Постановление от 26 июня 2020 г. по делу № А40-107097/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-13995/2020

г. Москва Дело № А40-107097/18

26.06.2020

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 26 июня 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева,

судей И.М. Клеандрова, В.С. Гарипова

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 13 февраля 2020 г. по делу № А40-107097/18, вынесенное судьей Кондрат Е.Н., об удовлетворении заявления конкурсного управляющего, признать недействительными сделками действия должника по перечислению денежных средств: 03.11.16 с расчетного счета ООО «Асмато» на расчетный счет ФИО2 в размере 2 200 000.00 рублей; 25.11.16 в размере 2 800 000.00 рублей; 26.12.16 в размере 2 000 000.00 рублей; 22.02.17 в размере 5 000 000.00 рублей; 28.02.17 в размере 28 000 000.00 рублей; 28.03.17 в размере 3 368 046,40 рублей, о применении последствия недействительности сделки, взыскании в конкурсную массу Должника со ФИО2 денежные средства в размере 43 368 046,40 руб., по делу по заявлению кредитора ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Асмато» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

при участии в судебном заседании:

от к/у ООО «Асмато» - ФИО4 дов от 18.12.19

от ФИО2 – ФИО5 дов от 12.02.2020

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2018 г. (резолютивная часть объявлена 14 июня 2018 года) по делу №А40-107097/18-70-135 «Б» в отношении Общества с ограниченной ответственностью «АСМАТО» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 770501001, место нахождения: 115184, <...>) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО6 (СНИЛС <***>, ИНН <***>) - член Ассоциация саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Эгида» (ОГРН СРО <***>, ИНН СРО <***>, место нахождения: 170020, <...>, офис 34б). Сообщение о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» №113 от 30.06.2018, стр. 61.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2018 г. по делу №А40- 107097/2018 Общество с ограниченной ответственностью «АСМАТО» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 770501001, место нахождения: 115184, <...>) признается несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства сроком на 6 мес. Конкурсным управляющим утвержден ФИО6 (ИНН <***>, СНИЛС <***>), член Ассоциация саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Эгида» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 170020, <...>, офис 34б). Сообщение о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» №178 от 29.09.2018, стр. 77.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 13 февраля 2020 г. признаны недействительными сделками действия должника по перечислению денежных средств: 03.11.16 с расчетного счета ООО «Асмато» на расчетный счет ФИО2 в размере 2 200 000.00 рублей; 25.11.16 в размере 2 800 000.00 рублей; 26.12.16 в размере 2 000 000.00 рублей; 22.02.17 в размере 5 000 000.00 рублей; 28.02.17 в размере 28 000 000.00 рублей; 28.03.17 в размере 3 368 046,40 рублей и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу Должника со ФИО2 денежные средства в размере 43 368 046,40 руб.

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемый судебный акт. В суд апелляционной инстанции поступил отзыв конкурсного управляющего ООО «Асмато» на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. В судебном заседании представитель ФИО2 поддерживал доводы апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в ней, просил отменить судебный акт. Представитель конкурсного управляющего ООО «Асмато» возражал на доводы апелляционной жалобы, указывал на ее необоснованность. Просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились.

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Как следует из материалов дела, в период с ноября 2016 г. по март 2017 г. ООО «Асмато» (далее – должник) осуществило в пользу ФИО2 платежи на общую сумму 43 368 046,40 руб. с назначением платежа – расчеты в части Кредитного договора ООО «Асмато» № 43/14-НКЛ о кредитной линии от 18.08.2014 г. для зачисления на счет 40817810800000089285 ФИО2. Конкурсный управляющий ООО «Асмато» считает, что предоставление должником денежных средств в пользу заинтересованного лица не имело экономической целесообразности для сторон и было направлено исключительно на вывод имущества ООО «Асмато» с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов на удовлетворение их требований за счет имущества должника. Также, заявитель обращает внимание на то, обстоятельство, что на момент осуществления перечисления денежных средств у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами. Учитывая наличие заинтересованности сторон сделки по отношению друг к другу, конкурсный управляющий полагает, что предоставление денежных средств привело к тому, что из ООО «Асмато» были выведены денежные средства в размере 43 368 046,40 руб. Учитывая изложенное, конкурсный управляющий просил признать недействительными сделками ООО «Асмато» по перечислению денежных средств с р/с Должника в пользу ФИО2 в размере 43 368 046,40 руб., совершенных в период с 03.11.2016 г. по 20.03.2017 г. и применить последствия недействительности сделки в виде возврата суммы неосновательного обогащения в размере 43 368 046,40 руб. на счет должника.

Глава III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) устанавливает ряд специальных оснований, по которым в деле о банкротстве могут быть оспорены сделки, совершенные должником или за его счет, а также приравненные к сделкам действия, к числу которых относятся действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.). Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Согласно абзацу второму пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Согласно абзацам со второго по пятый пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на лицо одновременно два условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, 01.07.2016 года между АКБ «Легион» (АО) (далее -Цедент) был заключен договор уступки права требования (далее - цессия) со ФИО2 (далее - Цессионарий). В соответствии с договором Цедент передает, а Цессионарий принимает право требования Цедента к ООО «Асмато» по договору кредитной линии № 43/14-НКЛ от 18.08.2014г. Цессионарий обязуется, в соответствии с указанным Договором, оплатить Цеденту уступаемые права (требования) по Договору. С момента заключения Договора цессии ФИО2 произвел перечисления денежных средств в общем размере 43 368 046,40 рублей. Заявление кредитора ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Асмато» (ИНН <***>, ОГРН <***>) принято к производству 22.05.2018 г., в то время как оспариваемые платежи были совершены в период с 03.11.2016 г. по 20.03.2017 г., то есть в период подозрительности, установленный п.2 ст.61.2. Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. В соответствии с абзацами 33-34 статьи 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В период совершения оспариваемых платежей должник отвечал признаку неплатежеспособности в связи с прекращением исполнения должником части своих денежных обязательств перед другими кредиторами, а также обязанностей по уплате обязательных платежей.

Судом первой инстанции установлено, что на дату совершения оспариваемых платежей у ООО«Асмато» существовали обязательства перед Инспекцией федеральной налоговой службы №5 по г. Москве в виде неисполненной налоговой обязанности за 2016 год по уплате налога на прибыль организаций, что подтверждается Решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №16/48 от 07.11.2018, перед Правительством Москвы в лице Департамента городского имущества г.Москвы в связи с вынесенным Решением Арбитражного суда г.Москвы по делу №А40-146679/2014(решение вступило в силу 23.12.2015) о взыскании с ООО «Асмато». Кроме того, на момент совершения указанных платежей должник имел неисполненные обязательства по выплате заработной платы работникам в размере942 000,00 руб., что подтверждается Бухгалтерским балансом за 2017 год. Факт наличия задолженности должника на момент совершения оспариваемых сделок перед ИФНС России № 5 по г. Москве и Правительством Москвы установлен вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу о банкротстве, требования данных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника (определение от 28.02.2019, определение от 14.02.2019).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3), наличие у должника на момент совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств перед иными кредиторами с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту совершения оспариваемой сделки, которые впоследствии не были исполнены, в связи с чем вытекающие из них требования включены в реестр требований кредиторов, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 подтверждает факт неплатежеспособности должника в период совершения оспариваемой сделки. Исходя из буквального толкования содержания абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве, следует, что для установления наличия признака неплатежеспособности достаточно подтверждения прекращения исполнения должником части денежных обязательств, и не требуется факта наличия полного прекращения исполнения всех обязательств должника перед всеми кредиторами.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают правильность выводов суда первой инстанции по настоящему делу, поскольку вывод суда первой инстанции о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых платежей, соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Довод заявителя апелляционной жалобы об обоснованности осуществления должником оспариваемых платежей в связи с заключением 01.07.2016 между ответчиком и АКБ «Легион» (АО) (далее – Банк) договора об уступке части права требования к должнику по договору о кредитной линии № 43/14-НКЛ от 18.08.2014, не может быть принят судом апелляционной инстанции в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1.1 представленного ответчиком договора об уступке прав (требования) (далее – Договор уступки), предметом данного договора являлся переход от банка к ответчику права на взыскание с должника части суммы долга по договору о кредитной линии № 43/14-НКЛ от 18.08.2014 в размере 40 000 000 руб. ФИО2 указывает что, пункт 1.2 Договора уступки предусматривал, что со дня подписания данного договора банк и ФИО2 становятся сокредиторами по обязательствам, возникающим из договора залога прав требований № 43/14-ЗННКЛ от 18.08.2014 по Инвестиционному контракту от 24.07.2003 № ДЖП.03.ЦАО.00468, т.е. в части обеспечительного договора. Однако, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, это не свидетельствует о переходе к ФИО2 уступаемого права требования с данного момента.

Абзацем первым пункта 4 статьи 421 ГК РФ предусмотрено, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). По смыслу требований статей 421, 422, 431 ГК РФ свобода граждан в заключение договора означает свободный выбор стороны договора, условий договора, свободу волеизъявления на его заключение на определенных сторонами условиях. Стороны договора по собственному усмотрению решают вопросы о заключении договора и его содержании. В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (сохраняет свою силу до принятия соответствующих решений Пленумом Верховного Суда Российской Федерации - пункт 1 статьи 3 Федерального конституционного закона от 04.06.2014 № 8-ФКЗ) граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Свобода договора предполагает, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства, автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, при этом не означает, что стороны при заключении договора могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами.

В силу прямого указания пункта 1.4 Договора уступки, право части принадлежащего банку требования переходит к ответчику со дня поступления денежных средств от ответчика в оплату по данному Договору уступки. Размер оплаты установлен пунктом 3.1 Договора уступки, при этом этим же пунктом установлена рассрочка оплаты на срок до 01.06.2017 и график оплаты. Взаиморасчеты ответчика с банком осуществлялись в соответствии с данным графиком рассрочки платежей, т.е. до полной оплаты ответчиком Банку покупной цены уступаемых прав требования, уступаемые права не перешли к ответчику от Банка. Как следует из представленной должником выписки по счету, оспариваемые платежи были совершены должником в пользу ответчика до перехода к ответчику прав на основании Договора уступки, более того, наибольшая часть платежей ответчика в пользу Банка в счет покупной цены уступаемого права осуществлялась именно за счет получаемых от должника денежных средств, следовательно, данные платежи совершались должником в пользу ответчика без установленных на то оснований.

Суд первой инстанции на основе анализа сложившихся правоотношений ФИО2 и ООО «Асмато» сделал обоснованный вывод о наличии фактической аффилированности сторон и отсутствия правовых оснований для перечисления денежных средств в условиях неплатежеспособности должника. Совершение должником на протяжении длительного периода времени платежей в пользу ответчика без установленных на то законом или договором оснований, позволяющее ответчику приобрести права требования к должнику за его же (должника) счет, произведенное в условиях неплатежеспособности должника, свидетельствует о том, что между должником и ответчиком сложились устойчивые отношения, которые свидетельствуют об общности их интересов, поскольку аналогичные условия платежей, недоступны обычным (независимым) участникам рынка. Об этом свидетельствует и тот факт, что аналогичным образом и на аналогичных условиях совершались платежи должника исключительно в пользу лиц, аффилированность которых установлена судом в рамках настоящего дела о банкротстве, в частности, платежи в пользу ФИО7 (полностью идентичным образом и в один и тот же период времени), которые были признаны недействительными сделками определением Арбитражного суда города Москвы от 07.11.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2020 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.05.2020.

В соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Совершение оспариваемых платежей в пользу ФИО2, являющегося заинтересованным по отношению к должнику лицом, повлекло за собой их недостаточность для расчетов с другими кредиторами должника (включая расчеты с работниками должника и налоговым органом), а также для финансирования текущей деятельности должника. В преддверии банкротства, находясь в тяжелом финансовом положении и отвечая признаку неплатежеспособности в связи с приостановлением исполнения части своих обязательств перед рядом кредиторов, а также обязательств по уплате обязательных платежей в бюджет, не имея достаточного количества денежных средств и имущества для расчетов с другими кредиторами, должник перечислял денежные средства в пользу аффилированного по отношению к должнику ответчика, не оплачивая при этом платежи в пользу независимых кредиторов, а также установленные законом налоги и сборы, а также выплаты работникам должника.

На момент совершения оспариваемых платежей у должника уже была сформирована задолженность перед кредиторами, которая впоследствии не была погашена должником в преддверии его банкротства, требования данных кредиторов признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника. Следовательно, перечисление должником ФИО2 денежных средств оспариваемыми платежами повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов должника. При этом в связи с наличием заинтересованности между должником и ответчиком по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве действуют презумпции цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и наличие осведомленности ответчика о данной цели. Данные презумпции ФИО2 опровергнуты не были. Конкурсным управляющим в свою очередь было доказано наличие всей совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемых платежей недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, в рамках настоящего обособленного спора судами первой и апелляционной инстанций была установлена вся необходимая для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, совокупность обстоятельств. Производство оспариваемых выплат ФИО2 имело место в течение трех лет до даты возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, т.е. в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при наличии у должника признаков несостоятельности (банкротства), выплаты были произведены при отсутствии на то оснований и в отношении лица, которому было известно о неплатежеспособности должника, в связи с чем осуществление выплат является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и имело своей целью вывод должником ликвидных активов (денежных средств в условиях их недостаточности для расчетов с иными кредиторами). Производство должником необоснованных выплат в пользу ответчика, ухудшающее и без того неудовлетворительное имущественное положение должника, свидетельствует о злоупотреблении сторонами своими правами, направленном против интересов кредиторов должника. Судом первой инстанции в соответствии с требованиями АПК РФ были исследованы все имеющиеся в деле доказательства, проверены все доводы и возражения участвующих в деле лиц, и на основании установленных судом обстоятельств и оценки имеющихся в материалах дела доказательств сделаны обоснованные выводы о наличии оснований для признания оспариваемых платежей недействительными сделками.

Довод заявителя апелляционной жалобы о нарушении его права на судебную защиту и на предоставление доказательств судом первой инстанции не обоснован, а заявленное им ходатайство об истребовании доказательств – не подлежит удовлетворению, в связи со следующим. В силу части 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В соответствии с частью 4 статьи 66 АПК РФ, лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. Согласно части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

ФИО2 приложил к апелляционной жалобе копия договора об уступке прав требования (цессии) от 01.07.2016 с актом приема-передачи документов, а также выписка по счету ответчика в АКБ «Легион» (АО), а также заявлено ходатайство об истребовании в АКБ «Легион» (АО) следующих доказательств:

- платёжные поручения на все осуществленные по Договору уступки права требования (цессии) от 01.07.2016 платежи,

- выписка по счету 40817810800000089285 открытому в АКБ «Легион» (АО)на имя ФИО2 (паспорт 46 10 960420, выдан ТП № 2 вг. Мытищи ОУФМС России по Московской области в Мытищинском р-не 10марта 2010 г., к/п 500-085, адрес: г. <...>) за период с 01.07.2016 по 07.07.2017,

- документы, подтверждающие факт уменьшения задолженность ООО «Асмато», на сумму 40 000 000 руб. на основании Договора уступки права требования (цессии) от 01.07.2016, заключённого между АКБ«Легион» (АО) и ФИО2 и прекращения обязательства ООО«Асмато» по оплате 40 000 000 руб. по Договору о кредитной линии №43/14-НКЛ от 18.08.2014,

- документы, подтверждающие зачисление денежных средств в размере40 000 000руб., перечисленных в период с 01.07.2016 по 01.03.2017 со счёта № 40817810800000089285 открытого на имя ФИО2 и зачисленных на счёт № 47423810100009001896 в АКБ «ЛЕГИОН» (АО), вкачестве погашения задолженности ФИО2 по Договору уступки права требования (цессии) от 01.07.2016, заключённого между АКБ «ЛЕГИОН» (АО) и ФИО2 в отношении долга ООО «Асмато» по Договору о кредитной линии № 43/14-НКЛ от 18.08.2014.

Сведения, об истребовании которых ходатайствует ФИО2, уже содержатся в представленной им выписке по счету. Следовательно, отсутствует необходимость их истребования для установления каких-либо обстоятельств по делу. При этом, апеллянт, как в суде первой инстанции, так и в апелляционной жалобе, не представил доказательств невозможности предоставления этих доказательств самостоятельно в суд первой инстанции по уважительным причинам. Так, ФИО2 в своем ходатайстве об истребовании ссылается на направление запроса, в том числе адвокатского, в АКБ «Легион» (АО), которое имело место уже после рассмотрения дела судом первой инстанции. Кроме того, апеллянт указывает, что на данные запросы не было получено ответа, при этом, как следует из текста адвокатского запроса от 12.02.2020, ответчик запрашивает в АКБ «Легион» (АО), в том числе, выписку по счету ответчика, а также копию договора уступки права требования (цессии) от 01.07.2016, заключенного между ответчиком и АКБ «Легион» (АО). Однако данные документы приложены ответчиком к настоящей апелляционной жалобе, что свидетельствует о том, что они имелись у ответчика, а следовательно, отсутствовали препятствия для их предоставления ответчиком в суд первой инстанции.

Девятый арбитражный апелляционный суд, оценив представленные доказательства, приходит к выводу о том, что приведенные в апелляционной жалобе доводы не могут служить основанием для отмены определения, вынесенного Арбитражным судом г. Москвы. Обстоятельства по делу судом первой инстанции установлены полно и правильно, им дана надлежащая правовая оценка. Нарушений норм процессуального права судом не допущено. Основания для отмены определения суда отсутствуют. На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 176, 266 – 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 13 февраля 2020 г. по делу № А40-107097/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:Р.Г. Нагаев

Судьи:В.С. ФИО8

И.М. Клеандров