., сумма ежемесячного платежа – от 8 000 руб. до 14 000 руб., на дату совершения сделки кредит не был погашен;

- АО «Банк Русский Стандарт» - по кредитному договору от 16.12.2021 №800286004 она сумму 400 000 руб. (сумма ежемесячного платежа – 14 550 руб.).

Анализ выписок, представленных кредитными организациями, показал отсутствие фактов аккумулирования денежных средств в преддверии заключения оспариваемой сделки в размере сопоставимом с общей суммой исполнения по сделке.

Из полученных сведений из банков, налоговых органов и органов регистрации имущества, следует, что ФИО1 не имел достаточного количества денежных средств на приобретение недвижимости стоимостью 8 000 000 руб.

Доход ФИО1 был относительно невысокий, имелось несколько кредитных обязательств, то есть высокая кредитная нагрузка, а также просрочки по исполнению кредитных обязательств, которые препятствовали получению ипотеки еще одной, так как за единственное жилье ипотечное обременение не снято до настоящего времени.

Суд первой инстанции, соотнеся размер дохода ФИО1, объем его денежных обязательств перед кредиторами, характер их исполнения (наличие просрочек по платежам, возбуждение исполнительных производств, в том числе, с принятием мер в виде наложения ареста на квартиру), денежных средств в размере не менее прожиточного минимума, необходимых для содержания как его самого, так и лиц, находящийся на его иждивении, пришел к правильному выводу о том, что имущественное положение ответчика не позволяло осуществить исполнения по спорной сделке.

В настоящем деле судом первой инстанции полно и достоверно установлены обстоятельства заинтересованности (фактической аффилированности) сторон через нетипичность отношений участников предварительного договора от 16.03.2023 (в том числе, обстоятельства утраты интереса у ФИО1 к сделке при внесении значительного аванса лишь по той причине, что должник находится в процедуре банкротства; не раскрыто в чем состояла целесообразность выбора домовладения, обремененного ипотекой и действующими арестами, не раскрыто чем вызвано расхождение согласованной суммы аванса в размере 955 000 руб., перечисленной по платежным документам в размере 964 051 руб. 31 коп. и указанной в заявлении о включении в реестр требований кредиторов в размере 970 000 руб. (в последствии не уточненной); отказ от заключения основного договора на предложение финансового управляющего имуществом должника о готовности дать согласие на заключения основного договора; отсутствие гарантий возврата передаваемых денежных средств в качестве уплаты аванса в счет оплаты задолженности по ипотеке должника и осведомленности о финансовых проблемах должника, наличии возбужденных исполнительных производств на значительную сумму в отношении должника, ареста продаваемого дома и земельного участка пошел на заключение сделки и передал должнику денежные средства в размере 969 051,31 руб., а при предложении ему финансовым управляющим завершить оформление сделки по цене 8 000 000 руб., как и указано в пункте 2.1. предварительного договора от 16.03.2023 - отказался в судебном заседании, что предполагает риск утраты переданных денежных средств, а так же не достижение конечной цели в виде получения земельного участки и расположенного на нём жилого дома), отсутствие накоплений, внутрибанковских, межбанковских переводов и снятие денежных средств в размере сопоставимом с суммой исполнения по сделке.

Из анализа представленных банковских выписок по счету заявителя в ПАО Сбербанк следует, что движение денежных средств носит безналичный характер (по сути транзитный), то есть денежные средства поступают на счет путем внутрибанковских переводов в качестве вознаграждения за трудовую деятельность, а далее перечисляются между счетами заявителя или переводом между своими счетами в других банках, снимаются наличными в банке или в банкоматах, либо переводятся далее на свои же счета и снимаются наличными, иные счета в виде совершения покупок и различного вида оплат в незначительных суммах, производится погашение кредитных обязательств; по счету № 42307810002006716256 ПАО Сбербанк за период с 01.01.2019 по 30.04.2023 - 10.04.2023 совершена единичная операция по внесению наличных денежных средств в сумме 961 032,37 руб., происхождение которых ответчиком не раскрыто.

Представленные выписки не содержат сведений об источниках поступления денежных средств на счет заявителя, операции в основной своей массе не индивидуализированы.

Данные обстоятельства также свидетельствуют о транзитном характере движения денежных средств.

В связи с чем не имеют правового значения доводы о наличии на счетах оборотов на значительные суммы, при этом обороты по счетам не подтверждают факт аккумулирование денежных средств на дату заключения оспариваемой сделки.

Само по себе представление платежных документов о перечислении денежных средств на счет должника не свидетельствует о наличии возможности и фактическом исполнении сделки и не выходит за пределы типичного поведения сторон мнимой сделки.

Ответчик ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не раскрыл источники информирования о предложении к продаже приобретаемого объекта недвижимости (объявление о продажи объектов недвижимости, переписка с риелтором или продавцом), ограничился лишь указанием на «знакомых риелторов», тогда как на момент совершения сделки имелась информация в открытых источниках о наличии возбужденных исполнительных производств на значительную сумму в отношении должника, ареста продаваемого дома и земельного участка пошел на заключение сделки.

При этом, финансовый управляющий пояснил, что на момент совершения сделки мог быть совершен транзит денежных средств от самого должника через счет ФИО1, поскольку у должника на момент заключения сделки имелись свободные денежные средства для такого перечисления.

Кроме того, ответчиком не раскрыто, в чем состояла целесообразность выбора домовладения, обремененного ипотекой и действующими арестами, не раскрыто, чем вызвано расхождение согласованной суммы аванса в размере 955 000 руб., перечисленной по платежным документам в размере 964 051,31 рубль и указанной в заявлении о включении в реестр требований кредиторов в размере 969 051,31 рубль.

При рассмотрении спора финансовый управляющий имуществом должника заявлял о готовности дать согласие на заключения основного договора и проведения регистрационных действий по согласованной сторонам условий сделки в предварительном договоре от 16.03.2023 по цене 8 000 000 руб., однако ФИО1 отказался от сделки в виду того, что якобы уже передумал заключать сделку.

Указанные обстоятельства в совокупности и такое поведения ФИО1 не соответствует стандартам поведению людей, попавших в аналогичную ситуацию, которые стремятся любыми способами преодолеть обстоятельства, препятствующие завершению начатой сделки с целью достижения конечного результата и получения объекта недвижимости, в том числе с учетом динамики роста цена на недвижимое имущество.

С учетом изложенного, оценив предварительный договор от 16.03.2023 в совокупности с поведением сторон сделки на предмет наличия признаков его недействительности по основаниям, предусмотренным в статье 170 ГК РФ, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что подлинная воля сторон не была направлена на установление соответствующих ей правоотношений, спорная сделка совершена без цели ее реального исполнения, воля сторон при совершении сделки фактически была направлена на обеспечение возможности преимущественного удовлетворения требования залогового кредитора с целью исключения возможности обращения взыскания на предмет залога в деле о банкротстве должника.

Спорный предварительный договор от 16.03.2023, по сути, направлен на создание у ФИО2 и ФИО1 фиктивной задолженности с целью её последующего включения в реестр требований кредиторов несостоятельного должника и, соответственно, на причинение вреда имущественным правам независимых кредиторов.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы сделка, оформленная  предварительным договором от 16.03.2023, является мнимой в силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Оценивая доводы о добросовестности ответчика, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

По мнению суда, такое поведение участников сделки является неразумным, и направленным в действительности на включение в реестр требований кредиторов должника несуществующей задолженности, что недопустимо в силу установленных статьей 10 ГК РФ ограничений.

С учетом изложенного, является правильным вывод суда первой инстанции о том, что предварительный договор от 16.03.2023 является мнимой сделкой, направленной на создание искусственной задолженности, в связи с чем подлежит признанию недействительным как по статье 170, так и по статье 10 ГК РФ.

Принимая во внимание, что предварительный договор от 16.03.2023, подписанный между ФИО2 и ФИО1, признан недействительной сделкой, что свидетельствует об отсутствии денежного обязательства у должника перед кредитором, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 969 051,31 руб.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, оснований для которой не имеется, поскольку судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

определение от 27.10.2024 Арбитражного суда Алтайского края (в редакции определения об исправлении опечатки от 27.10.2024) по делу № А03-4142/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий                                                                 Е.В. Фаст


 Судьи                                                                                              С.В. Кривошеина


                                                                                                          К.Д. Логачев