Постановление от 28 марта 2023 г. по делу № А40-14442/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-1330/2023

Дело № А40-14442/18
г. Москва
28 марта 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 марта 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей С.А. Назаровой, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО ХК «ГВСУ «Центр» на определение Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2022 об отказе АО ХК «ГВСУ Центр» в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО3 и компании Realtune Investments Limited, в рамках дела № А40-14442/18 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Стройкомфорт» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

при участии в судебном заседании:

от компании Realtune Investments Limited – ФИО4 по дов от 31.08.2022

от АО ХК «ГВСУ «Центр» - ФИО5 по дов. от 30.11.2022

от ФИО2 – ФИО6 по дов. от 07.03.2023

Иные лица не явились, извещены.



У С Т А Н О В И Л:

Решением от 05.12.2018 суд признал должника банкротом, открыл в отношении него процедуру конкурсного производства, применил правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) «Банкротство застрои?щиков», утвердил конкурсным управляющим ФИО7

Определением суда от 04.07.2019 денежное требование акционерного общества холдинговои? компании «Главное всерегиональное строительное управление «Центр» (далее – общество «ГВСУ Центр») включено в реестр требовании? кредиторов должника с удовлетворением в четвертую очередь.

Суд первой инстанции 26.02.2021 на основании заявлении? конкурсного управляющего, кредиторов ФИО8, и ФИО9 принял определение, которым признал доказанными основания для привлечения к субсидиарнои? ответственности по обязательствам должника его бывших руководителеи? – ФИО10 и ФИО11, а также бенефициара – ФИО12, приостановил производство по спору до окончания расчетов с кредиторами.

В Арбитражный суд города Москвы 06.12.2021 направлено заявление общества «ГВСУ Центр» о привлечении к субсидиарнои? ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО3 и компании Realtune Investments Limited (далее – иностранная компания).

Протокольным определением от 20.09.2022 суд первой инстанции привлек ФИО10 к участию в разрешении настоящего спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требовании? относительно предмета спора.

Определением от 20.09.2022 суд первой инстанции завершил предварительное судебное заседание, назначил судебное разбирательство по рассмотрению заявления, а также предложил иностраннои? компании раскрыть сведения о ее учредителях и конечных бенефициарах за период с 2013 по 05.12.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2022 отказано АО ХК «ГВСУ Центр» в удовлетворении заявленных требовании?.

Не согласившись с принятым судебным актом, заявитель (далее – апеллянт) обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2022 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявитель апелляционной жалобы ссылается на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела.

Представитель апеллянта в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представители компании RealtuneInvestmentsLimited и ФИО2 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

В обоснование заявления общество «ГВСУ Центр» сослалось на следующие обстоятельства.

Привлекая к субсидиарнои? ответственности по обязательствам должника ФИО10, ФИО11 и ФИО12, суд установил, что названные лица не исполнили обязанности по составлению, хранению и передаче документации должника конкурсному управляющему, а также произвели в период с 23.01.2014 по 07.08.2014 вывод активов должника (совершили сделки, повлекшие причинившие вреда имущественным правам кредиторов на сумму, превысившую 2 000 000 000 рублеи?, и банкротство должника).

Иностранная компания в период с 22.05.2013 по 03.08.2015 являлась единственным участником должника, а с 03.08.2015 до настоящего времени еи? принадлежит доля в уставном капитале должника в размере 67 процентов. Бенефициарами иностраннои? компании, согласно сведениям, размещенным в открытых источниках инициативнои? группои? обманутых дольщиков, являются граждане Республики Беларусь – Ч.Ю.АБ. и ФИО3 В компанию SteliosAmericanos& Co LLC (далее – управляющая компания), оказывающую иностраннои? компании услуги по корпоративному управлению, обществом «ГВСУ Центр» направлен запрос информации о бенефициарах иностраннои? компании. Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего спора заявитель ходатаи?ствовал об истребовании таких сведении? в судебном порядке.

Заявитель полагал, что ФИО2, ФИО3 и иностранную компанию следует привлечь к субсидиарнои? ответственности по тем же основаниям, по которым суд привлек к ответственности ФИО10, ФИО11 и ФИО12 (невозможность удовлетворения требовании? кредиторов вследствие отсутствия у конкурсного управляющего документации, необходимои? для формирования конкурснои? массы, и совершения сделок, повлекших причинение вреда имущественным правам кредиторов).

В качестве дополнительного основания общество «ГВСУ Центр» указало, что по результатам инвентаризации дебиторскои? задолженности должника 11.11.2021 составлен акт, в котором указаны неисполненные обязательства общества с ограниченнои? ответственностью «Вариант» (далее – общество «Вариант») на сумму 110 858 568 рублеи? 90 копеек. Должник перечислил денежные средства обществу «Вариант» со ссылкои? на оплату договоров поставки от 04.09.2014 № 121 и от 05.09.2014 № 122/1, доказательства реального исполнения которых отсутствуют. Бенефициарами общества «Вариант» являлись братья ответчика по настоящему спору ФИО2 – ФИО13 и Чиж Анатолии? Александрович. Кроме того, в заявлении общество «ГВСУ Центр» обратило внимание на возбуждение уголовного дела по признакам преступления, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 4 статьи 159 УК РФ (мошенничество, совершенное организованнои? группои? либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение). Согласно материалам проверки неустановленное лицо, деи?ствовавшее от имени должника из корыстных побуждении? и имея умысел на хищение чужого имущества путем обмана, привлекло денежные средства граждан и организации? для строительства корпусов жилого дома, которые не были построены и переданы участникам строительства.

В дополнительных пояснениях общество «ГВСУ Центр» изложило возражения относительно заявлении? о пропуске срока исковои? давности, указало на сложность получения доказательств, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарнои? ответственности.

В качестве правового обоснования требования заявитель сослался на статьи 61.10 и 61.11 Закона о банкротстве.

Возражая относительно удовлетворения требования общества «ГВСУ Центр», иностранная компания привела следующие доводы.

Сделки, на которые заявитель указал как на основание для привлечения ответчиков к субсидиарнои? ответственности, совершены с 23.01.2014 по 07.08.2014, то есть в период до введения в деи?ствие положении? главы III.2 Закона о банкротстве, которые в рассматриваемом случае не подлежат применению.

Вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу неоднократно установлено, что конечным бенефициаром должника являлся ФИО12 (определения от 10.01.2020 и от 05.11.2020 об отказе во включении требовании? обществ с ограниченнои? ответственностью «Эксима» и «Трансриал» в реестр требовании? кредиторов должника, определение от 26.02.2021 о привлечении ФИО10, ФИО11 и ФИО12 к субсидиарнои? ответственности).

Общество «ГВСУ Центр» не представило доказательств, свидетельствующих об одобрении иностраннои? компаниеи? сделок, повлекших причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, ее вина в признании должника банкротом отсутствует. Также не имеется доказательств того, иностранная компания участвовала в оперативном управлении деятельностью должника, формировала и (или) имела в распоряжении документы, которые следовало передать конкурсному управляющему.

При разрешении настоящего спора следует применить положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, деи?ствовавшеи? до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменении? в Федеральныи? закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс России?скои? Федерации об административных правонарушениях» и предусматривавшеи?, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарнои? ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названнои? статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих основании? для привлечения к субсидиарнои? ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Иностранная компания полагает, что срок исковои? давности по предъявленному к неи? требованию начал течь не позднее 04.07.2019 (день включения требования заявителя в реестр требовании? кредиторов должника) и истек не позднее 03.07.2020.

Касаемо запрошенных судом сведении? за период с 2013 по 05.12.2018 об учредителях и конечных бенефициарах иностраннои? компании: в материалы спора представлен ответ управляющеи? компании об отказе в раскрытии истребованнои? информации, поскольку отсутствует судебныи? акт, признанныи? и подлежащии? исполнению на территории Республики Кипр. В связи с этим иностранная компания просила обеспечить исполнение определения суда от 20.09.2022 по настоящему делу в порядке, установленном международным договором.

ФИО2, возражая относительно удовлетворения требования общества «ГВСУ Центр», привел следующие доводы.

Материальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве не подлежат применению к спорным правоотношениям.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о возможности отнесения ФИО2 к категории лиц, контролировавших должника, в том числе в связи с вхождением в состав бенефициаров иностраннои? компании, заявителем не представлено.

В связи с этим не имеется основании? для возложения на него ответственности за невозможность формирования конкурснои? массы вследствие отсутствия необходимои? документации у конкурсного управляющего и совершения сделок.

Срок исковои? давности по требованию общества «ГВСУ Центр» начал течь 05.12.2018(день принятия судом решения о признании должника банкротом) и истек 04.12.2019.

ФИО3, возражая относительно удовлетворения требования заявителя, привел следующие доводы.

Общество «ГВСУ Центр» не доказало, что ФИО3 может быть привлечен к ответственности как контролировавшее должника лицо.

Разрешая аналогичныи? спор, суд пришел к выводу о том, что лицами, ответственными за невозможность удовлетворения требовании? кредиторов должника, являются другие ответчики.

Представитель ФИО3 заявил о пропуске обществом «ГВСУ Центр» срока исковои? давности в ходе судебного заседания, проведенного 20.09.2022.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменении? в Федеральныи? закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс России?скои? Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлении? о привлечении к субсидиарнои? ответственности, предусмотреннои? статьеи? 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), которые поданы в суд с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Рассматриваемое заявление направлено в суд 06.12.2021, вместе с тем вменяемые ответчикам в качестве основании? для привлечения к субсидиарнои? ответственности деи?ствия (бездеи?ствие) – совершение сделок и отсутствие документов у управляющего – имели место до введения в деи?ствие положении? главы III.2 Закона о банкротстве, когда отношения по привлечению контролировавших лиц к субсидиарнои? ответственности регулировались, в первую очередь, положениями статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменении? в отдельные законодательные акты России?скои? Федерации в части противодеи?ствия незаконным финансовым операциям», деи?ствовавшеи? до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменении? в Федеральныи? закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс России?скои? Федерации об административных правонарушениях».

При этом предусмотренные ранее статьеи? 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ такие основания для привлечения к субсидиарнои? ответственности как признание несостоятельным (банкротом) вследствие деи?ствии? (бездеи?ствия) контролирующих должника лиц, связанных с причинением вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения однои? или нескольких сделок и отсутствием необходимых документов, по сути, мало чем отличаются от предусмотренных деи?ствующими в настоящее время подпунктами 1, 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основании? для привлечения к ответственности.

В соответствии с правовым подходом, закрепленным в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменении? в отдельные законодательные акты России?скои? Федерации», при рассмотрении заявления о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарнои? ответственности следует применять те нормы материального права, которые деи?ствовали в период совершения деи?ствии? (бездеи?ствия), послуживших причинои? для обращения в суд с соответствующим требованием.

В данном случае требование общества «ГВСУ Центр» к Чижу Ю.А., ФИО3 и иностраннои? компании в связи с не передачеи? документов конкурсному управляющему следовало рассмотреть в порядке статьи 61.11 Закона о банкротстве в деи?ствующеи? редакции (поскольку обязанность по передаче документов конкурсному управляющему наступила после принятия судом 05.12.2018 решения о признании должника банкротом), а требование к ответчикам в связи с совершением в период с 23.01.2014 по 07.08.2014 сделок – в порядке статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), согласно пункту 4 которои?, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам; пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом однои? или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Для привлечения ответчиков к субсидиарнои? ответственности заявителю следовало доказать, что ФИО2 и ФИО3 являлись бенефициарами иностраннои? компании (которая являлась единственным и остается мажоритарным участником должника), что все ответчики несли обязанности по составлению, хранению и передаче документации должника конкурсному управляющему, а также участвовали в совершении вредоностных сделок или являлись по ним выгодоприобретателями.

Суд первой инстанции указал, что такие доказательства в материалы дела не представлены.

Относительно статуса ФИО2 и ФИО3 как бенефициаров иностраннои? компании, суд первой инстанции указал следующее.

Как отмечалось ранее, в качестве доказательства наличия у названных ответчиков такого статуса общество «ГВСУ Центр» сослалось на сведения, размещенные в открытых источниках инициативнои? группои? обманутых дольщиков.

В результате запроса сведении? о бенефициарах иностраннои? компании, направленного в управляющую компанию, в материалы спора представлен отказ в раскрытии истребованнои? информации в связи с отсутствием судебного акта, признанного и подлежащего исполнению на территории Республики Кипр.

Суд первой инстанции полагает, что информационное сообщение, размещенное лицами, являющимися участниками строительства, не является относимым доказательством причастности ФИО2 и ФИО3 к деятельности иностраннои? компании.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что не представлены доказательства того, что ФИО2 и ФИО3 могут быть отнесены к категории контролировавших должника лиц.

При этом, с учетом остальных установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции также признал нецелесообразным дальнеи?шее истребование сведении? о бенефициарах иностраннои? компании у управляющеи? компании, являющеи?ся резидентом Республики Кипр.

Относительно привлечения к ответственности за отсутствие документов у конкурсного управляющего, суд первой инстанции указал следующее.

Вступившим в законную силу определением суда от 26.02.2021 установлено, что ответственными за составление, хранение и передачу документации должника управляющему являются ФИО10, ФИО11 и ФИО12

Само по себе данное обстоятельство не исключает ответственность иных лиц, однако в рассматриваемом случае никаких доказательств участия иностраннои? компании в оперативном управлении должником, в том числе предполагавшем наличие в распоряжении соответствующеи? документации, не представлено.

Такие свидетельства не представлены и в отношении ФИО2 и ФИО3

Относительно привлечения к ответственности за совершение сделок.

Заявитель не опроверг возражения иностраннои? компании об отсутствии доказательств необходимости одобрения сделок должника, а также непосредственного участия иностраннои? компаниеи? (как единственного или мажоритарного участника должника) в таком одобрении.

При недоказанности статуса ФИО2 и ФИО3 как бенефициаров иностраннои? компании, по мнению суда первой инстанции, они также не могут быть привлечены к ответственности за совершение сделок.

Также суд первой инстанции учел вступившии? в законную силу судебныи? акт по настоящему делу, которым установлено, что непосредственное руководство должником и совершение сделок, повлекших банкротство общества с ограниченнои? ответственностью «Строи?комфорт», осуществлялись ФИО10, ФИО11 и ФИО12

Относительно заявлении? иностраннои? компании, ФИО2 и ФИО3 о пропуске обществом «ГВСУ Центр» срока исковои? давности, суд первой инстанции указал следующее.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; истечение срока исковои? давности, о применении которои? заявлено сторонои? в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Изменения, касающиеся срока подачи заявления о привлечении контролировавших лиц к субсидиарнои? ответственности и увеличившие этот срок с одного до трех лет, внесены Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменении? в отдельные законодательные акты России?скои? Федерации», в соответствии с абзацем пятым подпункта «а» пункта 1 статьи 3 которого пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве изложен в следующеи? редакции: «Заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарнои? ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящеи? статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих основании? для привлечения к субсидиарнои? ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительнои? причине он может быть восстановлен судом».

Названныи? пункт впервые изложен в Законе о банкротстве в редакции, начавшеи? деи?ствовать 28.06.2017.

При этом в пункте 3 статьи 4 Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменении? в отдельные законодательные акты России?скои? Федерации» указано, что положения пунктов 5 - 5.4, 5.6 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ) применяются к поданным после 01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

В дальнеи?шем пункт 3 статьи 4 Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменении? в отдельные законодательные акты России?скои? Федерации» утратил силу на основании пункта 8 статьи 3 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменении? в Федеральныи? закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс России?скои? Федерации об административных правонарушениях», также предусмотревшего трехлетнии? срок давности по требованиям о привлечении контролировавших лиц к ответственности.

В рассматриваемом случае, сделки, в связи с заключением которых конкурсныи? кредитор просит привлечь иностранную компанию, ФИО2 и ФИО3 к ответственности, заключены с 23.01.2014 по 07.08.2014, то есть в период деи?ствия норм, предусматривавших годичных срок исковои? давности по требованию о привлечении контролировавших лиц к субсидиарнои? ответственности.

Таким образом, в рассматриваемом случае следует применить годичныи? срок исковои? давности, которыи? суд первой инстанции счел пропущенным в связи со следующим.

По общему правилу срок исковои? давности по требованию о привлечении к субсидиарнои? ответственности исчисляется со дня, когда лицо, имеющее право на подачу соответствующего заявления, узнало или должно было узнать о наличии основании? для привлечения тех или иных лиц к ответственности.

В рассматриваемом случае решение о признании должника банкротом и об утверждении конкурсного управляющего принято судом 05.12.2018.

Установив основания для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарнои? ответственности, конкурсныи? управляющии?, кредиторы ФИО8 и ФИО9 обратились в суд с соответствующими заявлениями 03.09.2019 и 15.04.2020.

Обстоятельства, на которые сослались управляющии? и кредиторы, признаны судом достаточными для удовлетворения направленных против ФИО10, ФИО11 и ФИО12 требовании?.

Сославшись в обоснование требовании?, предъявленных к иностраннои? компании, Чижу Ю.А. и ФИО3, на те же обстоятельства, общество «ГВСУ Центр» обратилось в суд 06.12.2021.

При этом требование общества «ГВСУ Центр» включено в реестр требовании? кредиторов должника 04.07.2019.

Таким образом, заявитель не был лишен возможности участвовать в рассмотрении заявлении? конкурсного управляющего, ФИО8 и ФИО9, срок исковои? давности начал исчисляться для общества «ГВСУ Центр» в любом случае не позднее 15.04.2020, однако заявление направлено в суд более чем через полтора года после этого дня.

Суд первой инстанции отметил, что одним из ответчиков общество «ГВСУ Центр» указало ранее единственного, а в настоящее время мажоритарного участника должника, то есть лицо, установить статус которого не представлялось затруднительным.

Относительно срока исковои? давности по дополнительному основанию привлечения к ответственности – перечисления должником 110 858 568 рублеи? 90 копеек обществу «Вариант» со ссылкои? на оплату договоров поставки от 04.09.2014 № 121 и от 05.09.2014 № 122/1, доказательства реального исполнения которых отсутствуют, - суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Институт исковои? давности направлен на соблюдение принципа правовои? определенности в гражданско-правовых правоотношениях и является одним из способов защиты, применяемым ответчиком в случае длительного бездеи?ствия взыскателя или иного заинтересованного лица.

В рамках дела о банкротстве право на обращение в суд с заявлением о привлечении к ответственности контролировавших должника лиц у конкурсного управляющего и конкурсного кредитора, требование которого включено в реестр в ходе процедуры конкурсного производства, возникает не одновременно. Как правило, управляющии? ранее располагает объемом информации, необходимым для инициирования соответствующего обособленного спора. Кредитор же признается полноценным участником дела и наделяется правом на обращение в суд (при наличии необходимого размера требования) после включения в реестр.

Вместе с тем, по мнению суда, изложенное не означает, что у каждого кредитора, требование которого включается в реестр в ходе процедуры конкурсного производства, срок исковои? давности по требованию о привлечении контролировавших должника лиц к ответственности начинает течь заново.

В связи с этим справедливым представляется установление разумного срока, в течение которого первое лицо, наделенное правом на обращение в суд с заявлением, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, свидетельствующих о наличии основании? для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарнои? ответственности.

В настоящем деле в качестве дополнительного основания кредитор указал на совершение должником платежеи? в пользу общества «Вариант», о которых заявителю, как он отметил, стало известно из акта инвентаризации, составленного 11.11.2021. При этом общество «ГВСУ Центр» обращало внимание на отсутствие доказательств реальности исполнения договоров поставки, со ссылкои? на которые осуществлены платежи, следовательно, проведение анализа условии? сделок не требовалось.

Таким образом, в качестве дополнительного основания для привлечения иностраннои? компании, ФИО2 и ФИО3 к ответственности заявитель указал на безвозмездное перечисление должником денежных средств обществу «Вариант», о котором возможно узнать, запросив в ФНС России список счетов должника в кредитных организациях, а затем выписки по этим счетам. Данные деи?ствия являются стандартными при проведении всех процедур банкротства.

Получение такои? информации через два года и одиннадцать месяцев после признания должника банкротом, по мнению суда, не может быть признано разумным сроком.

Инои? подход позволил бы стороне взыскателя манипулировать институтом исковои? давности в ущерб принципу правовои? определенности в гражданско-правовых правоотношениях и необоснованно ограничил бы право ответчика на защиту.

В связи с изложенным суд первой инстанции признал срок исковои? давности по требованию общества «ГВСУ Центр» пропущенным.

Таким образом, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

Апеллянт в своей жалобе указывает следующие доводы: о наличии оснований для привлечения к ответственности Ю.А. Чижа, ФИО3, RealtuneInvestmentsLimited к субсидиарной ответственности по обязательствам должника стало известно лишь после принятия определения от 26.02.2021; суд первой инстанции неправильно распределил бремя доказывания и необоснованно признал нецелесообразным дальнейшее истребование сведений о бенефициарах иностранной компании у управляющей компании, являющейся резидентом Республики Кипр, поскольку именно данная информация является доказательством того, что ответчик может быть отнесен к категории контролировавших должника лиц.

Апелляционный суд отклоняет вышеизложенные доводы апеллянта.

Поскольку спорные правоотношения имели место в период с 23.01.2014 года по 07.08.2014 года, правила ст. 4 ФЗ от 29.07.2017 года №266-ФЗ и нормы Закона о банкротстве, закрепленные в главе III.2, не подлежат применению к данным отношениям. В рамках рассмотрения настоящего дела применению подлежат нормы Закона о банкротстве и иного гражданского законодательства, действовавшие в период с 23.01.2014 по 07.08.2014 года (см., например: Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.11.2021 года №А40-65579/2017, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 01.07.2021 № Ф05-13569/2021 по делу № А41-4145/2017, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 № 09АП-67205/2021 по делу № А40-120916/2020).

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку спорные правоотношения имели место с 23.01.2014 по 07.08.2014 г., а институт срока исковой давности и правила его течения устанавливаются нормами материального права (Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 № 10АП-21690/2021 по делу № А41-39256/2016), в настоящем деле к сроку исковой давности в соответствии с положениями, изложенными ранее, должны применяться положения Закона о банкротстве в редакции от 28.12.2013 № 419-ФЗ.

Согласно абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве (в ред. на 28.12.2013 № 419-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным п. 2 и п. 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска субъективного или объективного срока, управомоченное лицо лишается права на удовлетворение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) также разъяснено, что срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а именно: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.07.2019 требование заявителя в размере 25 499 036,36 рублей основного долга было включено в третью очередь реестра требований кредиторов.

Кредитор, действуя добросовестно и разумно, должен был узнать о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами, соответственно, о наличии оснований (при наличии таковых) для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц с момента включения требований в реестр требований кредиторов должника (Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), от 30.11.2020 № 306-ЭС20-5953(2), Постановление Арбитражного суда Московского округа от 01.07.2021 № Ф05-13569/2021 по делу № А41-4145/2017, Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 № 10АП-21690/2021 по делу № А41-39256/2016, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2021 № 09АП-49239/2021 по делу № А40-126286/2015, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 № 09АП-67205/2021 по делу № А40-120916/2020, Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2021 № 10АП-1305/2021 по делу № А41-4145/2017).

Таким образом, с учетом указанной практики и того обстоятельства, что заявитель был включен в реестр требований кредиторов 04.07.2019, срок исковой давности истек не позднее 03.07.2020.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что институт исковой давности направлен на соблюдение принципа правовой определенности в гражданско-правовых правоотношениях и является одним из способов защиты, применяемым ответчиком в случае длительного бездействия взыскателя или иного заинтересованного лица.

В рамках дела о банкротстве право на обращение в суд с заявлением о привлечении к ответственности контролировавших должника лиц у конкурсного управляющего и конкурсного кредитора, требование которого включено в реестр в ходе процедуры конкурсного производства, возникает не одновременно. Как правило, управляющий ранее располагает объемом информации, необходимым для инициирования соответствующего обособленного спора, а кредитор признается полноценным участником дела и наделяется правом на обращение в суд (при наличии необходимого размера требования) после включения в реестр. Вместе с тем, изложенное не означает, что у каждого кредитора, требование которого включается в реестр в ходе процедуры конкурсного производства, срок исковой давности по требованию о привлечении контролировавших должника лиц к ответственности начинает течь заново.

В связи с этим справедливым представляется установление разумного срока, в течение которого первое лицо, наделенное правом на обращение в суд с заявлением, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности.

Бремя доказывания, являлось ли лицо контролирующим должника, возлагается на заявителя (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2021 № 09АП-22951/21, 09АП-22958/21, 09АП-22962/21, 09АП-22966/21, 09АП-22969/21, 09АП-22971/21, 09АП-22974/21, 09АП-22975/21, 09АП-22978/21 по делу № А40-160434/2018, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.10.2022 № Ф05-18807/2019 по делу № А40-223538/2017).

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве) (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.11.2021 № Ф05-3396/2020 по делу № А41-21948/2017, Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021 № 10АП-6244/2021 по делу № А41-21948/2017, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 25.02.2022 № Ф05-10404/2020 по делу № А40-188132/2019, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 09.02.2022 № Ф05-12660/2017 по делу № А40-92318/2016).

Заявитель не представил доказательства того, что ответчики являлись контролирующими должника лицами.

Вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу неоднократно установлено, что конечным бенефициаром должника являлся ФИО12 (определения от 10.01.2020 и от 05.11.2020 об отказе во включении требовании? обществ с ограниченнои? ответственностью «Эксима» и «Трансриал» в реестр требовании? кредиторов должника, определение от 26.02.2021 о привлечении ФИО10, ФИО11 и ФИО12 к субсидиарнои? ответственности).

Общество «ГВСУ Центр» не представило доказательств, свидетельствующих об одобрении иностраннои? компаниеи? сделок, повлекших причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, ее вина в признании должника банкротом отсутствует. Также не имеется доказательств того, иностранная компания участвовала в оперативном управлении деятельностью должника, формировала и (или) имела в распоряжении документы, которые следовало передать конкурсному управляющему.

Учитывая пропуск заявителем срока исковой давности, отсутствие в материалах дела доказательств того, что ответчики контролировали должника, апелляционный суд приходит к выводу, что суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства об истребовании доказательств и рассмотрел спор по имеющимся доказательствам.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2022 по делу № А40-14442/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу АО ХК «ГВСУ «Центр»– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ю.Л. Головачева


Судьи: А.А. Комаров


С.А. Назарова