Постановление от 15 июля 2024 г. по делу № А07-28601/2022

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-5979/2024
г. Челябинск
15 июля 2024 года
Дело № А07-28601/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 15 июля 2024 года


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Курносовой Т.В., судей Кожевниковой А.Г., Румянцева А.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Клочкович С.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 01.03.2024 по делу № А07-28601/2022 о признании сделки должника недействительной.

В заседании путем использования системы веб-конференции приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 01.09.2023);

акционерного общества «ЮниКредит Банк» (ОГРН <***>, далее – общество «ЮниКредит Банк») - ФИО3 (паспорт, доверенность от 01.08.2023).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда,



установил:

общество «ЮниКредит Банк» обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ликвидируемого должника - общества с ограниченной ответственностью «ЕвроТЭК» (ОГРН <***>, далее – общество «ЕвроТЭК»).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.11.2022 данное заявление принято, возбуждено производство по делу о банкротстве общества «ЕвроТЭК».

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.12.2022 общество «ЕвроТЭК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим имуществом должника утверждена ФИО4, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора уступки (цессии) от 18.02.2020, заключенного обществом «ЕвроТЭК» и ФИО1, и применении последствия недействительности данной сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника 3 319 450 руб. 20 коп. (с учетом уточнения заявленных требований, принятого на основании норм статьи 49 АПК РФ).

Определением суда от 24.01.2024 к рассмотрению обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно его предмета, привлечена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 01.03.2024 по настоящему делу заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

По мнению апеллянта, суд первой инстанции сделал необоснованный вывод о доказанности конкурсным управляющим обстоятельств, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной по статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), отмечая, что не доказано наличие у должника на момент ее заключения признаков неплатежеспособности, учитывая, что во внимание принято только наличие кредиторской задолженности по бухгалтерскому балансу, но не исследованы имущественное положение общества, наличие у него дебиторской задолженности и ведение им предпринимательской деятельности; а также не доказано отсутствие эквивалентного встречного предоставления, чему препятствовал отказ суда в удовлетворении ходатайства об истребовании сведений о приобретении ответчиком векселей публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» (далее – общество «Промсвязьбанк») и их последующем предъявлении должником в банк.

Кроме того, податель жалобы считает, что суд безосновательно принял во внимание представленную конкурсным управляющим оценку стоимости транспортного средства, являвшегося предметом спорного договора, учитывая, что такая оценка проведена без осмотра автомобиля.

Определением Восемнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 20.05.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 02.07.2024.

К назначенной дате судебного от общества «ЮниКредит Банк» поступил отзыв, в котором кредитор требования конкурсного управляющего поддержал, просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Отзыв на апелляционную жалобу также поступил от конкурсного управляющего должником - ФИО4, в котором она просит определение от 01.03.2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании в соответствии со статьей 262 АПК РФ представленные обществом «ЮниКредит Банк» и конкурсным управляющим отзывы приобщены к материалам дела.

Представитель апеллянта доводы апелляционной жалобы поддержал, просил ее удовлетворить и отменить обжалуемое определение суда первой инстанции.

Представитель кредитора общества «ЮниКредит Банк», ссылаясь на необоснованность доводов апеллянта, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела в порядке статей 121, 123 АПК РФ, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, что в соответствии со статьей 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Судом апелляционной инстанции представителю общества с ограниченной ответственностью «Каркаде» (ОГРН <***>, далее – общество «Каркаде») в порядке статьи 153.2 АПК одобрено ходатайство об участии в судебном заседании посредством веб-конференции, вместе с тем представитель к онлайн-заседанию не подключился.

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, то есть обществу фактически предоставлена возможность дистанционного участия в процессе, которая не реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля, суд не усмотрел оснований для отложения судебного заседания в соответствии со статьей 158 АПК РФ.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, обществом «ЕвроТЭК» (лизиногополучатель) и обществом «Каркаде» (лизингодатель) 20.03.2019 заключен договор лизинга № 2901/2019, в соответствии с пунктом 1.1 которого лизингодатель посредством заключения договора купли-продажи обязался приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца – общества с ограниченной ответственностью «АЦ-Челны» (далее - общество «АЦ-Челны») имущество, указанное в спецификации предмета лизинга (раздел 2), которое обязался предоставить лизингополучателю в лизинг по договору лизинга за плату во временное владение и пользование.

Согласно разделу 2 указанного договора лизинга - «Спецификация предмета лизинга», предметом лизинга выступил легковой автомобиль Audi Q7, 2018 г.в., кузов <***>, рабочий объем двигателя 2967,00 куб.см, цвет кузова черный, мощность двигателя 249 (183) л.с. (кВт), VIN <***>, изготовитель Audi AG (Словакия).

Стоимость предмета лизинга составила 4 295 833 руб. 33 коп. без учета НДС (пункт 3.1.1.1 договора лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019).

В пункте 3.2 названного договора сторонами согласован график платежей на период времени с 20.03.2019 по 20.02.2020, составляющих в общем размере 5 449 200 руб. 20 коп. с учетом НДС.

В соответствии с условиями договора лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019 обществом «АЦ-Челны» (продавец) и обществом «Каркаде» (покупатель) заключен договор купли-продажи (поставки) от 20.03.2019 № 2901/2019, по условиям которого продавец обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить автомобиль Audi Q7, 2018 г.в., кузов <***>, рабочий объем двигателя 2967 куб.см, цвет кузова черный, мощность двигателя 249 (183) л.с. (кВт), VIN <***> (раздел 1 данного договора).

В соответствии с пунктом 1.7 договора купли-продажи (поставки) от 20.03.2019 № 2901/2019 товар приобретается для последующей передачи обществу «ЕвроТЭК» в соответствии с договором лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019.

Общая стоимость транспортного средства составила 5 155 000 руб. с НДС (пункт 2.1 указанного договора купли-продажи (поставки)).

По акту приема-передачи к договору лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019 указанное транспортное средство передано обществу «ЕвроТЭК».

Согласно карточке счета 76.05 обществом «ЕвроТЭК» в период с 26.03.2019 по 20.01.2020 обществу «Каркаде» в соответствии с графиком платежей по договору лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019 внесены авансовый и лизинговые платежи со 2-го по 11-й в общей сумме 5 397 650 руб. 20 коп.: от 26.03.2019 на сумму 2 577 500 руб., от 24.04.2019 на сумму 282 015 руб. 02 коп., от 20.05.2019 на сумму 282 015 руб. 02 коп., от 20.06.2019 на сумму 282 015 руб. 02 коп., от 19.07.2019 на сумму 282 015 руб. 02 коп., от 20.08.2019 на сумму 282 015 руб. 02 коп., от 20.09.2019 на сумму 282 015 руб. 02 коп., от 18.10.2019 на сумму 282 015 руб. 02 коп., от 20.11.2019 на сумму 282 015 руб. 02 коп., от 19.12.2019 на сумму 282 015 руб. 02 коп., от 20.01.2020 на сумму 282 015 руб. 02 коп.

На конец указанного периода невыплаченным обществом «ЕвроТЭК» остался последний 12-й платеж в размере 51 550 руб., который подлежал уплате 20.02.2020.

При этом обществом «ЕвроТЭК» (цедент) и ФИО1 (цессионарий) 18.02.2020 заключен договор уступки, которым на цессионария за переведены права и обязанности лизингополучателя по договору лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019, в том числе, право внести последний 12-й лизинговый платеж и прибрести предмет лизинга в собственность.

По данным, представленным МВД по Республике Башкортостан в ответе на запрос от 03.10.2023, 27.02.2020 автомобиль Audi Q7, 2018 г.в., VIN <***> зарегистрирован за ФИО1

В последующем 28.10.2021 в связи со сменой собственника данный автомобиль зарегистрирован за ФИО5

По запросу суда органами ГИБДД в материалы дела представлен договор купли-продажи транспортного средства от 27.10.2021, заключенный ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель), в соответствии с которым автомобиль Audi Q7, 2018 г.в. перешел в собственность указанного покупателя, уплатившего за транспортное средство 3 500 000 руб.

Реальность смены собственника транспортного средства подтверждается, в том числе полученными по запросу суда от МВД по Республике Башкортостан, постановлениями по делам об административным правонарушениям, составленными по фактам нарушений в ПДД с участием автомобиля Audi Q7, 2018 г.в., зафиксированных автоматическими средствами фиксации, сведениями о лицах, оплативших штрафы, из которых следует, что после 28.10.2021 автомобилем фактически владеет ФИО5

Ссылаясь на то, что договор цессии от 18.02.2020 является для должника безвозмездной сделкой, при том, что согласно отчету от 15.12.2023 № 541, выполненному обществом с ограниченной ответственностью «Капитал-оценка», стоимость прав и обязанностей общества «ЕвроТЭК» по договору лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019 на дату уступки составляла 3 819 450 руб., на то, что данная сделка заключена с заинтересованным по отношению к нему лицом в целях причинения ущерба имущественным правам кредиторов общества, конкурсный управляющий обратился в суд с соответствующим заявлением.

В качестве последствия признания сделки недействительной управляющий просил взыскать с ФИО1 в конкурсную массу общества «ЕвроТЭК» разницу между рыночной стоимостью переданных ответчику по оспариваемой сделке прав и обязанностей лизингополучателя (3 819 450 руб. 20 коп.) и фактически уплаченной ФИО1 по спорной сделке суммой по переданному им должнику векселю номиналом 500 000 руб., то есть 3 319 450 руб. 20 коп.

От УФНС России по Республике Башкортостан поступил отзыв, в котором уполномоченный орган требований конкурсного управляющего поддержал.

ФИО5, привлеченная к рассмотрению спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, сославшись на невозможность возврата спорного автомобиля в конкурсную массу должника, полагала, что в качестве последствий недействительности сделки следует применить взыскание с ФИО1 денежных средств в размере стоимости переданного ему права.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из доказанности наличия оснований для признания оспариваемого договора цессии недействительным как совершенного с аффилированным по отношению к должнику лицом, в отсутствии равноценного встречного представления со стороны цессионария в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, о которой ответчик в силу своей заинтересованности был осведомлен.

Повторно исследовав и оценив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По смыслу статьи 129, пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан анализировать сделки должника и при наличии признаков их недействительности и реальной возможности фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов должен обращаться в арбитражный суд с соответствующими заявлениями.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Во избежание нарушения имущественных прав и законных интересов конкурсных кредиторов Законом о банкротстве закреплен правовой механизм оспаривания сделок по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств:

- сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки такой вред причинен;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63)).

При этом в случае доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним, в частности, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, приведшее или могущее привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которым под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно положениям статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Также согласно правовой позиции, сформулированной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В рассматриваемом случае судом установлено, что договор цессии от 18.02.2020 заключен в пределах трех лет до возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве должника определением от 03.11.2022 и может быть оспорен по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено арбитражным судом при рассмотрении аналогичных обособленных споров в рамках данного дела, согласно выводам анализа финансово-хозяйственной деятельности общества «ЕвроТЭК», выполненного специалистом общества с ограниченной ответственностью «ЕвразБизнес Консалт» ФИО6, за период с 31.12.2018 по 30.06.2022, признаки неплатежеспособности фиксируются по состоянию на 31.12.2020, что позволяет сделать вывод о том, что прекращение исполнения обязательств перед контрагентами имело место позднее совершения оспариваемой сделки.

При этом сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества непосредственно на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861).

По оспариваемому договору должником ФИО1 передан полный объем прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019.

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования).

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно статье 391 ГК РФ перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником. В обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведен по соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый должник принимает на себя обязательство первоначального должника.

В соответствии со статьей 392.3 ГК РФ в случае одновременной передачи стороной всех прав и обязанностей по договору другому лицу (передача договора) к сделке по передаче соответственно применяются правила об уступке требования и о переводе долга.

В соответствии с абзацем 1 статьи 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

В соответствии с абзацем 2 пункта 4 статьи 15 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге), на основании договора лизинга лизингодатель обязуется приобрести у определенного продавца в собственность определенное имущество для его передачи за определенную плату на определенный срок, на определенных условиях в качестве предмета лизинга лизингополучателю.

Встречными обязанностями лизингополучателя в соответствии с абзацами 2 – 4 пункта 5 статьи 15 Закона о лизинге являются: принятие предмета лизинга в порядке, предусмотренном указанным договором лизинга; выплата лизингодателю лизинговых платежей в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга; возврат предмет лизинга по окончании срока действия договора лизинга, если иное не предусмотрено указанным договором лизинга, или приобретение предмета лизинга в собственность на основании договора купли-продажи.

Имущественный интерес лизингополучателя по договору выкупного лизинга заключается в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»).

В Обзоре судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее - Обзор от 27.10.2021) сформулированы правовые подходы к вопросу определения равноценности встречного предоставления при осуществлении передачи прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга.

В силу пункта 38 Обзора от 27.10.2021 в случае оспаривания соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя. Последствия недействительности упомянутой сделки в случае признания ее недействительной определяются с учетом того, исполнены ли новым лизингополучателем в полном объеме обязательства перед лизингодателем.

Оценивая соглашение о передаче договорной позиции применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следует проанализировать соотношение между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя.

При этом стоимость договорной позиции лизингополучателя определяется в зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и другие) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих лизинговых платежей и другие). То есть необходимо установить стоимость права требования лизингополучателя путем расчета прогнозируемого сальдо взаимных предоставлений, а не стоимость самого предмета лизинга.

Как отмечено в пункте 39 Обзора от 27.10.2021 при применении последствий недействительности соглашения о передаче прав и обязанностей по договору лизинга, обязательства по которому были исполнены последующим лизингополучателем, с него может быть взыскана действительная стоимость договорной позиции на момент ее приобретения.

В настоящем случае судом установлено, что согласно представленному конкурсным управляющим отчету от 15.12.2023 № 541, выполненному обществом с ограниченной ответственностью «Капитал-оценка», стоимость прав и обязанностей общества «ЕвроТЭК» по договору лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019 на дату заключения договора цессии – 18.02.2020 оценена равной 3 819 450 руб. 20 коп.

При этом по спорной сделке права и обязанности по договору лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019 оплачены ФИО1 векселем ПСБ 109609 на сумму 500 000 руб., который был предъявлен должником для оплаты в публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» и на счет должника 25.01.2021 указанная сумма зачислена.

Доказательств фактической уплаты должнику большей суммы в качестве оплаты стоимости переданных прав ответчиком не представлено (статьи 8, 9, 65, 66 АПК РФ).

При этом по смыслу пункта Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 01.06.2022, кратное превышение рыночной стоимости отчужденного имущества над договорной ценой свидетельствует о противоправной цели должника и контрагента по сделке.

Наряду с указанным судом установлено, что ФИО1 является аффилированным по отношению к обществу «ЕвроТЭК» лицом в силу наличия родственных связей с супругой учредителя должника - ФИО7, что не оспаривается и, кроме того, по данным, представленным органами ГИБДД, в период регистрации спорного автомобиля после совершения оспариваемой сделки за ФИО1 штрафы за нарушение ПДД с участием автомобиля Audi Q7, 2018 г.в. оплачивались именно самим ФИО7

При вышеизложенных обстоятельствах суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что оспариваемая сделка фактически совершена с аффилированным лицом в целях причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторов, причинила такой вред и о соответствующей противоправной цели сделки ответчик не мог не знать.

Исходя из этого, суд первой инстанции правомерно признал оспариваемую сделку недействительной, учитывая, что указанное составляет совокупность обстоятельств недействительности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, руководствуясь нормами статей 167 ГК РФ и 61.6 Закона о банкротстве, также правомерно применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу общества «ЕвроТЭК» 3 319 450 руб. 20 коп. – разницы между не оспоренной ответчиком рыночной стоимостью прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга от 20.03.2019 № 2901/2019 и суммой, фактически уплаченной по переданному ответчиком должнику при расчете по спорной сделке векселю ПСБ 109609.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о недоказанности наличия у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемой сделки, подлежат отклонению как противоречащие вышеизложенным фактическим обстоятельствам, установленным на основании имеющихся в материалах дела доказательств.

Ответчик, заявляя соответствующие доводы, не представил опровергающих доказательств, позволяющих прийти к выводу о том, что сделка совершалась на возмездных началах по цене, соответствующей рынку, и являлась для должника экономически целесообразной.

В данном случае должник, практически выкупив предмет лизинга, представляющий высоколиквидный автомобиль, по кратно заниженной цене – 500 000 руб. передал ФИО1 права лизингополучателя на получение данного актива с оставшейся символической обязанностью внести лишь последний платеж в размере 51 550 руб.

Довод апеллянта о том, что доказать реальность расчетов по сделке на большую сумму он не смог, поскольку суд отказал в удовлетворении его ходатайства об истребовании сведений о приобретении у общества «Промсвязьбанк» иных векселей данного банка и их последующем предъявлении должником к оплате, также отклоняется судебной коллегией, поскольку ответчик не обосновал причины, по которым он не смог получить и представить самостоятельно соответствующие сведения о приобретении им векселей.

Ссылка подателя жалобы на то, что автомобиля Audi Q7, 2018 г.в. на момент заключения оспариваемого договора являлся бывшим в эксплуатации и не обладал высокой стоимостью, не может быть принята во внимание с учетом даты изготовления автомобиля и стоимости его продажи ответчиком последующему приобретателю.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения спора о признании сделки недействительной по существу, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены в данной части нормы материального и процессуального права.

Обжалуемый судебный акт отмене не подлежит, апелляционную жалобу с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом первой инстанции не допущено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд



постановил:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 01.03.2024 по делу № А07-28601/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья Т.В. Курносова


Судьи: А.Г. Кожевникова


А.А. Румянцев