Постановление от 25 июня 2019 г. по делу № А57-8847/2018

114/2019-33209(1)

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-8847/2018
г. Саратов
25 июня 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2019 года. Полный текст постановления изготовлен 25 июня 2019 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю., судей Грабко О.В., Макарихиной Л.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (город Саратов)

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 21 марта 2019 года по делу № А57-8847/2018 (судья Колесова Н.А.)

по заявлению финансового управляющего ФИО2 ФИО3 к гражданину ФИО2, гражданке ФИО4 об оспаривании сделки должника в рамках дела о признании ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, мест рождения – г. Энгельс Саратовской области, зарегистрированного по адресу: 410300, <...>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица:

гражданин ФИО5, г. Энгельс Саратовской области, гражданка ФИО6, г. Энгельс Саратовской области, публичное акционерное общество Банк ВТБ, г. Санкт-Петербург, (ОГРН <***>, ИНН <***>), при участии в судебном заседании ФИО2, лично, представителя ФИО7 - ФИО8, действующего на основании доверенности от 09 августа 2018 года, представителя ФИО2

Александровича – Гартавер К.А., действующего на основании доверенности от 26 сентября 2018 года, представителя Киселевой Марины Андреевны – Гурченко А.Б., действующего на основании доверенности от 28 декабря 2018 года,

УСТАНОВИЛ:

27 апреля 2018 года в Арбитражный суд Саратовской области обратился кредитор - гражданин ФИО7 с заявлением о признании должника - гражданина ФИО2 несостоятельным (банкротом), введении в отношении должника процедуры реализации имущества, утверждении финансового управляющего из числа членов Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 125047, <...>; фактический (почтовый) адрес: 127018, <...>).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 08 мая 2018 года заявление кредитора - гражданина ФИО7 о признании должника -гражданина ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 26 июня 2018 года (резолютивная часть от 19 июня 2018 года) заявление кредитора - гражданина ФИО7 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком на четыре месяца, по 19 октября 2018 года. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО3 (регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих 13734, ИНН <***>, адрес для направления корреспонденции - 410000, <...>, а/я 1740), члена Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 125047, <...>; фактический (почтовый) адрес: 127018, <...>).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства - реструктуризации долгов гражданина опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 24 июня 2018 года.

27 июля 2018 года финансовый управляющий должника - гражданина ФИО2 - ФИО3 обратился в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о признании недействительной сделки ФИО2 с ФИО4 - договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>, общей площадью 64,9 кв. м; взыскании с ФИО4 стоимости отчужденной квартиры в сумме 3500000 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 24 августа 2018 года заявление финансового управляющего должника - гражданина ФИО2 - ФИО3 об оспаривании сделки должника принято к производству суда с последующим отложением, к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены гражданин ФИО11

Алексей Викторович, гражданка Котина Эллина Юрьевна, публичное акционерное общество Банк ВТБ.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21 марта 2019 года заявление финансового управляющего должника - гражданина ФИО2 удовлетворено. Признан недействительным договор купли-продажи недвижимости от 21 сентября 2016 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4, применить последствия недействительности ничтожной сделки. Взысканы с гражданки ФИО4 в конкурсную массу должника - гражданина ФИО2 денежные средства в размере 2 347 000 руб. Взысканы с гражданки ФИО4 в пользу гражданина ФИО2 6000 руб. в возмещение расходов по уплаченной государственной пошлине за рассмотрение дела в арбитражном суде первой инстанции.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 просит определение отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Финансовый управляющий ФИО12 просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого определения в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, финансовый управляющий в рамках осуществления своих полномочий направил запрос в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области о правах должника на недвижимое имущество и о совершенных должником сделках в отношении данного имущества.

Так финансовым управляющим установлено, что 21 сентября 2016 года между должником (продавец) и гражданкой ФИО4 (покупатель) был заключен договор купли-продажи недвижимости, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил и принял в собственность квартиру, расположенную по адресу: <...>.

Полагая, что указанный договор купли-продажи заключен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с правилами пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом

недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи, с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве

при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий в обоснование заявленных требований ссылается на то, что на дату совершения спорной сделки у должника имелось неисполненное обязательство по возврату займа в размере 4120000 руб. перед кредитором Черным И.Л., определением Энгельсского районного суда Саратовской области от 20 февраля 2017 года было принято к производству суда исковое заявление ФИО7 к ФИО2 о взыскании суммы долга по договорам займа от 11 декабря 2015 года (исковое заявление поступило в суд 13 февраля 2017 года), определением Энгельсского районного суда Саратовской области от 20 февраля 2017 года были приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество должника (в том числе спорную квартиру), спорный договор заключен между заинтересованными лицами, поскольку ФИО4 является родной дочерью супруги должника, ФИО4 приобретала указанную квартиру не для проживания, поскольку 22 марта 2017 года квартира продана гражданам ФИО5 и ФИО6 по договору купли-продажи с использованием кредитных средств.

По мнению заявителя, действия ФИО2 по заключению договора купли-продажи квартиры были направлены исключительно на причинение имущественного вреда кредиторам посредством прекращения прав на принадлежащее ему имущество.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка); для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что согласно абзацам второму - пятому

пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Исходя из изложенных в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснений, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из материалов дела следует, что спорный договор купли-продажи от 21 сентября 2016 года, был предоставлен в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области 21 февраля 2017 года для регистрации перехода права собственности на квартиру.

Из материалов регистрационного дела на объект недвижимости - квартиру, кадастровый номер 64:50:030224:1041, расположенную по адресу: <...>, следует, что нотариальное согласие супруги должника ФИО13 на продажу спорной квартиры дано 21 февраля 2017 года.

При этом вступившим в законную силу заочным решением Энгельсского районного суда Саратовской области от 17 марта 2017 года по делу № 2-1878/2017, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Саратовской областного суда от 29 августа 2017 года по делу № 33-6421, с ФИО2 в пользу ФИО7 взысканы суммы долга по договору от 11 декабря 2015 года в размере 2000000 руб., проценты по указанному договору в размере 480000 руб. за период с

11 декабря 2015 года по 11 декабря 2016 года, сумма долга по договору от 11 декабря 2015 года в размере 2120000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 31200 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 руб., а всего 4641200 руб.

Из автоматизированной информационной системы «ГАС Правосудие» следует, что с иском о взыскании задолженности по договорам займа ФИО7 обратился в Энгельсский районный суд Саратовской области 13 февраля 2017 года, исковое заявление принято к производству суда 20 февраля 2017 года.

Определением Энгельсского районного суда Саратовской области от 20 февраля 2017 года были приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество, в том числе квартиру, расположенную по адресу: <...>, площадью 64,9 кв. м, кадастровый номер 64:50032:024:1041, принадлежащее ФИО2, в пределах цены иска на сумму 4 600 000 руб.

Спорная сделка заключена между должником и ФИО4, приходящейся родной дочерью супруги должника - ФИО13.

Государственная регистрация заключения брака между ФИО2 и ФИО14 проведена 20 декабря 1999 года (свидетельство о заключении брака серии <...>, выдано 20 декабря 1999 года Энгельсским городским отделом ЗАГС Комитета по делам ЗАГС при Правительстве Саратовской области).

ФИО11 (фамилия до брака - ФИО16) ФИО15 Андреевна (до смены отчества - Вячеславовна) является дочерью ФИО14, что подтверждается свидетельством о рождении от 04 августа 2011 года серии <...>.

04 августа 2011 года ФИО16 сменила отчество с «Вячеславовна» на «Андреевну», фамилия изменена в связи с заключением брака 23 сентября 2011 года.

Как указано в пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Следовательно, будучи заинтересованным лицом, ответчик не могла не знать о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки.

Таким образом, спорная сделка заключена между заинтересованными лицами в условиях неплатежеспособности должника, о чем, согласно вышеуказанных обстоятельств с учетом временного разрыва между датой составления договора купли-продажи и сдачи его в регистрационную службу после возбуждения в отношении должника гражданского дела по иску конкурсного кредитора, должно было быть известно ФИО4, в связи с чем, данное лицо презюмируется осведомленным о соответствующем финансовом состоянии должника (абзац второй пункта 3 статьи 61.3 Закона). Данная презумпция ответчиком не опровергнута.

В результате совершенной сделки из владения должника выбыло недвижимое имущество, за счет реализации которого возможно было погашение требований кредиторов, предъявленных к должнику.

По мнению должника, спорная сделка не причинила ущерба имущественным правам кредитора, поскольку не может быть обращено взыскание на принадлежащее должнику на праве собственности имущество, перечень которого

установлен Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, в число которого входит единственное пригодное для проживания помещение.

Как разъяснено в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

При наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

Целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Вместе с тем, в рассматриваемом случае последующая продажа спорной квартиры 22 марта 2017 года (через один месяц после регистрации перехода права собственности с должника на ФИО4) третьим лицам ФИО5 и ФИО6 свидетельствует о совершении должником действий, направленных на отказ от своих прав на спорное жилое помещение, и как следствие, на отказ от исполнительского иммунитета в отношении указанного помещения.

Материалами дела подтверждено, что ФИО2 зарегистрирован по месту жительства по адресу: <...>. По указанном адресу также зарегистрирована по месту жительства гражданка ФИО4.

На основании Положения о паспорте гражданина Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 08 июля 1997 года № 828, основным документом, удостоверяющим личность гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации, является паспорт гражданина Российской Федерации. В соответствии с пунктами 4, 5 указанного Положения в паспорт вносятся сведения о личности гражданина: фамилия, имя, отчество, пол, дата рождения и место рождения, в паспорте производятся отметки, в том числе соответствующими органами регистрационного учета, о регистрации гражданина по месту жительства и снятии его с регистрационного учета.

Согласно пункту 1 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

Согласно Правилам регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 года № 713, место жительства физического лица

должно совпадать с местом регистрации. Факт постоянного или преимущественного проживания гражданина в определенном месте жительства удостоверяется регистрацией по месту жительства, а факт временного проживания по какому-либо иному месту проживания (место пребывания) удостоверяется регистрацией по месту пребывания.

Исходя из процитированных положений, регистрация гражданина Российской Федерации по месту жительства подтверждает факт проживания в конкретном жилом помещении и соответствующее право.

При указанных обстоятельствах, ссылка должника на исполнительский иммунитет в отношении спорного жилого помещения апелляционным судом не принимается.

Уменьшение имущественной массы должника влечет формирование его конкурсной массы в меньшем размере, что очевидно причиняет ущерб кредиторам, которые могут претендовать на исполнение обязательств должника перед ними за счет конкурной массы. Арбитражный суд, оценивая поведение сторон заинтересованных по отношению друг к другу при заключении оспариваемой сделки в условиях неплатежеспособности должника, а также последствия в виде изъятия активов должника, за счет реализации которых возможно частичное погашение требований кредиторов, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов ФИО2, приходит к выводу о доказанности совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что влечет признание оспариваемой сделки недействительной.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (части 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица по осуществлению принадлежащими ему гражданскими правами, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с

противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно разъяснениям пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно положениям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действующей на дату совершения спорной сделки, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В силу положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия. Обязательным условием признания сделки мнимой

является порочность воли каждой из ее сторон. Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

При этом стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25).

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 года № 7204/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25 июля 2016 года № 305-ЭС16-2441) суды должны учитывать, что при мнимых сделках стороны стараются формально верно оформить все первичные документы (товарные накладные, акты приемки-сдачи работ) для создания видимости реальности отношений. В этом случае суд должен проверить все возражения лиц, участвующих в деле и реальность хозяйственных операций по существу.

Из оспариваемой сделки следует, что квартира приобретена ФИО4 за 3500000 руб., а продана ФИО5, ФИО6 за 2300000 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 18 февраля 2019 года ФИО4 было предложено предоставить доказательства наличия финансовой возможности приобретения жилого помещения и оплаты по договору от 21 сентября 2016 года (справки по форме 2-НДФЛ на себя и супруга ФИО17 за 2015-2017 годы), доказательства расходования денежных средств, полученных от продажи спорного жилого помещения.

Определение суда первой инстанции указанным лицом не исполнено.

Представленная в материалы дела расписка от 21 сентября 2016 года не является надлежащим и достаточным доказательством, подтверждающим получение продавцом -ФИО2 3500000 руб. в наличной форме от покупателя -ФИО4, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о происхождении у ФИО4 указанных денежных средств в заявленной сумме, в частности, из какого источника покупателем получена данная сумма.

В подтверждение наличия финансовой возможности приобретения квартиры ФИО4 представлена ксерокопия расписки от 20 сентября 2018 года, по которой она взяла в долг у ФИО18 денежные средства в размере 2800000 руб., которые обязалась отдать 01 марта 2017 года. При этом наличие у ФИО4 дохода, позволявшего бы ей принять на себя такие обязательства по возврату 2800000 руб. в срок до 01 марта 2017 года, материалы дела не содержат. Доказательства наличия собственных накоплений в размере 700000 руб. также не представлены.

Кроме того, довод о возмездном характере оспариваемой сделки опровергается тем, что полученные от реализации имущества денежные средства не были направлены должником на погашение имеющейся у него задолженности перед кредиторами.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих об оплате спорного договора купли-продажи, а также доказательств наличия экономической обоснованности (целесообразности) осуществления оспариваемой сделки.

На основании пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить

другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

Из смысла указанных норм следует, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.

Поскольку спорная квартира отчуждена ФИО4 третьим лицам по договору купли-продажи от 22 марта 2017 года, применение последствий недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника невозможно.

Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Из материалов дела следует, что рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу: <...>, общей площадью 64,9 кв. м, на по состоянию на 03 марта 2017 года составляла 2347000 руб., что подтверждено отчетом об оценке ООО «Поволжское агентство оценки» от 03 марта 2017 года № 454-17, выполненного при заключении договора купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 22 марта 2017 года между ФИО4 и ФИО5, ФИО6

Указанная оценка лицами, участвующими в деле, не оспорена.

Последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу конкурсной массы ФИО2 2347000 руб., составляющих рыночную стоимость отчужденного имущества, применены судом первой инстанции правильно.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с вышеизложенными выводами суда несостоятельны и по существу сводятся к изложению субъективного и документально не подтвержденного мнения апеллянта и подлежат отклонению с учетом вышеизложенного как опровергающиеся материалами дела.

Заявителем апелляционной жалобы документально не опровергнуты выводы, к которым пришел суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

Несогласие апеллянта с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств, а также иное толкование заявителем положений гражданского законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

руководствуясь статьями 188, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 21 марта 2019 года по делу № А57-8847/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме, через Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший определение.

Председательствующий А.Ю. Самохвалова

Судьи О.В. Грабко

Л.А. Макарихина