Решение от 12 октября 2018 г. по делу № А40-80843/2018

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-80843/18-82-575
г. Москва
12 октября 2018 года.
Резолютивная часть решения объявлена 15 августа 2018 года.

Решение в полном объеме изготовлено 12 октября 2018 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Болиевой В.З.

при ведении протокола помощником судьи Надеевым М.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по исковому заявлению ООО «Торговый Дом Алексеевский» (ОГРН <***>, 129, Москва, проспект Мира, д. 112)

к АО «ВЭБ-лизинг» (1037709024781, 125009, Москва, ул. Воздвиженка, д. 10)

о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 469 910 руб. 44 коп. по договору лизинга № Р14-13864-ДЛ от 12.05.2014;

в судебное заседание явились:

от истца: ФИО1 по дов. от 13.03.2018;

от ответчика: ФИО2 по дов. №03/1-ДВА-0372 от 05.02.2018;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Торговый Дом Алексеевский» (далее – истец, ООО «ТД Алексеевский») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу «ВЭБ-лизинг» (далее – ответчик, АО «ВЭБ-лизинг») о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 469 910 руб. 44 коп. по договору лизинга № Р14-13864-ДЛ от 12.05.2014.

Исковые требования мотивированы тем, что договорные отношения между сторонами лизинга прекращены, предметы лизинга из аренды возвращены ответчику. На основании изложенного истец просит соотнести взаимные представления сторон по договору (сальдо встречных обязательств) и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой по правилам, предусмотренным в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 14 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» в заявленном размере.

Представитель истца в судебном заседании поддержал позицию, изложенную в исковом заявлении, просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Представитель ответчика, явившийся в судебное заседание, возражал по доводам, изложенным в отзыве; представил контррасчет сальдо встречных обязательств.

Исследовав письменные материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел к выводу об наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований, в связи со следующим.

Как установлено судом из материалов дела, между ООО «ТД Алексеевский» (лизингополучатель) и АО «ВЭБ-лизинг» (лизингодатель) заключен договор лизинга № Р14-13864-ДЛ от 12.05.2014 (далее – договор лизинга), в соответствии с условиями которого, лизингодатель приобрел в собственность на условиях согласованного с лизингополучателем договора купли-продажи № Р14-1386-ДКП от 12.05.2014 у выбранного лизингополучателем продавца – общества с ограниченной ответственностью «Авторегион» имущество, а именно самосвал КАМАЗ 6520-73, VIN: ХТС652004Е1299311, 2014 года выпуска, и предоставил лизингополучателю во временное владение и пользование для предпринимательских целей с правом последующего приобретения права собственности транспортного средства

Как установлено п. 4.1. Договора лизинга, неотъемлемой частью Договора лизинга являются Общие условия договора лизинга (далее - «Общие условия»).

Предмет лизинга приобретен ответчиком по договору купли-продажи по цене 2 845 000 рублей (пункт 2.1. договора купли-продажи) и передан Лизингополучателю на основании акта приема передачи от 27.05.2014.

Лизингодателем также понесены дополнительные расходы по первоначальному страхованию предмета лизинга в размере 50 356 руб. 50 коп.

Пунктом 3.2.1. договора лизинга предусмотрена обязанность лизингополучателя по уплате лизинговых платежей в соответствии с графиком лизинговых платежей, срок оплаты последнего платежа (выкупной цены) - 14.04.2017.

Общий размер платежей по договору лизинга (без учета аванса) составляет 3 694 486 руб. 78 коп. (пункт 3.10. Договора лизинга), срок действия договора - 1 082 дня с 12.05.2014 (с даты заключения договора) по 28.04.2017 (пункт 3.5 Договора - до наступления 14-го календарного дня после даты оплаты выкупной цены, указанной в графике платежей в ре).

Размер авансового платежа, согласно п. 3.9. договора лизинга составил 871 326 руб. 20 коп.

По окончании выплаты ежемесячных авансовых платежей право собственности на предмет лизинга согласно условиям договора переходит к лизингополучателю.

Как установлено судом из материалов дела, в связи с неисполнением истцом обязательств в части нарушения сроков оплаты лизинговых платежей, ответчиком в адрес истца 25.04.2016 направлено уведомление от 21.04.2016 об одностороннем отказе от договора на основании ст. 450.1, п. 1 ст. 614, ст. 619, ст. 622 ГК РФ, п.2 ст. 13, п. 5, 6 ст. 15 Федерального закона № 164-ФЗ от 29.10.1998 «О финансовой аренде (лизинге)».

Согласно вышеуказанному уведомлению, договор лизинга считается расторгнутым в одностороннем порядке с 25.04.2016 (с даты направления уведомления).

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 13 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества.

По смыслу п. 2 ст. 450.1 ГК РФ, в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым.

В соответствии с абз. 2 п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 г. № 35 «О последствиях расторжения договора» односторонний отказ от исполнения договора влечет те же последствия, что и расторжение договора по соглашению его сторон или по решению суда.

Таким образом, в силу ст. 450.1 ГК РФ договор аренды прекратил свое действие в связи с тем, что истец воспользовался своим правом на односторонний отказ от договора.

В силу ст. 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Предмет лизинга изъят лизингодателем 02.11.2016, что подтверждается представленным в материалы дела актом об изъятии имущества и реализован последним по договору купли-продажи № Р14-13864-БУ от 05.12.2016, заключенному с ООО "НВ Гарант" по цене 840 000 руб.

С учетом того, что предмет лизинга был изъят, истец полагает, что на стороне лизингодателя возникло неосновательное обогащение.

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Как указал Конституционный суд Российской Федерации в Постановлении от 20.07.2011 М20-П. лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества, возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности.

Таким образом, имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств.

По смыслу статей 665 и 624 ГК РФ, статьи 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" применительно к лизингу с правом выкупа законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя - в пользовании имуществом и последующем его выкупе.

Согласно позиции, изложенной в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014. №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» при разрешении споров, возникающих между сторонами договора выкупного лизинга, об имущественных последствиях расторжения этого договора судам надлежит исходить из следующего.

Расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3и 4 статьи 1 ГК РФ).

В связи с указанным расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле:

ПФ = (П - А - Ф/Ф x С/ДН) x 365 x 100,

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

С/ДН - срок договора лизинга

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Истец произвел расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга № Р14-13864-ДЛ от 12.05.2014, в результате которого за ответчиком образовалась задолженность в размере 1 469 910 руб. 44 коп., которую истец просит взыскать в судебном порядке. При этом истец при расчете, в том числе исходил из стоимости возвращенного предмета лизинга, равной 2 061 894 руб., исходя из представленного отчета об оценке рыночной стоимости предмета лизинга № 181-3/17 от 07.04.2017, также представил отчет об оценке от 08.08.2018 №АО-362-102-238/18, согласно которому стоимость предмета лизинга оценена в 2 022 418 руб.

Ответчик, возражая в удовлетворении требований, представил свой расчет сальдо встречных обязательств, согласно которому убыток на стороне лизингополучателя составляет 21 889 руб. 71 коп.

При этом ответчик при расчете, в том числе, исходил из стоимости возвращенного предмета лизинга в размере 840 000 руб. 00 коп. в соответствии с договором купли-продажи предмета лизинга № Р14-13864-БУ от 05.12.2016, суммы уплаченных по договору лизинга платежей (без учета аванса) в размере 1 990 591 руб. 12 коп., убытков и затрат лизингодателя, в связи с расторжением договора по несению расходов по оплате страховой премии за лизингополучателя в размере 51 517 руб. 73 коп., пени за просрочку оплаты лизинговых платежей в размере 40 376 руб. 85 коп., согласно представленному в материалы дела расчету.

При этом, ответчик в судебном заседании пояснил, что в расчете сальдо сумму 51 517 руб. 73 коп. ошибочно указал в качестве расходов на хранение, в то время как денежные средства в указанном размере являются расходами лизингодателя по оплате страховой премии за лизингополучателя.

Вместе с тем, проанализировав расчеты суммы сальдо встречных взаимных обязательств, представленные сторонами, суд приходит к выводу о неправомерности расчета, произведенного истцом, и правомерности контррасчета, представленного ответчиком, ввиду следующего.

При расчете платы за предоставленное финансирование суд соглашается с позицией АО "ВЭБ-лизинг", и исходит из того, что в силу п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств.

В силу п.2 Постановления имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств.

При этом, в силу п. 3.3 указанного Постановления, плата за финансирование взимается до фактического возврата этого финансирования.

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме. То есть дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

В соответствии с Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ при определении периода финансирования во внимание должен браться период, признаваемый достаточным с учетом обстоятельств дела и характера имущества для реализации последнего и повторного размещения на сопоставимую сумму по договору лизинга другого имущества.

Согласно п.4 Постановления предмет лизинга реализуется в разумные сроки. Разумные сроки, данные лизингодателю на реализацию предмета лизинга, предполагают такой временной период, при котором лизингодатель с учетом ликвидности транспортного средства и спроса на данное имущества на рынке аналогичных транспортных средств может его реализовать третьим лицам.

Суд приходит к выводу о том, что ответчиком соблюден разумный срок реализации предмета лизинга после его получения, предусмотренный пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", между тем, суд с учетом того, что предмет лизинга представляет собой транспортное средство автобус, исходит из шестимесячного разумного срока на реализацию данного автотранспорта с даты изъятия. Предмет лизинга изъят по акту изъятия от 02.11.2016, тогда как предмет лизинга реализован согласно договору купли-продажи № Р14-13864-БУ от 05.12.2016, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что разумный срок на реализацию предмета лизинга соблюден.

При этом доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении лизингодателя, в материалы дела не представлено.

Кроме того, как указано судом выше, между сторонами имеется спор в части стоимости предмета лизинга.

Согласно п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014г. N 17, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю). Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Как следует из представленных доказательств, стоимость изъятого предмета лизинга была установлена истцом, исходя из представленного отчета об оценке № 181-3/17 от 07.04.2017, в размере 2 061 894 руб., также истец представил отчет об оценке от 08.08.2018 №АО-362-102-238/18, согласно которому стоимость предмета лизинга оценена в 2 022 418 руб., тогда как ответчик исходил из стоимости предмета лизинга согласно договору купли-продажи № Р14-13864-БУ от 05.12.2016 в размере 840 000 руб.

Согласно пункту 4 вышеуказанного Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. N 17, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю), исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю). Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Как указано судом выше, транспортное средство реализовано по цене 840 000 руб., что подтверждается договором купли-продажи № Р14-13864-БУ от 05.12.2016.

При этом при расчете сальдо взаимных обязательств действует приоритет использования фактической цены реализации предмета лизинга.

Исходя и представленных в материалы дела, суд приходит к выводу о том, что факт занижения цены продажи предмета лизинга истцом не доказан, притом, что срок реализации предмета лизинга нельзя признать необоснованным или неразумным, а равно свидетельствующим о недобросовестном поведении лизингодателя, поскольку лизингодатель, являясь собственником изъятого предмета лизинга, проявляя должную осмотрительность, заинтересован в получении за свое имущество при продаже максимально возможной цены с целью минимизации собственных убытков от расторгнутой по вине лизингополучателя сделки.

При этом суд критически оценивает представленный истцом отчет об оценке, поскольку вывод специалиста о том, что стоимость транспортного средства оставляет 2 061 894 руб., сделан без осмотра объекта, экспертиза выполнена на основе представленной заказчиком документации, анализа рынка аналогичных транспортных средств, в нарушение ФСО № 1, рекомендаций Минюста РФ № 10. Таким образом, представленный истцом отчет от 08.11.2017 № 799/ОД-2017 не соответствует требованиям Федерального закона от 29.07.98 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ», и не может являться надлежащим доказательством, устанавливающим стоимость возвращенного предмета лизинга для целей расчета сальдо взаимных обязательств.

Более того, с учетом того, что истец добровольно в нарушение ст. 622 ГК РФ не исполнил обязанность по возврату предмета лизинга, лизингодатель бы вынужден своими силами изъять предмет лизинга у истца, в связи с чем одновременно ответчиком был составлен акт смотра транспортного средства, в котором были зафиксированы имеющиеся на транспортном средстве многочисленные повреждения. Так, согласно представленной в материалы дела справке ГИБДД имелись следующие повреждения: повреждена левая дверь, повреждена левая стойка кабины, разбито лобовой стекло, отсутствует одна аккумуляторная батарея, система стеклоочистителя, запасное колесо.

Кроме того, судом принимается во внимание, что срок эксплуатации предмета лизинга истцом составил более 2,5 лет, при этом истцом не учтен естественный износ транспортного средства за такой период эксплуатации.

В связи с изложенным, суд не может признать представленный истцом отчет достоверным доказательством, подтверждающим действительное занижение стоимости предмета лизинга при его реализации ответчиком.

Более того, ответчиком в подтверждение реализации транспортного средства в соответствии с его рыночной стоимостью, также представлен отчет оценщика с учетом недостатков, приведенных в акте изъятия предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю и калькуляции ремонтных работ.

Допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о недостоверности отчета об оценке и заключения специалиста, либо нарушениях, допущенных при оценке транспортных средств, истцом не представлено, выводы специалиста не оспорены

Из представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу о том, что реализация предмета лизинга по цене 840 000 руб. не свидетельствует о недобросовестности лизингодателя и занижении цены транспортного средства.

Поскольку истцом (Лизингополучателем) не доказана недобросовестность или неразумность действий Лизингодателя при определении цены продажи предмета лизинга, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо встречных обязательств, учитывая, что доказательств реализации предмета лизинга в материалы дела не представлено, суд считает, что при определении стоимости изъятого предмета лизинга при расчете сальдо встречных обязательств, следует руководствоваться ценой предмета лизинга в соответствии с договором купли-продажи № Р14-13864-БУ от 05.12.2016.

Возможность отнесения в счет денежных средств, которые подлежат получению лизингодателем при расторжении договора, убытков и санкций, предусмотренных законом или договором и доказанных ответчиком, без обязательности обращения с самостоятельным требованием о взыскании таких санкций, определена пунктом 3.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга".

Так, согласно представленному расчету ответчика, им в расчет сальдо включена неустойка в размере 40 376 руб. 85 коп., в отношении которой истцом каких-либо аргументированных возражений не заявлено.

При этом, неустойка начислена в соответствии с пунктом 2.3.4 Общих условий договора лизинга, согласно которому, в случае возникновения просроченной задолженности уплатить лизингодателю пени в размере 0,18% от просроченной суммы платежа за каждый день просрочки.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) в силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Как установлено судом из материалов дела и не опровергнуто истцом, в период срока действия договора № Р14-13864-ДЛ от 12.05.2014, за истцом образовалась задолженность по уплате начисленных за нарушение сроков уплаты лизинговых платежей пени на общую сумму 40 376 руб. 85 коп. При этом, доказательств уплаты начисленной лизингодателем неустойки в размере 40 376 руб. 85 коп., в материалы дела не представлено.

Поскольку факт ненадлежащего исполнения истцом обязательства по своевременной оплате лизинговых платежей подтверждается материалами дела, суд считает правомерным доводы ответчика о необходимости включения в расчет суммы неустойки на основании пункта 2.3.4 Общих условий лизинга.

Контррасчет пени ответчиком не представлен, размер и расчет пени ответчиком по существу не опровергнут, не оспорен.

При этом суд исходил из того, что неустойка может быть снижена на основании ст. 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика при представлении им доказательств явной несоразмерности. Ответчик соответствующего заявления не представил.

Доказательств надлежащего исполнения обязательств по договору ответчик в материалы дела не представил, чем принял на себя риск наступления последствий несовершения процессуальных действий.

В соответствии с п. 3.6 Постановления от 14 марта 2014 г. убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный затрат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Так, суд полагает правомерным включение в расчет сальдо убытков и затрат лизингодателя, в связи с расторжением договора по несению расходов лизингодателя на страхование предмета лизинга в размере 51 517 руб. 73 коп. в связи с неисполнением истцом обязательств по оплате страховых премий по установленному в страховом полисе порядку. В указанной части разногласий между сторонами не имеется.

Таким образом, с учетом изложенных положений и обстоятельств рассматриваемого спора, суд соглашается с доводами ответчика о том, что расчет баланса интересов сторон по договору лизинга № Р14-13864-ДЛ от 12.05.2014, должен осуществляться следующим образом.

Так, размер финансирования (Ф), предоставленного лизингополучателю, составляет 2 024 030 руб. 30 коп., авансовый платеж (А) – 871 326 руб. 20 коп

Закупочная цена предмета лизинга составила (Ц) – 2 845 000 руб.

Дополнительные расходы (первоначальное страхование) – 50 356 руб. 50 коп.

Общий размер уплаченных по договору лизинга платежей (П) (за вычетом аванса) составил 1 990 591, 12 руб.

Сдн - срок договора лизинга в днях составляет 1 082 дней за период с 12.05.2014 по 28.04.2017 (с учетом пункта 3.5. договора лизинга).

Количество дней предоставленного финансирования составляет 938 дней (с 12.05.2014 по 05.12.2016 – дата реализации).

Плата за финансирование исходя из срока договора – 799 130 руб. 28 коп. = (2 845 000 200, 88 руб. - 254 880 руб. - 1 869 120 руб.

Плата за финансирование (ПФ) составляет 692 776 руб. 53 коп. = (799 130, 28 руб./1 082) х 613.

Кроме того, как указано судом выше, суд также относит на счет истца в качестве убытков расходы лизингодателя на страхование в сумме 51 517 руб. 73 коп., санкции - неустойку в размере 40 376 руб. 85 коп.

Таким образом, финансовый результат сделки с учетом стоимости возвращенного предмета лизинга составляет 21 889, 71 руб. на стороне лизингополучателя, следовательно, истец (лизингополучатель) доказал факт возникновения на его стороне неосновательного обогащения на указанную сумму, в связи с чем заявленные требования о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга № Р14-13864-ДЛ от 12.05.2014 являются необоснованными в размере 21 889 руб. 71 коп. и подлежащими удовлетворению в указанной части.

В остальной части заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, предусмотрено статьей 110 АПК РФ.

В силу пункта 1 данной статьи судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Расходы по уплате государственной пошлины, понесенные в связи с предъявлением остальных заявленных требований, распределяются между лицами, участвующими в деле, по правилам ст. 110 АПК РФ по итогам разрешения дела, в рамках которого эти требования рассмотрены.

С учетом частичного удовлетворения требований, расходы истца по уплате госпошлины подлежат отнесению на ответчика в размере 413 руб. (21 889 руб./1 469 910 руб. 44 коп. х 27699 руб.)

На основании ст.ст. 8, 11, 12, 15, 309, 310, 330, 450.1, 606, 614, 619, 622, 1002 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 4, 9, 27, 28, 49, 64, 65, 66, 71, 110, 112, 167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АО «ВЭБ-лизинг» (1037709024781, 125009, <...>) в пользу ООО «Торговый Дом Алексеевский» (ОГРН <***>, 129, <...>) неосновательное обогащение в размере 21 889 (двадцать одна тысяча восемьсот восемьдесят девять) руб. 71 коп., а также расходы по уплате госпошлины в размере 413 (четыреста тринадцать) руб.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия.

Судья: В.З. Болиева