Постановление от 10 февраля 2022 г. по делу № А70-5830/2020

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-5830/2020
10 февраля 2022 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 10 февраля 2022 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Аристовой Е.В., Дубок О.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-14250/2021) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 26 октября 2021 года по делу № А70-5830/2020 (судья Пронина Е.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли в праве общей долевой собственности от 27.08.2019 и применении последствий его недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>),



установил:

решением Арбитражного суда Тюменской области от 10.06.2020 (резолютивная часть от 03.06.2020) ФИО4 (далее – ФИО4, должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, финансовый управляющий).

Финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением, в котором просил признать недействительной сделку, заключенную должником с ФИО2 (далее – ФИО2) - договор дарения доли в праве общей долевой собственности от 27.08.2019 на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, общей площадью: 94,7 квадратных метров (согласно правоустанавливающему документу 95,4 квадратных метров), этаж № 1, кадастровый номер 72:17:0201001:1353, размер доли: 1/3; применить последствия недействительности сделки - обязать ФИО2 возвратить ФИО4 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, общей площадью: 94,7 квадратных метров (согласно правоустанавливающему документу 95,4 квадратных метров), этаж № 1, кадастровый номер 72:17:0201001:1353.

Впоследствии финансовый управляющий уточнил требования, просил признать недействительной сделку, заключенную должником с ФИО2 (далее – ФИО2) - договор дарения доли в праве общей долевой собственности от 27.08.2019 на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, общей площадью: 94,7 квадратных метров (согласно правоустанавливающему документу 95,4 квадратных метров), этаж № 1, кадастровый номер 72:17:0201001:1353, размер доли: 1/3; применить последствия недействительности сделки – взыскать с ФИО2 в конкурсную массу должника стоимость 1/3 доли в праве общей долевой собственности от 27.08.2019 на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, общей площадью: 94,7 квадратных метров (согласно правоустанавливающему документу 95,4 квадратных метров), этаж № 1, кадастровый номер 72:17:0201001:1353, в размере 1/3 от кадастровой стоимости – 2 486 708 руб. 36 коп.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 26.10.2021 требования финансового управляющего удовлетворены, признан недействительным договор дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру, заключенный 27.08.2019 между ФИО4 и ФИО2, в отношении 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, общей площадью: 94,7 кв.м. (согласно правоустанавливающему документу 95,4 кв.м.), этаж № 1, кадастровый номер объекта – 72:17:0201001:1353, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ФИО4 денежных средств в размере 828 902 руб. 79 коп., с ФИО2 в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 указала, что финансовым управляющим надлежащим образом не доказан факт причинения спорной сделкой вреда имущественным правам кредиторов должника, а также осведомленности ФИО2 о наличии у ФИО4 на дату совершения спорной сделки признаков неплатежеспособности.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, Сибирский банк реконструкции и развития (общество с ограниченной ответственностью) (далее – Банк СБРР (ООО)) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «АСВ») представило отзыв, в котором просило обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

До начала заседания суда апелляционной инстанции, назначенного на 24.01.2022, от ФИО2 поступили дополнения к апелляционной жалобе.

Определением суда апелляционной инстанции от 24.01.2022 рассмотрение апелляционной жалобы было отложено на 02.02.2022 по причине отсутствия судьи-докладчика. Информация об отложении размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

До начала заседания суда апелляционной инстанции, назначенного на 02.02.2022, от финансового управляющего поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие, в котором он просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определением суда апелляционной инстанции от 02.02.2022 рассмотрение апелляционной жалобы было отложено на 07.02.2022 по причине отсутствия судьи-докладчика. Информация об отложении размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

Финансовый управляющий, ФИО2, Банк СБРР (ООО) в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ», иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не считает определение Арбитражного суда Тюменской области от 26.10.2021 по настоящему делу подлежащим отмене или изменению.

Как следует из материалов дела, 27.08.2019 между ФИО4 и ФИО2, действующей с согласия своей матери, был заключен договор дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящейся по адресу: <...>, общей площадью 94,7 (согласно правоустанавливающему документу 95,4 кв.м.), этаж № 1. кадастровый номер объекта - 72:17:0201001:1353 (пункт 1 договора) (том 16, листы дела 15-16).

В пункте 2 договора указано, что 1/3 доля в праве общей долевой собственности на квартиру принадлежит ФИО4 на основании договора дарения квартиры от 29.11.2010, зарегистрированного 27.12.2010 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области за № 72-72-01/435/2010-206, договора дарения квартиры от 19.06.2012, зарегистрированного 10.08.2012 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области за № 72-72-01/045/2012-184, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 10.08.2012 сделана запись регистрации № 72-72-01/045/2012-186, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным 10.08.2012 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области.

Согласно пункту 3 договора кадастровая стоимость квартиры составляет 2 486 708 руб. 36 коп., что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) об объекте недвижимости № КУВИ-001/2019-20902291, выданной 26.08.2019 Филиалом ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Тюменской области. Кадастровая стоимость отчуждаемой доли в праве общей долевой собственности на квартиру составляет 828 902 руб. 79 коп.

Согласно пункту 4 договора стороны оценили указанную долю в праве общей долевой собственности на квартиру в 828 902 руб. 79 коп.

ФИО2 указанную долю в праве общей долевой собственности на квартиру в дар от ФИО4 приняла (пункт 5 договора).

Согласно пункту 7 договора стороны при заключении настоящего договора в присутствии нотариуса дают друг другу заверения, что в отношении их не возбуждена процедура банкротства, в отношении них отсутствуют признаки неплатежеспособности и/или/ недостаточности имущества, в отношении них не ведётся производство по делу о несостоятельности (банкротстве), арбитражным судом не признана обоснованность заявления о признании несостоятельным (банкротом), не введен план реструктуризации долгов, не принято решение об объявлении несостоятельным (банкротом) и реализации принадлежащего имущества. Стороны гарантируют, что отсутствуют основания для оспаривания заключенных ими сделок, предусмотренные Законом о банкротстве.

Право собственности на указанную долю в праве общей долевой собственности на квартиру возникает у ФИО2 с момента регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области (пункт 8 договора).

Договор нотариально удостоверен, 28.08.2019 зарегистрирован в реестре за № 72/40-н/72-2019-10-2.

Считая, что данная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку на момент ее совершения должник отвечал признакам неплатежеспособности, между заинтересованными сторонами (мать и дочь), финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Тюменской области с настоящим заявлением о признании ее недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 160 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Удовлетворяя требования финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из следующего:

- оспариваемая сделка совершена 28.08.2019, то есть в течение трех лет до возбуждения дела в отношении должника дела о банкротстве (23.04.2020), в связи с чем она может быть оспорена на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве;

- на момент совершения оспариваемой сделки ФИО4 отвечала признаку неплатежеспособности, поскольку перестала исполнять обязательства перед Банком ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк ВТБ (ПАО)), Банком СБРР (ООО), как то следует из решения Центрального районного суда города Тюмени от 21.01.2019 по гражданскому делу № 2-10241/2018, решения Центрального районного суда города Тюмени от 21.01.2019 по гражданскому делу № 2-10241/2018, решения Калининского районного суда города Тюмени от 07.09.2018 по гражданскому делу № 2-3875/2018, решения Калининского районного суда города Тюмени от 07.09.2018 по гражданскому делу № 2-3875/2018;

- из текста оспариваемого договора следует, что ФИО2 действует с согласия своей матери, ФИО4, таким образом, стороны спорной сделки состоят в отношениях родства (мать и дочь), то есть являются заинтересованными лицами, в связи с чем осведомленность одаряемой ФИО2 в лице ее матери ФИО4 о наличии у спорной сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов презюмируется;

- в результате безвозмездного отчуждения должником дочери принадлежащего должнику имущества по спорному договору дарения был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, выразившийся в уменьшении размера имущества должника, за счет которого было возможно удовлетворение требований кредиторов;

- квартира, расположенная по адресу: <...>, не является единственным жильем для ответчика в смысле статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку 11.09.2020 ФИО2 продала 1/3 доли в праве собственности на спорную квартиру ФИО5 (далее – ФИО5), предполагая возможные последствия совершения ею соответствующей сделки.

В связи с изложенными обстоятельствами суд первой инстанции признал договор дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру, заключенный 27.08.2019 между ФИО4 и ФИО2, в отношении 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, общей площадью: 94,7 кв.м. (согласно правоустанавливающему документу 95,4 кв.м.), этаж № 1, кадастровый номер объекта – 72:17:0201001:1353, недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку согласно выписке из ЕГРН № 99/2021/410460386 от 11.08.2021 (том 16, листы дела 54-56) собственником 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, общей площадью 94,7 кв.м., в настоящее время является ФИО5, которую суд первой инстанции посчитал добросовестным приобретателем в силу того, что ФИО5 прибрела спорную долю с использованием кредитных средств банка, суд первой инстанции применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ФИО4 денежных средств в размере 828 902 руб. 79 коп., что составляет 1/3 кадастровой стоимости квартиры, равной 2 486 708 руб. 36 коп.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Фактические обстоятельства дела установлены судом первой инстанции в соответствии с представленными в дело доказательствами, основания для установления иных фактических обстоятельств у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал и установил фактические обстоятельства дела, дал развернутую оценку доводам участвующих в деле лиц и представленным доказательствам, правильно применил нормы материального и процессуального права.

Все содержащиеся в обжалуемом судебном акте выводы основаны на представленных в материалы дела доказательствах и соответствуют им.

Суд первой инстанции правильно установил наличие у спорной сделки признаков, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, применил последствия недействительности спорной сделки.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 указала, что финансовым управляющим надлежащим образом не доказан факт наличия у должника на дату совершения спорной сделки признаков неплатежеспособности, причинения спорной сделкой вреда имущественным правам кредиторов должника, а также осведомленности ФИО2 о наличии у ФИО4 на дату совершения спорной сделки признаков неплатежеспособности.

Между тем приведенные доводы ФИО2 обоснованными не являются в связи со следующим.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии с абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве.

Так, в силу статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как усматривается из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, на дату совершения спорной сделки ФИО4 имела задолженность, которая в дальнейшем была включена в реестр требований кредиторов должника.

Так, решением Калининского районного суда города Тюмени от 07.09.2018 по гражданскому делу № 2-3875/2018, вступившим в законную силу 18.10.2018, с ФИО4 и иных лиц солидарно в пользу Банка СБРР (ООО) взыскана сумма основного долга в размере 8 683 737 руб. 01 коп. по договору поручительства № 17-019 от 31.01.2017, сумма процентов в размере 1 220 492 руб. 64 коп., сумма неустойки в размере 1 865 909 руб. 51 коп., сумма неустойки за просрочку уплаты процентов в размере 137 197 руб. 18 коп.; солидарно в пользу Банка СБРР (ООО) взыскана задолженность по уплате процентов за пользование кредитом, неустойка за просрочку уплаты основного долга, неустойка за просрочку уплаты процентов по договору об открытии кредитной линии № 17-007 от 31.01.2017 за период с 02.07.2018 по день фактического возврата кредита, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 66 000 руб., обращено взыскание на предмет залога.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда решение решением Калининского районного суда города Тюмени от 07.09.2018 по гражданскому делу № 2-3875/2018 было отменено в части солидарного взыскания долга в отношении ФИО6, изменено в части обращения взыскания на заложенное имущество, в остальной части оставлено без изменения.

Решением Калининского районного суда города Тюмени от 20.06.2019 по гражданскому делу № 2-225/2019 с ФИО4 в пользу Банка СБРР (ООО) взыскана задолженность по договору поручительства № 17-299 от 27.12.2017 по состоянию на 01.10.2018 в размере 7 985 346 руб. 49 коп., из которых: 5 000 000 руб. – сумма просроченного основного долга, 1 151 809 руб. 60 коп. - сумма просроченных процентов, 1 582 000 руб. - неустойка за просрочку уплаты основного долга, 251 536 руб. 89 коп. - неустойка за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом, задолженность по уплате процентов за пользование кредитом, неустойка за просрочку уплаты основного долга, неустойка за просрочку уплаты процентов по кредитному договору № <***> от 27.12.2017 за период с 02.10.2018 по день фактического возврата кредита, а также взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 48 126 руб. 49 коп., обращено взыскание на предмет залога.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 27.11.2020 признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4, как обеспеченные залогом имущества должника, основанные на указанных судебных актах требования СБРР (ООО) в размере 45 521 200 руб. 27 коп., в том числе: 13 683 737 руб. 01 коп. - сумма основного долга, 9 201 667 руб. 89 коп. - сумма просроченных процентов, 16 712 439 руб. 07 коп. - сумма неустойки за просрочку уплаты основного долга; 5 875 229 руб. 81 коп. - сумма неустойки за просрочку уплаты процентов; 48 126 руб. 49 коп. - сумма расходов по уплате государственной пошлины.

Решением Центрального районного суда города Тюмени от 21.01.2019 по гражданскому делу № 2-10241/2018, вступившим в законную силу 06.02.2019, с ФИО4 в пользу Банка ВТБ (ПАО) взыскана сумма основного долга в размере 1 609 537 руб. 01 коп. по договору поручительства № 721/1015-0000779-п01 от 18.04.2016, сумма процентов в размере 145 298 руб. 22 коп., сумма неустойки в размере 25 914 руб.55 коп.; сумма основного долга в размере 108 546 руб. 95 коп. по договору поручительства № 721/1015-0000514-п01 от 19.04.2013, сумма процентов в размере 1 854 руб. 22 коп., сумма неустойки в размере 14 572 руб. 95 коп.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.01.2021 основанные на указанном судебном акте требования Банка ВТБ (ПАО) в размере 1 904 572 руб. 95 коп., в том числе 1 716 933 руб. 01 коп. – долг, 147 152 руб. 44 коп. – проценты, 40 487 руб. 50 коп. – неустойка, включены в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО4; требования Банка ВТБ (ПАО) в размере 1 865 764 руб. 09 коп., в том числе 1 714 608 руб. 30 коп. – долг, 116 750 руб. 03 коп. – проценты, 34 405 руб. 76 коп. – неустойка, признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества ФИО4, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, на момент совершения спорной сделки у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, следовательно, на указанный момент должник отвечал признаку неплатежеспособности.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В настоящем случае в результате совершения ФИО4 и ФИО2 спорной сделки из конкурсной массы должника выбыло имущество, которое могло быть направлено на погашение требований кредиторов, что свидетельствует о причинении спорной сделок вреда имущественным правам кредиторов ФИО4

Относительно осведомленности ответчика о противоправной цели при осуществлении оспариваемых перечислений суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Толкование того, что судебная практика подразумевает под понятием «должно было быть известно», содержится в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которому при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из текста оспариваемого договора прямо следует, что ФИО2 является дочерью ФИО4, поскольку при заключении договора ФИО2 действует с согласия своей матери, ФИО4

Таким образом, между должником и ответчиком имеется родственная связь, ФИО2 является дочерью должника, что ею не оспаривается, в связи с чем ФИО2 в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Следовательно, осведомленность ФИО2 на дату совершения спорной сделки о наличии у ФИО4 признаков неплатежеспособности, а значит, и о совершении спорной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинении ею такого вреда, презюмируется.

Доказательства, подтверждающие, что об указанных обстоятельствах на дату совершения спорной сделки она не знала и не могла знать, ФИО2 в материалы дела не представлены.

Напротив, последующая срочная перепродажа подаренного в отсутствие доказательств получения и самостоятельного расходования денежных средств от продажи говорит о том, что никакой добросовестной цели сделки, как то действительно одарить ребенка, у данной сделки не было.

Доводы ФИО2, согласно которым на дату совершения спорной сделки ФИО2 было семнадцать лет, в связи с чем она не могла быть осведомлена о неудовлетворительном финансовом состоянии своей матери ФИО4, обоснованными не являются.

Согласно пункту 1 статьи 26 ГК РФ несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет совершают сделки, за исключением названных в пункте 2 настоящей статьи, с письменного согласия своих законных представителей - родителей, усыновителей или попечителя.

Сделка, совершенная таким несовершеннолетним, действительна также при ее последующем письменном одобрении его родителями, усыновителями или попечителем.

На основании пункта 2 статьи 26 ГК РФ несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет вправе самостоятельно, без согласия родителей, усыновителей и попечителя: 1) распоряжаться своими заработком, стипендией и иными доходами; 2) осуществлять права автора произведения науки, литературы или искусства, изобретения или иного охраняемого законом результата своей интеллектуальной деятельности; 3) в соответствии с законом вносить вклады в кредитные организации и распоряжаться ими; 4) совершать мелкие бытовые сделки и иные сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 28 настоящего Кодекса.

По достижении шестнадцати лет несовершеннолетние также вправе быть членами кооперативов в соответствии с законами о кооперативах.

Как следует из пункта 3 статьи 26 ГК РФ, несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несут имущественную ответственность по сделкам, совершенным ими в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи. За причиненный ими вред такие несовершеннолетние несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом.

Таким образом, по смыслу приведенных норм права несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, в отличие от малолетних (статья 28 ГК РФ), обладая частичной дееспособностью, могут являться самостоятельными субъектами гражданских правоотношений (в том числе правоотношений, возникающих при заключении сделок), процессуальных правоотношений.

То есть законодатель признает наличие у несовершеннолетних в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самосознания и степени осознания окружающей, в том числе правовой, действительности, достаточного не только для самостоятельного совершения ими волевых действий, направленных на возникновение, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей (сделок, обозначенных в законе), но и для самостоятельного несения имущественной ответственности по таким сделкам и ответственности за причиненный ими вред.

В связи с указанными обстоятельствами, учитывая отсутствие в деле доказательств признания ФИО2 на дату совершения спорной сделки недееспособной или ограниченно дееспособной в установленном статьями 29, 30 ГК РФ порядке, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований полагать, что содержащаяся в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпция осведомленности заинтересованного по отношению к должнику лица о совершении спорной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника не подлежит применению к ФИО2 по причине того, что по состоянию на дату совершения спорной сделки (27.08.2019) ФИО2 исполнилось семнадцать лет (исходя из даты рождения ФИО2, обозначенной в тексте спорного договора – 08.03.2002).

Кроме того, в настоящем случае необходимо учитывать, что должник ФИО4, в любом случае осведомленная о своем финансовом положении по состоянию на 27.08.2019, в соответствии с пунктом 1 статьи 26 ГК РФ дала ФИО2 согласие на совершение спорной сделки, несмотря на наличие у таковой цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, о которой ФИО4 было достоверно известно.

А потому судом первой инстанции правильно установлено наличие на стороне одаряемого по спорному договору и ответчика по настоящему обособленному спору осведомленности о совершении спорной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Какие-либо иные конкретные доводы относительно незаконности или необоснованности обжалуемого определения, в том числе в части применения судом первой инстанции последствий недействительности спорной сделки, в апелляционной жалобе ФИО2 не содержатся.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в ее удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 26 октября 2021 года по делу № А70-5830/2020 (судья Пронина Е.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли в праве общей долевой собственности от 27.08.2019 и применении последствий его недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-14250/2021) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий


О.В. Зорина

Судьи


Е.В. Аристова

О.В. Дубок