Постановление от 17 января 2024 г. по делу № А40-42867/2019

, № 09АП-72524/2023

Дело № А40-42867/19
г. Москва
17 января 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2024 года


Постановление изготовлено в полном объеме 17 января 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.А. Комарова,

судей А.Г. Ахмедова, С.А. Назаровой,

при ведении протокола помощником судьи С.В. Овчаренко,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, к/у ООО «ТЭЛПРО» - ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2023 по делу № А40-42867/19, о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ТЭЛПРО»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО3: ФИО4, по дов. от 10.02.2022

от ФИО1: ФИО5, по дов. от 29.05.2023

от к/у должника: ФИО6, по дов. от 09.01.2024

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.02.2020 ООО «ТЭЛПРО» (ОГРН <***>, ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано конкурсным управляющим в газете "КоммерсантЪ" №33 от 22.02.2020.

В Арбитражный суд г. Москвы 04.02.2021 поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО1, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2023 суд удовлетворил в части заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Привлек солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТЭЛПРО» ФИО1, ФИО8, ФИО9 В остальной части в удовлетворении заявления отказал. Приостановил производство по заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника ФИО2, ФИО1 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2023 отменить, принять новый судебный акт.

Согласно апелляционной жалобе ФИО1, апеллянт обжалует судебный акт в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Тэлпро», просит отменить определение в данной части, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

Как следует из апелляционной жалобы конкурсного управляющего, управляющий просит отменить определение от 22.09.2023 в части отказа в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Тэлпро», принять новый судебный акт, которым удовлетворить требования конкурсного управляющего в данной части.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2023 судебное заседание отложено на 10.01.2024.

10.01.2024 в судебном заседании представитель ФИО1, представитель конкурсного управляющего апелляционные жалобы поддержали по доводам, изложенным в них.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего по доводам отзыва, приобщенного в порядке ст. 262 АПК РФ к материалам дела.

Также судом в порядке ст. 262 АПК РФ к материалам дела приобщен отзыв АО «Квадра-Генерирующая компания».

Рассмотрев апелляционные жалобы в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для изменения или отмены судебного акта суда первой инстанции.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно положений ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника:

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц. Указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - «ГК РФ).

Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 18.11.2016 по 04.08.2017 ФИО3 являлся учредителем ООО «ТЭЛПРО».

В период с 31.03.2016 по 20.07.2016 руководителем (Генеральным директором) Должника являлся ФИО7.

В период с 21.07.2016 по 24.08.2017 руководителем (Генеральным директором) Должника являлся ФИО1.

В период с 25.08.2017 по 28.11.2018 руководителем (Генеральным директором) Должника являлся ФИО8.

В период с 29.11.2018 до даты признания должника банкротом руководителем (Генеральным директором) Должника являлась ФИО9.

Согласно материалам дела, конкурсный управляющий просил привлечь ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершение сделок по незаконному отчуждению имущества должника, что привело к ухудшению финансового состояния должника и причинению вреда кредиторам в виде невозможности полного погашения их требований (ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности доводов управляющего в части привлечения к ответственности ФИО1 по указанному основанию.

Конкурсный управляющий просил привлечь ФИО1, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Арбитражный суд пришел к выводу о том, что доказательства наличия оснований для обращения ответчиков с заявлением о банкротстве заявителем не представлены, заявителем также не указано в какой срок ответчики должны были обратиться с соответствующим заявлением, в связи с чем суд отказал управляющему в удовлетворении заявления в указанной части в полном объеме.

По доводу заявителя о привлечении лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему должника бухгалтерской документации и имеющихся активов должника, суд пришел к выводу о том, что ФИО1, ФИО7, ФИО8, ФИО9, как контролирующие должника лица, согласно статьям 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, по правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, были обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей арбитражному управляющему. Между тем, данное обязательство исполнено не было, арбитражному управляющему не переданы документы и материальные и иные ценности. Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего и в части привлечения к ответственности ФИО1 по рассматриваемому основанию. Учитывая, что ФИО1 не отрицал, что в его распоряжении имелась документация должника, более того, указывал, что она передана последующему руководителю, суд не нашел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, занимавшего должность генерального директора должника до ФИО1 (с 31.03.2016 по 20.07.2016).

На основании изложенного, Арбитражный суд города Москвы удовлетворил Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в части. Привлек солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТЭЛПРО» ФИО1, ФИО8, ФИО9 В остальной части в удовлетворении заявления отказал.

Суд апелляционной инстанции признает верными вводы суда первой инстанции.

По основанию привлечения к ответственности ФИО1 и ФИО3 за совершение сделок по незаконному отчуждению имущества должника, что привело к ухудшению финансового состояния должника и причинению вреда кредиторам в виде невозможности полного погашения их требований, судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам данной статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, как разъяснено в пункте 17 Постановления № 53, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Как верно установлено судом первой инстанции, сделки с ООО «Импекс Элетро» и с ООО «ПК Аквариус» на сумму более 111 млн. руб. принесли вред кредиторам должника, поскольку совершение данных сделок повлекло за собой утрату возможности кредиторов удовлетворить свои требования.

В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала).

Как следует из материалов дела, руководителем Должника во время заключения данных сделок являлся ФИО1

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, апелляционная коллегия отмечает, что именно ФИО1 полностью контролировал Должника, что подтверждается материалами дела. Являясь руководителем Должника, ФИО1 единолично участвовал в переговорах по заключению указанных сделок (отражено в материалах уголовного дела), являлся участником должника, лично подписывал финансовые документы должника, обладал всей полнотой информации о финансовом состоянии должника, контролировал направление денежных потоков должника.

Апелляционный суд отмечает, что в отношении ФИО3 управляющим не указано, какие конкретно решения принимал ФИО3, в результате которых были затронуты интересы должника (одобрение сделок, отчуждение активов, оказание предпочтения кредиторам и т.д.).

Таким образом, указанные сделки создали условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств.

Согласно п.23 Постановления № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) в контексте подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Таким образом, вина ФИО1 в совершении ряда действий, существенно ухудшившие финансовое положение должника, доказана вступившим в законную силу приговором Щелковского городского суда Московской области.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за совершение сделок по незаконному отчуждению имущества должника, что привело к ухудшению финансового состояния должника и причинению вреда кредиторам в виде невозможности полного погашения их требований.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции и в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО7, ФИО8, ФИО9 за неподачу заявления о признании должника банкротом.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Один лишь факт возникновения обязанности у должника уплатить задолженность само по себе не может являться обстоятельством, которое в дальнейшем повлекло несостоятельность (банкротство) должника, в целях установления субсидиарной ответственности необходимо точное и верное определение арбитражным управляющим момента возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

Кроме того, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.09.2020 N Ф05- 13439/2020 по делу N А40-119349/2017).

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что доказательства наличия оснований для обращения ответчиков с заявлением о банкротстве конкурсным управляющим не представлены, заявителем также не указано в какой срок ответчики должен был обратиться с соответствующим заявлением.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что определениями Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2023, 01.11.2022 суд первой инстанции предлагал конкурсному управляющему представить в материалы дела расчет ответственности по основанию за неподачу заявления о признании должника банкротом применительно к каждому из ответчиков. В материалы дела был представлен расчет, который не был принят судом, так как конкурсным управляющим не учтены положения п. 2, 3 ст. 61.12 Закона о банкротстве. В судебном заседании суда первой инстанции 31.07.2023 представитель конкурсного управляющего пояснил, что расчет представлен не будет.

На основании изложенного, апелляционный суд признает верным вывод суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

Арбитражным судом верно установлено, что ФИО1, ФИО7, ФИО8, ФИО9, как контролирующие должника лица, согласно статьям 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, по правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, были обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей арбитражному управляющему. Между тем, данное обязательство исполнено не было, арбитражному управляющему не переданы документы и материальные и иные ценности. Аналогично копии документов не передавались временному управляющему и не предоставлялись в суд.

Таким образом ответчиками нарушено требование п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве, об обязанности руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсному управляющему обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Непередача контролирующим должника лицом документов, материальных и иных ценностей привела к существенным затруднениям проведения процедуры банкротства.

В материалы дела был представлен акт приема-передачи документации ФИО1 ФИО8, вместе с тем, перечень документов, переданных по указанному акту является неполным.

Таким образом, суд первой инстанции верно удовлетворил заявление конкурсного управляющего и в части привлечения к ответственности ФИО1 по рассматриваемому основанию.

Суд учитывал, что ФИО1 не отрицал, что в его распоряжении имелась документация должника, более того, указывал, что она передана последующему руководителю, в связи с чем, арбитражный суд не нашел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, занимавшего должность генерального директора должника до ФИО1 (с 31.03.2016 по 20.07.2016).

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно отчету арбитражного управляющего в ходе проведения процедуры банкротства сформированной конкурсной массы недостаточно для соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Учитывая, что расчеты с кредиторами должника произведены не в полном объеме, суд первой инстанции приостановил производство по вопросу об определении размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку выводов суда и основаны на неверном толковании норм права. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и конкретных обстоятельства, доводы лиц, участвующих в деле правильно оценены, выводы сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Определение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 22.09.2023 по делу № А40-42867/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, к/у ООО «ТЭЛПРО» - ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: А.А. Комаров

Судьи: А.Г. Ахмедов

С.А. Назарова