Постановление от 21 октября 2025 г. по делу № А79-1776/2017

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ФИО1 ул., д. 4, <...>

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: <***>) телефон <***> / 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А79-1776/2017
город Владимир
22 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 8 октября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 22 октября 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волгиной О.А., судей Кузьминой С.Г., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Завьяловой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии

от 27.02.2025 по делу № А79-1776/2017, принято по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Городская управляющая компания «Проектный центр «Энерго-Ч» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в части определения размера субсидиарной ответственности и о процессуальном правопреемстве,

при участии:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Городская управляющая компания «Проектный центр «Энерго-Ч» ФИО3 лично, на основании паспорта гражданина Российской Федерации,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Проектный центр «Энерго-Ч» (далее – ООО «ПЦ «Энерго-Ч», Общество, должник) в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии обратился конкурсный управляющий ФИО3

(далее – конкурсный управляющий, ФИО3) с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее – ФИО2).

Суд первой инстанции определением от 10.11.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда

от 28.04.2023, признал доказанным наличие заявленных конкурсным управляющим оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановил производство в части установления суммы субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа постановлением от 02.10.2023 указанные судебные акты оставил без изменения.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением

от 27.02.2025 привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 59 057 255 руб. 14 коп.; произвел замену взыскателя с Общества на его правопреемника ‒ УФНС по Чувашской Республике по требованию о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности на сумму 2 893 327 руб. 78 коп., взыскал с ФИО2 в доход соответствующих бюджетов 1 932 608 руб. 40 коп., составляющих требования второй и третьей очереди реестра требований кредиторов, и 960 719 руб. 38 коп. текущих требований в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; произвел замену взыскателя с Общества на его правопреемника ‒ акционерное общество «Чебоксарский электромеханический завод» (далее ‒ АО «ЧЭЗ») по требованию о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности на сумму 7 215 174 руб. 27 коп., взыскал с ФИО2 в пользу АО «ЧЭЗ» 7 215 174 руб. 27 коп., составляющие требования третьей очереди реестра требований кредиторов., в порядке привлечения к субсидиарной ответственности; произвел замену взыскателя с Общества на его правопреемника ‒ закрытое акционерное общество «Союзэлектроавтоматика» (далее ‒ ЗАО «Союзэлектроавтоматика») по требованию о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества на сумму 15 125 028 руб. 50 коп., взыскал с

ФИО2 в пользу ЗАО «Союзэлектроавтоматика» 15 125 028 руб. 50 коп. составляющие требования третьей очереди реестра требований кредиторов., в порядке привлечения к субсидиарной ответственности; взыскал с ФИО2 в пользу Общества в порядке привлечения к субсидиарной ответственности

33 823 724 руб. 59 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение, приняв по делу новый судебный акт, уменьшив размер субсидиарной ответственности до требований УФНС по Чувашской Республике в сумме 148 925 руб. 84 коп., что соразмерно стоимости утраченной мебели и оргтехники на сумму 179 000 руб. по данным баланса на 31.12.2016.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, установление судом наличия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности не влечет безусловное отнесение на него совокупного размера требований кредиторов на основании абзаца 1 пункта 11 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002

№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Ответчик указал, что он заявлял об уменьшении субсидиарной ответственности и о явной несоразмерности вреда объему реестра; обстоятельства для уменьшения размера субсидиарной ответственности усматриваются из материалов дела, которые суд не исследовал.

Заявитель считает, что конкурсный управляющий не представил суду объяснений относительно того, какие именно документы, отсутствующие по вине ответчика, повлекли невозможность удовлетворения требований кредиторов, несмотря на неоднократные заявления ответчика об этом и ходатайства об обязании конкурсного управляющего представить такие объяснения и доказательства.

Кроме того, ответчик полагает, что причинно-следственная связь не рассматривалась судом при установлении наличия оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В дополнительных пояснениях ФИО4 обращает внимание на то, что непредставление ответчиком документов не может быть следствием привлечения к субсидиарной ответственности на установленную судом первой инстанции сумму. Наращивания неисполненных обязательств Обществом судом не выявлено, арбитражным управляющим не доказано. Обстоятельства дела исключают вину ответчика в причинении вреда имущественным правам кредиторов в результате утраты документов 2014 и 2015 годов – невозможность пополнить конкурсную массу, в том числе за счет дебиторской задолженности. Конкурсный управляющий не подтвердил относимыми и допустимыми доказательствами по делу, факт вывода ответчиком активов должника либо распоряжения им вырученными от предпринимательской деятельности денежными средствами на цели не связанные с деятельностью Общества. Указывает на отсутствие реальности поступления денежных средств в конкурсную массу должника за счет дебиторской задолженности.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и дополнительных пояснениях к ней.

Конкурсный управляющий в судебном заседании, в отзыве и дополнении к нему поддержал возражения на доводы, изложенные в апелляционной жалобе; считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным; просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

ФИО2 в своих пояснениях поддержал доводы апелляционной жалобы; просит обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. Ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие его представителей.

Апелляционная жалоба рассмотрена с участием конкурсного управляющего. Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку в судебное заседание не обеспечили, отзыв на апелляционную жалобу не представили, в связи с чем в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного

процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суд Чувашской Республики – Чувашии

от 18.03.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 10.11.2022 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, фактические обстоятельства спора, вина и доказанность оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности установлены вступившим в законную силу судебным актом, законность и обоснованность которого установлена постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций.

Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии определением от 30.08.2023 возобновил производство по делу.

В рамках настоящего обособленного спора рассматривается только вопрос об определении размера привлечения к субсидиарной ответственности

ФИО2

В силу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Изложенные в определении Арбитражного суда Чувашской Республики –

Чувашии от 10.11.2022 и постановлениях Первого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 02.10.2023, выводы о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является общеобязательным (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), что исключает повторную проверку этих выводов после возобновления производства по обособленному спору на основании абзаца первого пункта 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве (пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее ‒ Постановление № 53).

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Разрешая вопрос об определении размера субсидиарной ответственности, суд установил, что денежные средства, поступившие в конкурсную массу в ходе проведения процедуры банкротства, распределены, общий размер требований кредиторов, оставшихся непогашенными за счет имущества должника, составляет 59 063 009 руб. 84 коп. (56 687 235 руб. 24 коп. требований кредиторов, включенных в реестр и 2 375 774 руб. 60 коп. непогашенных текущих требований).

Руководствуясь правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 30.10.2023 № 50-П, суд исключил из состава субсидиарной ответственности 5754 руб. 70 коп. штрафов, начисленных в порядке привлечения к налоговой ответственности.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности составил

59 057 255 руб. 14 коп. Данный размер субсидиарной ответственности определен судом первой инстанции верно, в соответствии с положениями закона и с учетом фактических обстоятельств по обособленному спору.

В силу абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 07.07.2022

№ 308-ЭС16-6482 (пункт 29 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023) сформулировал правовую позицию, ориентирующую суды к установлению оснований для снижения размера субсидиарной ответственности.

Согласно данной позиции, основанием к уменьшению размера субсидиарной ответственности привлекаемых к ней лиц по правилам абзаца

второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве могут служить, в частности, следующие обстоятельства: наличие имевших место помимо действий (бездействия) ответчиков обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника (абзац третий пункта 19 Постановления № 53); доказанная ответчиком явная несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов; проявление ответчиком деятельного раскаяния, например, погашение вреда в причиненном размере, способствование нахождению имущества должника или иных бенефициаров и т.д.

Таким образом, именно на ответчике лежит процессуальная обязанность по доказыванию несоразмерности причиненного его действиями вреда кредиторам размеру требований, подлежащих удовлетворению за счет ответчика, и необходимости уменьшения размера ответственности, определяемого, по общему правилу, как величина всех оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника требований кредиторов, включая требования кредиторов по текущим платежам.

Оспаривая выводы суда первой инстанции, заявитель в апелляционной жалобе фактически указывает на недоказанность (выражает несогласие) оснований привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду отсутствия причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями для Общества и его кредиторов.

Между тем, вопреки позиции заявителя, факт наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества установлен вступившим в законную силу определением от 10.11.2022, которое, в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеет преюдициальный характер для рассматриваемого спора. Вывод о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности является общеобязательным, что исключает повторную проверку данного вывода при рассмотрении вопроса об определении размера субсидиарной ответственности. Аргументы, приведенные в апелляционной жалобе по фактическим обстоятельствам, направлены на преодоление вступивших в законную силу судебных актов.

В данном случае после возобновления производства по обособленному спору необходимо было определить только размер субсидиарной ответственности ФИО2

Определяющее значение имеет то, что ответчиком в суде первой инстанции и на стадии апелляционного производства каких-либо доказательств, с учетом приведенных оснований, свидетельствующих о завышенном размере субсидиарной ответственности, не представлено (часть 2 статьи 9, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По своей правовой природе требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021

№ 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в

защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 Постановления № 53.

В итоге размер причиненного вреда определяется исходя из объема имущественных потерь потерпевшего, то есть установление размера вреда непосредственно связано с оценкой умаления имущественной сферы кредитора, вне зависимости от природы требования кредитора и вне зависимости от того, является ли кредитор частным лицом, либо публичным образованием (статьи 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь названными нормами, проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции, установив факт завершения расчетов с кредиторами Общества, учитывая, что непогашенными остались требования в общем размере 59 057 255 руб. 14 коп., суд первой инстанции правомерно определил размер субсидиарной ответственности ответчика в размере 59 057 255 руб. 14 коп.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами, считает их обоснованными и соответствующими доказательствам, представленным в дело.

Довод ФИО2 о недоказанности причинно-следственной связи между непредставлением ФИО2 документов и имущества должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, о передаче части документов временному управляющему ФИО5 и исследовании части документов в рамках дела № А79-8640/2014 о причинах непередачи документов, признаются несостоятельными. В данном случае доводы жалобы, вопреки утверждению ответчика, направлены не на уменьшение размера субсидиарной ответственности, а на пересмотр оснований привлечения к этой ответственности, что в силу вышеуказанных норм права недопустимо.

Доводы о необходимости исключения из размера субсидиарной ответственности всех требований, кроме требований уполномоченного органа в сумме 148 925 руб. 84 коп., не основаны на нормах права, в том числе, положениях статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Ссылка ответчика на то обстоятельство, что в период с 14.04.2014 по 02.02.2016, ФИО2 временно не исполнял обязанности руководителя, не освобождает его об обязанности передачи документов конкурсному управляющему. Так, вступившим в законную силу определением суда от 10.11.2022 было установлено, что ФИО2 является контролирующим должника лицом, единственным учредителем должника, назначал своим решением руководителей должника и лично исполнял обязанности директора в период с 30.05.2007 по 14.04.2014, с 02.02.2016 по день введения конкурсного производства. В связи с этим, ФИО2 обязан был передать документы бухгалтерского учета Общества (документацию первичного бухгалтерского учета, оборотно-сальдовые ведомости по всем счетам бухгалтерского учета, в том числе

по счетам 01, 02, 04, 08, 10, 19, 20, 26, 41, 44, 50, 51, 58, 60, 62, 63, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 76, 90, 91, акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, инвентаризационные ведомости основных средств и дебиторской задолженности), договора и приложения к ним, подтверждающие права должника на имущество, в целях идентификации активов должника, установления основания их выбытия, анализа правоотношений с контрагентами, законности проведенных финансовых операций и совершенных сделок.

Доводы ответчика о том, что сведения об уменьшении активов приведены арбитражным управляющим и установлены судом на основании баланса Общества, между тем, сам по себе бухгалтерский баланс, без документального анализа имеющихся в нем записей, не может служить доказательством невозможности исполнения организацией своих денежных обязательств перед кредиторами, признается несостоятельным, поскольку в рассматриваемом случае бухгалтерский баланс являлся единственным источником, позволяющим проанализировать уменьшение активов должника. Однако вследствие того, что руководителем должника не была передана документация о составе активов и об их уменьшении, идентифицировать эти активы не представляется возможным.

По мнению ФИО2, бездействия ответчика по непредоставлению каких-либо документов финансово-хозяйственной деятельности должника, повлекшие выбытие имущества в период деятельности ответчика в качестве руководителя с 01.01.2014 до 14.04.2014, не могли привести к банкротству должника в 2020 году, поскольку к вопросу об определении размера субсидиарной ответственности ответчика имеют отношение документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Данный аргумент признается апелляционным судом несостоятельным, поскольку судами было принято во внимание, что признаки неплатежеспособности у должника имелись на дату введения в отношении должника процедуры наблюдения (20.05.2015), тогда как согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом. Следовательно, документы за период с 16.03.2014 по 16.03.2017 (дата принятия заявления о признании должника банкротом), имеют существенное значение для проведения процедуры банкротства.

Довод заявителя относительно того, что в период нахождения должника в процедурах банкротства хозяйственная деятельность Общества находилась вне контроля ответчика, и порядок погашения требований кредиторов регулировался Законом о банкротстве, признается несостоятельным, поскольку ФИО2 является контролирующим должника лицом в силу участия в уставном капитале Общества и исполнения обязанностей руководителя должника. Из материалов дела не следует передача временному управляющему ФИО5, конкурсному управляющему ФИО3 документации Общества за 2014-2015 годы.

Утверждение заявителя жалобы о том, что к банкротству привела неоплата в пользу должника дебиторской задолженности, не опровергает вышеуказанные,

установленные судами обстоятельства и не связаны с вменяемой руководителю должника ответственностью. Так, за период с 01.01.2014 по 31.12.2016 сокращение активов составило 80,8 %, с (с 115 827 до 22 270 тыс. руб.). В то же время обязательства уменьшились лишь на 31,2 % с 112 173 до 77 155 на

35 018 тыс. руб., в том числе за счет переданного заложенного имущества. Таким образом, к банкротству привело сокращение активов должника на 91 526 тыс. руб. (в том числе переданное заложенное имущество 11 665 тыс. руб.), а не наличие безнадежной дебиторской задолженности. Кроме того, даже полное ее взыскание не позволило бы удовлетворить все требования кредиторов.

Ссылка заявителя жалобы относительно того, что реальная возможность поступления денежных средств в конкурсную массу должника за счет дебиторской задолженности отсутствовала, так как часть дебиторов была ликвидирована, несостоятельная, поскольку установлено судебным актом, что невозможность сформировать конкурсную массу явилась не передача документов конкурсному управляющему.

Утверждение ФИО2 о том, что по части дебиторам документы были переданы, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку в рамках данного обособленного спора устанавливается лишь размер привлечения к субсидиарной ответственности, а не факт доказанности (недоказанности) привлечения к субсидиарной ответственности.

Довод о продаже конкурсным управляющим имущества по заниженной цене направлен на переоценку судебного акта. Данное имущество передавалось руководителем должника на основании определения Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 29.12.2024 по делу № А79-8640/2014

об утверждении мирового соглашения, заключенного между должником и конкурсными кредиторами, стоимость передаваемою имущества указана в судебном акте.

Ссылка ответчика на то, что размер вознаграждения временного управляющего подлежит уменьшению, поскольку он не обеспечил сохранность имущества должника, не предпринял мер по оспариванию сделок должника, по истребованию дебиторской задолженности, по проверке обоснованности требований кредиторов, признается несостоятельным, поскольку временный управляющий, утвержденный в процедуре наблюдения, не обладает полномочиями руководителя должника, не наделен полномочиями по оспариванию сделок должника и истребованию дебиторской задолженности. Обоснованность требований кредиторов, включенных в реестр, являлась предметом рассмотрения в рамках обособленных споров об установлении их требований, судебные акты о включении в реестр не оспорены. Ответчиком не раскрыто, какие именно мероприятия по обеспечению сохранности имущества временный управляющий имел возможность предпринять, но не предпринял. Вознаграждение временного управляющего ФИО5 в сумме 294 927 руб. 09 коп. взыскано с должника определением от 30.09.2020, вступившим в законную силу.

Аргумент ФИО2 о пропуске срока исковой давности признается несостоятельным, поскольку в соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям,

предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 58 Постановления № 53 сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так, право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности у конкурсного управляющего возникло лишь после вынесения решения о признании должника банкротом, то есть после 18.03.2020. С заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился в суд 15.03.2021. Поскольку течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, срок исковой давности не истек.

Довод заявителя о том, что для определения размера субсидиарной ответственности ответчика имеют отношение документы, отражающие экономическую деятельность за период с 03.06.2016 по 03.06.2019, признается несостоятельным, поскольку данное утверждение указывает вновь на отсутствие необходимости по передаче документов за 2014 и 2015 года и сделан без учета того, что сделки должника, совершенные в период с 16.03.2014 по 16.03.2017 (дата принятия заявления о признании должника банкротом), могут быть оспорены. Кроме того, данный довод подвергался оценке и был отклонен судами при установлении наличия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Аргумент заявителя об отсутствии недобросовестного поведения ответчика

ввиду того, что им по договору займа от 22.08.2012 № ПЦ-527-08/12 должнику были предоставлены денежные средства в размере 10 млн. руб. признается несостоятельным, поскольку данный довод не влияет на факт непередачи документов за 2014 и 2015 года, как и то обстоятельство, что ответчик предпринимал действия по взысканию дебиторской задолженности с контрагентов должника, так как данные действия находятся в рамках обычной хозяйственной деятельности организации.

Довод заявителя о том, что в размер субсидиарной ответственности не должна включаться неустойка перед ООО «МВМ Групп», так как после заключения мирового соглашения, утвержденного определением Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 29.12.2015 по делу № А79-8640/2014, ООО «МВМ Групп» утратило возможность взыскания неустойки направлен на переоценку определения Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии

от 13.07.2020. Кроме того, конкурсный управляющий не может самостоятельно исключать из размера субсидиарной ответственности требования отдельных кредиторов, включенных в реестр на основании судебного акта.

Таким образом, доводы, заявленные в качестве оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности, противоречат установленным судами в рамках данного обособленного спора обстоятельствам, к выводам о наличии оснований для снижения размера субсидиарной ответственности не ведут, и по существу направлены на преодоление вступившего в законную силу судебного акта, что противоречит сущности такого свойства судебных актов как неизменность (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Утверждение заявителя жалобы о том, что при привлечении контролирующего лица по статье 61.12 Закона о банкротстве в расчет суммы не включается размер текущих платежей, отклоняется судом апелляционной инстанции, так как ответчик привлечен к субсидиарной ответственности не только на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, но и в соответствии со статьями 10 и 61.11 Закона о банкротстве, поэтому суд первой инстанции в расчет суммы субсидиарной ответственности включил задолженность по текущим платежам, что согласуется с положениями пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что согласно правовой позиции, приведенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.02.2020 № 414-О, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей.

Между тем, суд апелляционной инстанции не установил сумму наращивания обязательств с даты, когда ФИО2 обязан был обратиться в суд с заявлением о признании Общества банкротом (30.10.2016) до даты обращения с заявлением о возбуждении производства по делу (28.02.2017), в связи с чем сумма субсидиарной ответственности, подлежащая взысканию с ответчика, установлена на основании положений статей 10 и 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно отчету конкурсного управляющего от 24.05.2023, кредиторы, руководствуясь положениями статьи 61.17 Закона о банкротстве, выбрали способ распоряжения правом требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в виде уступки кредитору части требования в размере требования соответствующего кредитора, ЗАО «Сетьстрой» ‒ в виде взыскания задолженности по требованию в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве, что подтверждается соответствующими заявлениями.

Руководствуясь названными нормами, проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства, установив факт завершения расчетов с кредиторами Общества, суд первой инстанции правомерно определил размер субсидиарной ответственности ответчика в сумме 59 057 255 руб. 14 коп. и счел подлежащим взысканию с ФИО2 в пользу кредиторов ‒ правопреемников должника по требованию в привлечении его к субсидиарной ответственности; в пользу ЗАО «Союзэлектроавтоматика» ‒ в размере 15 125 028 руб. 50 коп. (требование третьей очереди); в пользу АО «Чебоксарский электромеханический завод» ‒ в размере 7 215 174 руб. 27 коп. (требование третьей очереди); в пользу уполномоченного органа ‒ в размере 2 893 327 руб. 78 коп. (1 932 608 руб. 40 коп. реестровых требований второй и третьей очереди + 960 719 руб. 38 коп. текущих требований). В оставшейся сумме с ФИО2 в пользу должника подлежат взысканию 33 823 724 руб. 59 коп. (59 057 255 руб. 14 коп. - 15 125 028 руб.

50 коп. - 7 215 174 руб. 27 коп. - 2 893 327 руб. 78 коп.).

Коллегия судей соглашается с упомянутыми выводами, считает их обоснованными и соответствующими доказательствам, представленным в дело. Как указано выше, доводы апелляционной жалобы фактически сводятся к несогласию ответчика с выводами суда о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.

При указанных обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства, усмотрев основания для возложения на последнего ответственности в полной сумме реестра требований кредиторов, учитывая принципы справедливости, соразмерности и разумности, степень вины контролирующего лица в сложившейся ситуации, а также отсутствие бесспорных оснований для снижения размера субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заявленные требования в рамках настоящего обособленного спора подлежат удовлетворению в установленном судом размере.

Доводы ФИО2 основаны на неправильном толковании положений статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснений, приведенных в Постановлении

№ 53, не опровергают выводы суда, положенные в основу принятого решения, и не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта.

С учетом изложенного, коллегия судей приходит к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом нижестоящей инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии

от 27.02.2025 по делу № А79-1776/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд

Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья О.А. Волгина

Судьи С.Г. Кузьмина

Д.В. Сарри