Постановление от 30 июня 2024 г. по делу № А76-3047/2021

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-5172/2024
г. Челябинск
01 июля 2024 года
Дело № А76-3047/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2024 года Постановление изготовлено в полном объеме 01 июля 2024 года

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Курносовой Т.В., судей Кожевниковой А.Г., Румянцева А.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Новокрещеновой Е.Н., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 13.03.2024 по делу № А763047/2021 о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности.

В заседании приняли участие представители:

ФИО1 - ФИО2 (паспорт, доверенность от 21.03.2024);

кредитора ФИО3 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 13.01.2020).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда,

установил:

определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2021 по заявлению конкурсного кредитора ФИО3 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО5.

Определением от 05.04.2021 (резолютивная часть от 01.04.2021) в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Решением суда от 29.12.2021 (резолютивная часть от 23.12.2021) должник

признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО6, член Ассоциации «Урало-Сибирское объединение арбитражных управляющих».

Финансовый управляющий ФИО6 08.08.2022 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 22.03.2021, заключенного между ФИО1 и ФИО7, и применении последствий недействительности данной сделки в виде признания недействительной записей о государственной регистрации права собственности за ФИО7 на переданное по сделке недвижимое имущество и возврата в совместную собственность супругов (конкурсную массу) ФИО5 и ФИО1 жилого здания площадью 673,1 кв.м с кадастровым номером 74:19:1202010:3004, расположенного по адресу (местоположение): Челябинская область, Сосновский район, СНТ «Вишневый», участок 284-А,; земельного участка (категория земель: земли сельскохозяйственного назначения: для ведения садоводства) площадью 1298+7-25 кв.м с кадастровым номером 74:19:1202010:2010.

Определением суда от 09.08.2022 заявление финансового управляющего должника принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.

Кредитор ФИО3 12.05.2023 также обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительной сделкой брачного договора от 23.05.2019, заключенного ФИО5 с ФИО1, и применении последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника 14 300 000 руб.

Определением суда от 16.05.2023 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.

Определением суда от 05.07.2023 обособленные споры по названным заявлениям финансового управляющего и кредитора объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда от 13.03.2024 по настоящему делу в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано; заявление кредитора ФИО3 удовлетворено частично: признан недействительным брачный договор от 23.05.2019, заключенный ФИО5 и его супругой – ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО5 денежных средств в размере 1 723 869 руб. 50 коп.; в удовлетворении требований кредитора ФИО3 в остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить в части удовлетворения заявленных кредитором требований и принять в данной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении

требований ФИО3 полностью, либо в случае признания требований кредитора о недействительности брачного договора обоснованными взыскать с ответчика в порядке применения последствий недействительности сделки сумму не более 536 549 руб. 89 коп.

По мнению апеллянта, выводы суда первой инстанции о недоказанности приобретения спорных объектов недвижимого имущества – жилого дома и земельного участка за счет ее собственных средств, вырученных от реализации доли в праве собственности на иной объект недвижимого имущества, и привлечения кредитных в акционерном обществе «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – общество «Россельхозбанк») в порядке личного обязательства являются следствием неверной оценки представленных в материалы доказательств.

В частности, ФИО1 считает, что в ходе рассмотрения обособленного спора ее доводы о получении прибыли за счет продажи доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>. кв. 114, принадлежащей апеллянту на праве личной собственности в силу приобретения по безвозмездной сделке, документально не опровергнуты, равно как не доказано расходование вырученных средств на иные цели, не связанные с погашение кредитных обязательств перед обществом «Россельхозбанк».

Наряду с этим апеллянт считает неверным вывод суда о нетипичности погашения кредитных обязательств перед обществом «Россельхозбанк» из средств, вырученных от продажи объекта недвижимости, с соблюдением изначального графика платежей, а путем досрочного погашения кредита, отмечая, что способ распоряжения собственными средствами и определение способа исполнения обязательств перед банком является ее исключительным правом.

Кроме того, ФИО1, ссылаясь не презумпцию добросовестности, считает не опровергнутым внесение через банкомат наличных денежных средств по кредитному договору, заключенному с названным банком, именно ею, поскольку такой способ является стандартным и повышенный стандарт доказывания в такой ситуации не применим.

Апеллянт отмечает отсутствие доказательств, опровергающих погашение ею процентов по кредиту в общем размере 2 469 919 руб. 64 коп., в том числе в размере 1 187 319 руб. 61 коп. в период с 03.07.2020 после отчуждения принадлежащего ей лично названного объекта недвижимости (доли в квартире), что судом не учтено и привело к неверному применению последствия признания сделки недействительной.

ФИО1 считает, что в рассматриваемом случае, согласно справке общества «Россельхозбанк» ей были выплачены проценты по кредиту в общем размере 2 468 919 руб. 64 коп.: за 2019 г. - 788 552 руб. 47 коп.; за 2020 г. - 493 047 руб. 56 коп.; за 2021 г. - 1 187 319 руб. 61 коп., что не было учтено судом при распределении средств от реализации имущества.

ФИО1 считает, что возможный размер суммы, подлежащей взысканию с нее в порядке применения последствий недействительности

брачного договора, подлежит уменьшению на указанную сумму погашенных процентов в период с 03.07.2020 по 22.03.2021 - 1 187 319 руб. 61 коп. и может составлять 536 549 руб. 89 коп. (3 447 739 руб. / 2 – 1 187 319 руб. 61 коп.).

Помимо вышеизложенного апеллянт указывает на необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайства о привлечении к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, ФИО8, поскольку итоги рассмотрения спора в случае признания брачного договора от 23.05.2019 недействительной сделкой и восстановления режима общей совместной собственности супругов Б-вых повлекут изменение обязательства перед указанным лицом по договору от 21.05.2019.

Определением Восемнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 25.04.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 18.06.2024.

К назначенной дате от финансового управляющего ФИО6 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором управляющий просит апелляционную жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

В судебном заседании в соответствии со статьей 262 АПК РФ отзыв финансового управляющего приобщен к материалам дела.

Представителем кредитора ФИО3 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела письменного мнения.

Судом в приобщении письменного мнения кредитора отказано по причине неисполнения обязанности по его заблаговременному направлению иным участникам обособленного спора, включая апеллянта.

Представитель ФИО1 дал пояснения, доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель кредитора ФИО3, ссылаясь на необоснованность доводов апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела в порядке статей 121, 123 АПК РФ, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, что в соответствии со статьей 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом, супруги ФИО5 и ФИО1 с 16.06.1995 состоят в зарегистрированном браке, что подтверждается свидетельством о заключении брака от 16.06.1995 серии <...>.

ФИО1 (заемщик) и обществом «Россельхозбанк» 21.05.2019 заключен кредитный договор <***>, по условиям пунктов 1.1, 1.2 которого банк обязуется представить заемщику денежные средства (кредит) в размере 10 000 000 руб., а заемщик - возвратить денежную сумму и уплатить

проценты на нее.

В соответствии с пунктом 2.1 указанного кредитного договора заемщик обязуется использовать полученный кредит исключительно на цели приобретения жилого помещения (жилой дом) общей площадью 673,1 кв.м и земельного участка площадью 1298 кв.м, расположенных по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, СНТ «Вишневый», участок 284-а, общей стоимостью 19 000 000 руб. по договору купли-продажи, предусматривающему аккредитивную форму расчетов между его сторонами, соответствующую требований кредитного договора.

Между ФИО8 (продавец) и ФИО1 (покупатель) 21.05.2019 заключен договор купли-продажи объекта недвижимости, согласно условиям которого продавец продает покупателю в собственность: жилой дом, этажность 3 этажа, общей площадью 673,1 кв.м, кадастровый номер 74:19:1202010:3004; земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения – для ведения садоводства, площадью 1298 кв.м, кадастровый номер 74:19:1202010:2010, расположенные по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, СНТ «Вишневый», участок 284-а, а также инженерные коммуникации в границах жилого дома и земельного участка, забор по границам земельного участка, элементы благоустройства в границах земельного участка, мебель и оборудование в доме (пункты 1, 2, 2.1. договора купли-продажи от 21.05.2019, пункт 1 дополнительного соглашения к нему от 21.05.2019).

В соответствии с пунктами 5, 6 договора купли-продажи от 21.05.2019, жилой дом и земельный участок продаются по цене 19 000 000 руб., которая оплачивается покупателем частично за счет собственных средств – 9 000 000 руб., частично за счет кредитных средств в размере 10 000 000 руб., предоставленных покупателю по кредитному договору (при ипотеке в силу закона) от 21.05.2019 <***>, заключенному покупателем с обществом «Россельхозбанк».

Указанные жилой дом и земельный участок переданы покупателю 21.05.2019 по акту приема-передачи, право собственности, а также ипотека, зарегистрированы в установленном законом порядке 22.05.2019.

К договору купли-продажи от 21.05.2019 его сторонами 12.06.2019 составлено дополнительное соглашение, согласно которому расчет за переданные объекты недвижимости на сумму 9 000 000 руб. приостанавливается до устранения покупателем выявленных недостатков объекта недвижимости и определения размера расходов по их устранению.

В последующем, ФИО5 и его супругой – ФИО1 заключен брачный договор от 23.05.2019, удостоверенный нотариусом нотариального округа Челябинского городского округа Челябинской области ФИО9

Согласно пункту 1.5 данного брачного договора супруги пришли к соглашению о том, что земельный участок площадью 1298 кв.м, расположенный по адресу: Россия, Челябинская область, Сосновский район, СНТ «Вишневый», участок 284-А, с кадастровым номером 74:19:1202010:3004

и находящийся на нем жилой дом площадью 673,1 кв.м с кадастровым номером 74:19:1202010:3004, которые имеет намерение после заключения данного договора приобрести и зарегистрировать на свое имя супруга за счет собственных средств и ипотечного кредита, предоставляемого ей обществом «Россельхозбанк», как в период совместного брака, так и в случае его расторжения, признаются личной собственностью ФИО1, а обязанность по возврату ипотечного кредита – ее личной обязанностью.

Указанные земельный участок и здание (жилой дом) не могут быть признаны совместной собственностью супругов ни на каком основании, в том числе на основании того, что во время брака за счет личного имущества или личного труда другого супруга были проведены вложения, значительно увеличивающие стоимость вышеуказанных земельного участка и здания (жилого дома).

В связи с изложенным ФИО5 не несет ответственности за возврат средств, полученных супругой в обществе «Россельхозбанк», на приобретение данных земельного участка и здания (жилого дома), а, кроме того, его согласия на получение средств ипотечного кредита, а также согласия на дальнейшее приобретение и дальнейшее отчуждение вышеназванных земельного участка и здания (жилого дома) не требуется.

В дальнейшем между ФИО1 (продавец) и ФИО7 (покупатель) 22.03.2021 заключен договор купли-продажи указанного недвижимого имущества по цене 14 300 000 руб., в том числе: жилой дом – 13 300 000 руб., земельный участок – 1 000 000 руб.

В пункте 5 договора купли-продажи от 22.03.2021 отражено, что земельный участок и жилой дом находятся в залоге у общества «Россельхозбанк».

Право собственности на следующее недвижимое имущество согласно выписке из Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области (исх. № КУВИ-001/2022- 111096338 от 05.07.2022) зарегистрировано за ФИО7 30.03.2021.

Полагая, что указанное недвижимое имущество является совместной собственностью супругов Б-вых, отчуждение имущества совершено в период неплатежеспособности должника, а брачный договор заключен с целью вывода ликвидных активов, чтобы исключить возможность обращения на них взыскания в пользу кредиторов, финансовый управляющий имуществом должника и конкурсный кредитор ФИО3 обратились в арбитражный суд с заявлениями о признании брачного договора от 23.05.2019 и договора купли-продажи от 22.03.2021 недействительными сделками.

ФИО1 в представленном в суд первой инстанции отзыве, в последующем дополненном, возражала против удовлетворения заявленных требований, указывала, что на момент заключения брачного договора должник не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества; на то, что требования кредитора ФИО3 относительно применения последствий недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу должника денежных средств в размере 14 300 000 руб. не обоснованы,

учитывая приобретение объектов недвижимости и погашение кредитных обязательств перед обществом «Россельхозбанк» за счет собственных средств; а также на то, что признание брачного договора недействительным повлечет нарушение прав общества «Россельхозбанк».

Ответчик ФИО7 в представленном отзыве и дополнениях к нему требования кредитора и финансового управляющего также не признал, сославшись на статус добросовестного приобретателя и реальность расчетов по сделке, заключенной с ФИО1, рыночность ее условий.

Финансовую возможность для расчетов по договору купли-продажи от 22.03.2021 ФИО7 обосновал привлечением займа у стороннего лица - ФИО10, чью платежеспособность, в свою очередь, обосновал налоговой декларацией и договором купли-продажи от 21.06.2022.

Должник ФИО5 в представленном в суд первой инстанции отзыве возражал против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на отсутствие у него неисполненных обязательств перед третьими лицами на момент заключения брачного договора, фактическое отсутствие нарушения данной сделкой интересов своих кредиторов; а также на неверность не расчета кредитора последствий недействительности оспариваемой им сделки.

Суд первой инстанции, установив заключение брачного договора в условиях неплатежеспособности ФИО5 с заинтересованным по отношению к должнику лицом, а также последствия данной сделки для должника и его кредиторов, пришел к выводу о доказанности наличия обстоятельств, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) для признания брачного договора недействительным.

Наряду с этим, суд первой инстанции установил заключение ФИО1 договора купли-продажи от 22.03.2021 в отношении перешедшего к ней на основании указанного брачного договора имущества с добросовестным приобретателем - ФИО7 и отказал в удовлетворении требований финансового управляющего о признании недействительным соответствующего договора купли-продажи.

В связи с этим в порядке применения последствий недействительности брачного договора от 23.05.2019 суд первой инстанции восстановил право общей совместной собственности супругов Б-вых на жилой дом и земельный участок и взыскал с ФИО1 в конкурсную массу должника 1 723 869 руб. 50 коп.- половины полученных супругой от реализации спорного имущества денежных средств после погашения кредита перед обществом «Россельхозбанк».

Повторно исследовав и оценив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, рассмотрев доводы апелляционной жалобы ФИО1, обжалующей судебный акт в части удовлетворения требований кредитора ФИО3, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными

законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Процедура реализации имущества гражданина является реабилитационной процедурой, применяемой в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве).

В пункте 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве установлено право финансового управляющего подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок.

Правом на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, также наделен конкурсный кредитор, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности (пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств:

- сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки такой вред причинен;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63)).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним, в частности, понимается уменьшение стоимости или размера имущества

должника, приведшее или могущее привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В случае доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств: гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил; более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены; размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования; наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Согласно положениям статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 постановления Пленума ВАС РФ № 63 по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может, в частности, оспариваться брачный договор.

Согласно статье 40 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак,

или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

В силу части 1 статьи 41 СК РФ брачный договор может быть заключен как до государственной регистрации заключения брака, так и в любое время в период брака.

Частью 1 статьи 42 СК РФ предусмотрено, что брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 данного Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Из смысла приведенных норм семейного законодательства следует, что брачный договор заключается с целью урегулировать имущественные отношения супругов между собой, что актуально, например, в случае если оба из них имеют постоянный сопоставимый доход.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзацах 2 и 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц, в том числе текущих и реестровых кредиторов должника. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания и установление обязанности суда проводить более тщательную проверку, в частности действительности сделок должника, по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что при ее заключении действовали недобросовестно, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.12.2014 по делу № 309- ЭС14-923).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее

заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, нежели оспаривающий сделку арбитражный управляющий или кредитор (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009).

В качестве единой сделки возможно квалифицировать цепочку последовательных сделок с разным субъектным составом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230).

Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В рассматриваемом случае судом установлено, что оспариваемый брачный договор заключен 23.05.2019, то есть в трехлетний период подозрительности, ретроспективно исчисляемый с даты возбуждения дела о банкротстве ФИО5 определением от 18.02.2021 по настоящему делу, а договор купли-продажи от 22.03.2021, соответственно, после даты возбуждения дела о банкротстве должника.

При этом на дату заключения брачного договора от 23.05.2019 должник имел неисполненные обязательства перед кредитором ФИО3 по договорам займа и распискам от 01.07.2016, от 14.10.2016 на общую сумму 17 500 000 руб., требования которого включены в реестр требований кредиторов должника определением суда от 01.04.2021 по настоящему делу, а также перед кредитором ФИО11 по договору займа от 05.09.2017, требования которого в общем размере 11 148 039 руб. 14 коп. также включены в реестр требований кредиторов должника определением суда от 09.09.2021 по настоящему делу.

Кроме того, на дату заключения брачного договора ФИО5 имел неисполненные обязательства перед акционерным обществом «Альфа-Банк» по кредитным договорам от 01.11.2011 № MOBZRR20S11103101155, от 12.02.2018, рефинансированным соглашением от 25.07.2020 № RFML8230S20072400183, но в последующем не исполненным.

Задолженность перед указанным банком в общем размере 2 433 063 руб. 89 коп. включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника определением суда от 22.06.2021 по данному делу.

ФИО1 в силу своей аффилированности по отношению к ФИО5, очевидно, была осведомлена о наличии названных обязательств должника, имеющихся на дату заключения спорного брачного договора. Обратного не доказано.

При этом до заключения брачного договора 23.05.2019 супругой должника ФИО1 21.05.2019 заключен кредитный договор <***> с обществом «Россельхозбанк» о предоставлении целевого займа в размере 10 000 000 руб. на приобретение объектов недвижимости – земельного участка и расположенного на нем жилого дома на срок до 31.05.2034 с условием об уплате процентов в размере 13,5% годовых; размер аннуитетного платежа согласно графику – 130 286 руб. 01 коп. ежемесячно, а условиями брачного договора от 23.05.2019 установлены режим личной собственности супруги ФИО1 на данные жилой дом и земельный участок, а также режим личного обязательства ФИО1 по исполнению ипотечного кредита перед обществом «Россельхозбанк».

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, ФИО1 постоянного источника дохода, достаточного для внесения названных ежемесячных кредитных платежей, не имела.

Ссылка ФИО1 на наличие заработной платы в размере 250 000 руб. обоснованно отклонена судом первой инстанции как не подтвержденная документально.

Довод указанного ответчика об исполнении обязательств по кредитному договору от 21.05.2019 <***> за счет средств, вырученных от продажи принадлежащей ей доли в праве собственности на квартиру, являющейся личной собственности супруги должника, также исследована судом и обоснованно отклонена, исходя из следующего.

Действительно, на основании договора о безвозмездной передаче квартиры в собственность граждан от 20.12.1994 № 26976 ФИО1 на праве общей совместной собственности с ФИО12 принадлежала квартира, расположенная по адресу <...>, с кадастровым номером 74:36:0406004:397, которая впоследствии продана ФИО1 и ФИО12 по цене 2 600 000 руб. по договору купли-продажи от 03.07.2020, удостоверенному нотариусом нотариального городского округа Челябинского городского округа Челябинской области ФИО13, и денежные средства в размере 2 153 983 руб. 22 коп. переданы покупателями в помещении нотариальной конторы, а в остальной части – 446 016 руб. 78 коп. перечислены ФИО1 24.07.2020 платежным поручением № 126401.

Вместе с тем, надлежащих доказательств расходования именно данных вырученных от продажи указанной квартиры средств на погашение ипотечного кредита в обществе «Россельхозбанк» не представлено.

При этом суд первой инстанции справедливо отметил, что по

поступлении в распоряжение физического лица крупной суммы денежных средств, в отсутствие каких-либо иных экстренных нужд, такие средства полностью или, по крайней мере, в большей своей части разумно было бы направить на погашение существующих у такого лица заемных обязательств, что позволило бы снизить кредитное бремя и избежать уплаты излишних процентов. Именно такое поведение, как правило, характерно для рядового физического лица, выступающего заемщиком по ипотечному кредиту.

Вместе с тем, в данном конкретном случае, в частности в период после продажи принадлежащей ответчику доли в праве собственности на указанную квартиру по договору купли-продажи от 03.07.2020, платежи по кредитному договору от 21.05.2019 <***> продолжали вноситься в соответствии с изначально установленным графиком, причем через банкомат наличными денежными средствами, что не позволяет достоверно установить источник их происхождения.

Исходя из этого, вывод суда о том, что денежные средства, полученные ФИО1 в связи с продажей квартиры, расположенной по адресу: <...>, направлены, скорее всего, на иные цели (нужды), представляется верным.

Таким образом, в отсутствие надлежащих доказательств несения ФИО1 расходов на обслуживание кредита за счет собственных источников доходов суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что брачный договор от 23.05.2019 заключен должником со своей супругой именно в целях вывода объектов недвижимости из-под режима общей совместной собственности супругов и обеспечения, тем самым, возможности при продаже такого имущества избежать поступления денежных средств, причитающихся должнику, в конкурсную массу для расчетов с его кредиторами, о чем ответчик не могла не знать.

При этом, при анализе в последующем заключенного ФИО1 и ФИО7 и оспариваемого финансовым управляющим договора купли-продажи от 22.03.2021, которым покупателю отчуждены земельный участок и расположенный на нем жилой дом, перешедшие к супруге по условиям брачного договора, судом установлено следующее.

Данная сделка заключена в течение одного месяца после возбуждения дела о банкротстве ФИО5 определением суда от 18.02.2021.

При этом из пояснений ФИО7 следует, что о продаже спорного имущества ему стало известно из объявления, размещенного на специализированном сайте с объявлениями о продаже недвижимости, контактным лицом при продаже выступал риелтор общества с ограниченной ответственностью «РИАН», который осуществлял показ и 20.03.2021 направил фотографии недвижимости, а также проект договора купли-продажи по электронной почте; самого продавца - ФИО1 указанный ответчик видел только в день совершения сделки – 22.03.2021 и в день передачи второй части денежных средств за приобретенное спорное имущество – 05.04.2021, при этом на основании данных публичного реестра и, исходя из представленной копии брачного договора от 23.05.2019 серии 74 АА

№ 4546547 ФИО7 добросовестно полагал, что на продаваемое недвижимое имущество режим совместной собственности супругов не распространяется и ФИО1 является его единоличным собственником; ФИО7 в родственных отношениях или, каких-либо иных, свидетельствующих о фактической его заинтересованности по отношению супругам ФИО14 не состоит, о возбуждении в отношении супруга продавца дела о банкротстве и судебных актах о взыскании с него задолженности не располагал.

Наряду с этим судом установлено, что в соответствии с пунктом 6 договора купли-продажи от 22.03.2021 ФИО7 в счет оплаты стоимости приобретаемого имущества 22.03.2021 приходным кассовым ордером на сумму 10 852 261 руб. погашены обязательства по кредитному договору от 21.05.2019 <***> перед обществом «Россельхозбанк»; а 3 447 739 руб. переданы ФИО1 по расписке от 05.04.2021.

Право собственности на спорное имущество на основании указанной сделки передано ФИО7 по акту приема-передачи 22.03.2021 и 30.03.2021 в установленном порядке зарегистрирован переход права собственности.

Доказательств нерыночности цены имущества по договору купли-продажи от 22.03.2021 или фактического сохранения после смены собственника фактического владения имуществом должником и(или) его супругой материалы обособленного спора не содержат.

При данных фактических обстоятельствах суд верно признал ФИО7 добросовестным приобретателем имущества и не установил оснований расценивать оспариваемые брачный договор и договор купли-продажи как единую цепочку недействительных сделок, объединенную единой противоправной целью.

Исходя из вышеизложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований финансового управляющего имуществом должника о признании недействительным договора купли-продажи от 22.03.2021, а требования кредитора о признании брачного договора от 23.05.2019 удовлетворил на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Применительно к статьям 167 ГК РФ, пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве общим последствием признания брачного договора от 23.05.2019 недействительной сделкой является восстановление режима совместной собственности супругов Б-вых на жилой дом площадью 673,1 кв.м и земельный участок площадью 1298+/-25 кв.м, расположенные по адресу Челябинская область, Сосновский район, СНТ «Вишневый», участок 284-А.

При этом, с учетом того обстоятельства, что спорное имущество в настоящее время зарегистрировано за добросовестным приобретателем ФИО7 на основании возмездной сделки, в признании недействительной которой отказано судом и за счет которой погашены обязательства по кредитному договору от 21.05.2019 <***> на сумму 10 000 000 руб., суд первой инстанции обоснованно взыскал с ФИО1 в порядке применения последствий недействительности брачного договора денежные

средства в размере 1 723 869,50 руб., что составляет половину полученных ею от покупателя наличными (3 447 739 руб.).

Доводы заявителя апелляционной жалобы о недоказанности наличия у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемой сделки, а также об отсутствии документального опровержения факта погашения кредитных обязательств перед обществом «Россельхозбанк» собственными денежными средствами, подлежат отклонению.

Мотивы, по которым суд отклонил соответствующие доводы, подробно изложены в тексте обжалуемого определения и жалоба не содержит фактов, которые не были учтены и исследованы судом.

Ссылка на необоснованный отказ в привлечении к рассмотрению обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, ФИО8, отклоняется судебной коллегией как не свидетельствующая о наличии оснований отмены обжалуемого определения.

Привлечение или не привлечение к участию в деле третьего лица является правом суда. Суд при рассмотрении данного вопроса исходит из конкретных обстоятельств дела.

При этом не привлечение такого лица к участию в деле даже в том случае, если судебный акт может повлиять на права и обязанности этого лица по отношению к одной из сторон спора, не является основанием для отмены вынесенных по делу судебных актов по безусловным основаниям, поскольку основанием для такой отмены является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

В рассматриваемом случае указанное лицо участником правоотношений, действительность которых входила в предмет исследования по данному спору, не является и судебный акт, принятый по результатам настоящего обособленного спора, не содержит выводов о его правах и(или) обязанностей.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения спора по существу, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального и процессуального права.

Обжалуемый судебный акт отмене не подлежит, апелляционную жалобу с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом первой инстанции не допущено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 13.03.2024 по

делу № А76-3047/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Т.В. Курносова

Судьи: А.Г. Кожевникова

А.А. Румянцев