Постановление от 5 декабря 2023 г. по делу № А40-182141/2017

№ 09АП-62368/2023

Дело № А40-182141/17
г. Москва
05 декабря 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2023 года


Постановление изготовлено в полном объеме 05 декабря 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева,

судей О.В. Гажур, Р.Г. Нагаева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 25 сентября 2023 года по делу № А40-182141/17

о признании недействительной сделку в виде заключенного между ФИО2 и ФИО3 23.04.15г. договора купли-продажи 1/2 доли в праве собственности на квартиру по адресу <...>, кадастровый номер 77:01:0005018:1950

в рамках дела о банкротстве ФИО2

при участии в судебном заседании:

от ООО «Инвест проект»: ФИО4 по дов. от 22.12.2022

от ФИО5: ФИО6 по дов. от 09.11.2023

от ФИО7: ФИО6 по дов. от 09.11.2023

от ФИО2: ФИО8 по дов. от 08.02.2023

от ФИО3: ФИО9 по дов. от 08.01.2023

ф/у ФИО10 лично, паспорт

Иные лица не явились, извещены.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.02.2018 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО11

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 23.12.2022. финансовым управляющим ФИО2 утверждена ФИО10

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.09.2023 признан недействительным заключенный между ФИО2 и ФИО3 23.04.2015 договор купли-продажи 1/2 доли в праве собственности на квартиру по адресу <...>, кадастровый номер 77:01:0005018:1950. На ФИО3 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу ФИО12 1/2 доли в праве собственности на квартиру по адресу <...>.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и ФИО3 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение и отказать в удовлетворении заявления ООО «Инвест Проект».

В судебное заседание явились лица согласно протоколу.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 156 АПК РФ.

Рассмотрев дело в порядке ст. 156, 266, 268 и 270 АПК РФ, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения арбитражного суда.

Как следует из материалов дела, 23.04.2015 между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи принадлежавшей ФИО2 1/2 доли в праве собственности на квартиру по адресу <...> (далее – Квартира) с определением стоимости отчужденной в пользу ФИО3 доли в 40.600.000 руб.

Суд первой инстанции правомерно принял во внимание положения ст. 13 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъясняющие, что п. 1 и 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

В связи с этим суд признал оспариваемую сделку недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ в связи с тем, что на момент ее совершения ФИО2 уже имел обязательства в значительном размере на основании договоров поручительства по кредитным договорам и, злоупотребляя своими правами, безвозмездно передал в пользу его бывшей супруги ФИО3 принадлежавшую ему 1/2 доли в праве собственности на Квартиру.

В свою очередь ФИО3, получив безвозмездно долю в праве собственности на указанное жилое помещение, также злоупотребила своим правом, поскольку не могла не осознавать, что тем самым ущемляются права должника, а, следовательно, и его кредиторов.

ФИО2 и ФИО3 состояли в браке, который был расторгнут в 2008 году.

Однако согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Ст. 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительный совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда может быть включено уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи, с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. 10 и 168 ГК РФ).

Судом сделан верный вывод о наличии в действиях ФИО2 и ФИО3 признаков злоупотребления правом, поскольку отчуждение дорогостоящего спорного имущества было безвозмездно совершено в пользу заинтересованного лица. При этом при совершении оспариваемой сделки должник преследовал цель избежать возможного обращения взыскания на его имущество по договорам поручительства.

При этом довод апеллянтов о том, что у ФИО2 на момент совершения оспариваемой сделки отсутствовали признаки неплатежеспособности, поскольку решения судов о взыскании с него задолженности по договорам поручительства были вынесены после совершения оспариваемой сделки, отклоняется ввиду следующего.

По смыслу положений ст. 361 ГК РФ, договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам (Определение Верховного суда Российской Федерации от 24.11.2015 № 89- КГ15-13).

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», по общему правилу, обязанности поручителя перед кредитором возникают с момента заключения договора поручительства, в том числе договора поручительства по будущим требованиям. Например, с этого момента поручитель может быть обязан поддерживать определенный остаток на счетах в банке, раскрывать кредитору информацию об определенных фактах и т.п. (п. 2 ст. 307, п. 1 ст. 425 ГК РФ).

Вместе с тем требования к поручителю, связанные с нарушением должником основного обязательства, могут быть предъявлены кредитором лишь при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства (п. 1 ст. 363 ГК РФ).

В настоящем случае должник, будучи осведомленным об отрицательном финансовом положении основного заемщика, мог предвидеть наступление негативных последствий неисполнения кредитных договоров, заключенных с банком, как для основного заемщика, так и для поручителей. Фактически заключение оспариваемой сделки было осуществлено исключительно с целью вывода ликвидного имущества, что является злоупотреблением правом (ст. 10 ГК РФ).

Суд принимает во внимание наличие Дополнительных соглашений, которые предусматривали новые сроки возврата займов основным заемщиком (АО «Техэнергопроект») по кредитным договорам, по обязательствам которого ФИО2 являлся поручителем.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.06.2018 в реестр требований кредиторов ФИО2 включено требование ФИО7 в размере 113 778 916,92 руб. - задолженность по кредитным договорам, заключенным межу АО «Техэнергопроект» и ББР Банк (АО), с учетом заключенных между ФИО2 и ББР Банк (АС) договоров поручительства.

Также, определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.08.2018 включено требование ФИО5 в размере 68 395 634,40 руб. - задолженность по кредитным договорам, заключенным межу АО «Техэнергопроект» и ББР Банк (АО), с учетом заключенных между ФИО2 и ББР Банк (АО) договоров поручительства.

Поскольку обязательства ФИО2, включенные в реестр требований кредиторов, вытекают из договоров поручительства по кредитным обязательствам АО «Техэнергопроект», при определении наличия в действиях ФИО2 умысла на причинение вреда кредиторам, следует принимать во внимание момент наступления признаков неплатежеспособности АО «Техэнергопроект», а также момент, когда ФИО2 стало известно о невозможности АО «Техэнергопроект» исполнить кредитные обязательства.

В силу абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

На дату совершения ФИО2 оспариваемой сделки (23.04.2015) АО «Техэнергопроект» прекратило исполнение денежных обязательств перед кредиторами, то есть отвечало признакам неплатежеспособности.

Так, Решением Арбитражного суда г. Москвы от 15.10.2015 по делу № А40-96751/2015 с ЗАО «Техэнергопроект» в пользу ООО «Котлер» взыскана задолженность по договору подряда № 16 от 18.08.2014 в размере 2 344 407,51 руб.

Работы по договору выполнены в полном объеме, акт сдачи-приемки работ направлен ЗАО «Техэнергопроект» для подписания, 19.01.2015 выставлен счет на оплату выполненных работ, который должен быть оплачен до 18.03.2015.

12.03.2015 субподрядчиком в адрес подрядчика направлена претензия № 51 с требованием о подписании акта сдачи-приемки выполненных работ и полой оплате работ. На данную претензию получен ответ № 212, согласно которому подрядчик подтверждает наличие задолженности, однако акт сдачи-приемки работ подрядчиком не подписан, работы полностью не оплачены.

На основании указанного судебного акта в отношении АО «Техэнергопроект» возбуждено производство по делу о банкротстве (Определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 23.11.2016 по делу № А15-5558/2019, Решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 26.06.2018 АО «Техэнергопроект» признано банкротом).

Помимо этого, Решением Арбитражного суда г. Москвы от 15.07.2016 по делу №А40-52166/15 с ЗАО «Техэнергопроект» в пользу ОАО «51 Центральный Конструкторско-Технологический Институт Судоремонта» взыскана задолженность по договору подряда №Г0514077 от 11.08.2014 в размере 15 376 256,17 руб.

Работы были выполнены на сумму в размере 15 376 256,17 руб., что подтверждается техническими актами, однако ответчик обязанности по оплате не исполнил. Работы по первому этапу были сданы и приняты 18.08.2014, по второму этапу - 10.10.2014, по третьему этапу - 02.09.2014 и 12.09.2014.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 19.08.2016 по делу № А40-218725/15 с ЗАО «Техэнергопроект» в пользу ОАО «Малая Энергетика» взысканазадолженность по договору поставки № ДП-СС/01 от 24.09.2013 в размере 12 929 056,61руб.

Таким образом, АО «Техэнергопроект» прекратило исполнять обязательства перед кредиторами, то есть стало отвечать признакам неплатежеспособности, в период, непосредственно предшествующий отчуждению ФИО2 всего принадлежащего ему имущества, в том числе спорной доли в квартире.

Поскольку ФИО2 с 23.01.2003 являлся акционером АО «Техэнергопроект», он не мог не знать о кризисном финансовом положении АО «Техэнергопроект» и прекращении указанным обществом исполнения своих обязательств перед кредиторами и, как следствие, не мог не осознавать, что взыскание задолженности может быть обращено на его личное имущество как поручителя АО «Техэнергопроект».

Следовательно, действия по отчуждению имущества, фактически были направлены на недопущение обращения взыскания на личное имущество должника.

ФИО3 в апелляционной жалобе указывает, что судом первой инстанции сделан неверный вывод об отсутствии в материалах дела достоверных доказательств, подтверждающих финансовую возможность ФИО3 произвести оплату по договору купли-продажи доли в размере 40 600 000 руб.

Однако, как следует из пояснений финансового управляющего, из анализа банковских выписок по счетам ФИО2 не прослеживается поступление на принадлежащие должнику счета денежных средств в счет оплаты за отчужденную долю в квартире.

Согласно представленным ответчиком в материалы дела копиям расписок, ФИО2 в счет оплаты по договору купли-продажи ½ доли в праве общей долевой собственности на Квартиру получил 600 000 руб. (расписка от 22.04.2015) и 40 000 000 руб. (расписка от 23.04.2015).

Между тем, формальное указание в договоре об исполнении обязательств по передаче денежных средства не свидетельствует об исполнении данной обязанности, что неоднократно подтверждено в правоприменительной практике (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2018 N 305-ЭС18-14419).

Согласно сложившейся судебной практике по вопросу о доказывании обстоятельств, касающихся совершения должником в преддверии банкротства сделок, направленных на отчуждение принадлежащего ему имущества, при проверке факта оплаты покупателем имущества должника наличными денежными средствами судами применяются подходы, выработанные высшей судебной инстанцией в п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве".

Так, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: - позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства; - имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником и т.д.

Данный правовой подход в отношении проверки обоснованности требований, предъявленных к должнику, подлежит применению и при оспаривании сделок должника в том случае, если обстоятельства совершения сделки свидетельствуют о наличном расчете между должником и стороной сделки.

Таким образом, необходимо применять в делах о банкротстве повышенный стандарт доказывания к обстоятельствам получения должником наличных денежных средств.

Повышенный стандарт доказывания в делах о банкротстве означает, что установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности заявленных требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

В подтверждение наличия денежных средств для оплаты ответчиком представлены следующие документы:

- договор займа от 15.04.2015, заключенный между ФИО13 и ФИО3, согласно которому ФИО14 передает в собственность ФИО3 денежные средства в размере 35 600 000 руб., срок займа 10 лет с момента выдачи суммы; за пользование займом проценты не начисляются и не выплачиваются.

- расписка от 12.04.2015, согласно которой ФИО3 получила от ФИО15 денежные средства в размере 5 000 000 руб.

Иные доказательства финансовой возможности произвести оплату по оспариваемому договору купли-продажи ФИО3 не представила.

Кроме того, не раскрыты основания, по которым сторонами спорного договора был выбран указанный (наличный) способ расчета, не предусматривающий каких-либо гарантий для сторон.

С учетом приведенных выше разъяснений, с целью проверки факта предоставления займов наличными денежными средствами, необходимо доказать наличие у ФИО13 денежных средств в размере 35 600 000 руб. по состоянию на 15.04.2015, а у ФИО15 - в размере 5 000 000 руб. по состоянию на 12.04.2023.

Между тем, представленные ответчиком доказательства в подтверждение финансовой возможности ФИО13 предоставить ФИО3 заем (выписка по счету Альфа Банка, выписка из лицевого счета АО «БМ-Банк», декларация по налогу на доходы физических лиц за 2009 г.) не подтверждают факт аккумулирования и снятия ФИО13 денежных средств в размере 35 600 000 руб. непосредственно в период, предшествующий дате заключения договора займа (15.04.2015).

Финансовый управляющий и ООО «Инвест Проект» обоснованно обращают внимание на то, что представленные расходный кассовый ордер № 513154 от 24.11.2015, заявление на перевод в иностранной валюте от 12.09.2022, заявление на перевод в иностранной валюте от 28.09.2022, договор купли-продажи квартиры от 17.08.2022 не могут служить доказательствами финансовой возможности ФИО13 по состоянию на апрель 2015 года.

Кроме того, заключение договора займа на значительную сумму (35 600 000 руб.) на длительный срок (10 лет) при отсутствии какого-либо обеспечения исполнения обязательств со стороны ФИО3 не имеет экономического целесообразности для заимодавца (ФИО13) и не соответствует стандартам разумного поведения. В связи с чем, к договору займа от 15.04.2015 между ФИО14 и ФИО3 суд относится критически (с учетом позиции Верховного суда Российской Федерации, отраженной в определении от 13.07.2018 по делу № А32-43610/2015).

Доказательств возврата (частичного возврата) займа ФИО14 также не представлено.

Также вызывает обоснованные сомнения возможность ФИО15 выдать заем в размере 5 000 000 руб., поскольку согласно налоговой декларации за 2014 и за 2015 год сумма полученных доходов за налоговый период составила 2 223 351 руб. и 1 580 990 руб. соответственно.

Таким образом, судом первой инстанции сделан верный вывод об отсутствии в материалах дела достоверных доказательств, свидетельствующих о фактическом наличии у ФИО3, как у покупателя по спорному договору, так и у лиц, предоставивших в ее пользу займы для расчета по спорной сделке, денежных средств в размере 40 600 000 руб. для фактической передачи в пользу ФИО2

ФИО2 также в апелляционной жалобе полагает необоснованными доводы суда первой инстанции об отсутствии сведений о расходовании ФИО2 от продажи квартиры.

Однако суд не усматривает в материалах дела достаточных сведений о том, как полученные средства были истрачены должником.

Ссылка должника на погашение за «счет полученных от продажи спорного имущества денежных средств задолженности перед гражданином ФИО16, банком ФИО17, ООО «Концерн ФИО18 (ФИО18 Европа)» не подтверждена документально. Из анализа расчетных счетов должника не усматривается предоставление и возврат займов в пользу указанных лиц.

Также принимается во внимание тот факт, что ФИО2 в короткий промежуток времени (апрель-июнь 2015 года) было отчуждено практически все принадлежащее ему на праве собственности недвижимое имущество: доля в праве собственности на Квартиру, квартиры № 139 и № 140 по адресу: <...>, машино-места № 138 и № 139 по адресу: <...>, сооружение А. Общая сумма вырученных денежных средств составила 99 882 922 руб.

В связи с этим в данном случае, поскольку суду не пояснено, куда были потрачены вырученные от продажи всего вышеуказанного имущества денежные средства, нет оснований полагать, что именно вырученные от продажи Квартиры денежные средства были направлены на указанную должником цель.

Также суд апелляционной инстанции отклоняет довод о пропуске срока исковой давности в связи с учетом всех обстоятельств дела.

Согласно п. 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания.

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года.

Однако в рамках настоящего дела о банкротстве Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022 установлено, что должник в преддверии введения процедуры банкротства совершил отчуждение 7 объектов недвижимого имущества, расположенного на территории г. Москвы и Московской области, кадастровой стоимостью 103 568 760,19 руб.

Финансовым управляющим был составлен отчет по результатам анализа сделок должника, в котором он приходит к выводам об отсутствии оснований для оспаривания указанных сделок, руководствуясь исключительно тем, что передача денежных средств за недвижимое имущество подтверждена распиской, при этом достаточные доказательства передачи денежных средств отсутствуют.

Кроме того, финансовый управляющий не исследовал следующие обстоятельства, подлежащие исследованию: каким образом якобы полученные денежные средства, были израсходованы должником? Имел ли покупатель финансовую возможность для оплаты приобретаемого имущества? Какова рыночная стоимость приобретаемого имущества? Наличие признаком заинтересованности между должником и покупателем также исследовано не было.

Также важно отметить, что финансовым управляющим не исследовался вопрос мнимости (ст. 170 ГК РФ) договора купли-продажи квартиры № 147, расположенной по адресу: <...>, при том, что адресом регистрации должника является: <...>.

Управляющим (ФИО11) не предприняты действия по оспариванию указанных сделок. Какого-либо разумного обоснования для отказа от оспаривания сделок должника суду представлено не было.

Из содержания указанного отчета также усматривается, что якобы полученные денежные средства от продажи недвижимого имущества были направлены на погашение задолженности, в частности перед гражданином ФИО16, банком ФИО17, а также направлены (без указания основания) ООО «Концерн ФИО18 (ФИО18 Европа)».

Между тем, сделки по перечислению денежных средств в пользу ФИО16, банк ФИО17, ООО «Концерн ФИО18 (ФИО18 Европа)» финансовым управляющим (ФИО11) не исследовались и не оспаривались. В частности, не устанавливались обстоятельства наличия задолженности, основания возникновения, наличие признаков заинтересованности между должником - и получателем денежных средства, доказательства передачи денежных средств.

При этом в системе действующего регулирования оспаривание подозрительных сделок должника является обязанностью финансово управляющего, вне зависимости от наличия у конкурсного кредитора права на соответствующее обращение в арбитражный суд.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлено, что первоначальным финансовым управляющим (ФИО11) работа по выявлению подозрительных сделок должника не проведена, однако сделан вывод, что в целом основания для оспаривания сделок должника отсутствуют. Подобное поведение финансового управляющего по не проведению надлежащего анализа сделок должника и не оспариванию сделок свидетельствует, что ФИО11 при исполнении полномочий финансового управляющего действовал исключительно в интересах должника.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 03.10.2022. ФИО11 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2022 финансовым управляющим ФИО2 утверждена ФИО10

Следовательно, учитывая неправомерное бездействие финансового управляющего ФИО11 по не оспариванию подозрительных сделок должника, в настоящем случае срок исковой давности не пропущен, так как у конкурсных кредиторов отсутствовали основания для подачи заявления о признании недействительной сделки должника до момента вынесения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022, которым был признан необоснованным вывод финансового управляющего ФИО11 об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника.

Таким образом, судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о наличии в поведении сторон признаков недобросовестности (ст. 10 ГК РФ), принято во внимание и отсутствие в материалах дела доказательств оплаты отчужденной должником доли в праве собственности, и фактическая аффилированность сторон сделки, и наличие на момент совершения сделки обязательств по договорам поручительства на значительные суммы.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, свидетельствуют о несогласии с выводами суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно п. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 25 сентября 2023 года по делу № А40-182141/17 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: А.Н. Григорьев

Судьи: О.В. Гажур

Р.Г. Нагаев