Постановление от 2 июля 2025 г. по делу № А45-17169/2021

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


город Томск                                                                                 Дело № А45-17169/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2025 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                       Чащиловой Т.С.,

судей                                                                  Камнева А.С.,

                                                                            Фаст Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем  Сперанской Н.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-8972/2021 (11)) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 04.02.2025 по делу № А45-17169/2021 (судья Кыдырбаев Ф.А.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>, дата рождения: 29.04.1973, место рождения: город Ашхабад, адрес: 630534, Новосибирская область, Новосибирский район, с/с Мочищенский, д.п. Мочище,                ул. Лесная поляна, д. 23), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки должника,


при участии в судебном заседании:

от ФИО1: ФИО4  по доверенности от 01.07.2022, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, не явились, надлежащее извещение,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник) финансовый управляющий ФИО3 обратилась в арбитражный суд с требованием о признании недействительными договоров займа № 17/08-2015 от 17.08.2015,                  № 21/09-2015 от 21.09.20215, № 12/11-2015 от 12.11.2015, № 08/12-2015 от 08.12.2015, №15/12-2015 от 15.12.2015; признании недействительными перечисления должником ФИО1 денежных средств на общую сумму 33 195 159 рублей 45 копеек; применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника 33 195 159 рублей 45 копеек.

Определением суда от 22.01.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 26.03.2024, в удовлетворении заявления отказано.

20.06.2024 постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа определение Арбитражного суда Новосибирской области от 22.01.2024 и постановление Седьмого арбитражного суда от 26.03.2024 отменены, обособленный сор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

Возвращая спор на новое рассмотрение, суд округа указал, что судами не дана надлежащая оценка тому обстоятельству, что стороны договора займа не предоставили подтверждение факта существования таких договоров, а также какие-либо доказательства их исполнения.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 04.02.2025 заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО5 (далее – ФИО5, апеллянт) обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Новосибирской области от 04.02.2025, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает на нарушение норм материального и процессуального права.

По мнению апеллянта, суд необоснованно отказал в применении срока исковой давности по данному спору, квалифицировав правоотношения сторон по ст. 170 ГК РФ, а не по нормам специального законодательства о банкротстве. Полагает, что вывод суда о том, что право на получение спорных денежных средств у должника отсутствовало (денежные средства не являются заемными либо дивидендами), фактически счет должника использован как транзитный, является несостоятельным, они были предоставлены сыну для организации и развития семейного бизнеса.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) должник представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором поддерживает доводы, изложенные в ней. Указывает, что в материалы дела представлены расписки, а также доказательства источника получения денежных средств для оплаты займа. Оригиналы договоров займа не сохранились за давностью лет. Доказательств неплатежеспособности должника в спорный период финансовым управляющим не представлено, ничтожность сделки не доказана. Одного факта аффилированности сторон сделки недостаточно для признания ее недействительной.

Финансовый управляющий должника возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, считая, что срок для оспаривания сделок не пропущен. Договоры займа и доказательства возврата заемных денежных средств ответчиком в материалы дела не представлены. Оспариваемые сделки являются мнимыми, так как стороны сделки являются аффилированными лицами, они носят транзитный характер, все компании, от которых должник получал денежные средства, входят в контролируемую им группу лиц. На момент выдачи займов у должника имелись не только личные обязательства, но и обязательства перед ООО «ЭПСИЛОН», ООО «ИПСИЛОН», ПАО «Национальный Банк «ТРАСТ», где должник выступал поручителем.

Судебное заседание неоднократно откладывалось с целью получения от сторон дополнительных пояснений и всестороннего исследования обстоятельств по делу.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывы на нее, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов спора, в рамках процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим выявлен факт совершения должником в период с 17.08.2015 по 12.04.2016 платежей в адрес ФИО1 на общую сумму 33 195 159 рублей 45 копеек с указанием в назначении платежей: «оплата по договорам займа: № 17/08-2015 от 17.08.2015,              № 21/09-2015 от 21.09.20215, № 12/11-2015 от 12.11.2015, № 08/12-2015 от 08.12.2015, № 15/12-2015 от 15.12.2015».

Управляющий в обоснование ссылается на ничтожность сделок, целью которых установление заемных обязательств не являлось, должник создал модель управления, при которой денежные средства подконтрольной группы компаний аккумулировались на его расчетном счете и, со ссылкой на фиктивные договоры займа, выводились в пользу сына, которым в период с 2015 по 2023 годы обязательства по возврату заемных денежных средств или уплате процентов не исполнялись, сам должник мер к их возврату не предпринимал; пояснений о целях предоставления столь крупной суммы заемных средств, доказательств их возврата, и самих оспариваемых договоров займа не представил; неплатежеспособность должника в период совершения спорных сделок займа, неисполнение аффилированными с должником заемщиками обязательств по кредитным договорам повлекло включение соответствующих требований в реестр требований кредиторов должника как поручителя; необходимость применения к ответчику как аффилированному с должником лицу повышенного стандарта доказывания реальности заемных правоотношений.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                       «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63) в порядке гл. III.1 Закона о банкротстве» (в силу п. 1 ст. 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (ст. ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления №63, пункте 10 постановления от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Между тем, вышеуказанные разъяснения направлены на то, чтобы к сделкам с предпочтением и подозрительным сделкам, не имеющим других недостатков, не применялись положения о ничтожности с целью обхода правил о сроке исковой давности и сроков подозрительности по оспоримым сделкам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, дело о банкротстве должника возбуждено 02.07.2021, оспариваемые сделки займа и перечислений совершены в период с 17.08.2015 по 12.04.2016, то есть за пределами трехлетнего срока подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве трехлетний срок является пресекательным, поэтому у финансового управляющего отсутствовало материальное право оспаривать спорные сделки, совершенные за пределами периода подозрительности по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Управляющий в обоснование недействительности сделок ссылалась на положения статей 10 и 170 ГК РФ и указывала, что мнимость договоров займа и, соответственно, отсутствие правовых оснований для спорных перечислений со ссылкой в назначении на такие договоры; направленность спорных перечислений на вывод активов, в действительности принадлежащих подконтрольным должнику юридическим лицам, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания сделок недействительными на основании ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Неразумное и недобросовестное поведение также приравнивается к злоупотреблению правом.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторам должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по отчуждению имущества должника).

В пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что злоупотребление правом должно основываться на конкретных обстоятельствах дела.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, который учитывает права и законные интересы другой стороны, содействует ей, в том числе в получении необходимой информации.

Следовательно, для квалификации сделки по статье 10 ГК РФ как совершенной со злоупотреблением правом в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, и совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. В подтверждение указанного лицо, которое ссылается на наличие признаков злоупотребления правом при совершении сделки, должно представить соответствующие доказательства.

Из пункта 7 Постановления №25 следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1 - 2 ст. 168 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

- наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

- наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц;

- наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В силу ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 86 Постановления №25 следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора займа суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям.

Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

В абзаце третьем пункта 1 Постановления №25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Аффилированность сторон сделки влияет на распределение бремени доказывания при рассмотрении иска о признании ее недействительной.

На стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение не противоречащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 №309-ЭС14-923, от 30.03.2017 №306-ЭС16-17647(1), №306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 №306-ЭС16-19749 и т.д.).

Применение к аффилированным лицам наиболее высокого стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет значительную вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

В связи с этим подтверждение соответствия действительности своих утверждений должно производиться лицами, находящимися в конфликте интересов, таким образом, чтобы у суда не оставалось разумных сомнений в том, что фактические обстоятельства являются иными либо объясняются иначе.

В данном случае суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что стороны, заключая оспариваемую сделку, злоупотребили правом и действовали недобросовестно, поскольку каких-либо правовых или экономических оснований для заключения договоров займа у сторон не имелось.

Аффилированные сторон не представили в материалы дела оригиналы договоров займа, сведения о совершении каких-либо действий по их исполнению (частичный возврат, уплата процентов, меры по принудительному взысканию), подтверждающих сам факт существования таких договоров и их условия, не заявляли, подтверждающих доказательств не представили, таким образом, утверждение управляющего о мнимости договоров займа не опровергли. Ссылка в назначении платежей на мнимые договоры займа не влечет вывод о реальности именно заемных отношений.

Так, 30.09.2024 в материалы дела были представлены лишь копии расписок от 19.11.2020 и 02.12.2020, согласно которым Ответчик вернул денежные средства Должнику в счет погашения займов.

Однако светокопия документа, заверенная заинтересованным лицом, не может быть признана надлежащим доказательством, если подлинник документа в суд не представлялся и сведения о его обозрении в деле отсутствуют (Постановление Президиума ВАС РФ от 19.07.2011 №1930/11 по делу №А40-37092/10-133-290; Постановление Президиума ВАС РФ от 22.02.2011 №14501/10 по делу №А45-9663/2009).

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 24.10.2024 суд обязывал Ответчика представить оригиналы спорных расписок, но Ответчик оригиналы документов в суд первой инстанции не представил.

В суде апелляционной инстанции оригиналы расписок также не были представлены стороной, должник в отзыве указал, что расписки не сохранились ввиду давности лет.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении ВС РФ от 28.02.2018 №308-ЭС17-12100, в споре с лицом, аффилированным с должником, достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга (обстоятельства). При этом другой стороне не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником (Постановление Арбитражного суда Западно – Сибирского округа от 28.12.2021 по делу № А45-7136/2020).

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что финансовым управляющим в суде первой инстанции заявлялось о фальсификации представленных Ответчиком расписок от 19.11.2020 и 02.12.2020, предлагалось назначить судебную экспертизу по делу в целях определения давности изготовления документов.

В порядке ст. 161 АПК РФ судом было предложено Ответчику представить оригиналы документов, либо исключить их из доказательств по делу.

Ответчик отказался исключить представленные копии расписок из числа доказательств по делу, при этом не представив оригиналы расписок на обозрение суда.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недобросовестном поведении должника и ответчика, выразившегося в непредставлении подлинников документов, в отношении которых заявлено о фальсификации.

Кроме того, при анализе расчетных счетов должника не нашлось доказательств зачисления денежных средств в размере 33 195 159 рублей 45 копеек на счета в кредитных организациях, открытие вкладов на указанную сумму.

Следовательно, сведения о том, что должник действительно получил указанные денежные средства от ответчика и каким-то образом ими распорядился, в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах в материалах дела не имеется доказательств возврата реальных денежных средств ответчиком в пользу должника.

Воля сторон была направлена не на порождение заемных обязательств, а на безвозмездное предоставление денежных средств ответчику, которые оформлялись фиктивными договорами займа.

Наличие у ответчика финансовой возможности возврата должнику займа не имеет правового значения при отсутствии доказательства передачи должнику наличных денежных средств и их использования должником.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, совокупность приведенных обстоятельств, свидетельствует о формировании взаимосвязанными лицами совокупности документов, имитирующих возникновение правоотношений по выдаче и возврату заемных средств, с целью формирования видимости реальности правоотношении в отношении мнимых сделок.

Судом первой инстанции установлено, что на мнимый характер оспариваемых сделок указывает и транзитный характер движения денежных средств.

Должник являлся конечным бенефициаром всей группы компаний ГК Строймастер, в которую входят ООО «Ипсилон», ООО «Эпсилон», ООО СУ «Строймастер», ООО «Сибгорстрой», ООО «Квартира в Нарымском квартале» и иные, что неоднократно устанавливалось в делах о банкротстве подконтрольных ему компаний, а также в спорах, рассматриваемых вне рамок дела о банкротстве должника.

Более того, стоит отметить, что определением Арбитражного суда Новосибирской области от 24.05.2024, оставленным без изменений Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2024 по делу № А45-26749/2020, должник был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ипсилон», в частности, в рамках этого спора были установлены ряд сделок с компаниями ООО «Сибгорстрой», ООО «Нарымский квартал Бизнес», ООО «Строймастер», ООО «Инвестиционная компания «Строймастер», ООО «Квартира в Нарымском квартале» и пр., которые в конечном итоге и привели к банкротству общества. Данными судебными актами установлено, что именно должник является конечным бенефициаром и контролирующим лицом всей группы компаний.

17.08.2015 на расчетный счет должника поступает 1 350 000 руб. от ООО «СО «СтройМастер», в этот же день должник перечисляет ответчику 1 400 000 руб. по договору займа № 17/08-2015 от 17.08.2015.

21.09.2015 должник получает на свой расчетный счет от ООО «СтройМастер» 705 000 руб., а на следующий день перечисляет 700 000 руб. ответчику (№ п/п 168) по договору займа № 21/09-2015 от 21.09.2015.

12.11.2015 должник получил от ООО СЗ «Ельцовский» 3 000 000 руб., в этот же день перечисляет ответчику 3 000 000 руб. по договору займа № 12/11-2015 от 12.11.2015.

09.12.2015 на расчетный счет должника поступило:

• 298 845 руб., 1 579 416, 36 руб., 2 806 640 руб. от ООО СУ «СтройМастер»;

• 8 059 000, 24 руб. от ООО СЗ «Ельцовский», в этот же день должник перечисляет ответчику все полученные денежные средства по договору займа № 08/12-2015 от 08.12.2015.

16.12.2015 на расчетный счет должника от ООО СЗ «Ельцовский» поступило 7 245 857,85 руб., в этот же день эта сумма средства перечислена должником ответчику по договору займа № 15/12-2015 от 15.12.2015.

18.12.2015 на расчетный счет должника от ООО СЗ «Ельцовский» поступило 6 551 615, 41 руб., в этот же день должник перечисляет ответчику 6 480 400 руб.

04.04.2016 на расчетный счет должника от ООО СУ "СтройМастер» поступило 515 000 руб., в этот же день должник перечисляет ответчику 500 000 руб.

12.04.2016 на расчетный счет должника от ООО «Нарымский Квартал Бизнес» поступило 430 000 руб., в этот же день должник перечисляет ответчику 425 000 руб.

Таким образом, получая денежные средства от аффилированных лиц, должник в этот же день перечислял все полученные средства в адрес ответчика.

Суд приходит к выводу, что должником создана модель управления, согласно которой на его расчетном счете аккумулировались денежные средства группы компаний и впоследствии выводились в пользу родного сына – ответчика через фиктивные договоры займа.

Ответчиком надлежащие доказательства возврата займа не представлены.

Учитывая правовую позицию, изложенную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3), согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы ШІ. І Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). Данный правовой подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4).

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что в период в период заключения спорных договоров у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, где он выступал поручителем, которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов заемщика и в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

При формировании условий сделок по распоряжению своими активами, должник, являющийся поручителем по обязательству, обязан учитывать интересы кредиторов, как имеющихся в момент заключения договора, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит непосредственно после их совершения. Природа обеспечительных обязательств состоит в том, что кредитор, должник и гарантирующее лицо заранее осознают возможность неисполнения должником основного обязательства. Поэтому, выдавая обеспечение, поручитель принимает на себя все риски основного должника. Соответственно сделками он не вправе создавать невозможность исполнения уже принятых на себя обязательств в будущем, умышленно уменьшать объем своих активов (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 10.12.2021 №Ф04-2185/2016 по делу №А03-8209/2015, Определением Верховного Суда РФ от 11.04.2022 №304-ЭС16-11714(22) отказано в передаче дела №А03-8209/2015).

Являясь конечным бенефициаром всей группы компаний, должник не мог не осознавать, что неисполнение кредитных обязательств повлечет предъявление Банком требований непосредственно к нему, как к поручителю, а также последующее банкротство всех компаний (что впоследствии и произошло).

Но несмотря на это, должник заключает спорные договоры займа и вместо того, чтобы направить средства на погашение обязательств перед Банком, направляет их в качестве невозвратного займа аффилированному лицу – своему родному сыну ФИО1

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что суд обоснованно удовлетворил заявленные финансовым управляющим требования.

Доводы заявителя жалобы о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности получили оценку судом первой инстанции, который указал, что в силу части 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Суд, учитывая вышеуказанные разъяснения, не установил наличия оснований для применения срока исковой давности, который начинает течь не ранее даты, когда финансовый управляющий узнал о наличии оснований для оспаривания сделок.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Так, в процедуре реструктуризации долгов гражданина финансовым управляющим были направлены запросы в кредитные и банковские организации, в том числе и ПАО «Сбербанк России», с целью получения информации о банковских счетах Должника.

В ответ на запрос финансового управляющего ПАО «Сбербанк России» от 18.11.2021г. сообщило о наличии единственного расчетного счета Должника в банке, а именно: №42307810844071213361, открытого 02.02.2006г. Сведения и реквизиты указанного счета были отражены в анализе финансового состояния Должника. Иные счета, открытые в ПАО «Сбербанк России» отражены не были.

Так же финансовым управляющим был направлен запрос в уполномоченный орган с целью получения сведений о банковских счетах Должника. Согласно ответу Межрайонной ИФНС № 23 по Новосибирской области от 27.09.2022 № 4584, у Должника не имеется открытых банковских счетов в ПАО «Сбербанк России».

Только на основании ответа ПАО «Сбербанк России» от 25.09.2023, финансовому управляющему стало известно о том, что у Должника имеется еще один банковский счет, открытый в ПАО «Сбербанк России»: № <***>, по которому и осуществлялись спорные платежи в пользу ФИО1

Только после анализа выписки по расчетному счету № <***>, финансовому управляющему стало известно о спорных операциях, после чего 03.11.2023 года им было подано заявление о признании недействительными договоров и операций с Ответчиком.  

Доказательств осведомленности финансового управляющего об оспариваемой сделке в более ранний срок материалы дела не содержат.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не установлено.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 04.02.2025 по делу № А45-17169/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


Т.С. Чащилова


Судьи


А.С. Камнев


Е.В. Фаст